И в страстном танце сплетены

Онегину не казалось это каким-то безумием. Его и раньше привлекали прехорошенькие мальчики. Евгения учили не различать людей: так же как красное и белое. Влюблялся он страстно как в девушек, так и в парней. Правда, недолго длилась его привязанность. Наигравшись с новым хрустальным сосудом, он выпивал его дополна, и выкидывал к другим остаткам. Не осталось уже и девушек, которые были бы ему интересны в Петербурге. Одна уродливее другой. Онегин, может, и был педант и безумно учтивым со всеми. Отвращения своего никогда не скрывал к тем, кто был ниже его. Чином, ростом, или же внешностью. Имел он привычку показывать своё превосходство. Никого красивее в Петербурге он не находил, никого достойнее… А тут такой подарок в виде прелестного паренька с аристократическими замашками. С ним можно было вдоволь наиграться и разнообразить дни своего скучного пребывания в этом Богом забытом месте. -Владимир, хотели бы вы встречаться со мной? -тяжёлая рука легла на плечо Ленского, сжав его, -Намного чаще? -Вы предлагаете мне дружбу? — наивные детские глаза являлись единственным светилом в комнате -Можете считать и так, — Евгений протянул свою тяжелую руку, -Приятно познакомится, друг, -Ленский ещё много раз пожалеет о своём решении, но сейчас он, как никогда в своей жизни был уверен в искренности своего нового знакомого… Приготовления шли полным ходом. За несколько часов, старый дом запыхтел, закружился, как старая дама, танцующая польку со своим молодым кавалером. Она едва перебирала ногами, но ее желание преуспеть было воодушевляющим. Нельзя сказать, что их поместье было самым непримечательным, простота украшала, но и надоедала. Если о поместье Онегиных говорили все соседи, то о Лариных говорили как о «тихом уголочке Божьем». Мало кто любил такие места, но туда всегда хотелось вернуться. -Что за дрянь? -не выдерживая своей неприязни, Ольга сдернула старые занавески, -Я по-вашему похожа на идиотку, что за безвкусица? -её обозлённый взгляд обжигал всех в зале. Слуги: буквально все, кроме кучеров, стояли здесь, опустив свои тяжелые головы. Молодая хозяйка сейчас будет учить их. Эти «учения» обычно проходили периодичностью недели две через две. Тонкие ножки, обёрнутые в очаровательные лодочки, размерным шагом вели свою обладательницу кругами. Она их проучит. Обязательно. Но в следующий раз. Слишком мало времени. -Глупые, бесполезные, отвратительные, -ядовито выплёвывала девушка, смакуя каждое слово на вкус, -Заменить дряхлые шторы и грязные занавески, иначе будете стряпать мне новые из своей кожи! -шаг, за ним другой, лицо служанки превратилось в гримасу полную страха, Ольга чувствовала это. Барыня оттянула девушку за чепчик назад, наслаждаясь как напрягаются венки на молочной шее. Та не издала и писка. Как зверёк, пойманный в лапы хищника. -Сними с себя эти дешевые тряпки и поднимись ко мне, только чтоб тебя не видели, — прошептала на ухо блондинка. Ольга расхохоталась и покинула зал. Все знали о её деспотичной сущности. Оленька ненавидела всех и вся. Но она обожала прехорошеньких девушек. Сначала, капризную барыню это раздражало, пока запретный плод не подобрался слишком близко. Её забавляло смотреть на женщин, издеваться, дразнить. Только в прошлом году она довёла две семьи до развода своими грязными выходками. Закрутив интрижки с обеими сторонами. Пожилые дамы не волновали её. А вот молодые девушки, с красивыми ножками, полными грудками и идеально очерченными ключицами. В отличии от Татьяны, Ольга никогда не бежала от себя. Она знала чего хочет, и всегда исполняла свои самые заветные желания. Сейчас молодая барышня хотела присесть на лицо этой наглой служанки, которая посмела дважды посмотреть на неё. -Думаете, это хорошая идея, вот так заявляться без предупреждения? — Владимир переминался с ноги на ногу у двери Лариных -Неожиданность- мой конёк, пошли, — Евгений утянул его в дом за руку. Чистота и пряность витала в воздухе. Пахло свежеиспеченным хлебом, пряниками и сиренью. Онегин по-свойски обошёл гостиную и присел на старый диван. -Кто вы, сударь? — хозяйка дома предстала перед ним Измученная домашними делами, в старом потертом платье, она стояла и придерживала правую ногу. Видимо, годы брали своё. -Прелестная, госпожа Прасковья, я пришёл с добрыми намерениями, — лицо женщины переменилось, — Представить вам, своего доброго друга… -Евгений, — мужчина резко встал, поклонился и попросил руки, — Позвольте? Он поцеловал костяшки, задев языков, как бы случайно. Впечатление произвёл, да ещё какое. -Онегин, — добавил он, когда мать семейства стояла на своих двоих, уже придерживаясь о руку. Молодой человек удивил ее своим вольнодумством. Женщина вспомнила свою пылкую любовь к одному офицеру и чуть было не упало. Евгений вовремя подхватил. У него взгляд следил за каждым изменением в ее лице. Он усадил Прасковью в кресло, а сам присел на край дивана, продолжая знакомство. Ольга ещё не закончила. Прехорошенькая девушка лежала в ее комнате, привязанная за обе руку к кровати. Ларина взяла оружие похуже всякого лезвия. Ее язык был самой страшной пыткой для всех. Она погрузила кончик в промежность сладострастной малышки и стала водить им. Вводя понемногу, и смакуя на вкус. -Никакого звука, слышишь? — она вынырнула, на лицо упала прядь кудрявых светлых волос. Бедная зверушка еле-еле дышала, пропуская каждый второй выдох. Никогда прежде не испытывая такого блаженства, она не знала как показать свою преданность мучительнице. -Я хочу…- лицо покраснело, — тебя, больше…пожалуйста...... Блондинка ждала этой мольбы. Коварная ухмылка засверкала и Ольга отстранилась. -Я сделаю тебе так больно, что ты не сможешь сидеть целую неделю, девочка, — Ларина стала снимать с себя одежду, -Попроси меня ещё......