Любовная лихорадка

Эвен с самого детства боялся походов к врачу. До чертиков пугало абсолютно все: и белые халаты, от вида которых чувствуешь себя подопытным, и ледяные стетоскопы, прижатые к голой коже, и скряги-врачи, велящие есть фрукты и овощи. Эвен верил, что страх со временем исчезнет, а потом случился первый эпизод, после которого пришлось увидеть не одного и не двух – сразу трех старых скряг, прежде чем ему смогли диагностировать биполярное расстройство. Затем потребовались долгие месяцы хождения по врачам, чтобы подобрать эффективное лечение, которое при этом не вызывало чувство пустоты внутри. И даже сейчас, будучи взрослым человеком в ремиссии, Эвен был вынужден проходить ежегодные обследования. Так что нет, Эвен не любил ходить по врачам. Джульетта унаследовала это от него. Соня клялась, что прекрасно справляется с дочерью и сама, но иногда Эвену приходилось бывать у врача вместе с ними. В таких случаях Джульетта заражалась внутренней тревогой отца, и все неизменно кончалось слезами и паникой. И если шестилетняя Джульетта при этом выглядела мило, с Эвеном дело обстояло иначе. Соня очень скоро поняла, что все походы к врачам нужно брать на себя, и потому Эвен удивился, когда она позвонила ему однажды вечером в конце лета и спросила, сможет ли он отвести Джульетту на осмотр. — Я знаю, как сильно тебе это не нравится, — протянула Соня. Эвен почти видел, как она закатывает глаза, прижимая телефон к уху плечом, — но на работе завал, вырваться никак не получится. Я бы не стала тебя просить, но ей нужно сделать прививку до начала учебного года. Ты же завтра не занят? — Ну, нет, — сердце Эвена бешено колотилось лишь от упоминания о кабинете врача, — но… — Отлично. Прием назначен на десять. Я завезу Джульетту к тебе по пути на работу. — Соня, — Эвен попытался поспорить, хотя знал, что это бесполезно. — Это плохая идея. — Это то, что называется «разделение обязанностей», Эвен, — огрызнулась Соня, но тут же одернула себя, глубоко вздохнув. — Извини, я не хотела. Долгий день. — Все нормально, — выдохнул Эвен, заранее зная, что любые возражения приведут к весьма энергозатратной ссоре. Но чего не сделаешь ради дочери. — Я схожу с ней. — Хорошо, супер, — с благодарностью отозвалась Соня. — Спасибо. Будем у тебя в половину десятого.

ххх

Когда Эвен открыл дверь следующим утром, Джульетта, одетая в платье из голубой тафты, бросилась в его объятия. — Папочка! — закричала она, кидаясь ему на шею. Покружив дочь пару раз, Эвен обнял ее крепче и поцеловал в кончик носа. Девочка сморщилась, но счастливо рассмеялась в ответ. Сердце Эвена щемило от нежности только от одного взгляда на нее. Хоть что-то в этой жизни он сделал правильно. — Ты сегодня просто красавица, — заметил Эвен, оглядев костюм Эльзы. Джульетта провела пальцами по шелку юбки. — Мама сказала, я могу пойти так к врачу, — улыбнулась девочка, оглянувшись на смущенно улыбнувшуюся Соню. — Да? — Эвен опустил дочь на пол. — Думаю, это замечательная мысль. Знаешь, что? Мне кажется, у тебя в комнате как раз есть подходящая диадема. Широко улыбнувшись, Джульетта поспешила наверх. — Скорее, Джульетта, — предупредила Соня. — Не заставляй папу ждать. Проводив дочь взглядами, Соня и Эвен повернулись друг к другу. — Прости за платье принцессы, — вздохнула Соня, растирая лоб в попытке снять напряжение. — Но она больше ничего не хотела надевать, а я читала, что… — Что-то знакомое поможет ребенку чувствовать себя комфортнее, — закончил Эвен, вспоминая собственные ночные исследования. — Ты молодец. Она не кажется взволнованной. Соня рассмеялась, убирая волосы с лица. — Надеюсь, так и дальше будет, — она внимательно посмотрела на Эвена, словно напоминая о важности умения держать себя в руках. — Так, вот справки о прививках для школы, — Соня вытащила бумаги из сумки и передала ему. — Доктор их подпишет, и… знаю, что новость тебя не обрадует, но доктор Олсен больше не наш врач. Видимо, она перевелась. Передала свое дело молоденькому парню. Я его еще не видела, но все от него в восторге, так что смотри сам, ладно? — Соня, — проскулил Эвен, хотя знал, что Соня здесь ни при чем. Вот что ему делать с новым врачом? Эвен морально готовился к встрече с доктором Олсен. А теперь проработанная модель поведения никуда не годилась. Он облажается. — Эвен, — поддразнила Соня. — Все будет хорошо, — встав на носочки, она чмокнула его в щеку. — Джульетта! — крикнула она, и девочка мгновенно появилась из-за угла в съехавшей набок диадеме. — Попрощайся с мамой. Джульетта подбежала и обняла Сонины колени, позволив ей поправить диадему. — Слушайся папу, — предупредила Соня, целуя дочь в лоб. — Увидимся позже, — махнув на прощание, она ушла. Эвен и Джульетта молча смотрели друг на друга несколько секунд. Надеясь, что дочь не ощущает его тревоги, Эвен попытался успокоиться. — Ну, что ж, — сказал он, хлопнув в ладоши. — Да начнется веселье. Пойдем, принцесса. Карета подана. Джульетта, вдохновленная примером матери, закатила глаза. — Пап, я не принцесса. Я королева, — усмехнулась она. Конечно. Как он мог забыть?

ххх

Джульетта чувствовала себя просто прекрасно. С Эвеном дело обстояло иначе. Он сидел в углу приемной, отбивая ногой неровный ритм и слушая рассказы Джульетты о «Холодном Сердце». Обычно она стеснялась в присутствии незнакомых людей, но платье Эльзы, должно быть, прибавило ей уверенности в себе, потому что она не замолкала ни на секунду: сначала Джульетта заговорила девушку за стойкой регистрации, затем медсестру, а сейчас делилась впечатлениями с Эвеном, которого буквально колотило изнутри. Казалось бы, оно и к лучшему, с учетом того, что на конструктивный диалог он сейчас был явно неспособен, но прятаться за спиной шестилетнего ребенка точно не стоит. Тем не менее видеть дочь счастливой всегда приятно. Кабинет врача пестрил цветами и напоминал океан, в приемной стоял огромный аквариум, приглянувшийся Джульетте, а на стенах были нарисованы стаи рыбок. Эвен смотрел на фиолетового мультяшного осьминога и мечтал научиться сливаться с окружающей средой. Осьминоги же так умеют, да? Или кальмары?.. В общем, хотелось спрятаться. Эвен знал, что бояться нечего: это не ему светила болезненная прививка. Но он боялся, что врач найдет у дочери какие-нибудь болячки и обвинит в этом его. Эвен, в общем-то, обладатель не лучших генов. Каждый раз находясь в этой комнате, Эвен боялся, что однажды, сидя на этом же месте, узнает, что его дочь страдает от той же болезни, что и он. Ритм, который он отбивал ногой, стал еще настойчивее, перебивая голос Джульетты, которая невольно начала болтать ногами в такт. Эвен остановился, глядя на дочь с нервной улыбкой. — Прости, — бросил он, хотя не был уверен, что она вообще что-то заметила. Девочка нахмурила брови, но Эвен решил опередить ее вопрос и вскочил на ноги, надеясь отвлечь и ее, и себя. — Какая рыбка тебе нравится больше всего? Джульетта завертела головой, оглядывая бесчисленное множество морских обитателей стен, и остановилась взглядом на дельфине над дверью, о котором тут же начала разглагольствовать, но ее прервал стук. Девочка моментально замолчала. — Тук-тук, — послышался мягкий голос, чей обладатель и вошел в комнату. И, хотя Эвен считал это невозможным, его сердце забилось еще чаще, только теперь по совсем иной причине. Он готовился ко всему, что могло испортить прием у врача, но как-то обошел стороной возможный стояк. А вот не стоило, кстати. Настало время позориться по-крупному. Но, черт возьми, этот парень воплощал собой все самые смелые мечты Эвена. Возможно, причиной всему были бесконечные разговоры Джульетты о мультиках, но, смотря на врача, Эвен думал о том, что тот похож на чертового диснеевского принца: волнистые светлые волосы, широкие плечи и стройная талия. Водрузить ему на голову корону – и он готов править сказочной страной. Белого халата на враче не было, но на шее висел стетоскоп. Буквально весь вид парня кричал о том, что главный здесь он. — Привет, — поприветствовал он сначала Джульетту, а затем – Эвена. Эвен мог поклясться, что взгляд врача задержался на нем чуточку дольше положенного, но себе он уже не доверял. — Я доктор Вальтерсен, — врач прошел в кабинет, все еще широко улыбаясь, и остановился прямо перед Джульеттой. — А ты у нас? Позже до Эвена дойдет, что доктор разговаривал с Джульеттой, и на это указывало буквально все: она была его пациенткой, он смотрел прямо на нее. Но это не помешало Эвену ответить: — Эвен, — выдохнул он, смотря на доктора Вальтерсена как на божество. Врач удивленно повернулся к нему, широко раскрыв глаза и явно смутившись. — Нет, пап, — засмеялась Джульетта, вновь перетягивая на себя все внимание. — Он имеет в виду меня. И, само собой, так и было, но, видимо, страху Эвена суждено было перерасти в полномасштабную фобию. Похоже, он в шаге от того, чтобы возбудиться от своего же испуга – на манер тех, кто задыхается в попытках прочувствовать всю остроту ощущений от асфиксии. Доктор Вальтерсен усмехнулся и развеял неловкость, подойдя к Эвену: — Исак. Эвен смущенно улыбнулся и пожал протянутую руку. — Эвен, — снова выдал он, не успев осознать, что уже представился, и удивился своей же тупости. Ноги его здесь больше не будет. Исак поджал губы, видимо, сдерживая смех. — А это Джульетта, — Эвен указал на дочь, отчаянно пытаясь отвести от себя внимание. Исак улыбнулся ему и развернулся к Джульетте, явно обескураженный. Боже. — Ну, здравствуй, Джульетта, — поприветствовал он. Девочке явно понравилось его внимание: она смотрела на него так, как обычно смотрела на мороженое. Хорошо, когда у дочери похожие вкусы в мужчинах. — Как твои дела? — Хорошо, — она улыбнулась, разглаживая ткань юбки. — Папа пообещал мне новую игрушку, если буду слушаться. Эвен вперил глаза в потолок, молясь о чудесном спасении от этого позора и решительно избегая взгляда Исака. Эвен был процентов на восемьдесят уверен, что детей не стоит подкупать. Он где-то читал об этом. Или о том, что не стоит подкупать их едой… Неважно. Как бы там ни было, Эвен был уверен, что принц Исак и его волшебные зверушки такую хитрость не оценят. У врача наверняка двое с половиной чудесных ребят, которые прекрасно себя ведут и без взяток в виде новых игрушек в обмен на послушание. — Правда? — спросил Исак, осматривая уши девочки отоскопом. — Можно попросить тебя чуть повернуться? Спасибо. Какую же игрушку он тебе пообещал? Врач прерывал Джульетту, только чтобы прослушать ее сердце и легкие. Дочь поглядывала на Эвена, улыбаясь, а в ее глазах не было ни капли страха. Боже, этот парень идеален. — Что ж, Ваше Величество, — заключил Исак, повесив стетоскоп обратно на шею и поддев пластиковую диадему Джульетты. — Ты в прекрасном состоянии. Ничего не болит? Горло, голова, живот? — Исак повернулся к Эвену. — Нет проблем со сном? Со стулом? — Эвен в ответ покачал головой. — Ест хорошо? — Ну… она не любит брокколи, — он не знал, было это нормой для шестилетнего ребенка или тревожным звоночком, но раз доктор спрашивает… Исак улыбнулся, слегка толкнув Джульетту локтем, будто они были в заговоре. — Брокколи никто не любит, правда же? — Гадость! — Джульетта сморщилась. Исак рассмеялся и встал, коснувшись ее кудрей. — Все прекрасно, — заключил он, облокотившись на стену рядом с Эвеном, и, боже, этот парень просто великолепен. Эвен с восхищением наблюдал, как его длинные, светлые ресницы касались щек, когда врач моргал. Завораживающее зрелище. — Рост, вес – все в норме. У вас прекрасная здоровая девочка. Вас что-то беспокоит или… — Исак прервался, давая возможность ответить. Эвена беспокоило только то, что Джульетта могла заметить, что папа запал на ее врача. Такой восторг во взгляде трудно пропустить. — Нет, — Эвен покачал головой, но затем вспомнил о стопке бумаг на коленях. — А, только это. Моя бывшая жена сказала… Исак взял бумаги, прежде чем Эвен успел закончить, мысленно поздравив себя с тем, что смог упомянуть «бывшую жену», не смутившись легкой улыбки врача. — А, это запросто. Он прошел через всю комнату и положил бумаги на стол, обернувшись к Джульетте. — Уже хочешь в школу? Джульетта кивнула. — Нам с тобой нужно сделать одну очень быструю прививку, чтобы ты не болела, а потом папа купит тебе новую игрушку, договорились? Улыбка Джульетты дрожала, но не сходила с лица. Девочка снова кивнула. — Не переживай, малышка. Я делаю прививки лучше всех, — прошептал он ей на ухо. — Ты почти ничего не почувствуешь, — дождавшись кивка Джульетты, Исак выглянул за дверь. — Энн, можешь захватить тетравак? Эвен не понял, кто именно ему ответил, но ответ расслышал четко: — Хотите сделать сами? — переспросила девушка, будто это было самым странным заявлением за день. Исак прочистил горло, глянув через плечо на Эвена, и кивнул: — Да, пожалуйста. Исак вернулся в кабинет и открыл ящик, заполненный различными повязками. — Вот, выбери одну. Голубые глаза девочки расширились, и она глянула на Эвена, будто не в силах поверить, что ей предоставили такую замечательную возможность. — Выбирай, — рассмеялся Эвен, кивая в сторону Исака, который смотрел на него, закусив нижнюю губу. Врач поспешил отвернуться, смутившись. Эвен восхищенно наблюдал за ним пару секунд, прежде чем кинул взгляд на дочь, которая сжимала в кулачках десятки повязок. — Джульетта, одну. Джульетте, кажется, такой план по вкусу не пришелся, и она посмотрела на Исака: — А можно мне две? — Это будет наш секрет, — усмехнулся Исак. Джульетта выбрала одну повязку с Ариэль, а вторая сверкала нарисованными серебряными звездочками. — Хороший выбор, — похвалил Исак, сложив все повязки к моменту, когда Энн принесла лекарство. Врач поблагодарил ее, и девушка вышла, метнув заинтересованный взгляд на Эвена. — Так, Эвен, подъем. Эвен с любопытством взглянул на врача, не понимая, что он мог упустить, но Исак всего лишь подзывал его к себе, улыбаясь. Эвен отложил журнал, который «увлеченно» листал все это время, и подошел к дочери. — Джульетта, возьми папу за руку, хорошо? — попросил Исак, протерев спиртовой салфеткой кожу на ее плече. Эвен протянул ей руку, за которую девочка схватилась, как утопающий – за соломинку. Ей было страшно, но она пыталась не подавать вида. — Отлично. Теперь закрой глаза и сожми руку так сильно, как только можешь. Сильнее. Еще сильнее. Эвена удивило то, как сильно она могла сжать его руку, когда действительно пыталась, но он был не против потерпеть, если дочери становилось легче. Хотя голос Исака оставался мягким и добрым, Эвен видел, что врач был профессионально собран, распаковывая шприц и без колебаний вводя иглу в руку девочки. Эвен вздрогнул, и Джульетта сильно сжала его руку, но вскоре все было кончено. — Хорошо, — проговорил Исак, как только игла исчезла из вида. — Вот и все, можешь открывать глаза. Джульетта сразу же посмотрела на руку, где уже красовалась повязка с Ариэль. Исак взял ту, что со звездочками, и широко улыбнулся: — Куда повяжем эту? Джульетта показала на то же место на другой руке. — Хочешь, расскажу секрет? — поинтересовался Исак, закончив. Джульетта мгновенно закивала. — Ты – моя пациентка дня. Ты такая храбрая! Думаю, даже твой папа боялся больше, чем ты, — Исак взглянул на Эвена, который тут же почувствовал, как все внутри тает. — Ну, вот и все, — Исак снял Джульетту с кушетки и поставил на пол. — Больше никаких скучных больничных кабинетов, только новые игрушки. Он проводил их и указал Эвену в сторону окна выписки: — Было приятно познакомиться, Джульетта, — Исак помахал Джульетте и повернулся к Эвену с более красноречивым взглядом. — И с тобой, Эвен. Эвен точно знал, что сделал бы, встреть он Исака в каком-нибудь баре или же просто напившись для храбрости. Он бы сел поближе, положил руку ему на плечо и прошептал бы слова, которых бы хватило, чтобы увести его подальше и уединиться. Но они были не в баре, а попытку приударить за врачом собственного ребенка не оценят в большинстве социальных кругов, поэтому Эвен просто кивнул, взял дочь за руку и повел в сторону касс. Джульетта снова говорила о рыбках, спрашивая, могут ли они еще посидеть в приемной и посмотреть на аквариумы, но Эвен был поглощен своими мыслями. Он боролся с собой почти минуту, прежде чем все же поддался и обернулся, встретившись взглядом с Исаком. Они смотрели друг на друга достаточно, чтобы понять, что произошедшее было далеко не случайно. Когда Исак отвел глаза, на его лице расцвела красивая улыбка, пробудившая в Эвене то, что спало уже долгие годы.

ххх

Когда вечером Соня спросила про нового врача, Эвену пришло на ум только «горяч, как ад» и «мужчина моей мечты». В итоге он выдал нечто, что подразумевало, что Исак «компетентный профессионал», но Соня просто закатила глаза. — Настолько милый? — она понимающе улыбнулась, и Эвен даже не стал отрицать, зная, что его вид красноречивее слов. Он беспомощно вздохнул, уже смирившись со своей судьбой. — Не представляешь насколько, Соня. Просто не представляешь.