Сестры

      На следующую ночь, после занятий, Юи сидела и решала логарифмы у себя в комнате. Неподалеку, возле окна, сидела Элинор. Все же, та узнала, что у младшей проблемы с математикой и решила помочь как в старые добрые времена.       Юи периодически подзывала к себе сестру, чтобы та проверяла, что правильно ли она решала те или иные упражнения.       — Юи-тян, ну ведь можешь когда захочешь. А теперь прорешай еще пять упражнений и можешь отдыхать.       Юи была рада, что у нее начало все получатся. Хорошо, что на недавней контрольной не было этой темы. Юи бы ее завалила однозначно       Комори младшая смотрела на сестру. Та была слишком молчалива и задумчива, смотря куда-то вдаль. Казалось, ее мысли были далеко от этого дома и от его обитателей.       Юи прорешала четыре примера и хотела приступить к последнему, финальному, но тут же почувствовала на своем плече чьи-то зубы. Это оказался Райто.       Юи взвизгнула и попыталась сосредоточиться на оставшемся примере (она знала, что Райто не отстанет, пока не напьется), но ей никак это не удавалось.       — Райто-кун, не мог бы ты подождать, пока я дорешаю один пример?       — Стервочка, тебе не обязательно быть умной, мне твоя кровь нравится и когда ты глупая.       — Э? Я не глупая!       Юи вся сжалась от его клыков в себе. Почему-то, ее это возбуждало и не доставляло тот дискомфорт, что раньше.       А Элинор, казалось, даже ухом не повела в сторону Райто. То ли она не заметила его, то ли сделала вид, что не заметила. Юи вообще показалось, что Элинор в каком-то трансе, ибо ее глаза, казалось, покрыты какой-то пеленой, делая их бледно-зелеными.       — Райто-сан, ей остался один пример. Позволь ей его решить, я проверю их и отдам ее тебе обратно, — сказала Элинор на удивление очень спокойно и гулким голосом.       Юи удивилась, что сестра отреагировала так нескоро, ибо Райто уже был близок к своей «дневной норме».       — Ведьмочка, ты какая-то медлительная. Я уже хотел оторваться от Стервочки, но раз ты просишь, то я попью ее крови еще.       Райто явно хотел досадить Элинор, ибо он тут же укусил Юи, но уже сильнее, чем обычно; что у Юи аж слезы пошли.       Элинор тяжко вздохнула.       — Полнолуние после завтра, а у тебя уже обострилась жажда. Неужели кровь Юи настолько вкусная, что вызывает зависимость? — спросила Элинор, уже повернув голову в сторону этой парочки.       Юи, обессилев, уронила голову на стол.       — И да, и нет. Вампиры в принципе зависимы от крови, особенно высококлассной. Уверен, тебе этого не понять никогда, ибо твою кровь побрезгует пить даже изголодавшийся вампир.       Элинор ухмыльнулась.       — Знаешь, до приезда сюда я не знала, что моя кровь плохо пахнет. Когда-то в детстве меня пило двое вампиров. — Элинор пробила дрожь на последнем предложении. Видимо, ей были неприятны эти воспоминания       — Ого, это довольно неожиданно. Смею предположить, твоя кровь стала пахнуть со временем. Только вот непонятно, от чего, — хмыкнул Райто.       Элинор встала и подошла к Юи. У той до сих пор голова лежала на руках и она готовилась уснуть прямо тут.       Элинор приподняла верхнюю губу Юи, а после оттянула ее нижнюю.       — Кажется, если кто ее и пробудит, это будешь ты. Очень жаль, что она достанется такому извращенцу, как ты. Ты ведь от нее ничего не оставишь. Юи уже не будет той, которую я знала с детства.       — Хохо, Ведьмочка, мне льстит твоя похвала, но неужели ты думаешь, что твои жалобы что-то значат? Конечно, ты новая игрушка в руках Его, но для меня это пустой звук.       Элинор начала помогать Юи вставать.       — Юи-тян, в кровать. Ты должна поспать. Но сначала я схожу за клюквенным соком.       Только Элинор уложила Юи, та провалилась в сон

*****

      Следующей ночью, в школе, Шу не мог найти себе место. Везде было либо шумно, либо людно, либо еще что-то. Шу понял, что тогда остается одно место, где он может поспать — возле школьного чердака. Сам чердак был закрыт и в него не попасть, ибо в нем не было окон и обычная телепортация вампира в освещенные лунным светом места не могла сработать. Однако возле его входа очень редко ходили ученики. По школе ходил слух, что на чердаке кого-то убили и что оттуда иногда доносится истошный вопль кого-то. Шу за все ночи, проведенные там, слышал подобное только один раз и то в тот день чердак был открыт, так что он не считал, что этот слух был правдой.       Когда Шу поднялся туда, он увидел Элинор. Его сердце закололо. Она была рядом вместе с тем противным парнем Бурокку. Последний закрывал чердак.       — Думаю, этих вещей мне хватит. Спасибо, Бурокку-кун, за помощь, — сказала Элинор, когда заметила Шу.       — Не за что. Слушай, может, мне помочь тебе это все донести? Ты же все-таки хрупкая девушка.       Шу начинал злиться. Он понимал, что Бурокку лишь хочет втереться в доверие Элинор, а потом забрать ее. От него и от Него.       — Я была бы за, но скоро у тебя начнется урок. Я не хочу, чтобы ты снова пропускал его из-за меня.       — Пустяки. Редко когда бывает возможность помочь ближнему не из иных. Думаю, тебе это тоже знакомо.       Когда Бурокку спрыгнул вниз, он увидел, как к нему уже вплотную подошел Шу. От того веяло злобой, злобой на Бурокку. Тот аж отпрянул от неожиданности       — Так вот почему-то ты предпочла японский… — задумчиво сказал брюнет. Шу не понял сначала значения этой фразы, а потом вспомнил, что они вдвоем знают какой-то секретный язык.       Бурокку хотел взять некоторые коробки, но его остановил жестом Шу и тем самым дал понять, что эти коробки понесет он.       — Что ж, не забывай читать нужные молитвы, что я тебе выписал. Ты должна хорошо подготовиться к посвящению. До встречи, — сказал Бурокку напоследок и ушел.       Шу непонимающе взглянул на Элинор. Она же смотрела то на Бурокку, то на Шу, задыхаясь от возмущения.       — Бурокку-кун! Нельзя же быть таким наивным и говорить всё так открыто, — возмущенно пролепетала Элинор, смотря смущенно на Шу.       Бурокку лишь улыбнулся и скрылся наконец, где-то этажом ниже.       Элинор взяла коробки и хотела взять остальные, но их взял Шу. Комори вздохнула, но пошла вместе с вампиром.       — Далеко тебе эти ящики относить? — спросил Сакамаки.       — До оранжереи. Из-за того, что я уже знаю всю школьную программу, мне сенсей сказал, чтобы я помогала в саду, — ответила Элинор, спускаясь по лестнице.       — Вот как. А о чем ты говорила с ним? Какое посвящение?       Элинор остановилась и грустно посмотрела в глаза Шу.       — Я не знаю, как тебе объяснить. Но это посвящение очень важно для меня.       — И когда оно будет? — спросил Шу, останавливаясь рядом с ней.       Элинор была сама на себя не похожа, ибо она не относилась к Шу с отвращением, а даже с каким-то раскаянием и страхом.       — Завтра, в полнолуние. Но я должна сегодня уйти к нему вместе с Юи.       — Ты спрашиваешь у меня разрешение уйти на совсем? — спросил Шу. Почему-то он был уверен, что она спрашивала именно разрешение, чем просто говорила о своих планах.       — Нет, только на сегодня и завтра. Я знаю, что ваша жажда в полнолуние становится сильнее, поэтому решила взять Юи, чтобы она не умерла раньше времени. — Элинор тронулась в путь.       — А что насчет тебя? — Шу пошел следом.       — Насчет меня… даже не знаю. Из-за твоего отца, я обязана пройти этот обряд, чтобы не умереть на венчании. Конечно, так бы погиб и он тоже, но это все равно не то убийство, на которое я хотела пойти. Я же не смертница все-таки.       Шу эти слова были как ножом по сердцу. Она все-таки выйдет за его Отца.       — Почему я должен тебе разрешить? — Шу не мог допустить, чтобы она вышла замуж за его Отца. Почему-то ему казалось, что если Элинор и выберет кого, она будет с ним до конца и не будет ходить налево.       «Похоже на рассуждения влюбленного человека… Хотя стоп, это же мои рассуждения. Да нет, бред какой-то», — помотал головой Шу, пытаясь найти себе отмазку.       — Потому что я и так затянула с этим. Мои родные делали это в 18, а не в 21, как я. Мне нужен этот обряд, чтобы я могла… любить.       Элинор зашагала быстрее. Было понятно, что ей неловко обсуждать такие темы с Шу. Шу же в свою очередь тоже пошел быстрее, удивленный ее словам.       — Ты говорила что-то про то, что если ты его не сделаешь, умрешь на венчании. Как это работает?       — Я не имею права тебе это рассказывать. Это запрещено. Могу лишь сказать, что благодаря этому обряду я смогу любить, вступать в брак и спать с кем-либо. Сейчас я не могу ничего из этого из-за того что у меня… Ох, как же объяснить… Ладно, выражусь не точно, ибо не знаю, как это по-японски. У меня закрыта любовная чакра. Если же меня кто-то попытается изнасиловать, у него ничего не выйдет. Ты, наверное, помнишь, как я отреагировала на афродизиак, что дал мне Рейджи. Это тоже из-за того, что я не посвященная. Если меня на ком-то повенчать, пока я такая, то я и мой жених превратятся в пепел в ту же секунду.       — Ого. Неужели все настолько серьезно?       Шу это всё несколько удивляло. Кто же такая эта несносная рыжая девчонка? Уж точно не человек. Но тогда кто?       — Да. Именно поэтому я прошу тебя разрешить мне и Юи скрыться на эти два дня без погони и преследования. От вас же все равно не убежишь, я это прекрасно знаю.       — Что мне за это будет?       — А что ты хочешь?       — Тебя.       Элинор вжала голову в плечи, словно не веря своим ушам. Шу понравился этот легкий румянец, что проступил на ее щеках.       — Боюсь, этого я дать тебе не смогу. Слишком большая плата за два дня.       Она пыталась не потерять достоинство в его глазах, отвечая довольно быстро, но после этих слов, она стала избегать зрительного контакта с ним       — По-моему, все честно. Я тебя отпускаю, чтобы я смог сделать с тобой это.       Элинор зарделась. Видимо, тема секса в таком контексте очень ее смущала. Шу даже не ожидал, что она может испытывать стыд. Однако через секунду вся ее краска с лица пропала и перед ним была опять та несносная стерва       — Но ты ведь сказал, что не будешь со мной делать, пока я этого не попрошу, — лукаво улыбаясь, произнесла Элинор.       Шу будто бы ударило током. Он всё время забывал о том своем случайном обещании, но ничего не поделаешь. Мужик сказал — мужик сделал.       — Отплати мне тогда так, как посчитаешь нужным. Думаю, ты понимаешь, что просто так я тебя не отпущу. Это будет нечестно       Элинор задумалась. Она закусила свою губу, дразня тем самым Шу. Казалось, она уже знала ответ, ибо в ее глазах загорелся некий огонек, но она все равно продолжала кусать свою губу.       Она явно издевалась над ним.       — Хорошо, я отплачу тебе так, как посчитаю нужным.       — Как?       — Узнаешь, — подмигнула она ему и рассмеялась. Этот смех… Казалось, он эхом звучал не только в этом храме знаний, но и в храме души Шу. Он был глубоким, пробирающим до мурашек на коже.       Тут к Элинор подошел сенсей и принялся обсуждать рассаду. Увидев, что ей помогает Шу, он очень удивился, но все же взял у него коробки и отпустил его, так как ему еще многое нужно было обсудить с ней