Аутогенизм

      В этот раз парни заселяются к добрым родителям Чимина, которые с радостью принимают его друзей. Все расселяются в одной комнате, некогда принадлежавшей Паку и его брату. Вся бравая компания еле помещается в небольшой спальне, но никто не жалуется, потому что бесплатно и кормить будут три раза в день. Уже ближе к полудню все как раз садятся есть. Мама Чимина, добрейшая женщина, приготовила так много еды, что парням даже стало неудобно, но она уверила их, что всё в порядке. — Ой, только вспомнила! Минни недавно позвонил мне и сказал, что уже едет в Пусан. Так что, ребята, скоро он будет здесь. Наверное, завтра, — говорит между делом мать Чимина, ласково улыбаясь. Парни проявляют к этому известию неподдельный интерес и радостно шумят. За этот сложный, в плане переезда, день не происходит ничего примечательного. Чимин пару раз звонит парням, предупреждая, что пока не может искать нового сверхчеловека; Намджун сообщает, что Ёри и родители всё же решили подать документы в их школу, а после уходит по делам — нужно обсудить с другой такой же компанией сверх людей проблему ПГО и как от них можно избавиться мирным путём; Джин помогает маме Чимина на кухне, а потом сваливает гулять в город, раз занятий всё равно нет, Тэхён отправляется с ним; Хосок сидит на детской площадке, дышит свежим воздухом; Юнги же протирает штаны в квартире, читая какую-то книгу, содержания которой он после даже и не вспомнит. К вечеру и Мин вылезает расслабится на улице. Недолго он гуляет по переулкам и дворам, пока это не надоедает. Он шарит в карманах и отыскав там несколько тысяч вон, идёт к первому магазину, покупая новую пачку сигарет и мятную жвачку, чтобы потом не слушать нытьё Хосока. Юнги в какой-то момент чертыхается и посылает этого Чона куда подальше, но жевательная резинка всё равно оказывается во рту. Юнги так долго ходил по закуткам и улочкам, что совсем потерял счёт времени. На улице давно стемнело и заметно похолодало, а в Пусане из-за моря очень «колючий» ветер. Мин понимает, что пора возвращаться домой, но он понятие не имеет откуда пришёл. — Блин, и куда я дебил зашёл, — сам себя ругает Юнги пытаясь вернуться по прежнему пути. Он достаёт телефон и хмурится: два сообщения от Намджуна и четыре звонка Хосока. Похоже, они уже его ищут. Юнги думает, позвонить ли кому-нибудь из них или стоит построить из себя независимого. Мин выбирает второе, о чём жалеет уже спустя пять минут. Юнги бредёт куда глаза глядят, он проходит по пустым улицам города и чувствует себя очень некомфортно: растерянность, страх и злоба на самого себя. Он решает позвонить парням, откинув всю свою гордость берёт телефон в руки и… — Ну какого чёрта?! — восклицает Юнги, отчего по пустой улице расходится эхо. Телефон разрядился и больше не подаёт признаков жизни. Мин трёт лицо руками и садится на бордюр. Что ему делать он решительно не знает. Юнги всю жизнь считал, что слова «потеряться» и его имя совсем не совместимы, но крупно ошибся. Он обнимает свои плечи, потому что уже успел продрогнуть, а летняя футболка совсем не греет. Вдруг, он слышит чьи-то шаги и резко поднимает голову вверх. Практически перед его носом оказываются трое мужчин. Они одеты в служебную форму и Юнги бы принял бы их за военных, но на груди каждого красуется нашивка ПГО, которую он видел в первую встречу с Хосоком. Мину даже стало смешно, что его так легко нашли. — Парень, не мог бы ты уделить нам минутку внимания? — спрашивает один из них, а Юнги вскакивает на ноги и лихорадочно придумывает, что сделать дальше. Он слышит, как какой-то прибор в руках мужчин противно пищит, когда они делают к нему пару шагов ближе. Из обрывков фраз он понимает, что этот прибор выявляет сверхлюдей. — Я думаю, что мне пора домой, — тараторит Юнги, переходя на родной диалект и резко срывается с места, убегая в ту сторону, откуда он пришёл. Сотрудники ПГО бросаются в погоню, загоняя Мина в ловушку. Когда он почти выдохся и подумал, что они отстали, Юнги замечает, что находится в тупике, а единственный вход оказывается отрезан мужчинами. Мин может использовать сейчас свои способности, но тогда он рискует тут же оказаться в руках врага. — Зачем же ты убегаешь, мы же всего лишь хотим помочь, — спокойно говорит коренастый мужик, который вразвалочку подходит к Юнги и презрительным взглядом осматривает с ног до головы. Мин весь щетинится, как кот, пятится назад до упора. Он лихорадочно пытается придумать, как же сбежать, но в голову не лезут никакие нормальные идеи, только одна совершенно дебильная говорит о том, что стоит начать кричать. Вот только если на улице и правда будет проходить человек, он скорее побежит отсюда со всех ног, а не поможет. — Сонсенним, кажется, он умеет вселяться в других людей, — тем временем говорит молодой высокий парень, беспрерывно смотрящий в экран противно визжащей штуки. Юнги уже прилип к стенке, жалея, что его способность — это не умение проходить через стены. Он медленно дышит, будто пытается не выдать себя хищникам, хотя сам уже окружён ими. — Типа полтергейста, да? — насмешливо бросает мужчина, прикладывая руку к кобуре, — Да плевать, раз он не бронированный и не бессмертный, то пуля его быстро утихомирит, — Юнги напрягается ещё сильнее и уже готовится вселиться в этого мужика, чтобы успеть хотя бы выкинуть пистолет, как он чувствует чьё-то присутствие. Нет, это не сотрудники ПГО и не кто-то ему знакомый, но Юнги почему-то отчётливо понимает, что они здесь не одни. Он быстро пробегается глазами повсюду и высматривает странную тень. Можно было бы подумать, что она чья-то из этих мужчин, но есть одно, но — она стоит сама по себе. Тень иногда начинает двигаться и перемещаться по асфальту, не привязанная к кому-либо. Юнги предполагает, что это человек-невидимка, но его теория рушится в тот момент, когда «это» сливается с тенью коренастого мужика. Юнги переводит на него взгляд и не может поверить своим глазам. Мужчина задыхается. Он стоит на месте ничего не делает, но его глаза закатываются, а руки рефлекторно пытаются отцепить нечто от своего горла. Юнги только сейчас замечает, что там, на шеи мужчины, видны будто тени от пальцев, которые сильнее сжимаются, перекрывая дыхательные пути. Рядом стоящие мужчины бросаются к главному пытаясь ему помочь, но всё безрезультатно. Мужик хрипит и и его глаз начинают течь слёзы, а изо рта слюна. Юнги сейчас становится очень страшно, он сползает по стенке на землю и прикрывает глаза рукой. — Сука, это ты сотворил, да?! — кричит один из мужчин, подлетая к Юнги. Мин и сам дрожит от страха, так ещё и у сотрудника ПГО руки трясутся. Он треплет Мина за грудки пытаясь что-то сказать, но в глазах стоят слёзы и ненависть. Юнги краем уха улавливает посмертный хрип и вскрик молодого парня. Разъярённый мужчина бьёт Мина кулаком в живот, отчего того скручивает пополам. Он бросает Юнги и спешит к напарнику, а тот вдруг отлетает в стенку, будто от сильного удара в живот ногой. Мин даже замечает грязный отпечаток обуви на чужой форме. Единственный уцелевший мужчина бежит к соратнику и пытается его откачать, но всё бесполезно — он без сознания. Юнги вдруг понимает, что это его шанс сбежать, чем он и пользуется, подрываясь с места. Мужчина бросается в погоню, оставив ненадолго других сотрудников в переулке. Юнги спешит, петляет, лишь бы запутать преследователя, который из-за подскочившего адреналина готов Мина в лепёшку раскатать. Дышать получается через раз, внутренности скрутило в тугой узел, а сильный удар бывалого бойца постоянно напоминает о себе назойливой и тягучей болью. Когда он оказывается в одном знакомом месте, возле магазина, Юнги вдруг видит Хосока, который обеспокоено оглядывается повсюду. Мин чуть ускоряется, желая как можно скорее скрыться, желательно с Хосоком. Когда Чон замечает Юнги с хвостом, он подрывается ему навстречу. Хосок кричит что-то на бегу, а вокруг мужчины появляется огненное кольцо, обвивающие его вокруг. Языки пламени хаотично скачут вокруг, обжигая лицо и одежду мужчины. Тот растерянно смотрит на Хосока и Юнги, не зная, что делать. — Хён, ну как ты умудрился нарваться на представителей ПГО! — Хосок тянет Юнги на себя, пряча за Мина за спиной, — Ты как маленький! О тебе все уже переживать стали, а ты шляешься непонятно где. — Я потерялся, — чуть слышно говорит Юнги, держась за живот, который всё также ноет тупой болью. Хосок неопределённо двигает головой, будто всё понял и вновь устремляет свой взгляд на мужчину, который пытается выбраться из ловушки, но огонь взмывает всё выше в воздух, опаляя кончики волос военного. Тот чертыхается и достаёт припасённую пушку из кобуры. — Согласно законам, Вы нарушаете общественный порядок и наносите увечья государственно служащему, за что Вам полагается от пяти до десяти лет лишения свободы, — ломанным голосом почти кричит мужчина, трясущимися руками направляя пистолет на Хосока. В его глазах отражается страх и яркие языки пламени. — По законам нас не существует, а Вам следовало быть более осторожными, прежде чем нападать на просто гуляющего по улице гражданина, — парирует Хосок, вызывая второе кольцо огня, из-за чего мужчина пугается и стреляет в воздух. Чон же злится и не в силах сдержать свой гнев подходит к мужчине, идя через огонь, будто это не более чем вода, и хватает того за руку, направляя пистолет на себя. Военный трясётся весь и вдруг вскрикивает. Юнги видит, как Хосок в прямом смысл дымится, а рукав мужчины под ладонью Чона сжигается в несчастный пепел, быстро оголяя смуглую кожу, которая в тот же момент покрывается ожоговыми волдырями, разбухая и лопаясь. Юнги слышит болезненный крик мужчины и видит, как из его руки выпадает пушка. — Хосок, прекрати, с него достаточно, — Юнги подходит ближе, даже не обжигаясь об огонь, который лишь мягким теплом обволакивает его. Мин дотрагивается до Хосока, почти обжигаясь, а тот разжимает руку, отпуская мужчину, который тут же падает на колени, хватаясь за повреждённую часть. — Радуйся, что мой хён великодушный и жалеет даже таких как ты, практически выплёвывает Хосок, отходя от мужчины на пару шагов. Юнги передёргивает плечами, отмечая, что он просто трус, а вовсе не «великодушный», как сказал Чон. Мужчина падает наземь, когда огонь пропадает и из-за болевого шока находится в бессознательном состоянии. Вдруг на одинокой улице опять чувствуется чужое присутствие. Юнги осматривается вокруг, но не замечает никого, пока Мин не смотрит на асфальт. Там очертания рук в каком-то собственном такте двигаются за чужой тенью в манере хлопков, которая не похожа ни на чьи-либо тень: высокий выступающий нос, обычная летняя шапка и очертания свободной футболки. На земле мелькает маленькая надпись «Круто», а Юнги дёргает всё ещё взбешённого Хосока за руку и говорит, что пора валить. По улице они идут безмолвно, каждый думает о своём. Юнги о той странной тени, которая наверняка относится к какому-то сверхчеловеку, а Хосок чёрт знает о чём, потому что его лицо выражает полную сосредоточенность, а после с невозмутимым видом он берёт руку Юнги в свою. Мин вопросительно изгибает бровь, а Чон делает вид, будто ничего и не произошло. Юнги не пытается вырваться, но чувствует он себя довольно странно, боясь, что кто-то их заметит, потому что вышли они уже на более людную местность. — Хён, извини меня, я переборщил, — через некоторое время молчания говорит Хосок, крепче сжимая чужую ладонь. Юнги чувствует, что Чон волнуется, когда его рука становится горячее. — Ничего, ты ведь хотел мне помочь, — легко говорит Юнги и морщится, потому что боль на месте удара ещё не прошла, сдавливая всё внутри. Хосок хмурится на это. — Он тебя ударил? — спрашивает Хосок, останавливаясь. Юнги тоже стоит на месте и отводит глаза в сторону, не зная, что ответить, — Ясно, значит забираю свои слова назад, он заслужил, — выносит вердикт Чон и просит Юнги продолжить идти, говоря что Джин его обязательно подлатает. Мин выдаёт что-то нечленораздельное и двигается вперёд. Мысли о той злополучной тени и задушенном мужчине всю беспокойную ночь преследуют Юнги, который никак не может уснуть, постоянно ворочаясь и мешая другим. Засыпает он ближе к трём часам ночи, беспокойно прижимаясь к Хосоку и Намджуну, которые расположились по бокам от него. Разве бабочка решает судьбу, когда сама природа присылает дождь? Нет, она тут не причём. Любой расклад ведёт к этому, ведь рано или поздно солнце обязательно заволокут тучи. Слабые лучи будут пробиваться изо всех сил, стараясь помочь, но если никогда не будет дождей, поле рискует засохнуть и тогда прекрасная бабочка с синими крыльями никогда не вернётся на выжженную землю. Если принять правильное решение, всё встанет на круги своя. Возможно.

***

Поздно утром Юнги просыпается от того, что на него заваливается радостная тушка Чимина, который приехал только-только. Неразборчивые слова потоком льются в его ухо, после переходя к Намджуну, на которого перекатывается Пак. Юнги недовольно приподнимается на локтях и видит, что в всё ещё спал он, лидер и Хосок, остальные уже наверное сидят на кухне. — Хёны, я так рад вас видеть! — радостно выкрикивает Чимин, поднимаясь с Намджуна. Он энергично скачет по комнате, будто второе дыхание открылось и он вдруг растерял всю свою натуру смущённого парнишки. Хосок, впрочем как и Юнги, не особо рад такому пробуждению, от чего он утыкается в свою подушку, приближая и самого Мина за руки, чтобы почувствовать тепло, которое грело его всю ночь. Чимин тут же подрывается и плюхается между ними, немного отдавливая руки Хосока. — Нет-нет, Хоби-хён, уже пора вставать, — Пак смеётся и снова встаёт, подавая руки Юнги и Чону. Мин поднимается с неохотой, но идёт собираться, что делают и оставшиеся в комнате. Обедают они стандартно, Чимин рассказывает, как же сильно скучал по парням и увлеченно знакомится с Тэхёном, с которым очень быстро находит общий язык, правда с Ви у него разговор не клеится, поэтому когда тот переключается, Пак тут же замолкает и делает вид, что его и вовсе не существует. Юнги удивляется, что никто из ребят не поднимает тему его вчерашней пропажи, лишь только Сокджин иногда посматривает на него, убеждаясь, что с ним всё в порядке, да Хосок кидает на него косые взгляды, стоит Юнги хоть немного скривиться. Намджуну, Чимину и Тэхёну решено было ничего не говорить, притворившись, что Мин просто загулялся. После завтрака парни снова разбредаются кто куда, кроме Хосока, который теперь как сторожевой пёс на привязи постоянно сидит рядом с Юнги. Мина это сильно напрягает, но он старается виду не подавать. Юнги просит у Чимина ту книгу про название и описание сверхспособностей людей, Пак с радостью отдаёт её ему и уходит с Тэхёном и Джином на пляж, Намджун опять пропадет где-то на конференции, а Юнги усаживается на мягкий диванчик, начиная свои поиски. Хосок садится рядом с наушниками в ушах и делает вид, будто ему совсем не хочется выйти на улицу. Юнги улыбается в кулак, считая это довольно милым. Книга оказывается довольно большой, но Юнги быстро листает её, и всё-таки находит название и описание той сверхспособности — это умбрагинез, или по простому, управление тенью. С такой способностью человек может и убивать на расстоянии и следить и так далее. В минусах записано то, что если тело человека получит повреждение, тень вернётся к владельцу и не будет отделяться от хозяина, пока тот не восстановится, потому люди с такой способностью работают на расстоянии. Юнги удивлённо ахает после прочтения, чем привлекает Хосока, который время от времени поглядывал в книгу Мина, а может и на него самого. Юнги захлопывает энциклопедию и откладывает в сторону, обдумывая, рассказать ли об этом Намджуну или кому-то ещё. — Что ты искал? — через некоторое время спрашивает Хосок, вынувший из ушей наушники. Он внимательно изучает Юнги взглядом и выглядит очень серьёзно. Мин под таким взглядом чувствует себя маленьким и беззащитным, что хочется сжаться в клубочек и спрятаться. Но он себе сейчас такого не может позволить, потому приходится раскрыть рот и хоть что-то сказать. — Я, эм, видел вчера одну странную тень, которая, вроде как, помогала мне. В общем, я выяснил, что это был сверхчеловек со способностью умбрагинеза, — говорит Юнги, медленно и с запинками, но Хосок терпеливо слушает и ласково гладит по предплечью. — Ясно, — односложно отвечает Хосок и вдруг приближается к Юнги. Тот вжимается в спинку дивана, пытаясь хоть немного отодвинуться от настойчивого Чона. Юнги чувствует, как его пальцы переплетают с чужими и видит, как Хосок приближается к его лицу. Мин зажмуривает глаза, но вместо ожидаемых действий он слышит тихий шёпот на ухо, которое опаляют горячим дыханием, — Если тебе угрожает опасность, расскажи мне, хён. Я хочу помочь тебе. — Всё нормально, Хосок, правда, — тоже шепчет Юнги, как вдруг Хосок встаёт с дивана и выходит из комнаты, бросая «Я на кухне». Мин только через пару секунд оборачивается и видит Чимина, который стоит в дверях не решаясь пройти в собственную комнату. Юнги глупо хлопает ресницами и жестом приглашает Пака присесть. Тот нерешительно входит и присаживается на противоположный от Мина край дивана. — Хён, нашёл, что хотел? — неловко теребя край жёсткой обивки спрашивает Чимин. Юнги также сидит напряжённый, примерно представляя, как выглядели они с Хосоком со стороны. — Да, спасибо, — односложно отвечает Юнги, смотря в пол. Ему отчего-то стыдно, хотя это не он полез чуть ли не целоваться. — А можно задам один вопрос? — спрашивает Чимин, поднимая голову вверх и смотря на Юнги печальным взглядом. — Ты уже его задал, но можно, — Юнги криво улыбается, даже показывая десна. Чимин немного расслабляется и чуть придвигается к Мину. — Это может неприлично спрашивать, конечно, но вы с Хоби-хёном встеч… эм, какие имеете отношения? — Чимин откидывает чёлку вверх, расчёсывая пальцами. Юнги немного зависает на этом вопросе, ища внутри ответ. — Думаю, дружеские, — тянет Юнги и видит, как Чимин становится радостнее с каждой минутой. Его озаряет мягкая улыбка и крепкие объятья прилетают Мину неожиданно. Такой же неожиданностью становится тот момент, когда Чимин подрывается с места, порывисто мажет губами по щеке Юнги и убегает, странно хихикая. Мин трёт место «детского» поцелуя и испытывает смешанные чувства.

***

На следующий день им пора уже собирать вещи, чем они благополучно и занимаются. Юнги так и не рассказал Намджуну про того таинственного парня (по тени это было ясно), потому он старался вести себя максимально естественно. Все собираются в привычном темпе, никто особо не спешит. Иногда Юнги ловит на себе два взгляда: Чимина и Хосока. Первый смотрит украдкой, а когда оказывается замечен, быстро отворачивается и начинает глупо улыбаться. В свою очередь второй смотрит пристально и внимательно, не смея отводить взгляда. Юнги почти физически ощущает, как его уже с головы до ног изучили одними лишь глазами. — Ребят, смотрите кого я к вам привёл! — в комнату заходит Ви, вталкивая во внутрь какого-то подростка. Тот смотрит на всех заинтересованно, но Юнги кажется, что взгляд юноши останавливается дольше положенного именно на нём, — Он сам к нам попросился. Короче, он теневик. — Вообще-то, моя способность это умбрагинез, — подаёт голос парень, у которого за спиной походный рюкзак чёрт знает зачем. Он поправляет смоляные волосы и моргает своими нетипично большими для корейца глазами. Все пялятся в ответ, ожидая слов лидера, — Меня Чон Чонгук зовут, двадцать, пока нигде не учусь, потому что только в этом году школу закончил. Меня Тэхён-хён и Ви-хён давно знают, мы совместно в сетевые игры играем. — Здравствуй, Чонгук, я так понимаю, ты хочешь вступить в наши ряды или всё же поступить в университет? — спрашивает Намджун, продолжая копаться в своих вещах. Он лишь на мгновение оборачивается, чтобы быстро сложить о нём своё мнение. — И первое и второе. Я слышал, что у вас преподаватели очень хорошие и Тэхён-хён уже все уши про вашу команду прожужжал, — отвечает Чонгук, рассматривая что-то за окном. Он поправляет лямку на плече и вновь переводит взгляд на Юнги. Тот напряжённо смотрит в пол, наблюдая за неясным пятном тени под ногами Чонгука. Ухмылка на лице подростка проскальзывает совершенно незаметно, Юнги улавливает её лишь краем глаза. — Ох, ладно, возьмём тебя на испытательный срок, — Намджун хлопнул в ладоши, вновь повернувшись к Чонгуку. — Отлично, я уже готов к поездке, — Чон радостно гремит вещами в рюкзаке. Ви вновь меняется с Тэхёном и тот хлопает Чонгука по плечу. Юнги встаёт и выходит на улицу под предлогом «покурить». На самом деле он просто не желал находится в одном помещение с Чонгуком, потому что нахлынувшие вчерашние воспоминания пробирают до мурашек, а лицо хрипящего мужчины вновь предстаёт перед лицом. Юнги трёт виски и опирается на косяк дома. Руки чуть дрожат, поэтому достать сигарету получается раза с третьего. Желанный никотин немного его успокаивает, но уже скорее фантомная боль в животе заставляет согнуться пополам. — Всё в порядке? — вдруг спрашивает Хосок, который внезапно подходит к Юнги и трогает его за плечо. Мин распрямляется и кивает. Чон забавно чихает и морщится от запаха сигарет, — Опять куришь свою фигню? — второй вопрос остаётся без ответа. — Я просто устал, — говорит Юнги хрипловато, стараясь напустить на себя спокойствие. Хосок явно на это не ведётся, но молчит. — Это из-за Чонгука? — через минуту спрашивает Хосок, когда сигарета Юнги почти дотлевает. Мин дёргается и снова кивает. Чон тоже прислоняется к стене, соприкасаясь плечом с чужим. Юнги выкидывает окурок, приминая его ногой. — Не уверен, но похоже именно он вчера помог мне и… — Юнги запинается, боящийся рассказать о задушенном мужчине. Хосок вопросительно изгибает брови, ожидая продолжения, — и его тень вчера убила одного из работников ПГО, — он роняет голову на руки и приседает, растирая лицо. — Ах, — всё, что говорит Хосок. Он смотрит в небо, наблюдая за проплывающими мимо облаками, — Ну, он же не трогал тебя? — спрашивает Чон, прикасаясь к плечу Юнги. Тот поднимается на ноги и укоризненно смотрит на Хосока. Ну как он может так спокойно спрашивать про это, услышав, что их новый член команды убил человека. О Юнги стоит беспокоится в последнюю очередь. — Ты серьёзно? Это единственное, что тебя волнует? — раздражённо спрашивает Юнги. Хосок чуть улыбается и выдаёт: — Главное, что ты не пострадал. Да и раз уж он защищал тебя, то в этом нет ничего плохого. Будь я на его месте спалил бы всех их к чертям, лишь бы спасти тебя, — Юнги внезапно чувствует, как кровь приливает к лицу и щёки начинают алеть. Он чуть толкает Хосока в грудь и направляется обратно в дом. Чон усмехается и уходит следом.

***

В Сеул они добираются на следующее утро. Ребята расходятся по домам, Чонгука и Тэхёна заселяют в общежитие, где сейчас живёт и Чимин. Юнги устало падает на кровать и обдумывает их недолгую поездку. Что-то определённо поменялось. Новые участники команды, странное поведение и слова Хосока, мимолётный поцелуй Чимина. Что это всё значит? Юнги трёт виски и вспоминает все смущающие моменты. Его щёки быстро алеют, а последние слова Хосока яркой вспышкой всплывают в голове. Юнги обнимает подушку и жмурится. Его слова звучали пугающе, но в тоже время… мило? Он не мог поверить, что Чон смог сказать такое. Вдруг телефон вибрирует, оповещая о входящем звонке. Юнги неохотно тянется за ним и, несмотря на экран телефона, отвечает. — Привет, хён! — голос Чимина чуть подрагивает, но он старается говорить непринуждённо, — Слушай, а ты не очень занят завтра? — Ну, думаю нет, не занят, — Юнги переворачивается на спину и чешет живот. — Отлично! Тогда, Юнги-хён, не хочешь сходить куда-нибудь со мной? Ну в кино или в парк. Завтра выходной, поэтому я весь день свободен, — Чимин говорит явно более раскрепощённо, в отличие от их первой встречи. Юнги зевает и обдумывает предложение. — Хорошо, во сколько встретимся? — Юнги встаёт с кровати и направляется на кухню. Он слышит тихое ликование Чимина и ухмыляется. — Давай в 12:00, — Чимин радуется совершенно неподдельно, заражая и Юнги. На следующий день они встречаются в ближайшем к дому Юнги парке. Чимин вновь без очков, зато Мин замечает чуть подкрашенные уголки глаз, вероятнее всего, подводкой. Сам Юнги не очень часто использует декоративную косметику, но в арсенале имеет некоторые средства. Чимин выглядит совершенно взрослым, а ещё Юнги замечает, что тот сейчас выглядит выше него. Он ухмыляется, понимая, что тот надел стельки и был «пойман» на небольшой лжи Мином. — Хён, пойдём прогуляемся? — Чимин улыбается, отчего его глаз становится почти не видно. Юнги и сам невольно приподнимает уголки губ. Они медленно проходят по красивым живописным улочкам, наслаждаясь красотой растений. Из-за яркого палящего солнца парням приходится иногда прятаться под кронами деревьев. — Давай купим мороженное? — вдруг спрашивает Чимин и отчего-то краснеет. Юнги соглашается и следует за Паком к палатке мороженщика, — Какое ты любишь, хён? — Думаю, фисташковое, — задумчиво протягивает Юнги. — Отлично, тогда одно фисташковое и одно клубничное, — говорит Чимин, обращаясь уже к продавцу. Тот выполняет заказ и Юнги уже достаёт деньги, чтобы расплатиться, как Пак прерывает его и протягивает нужную сумму и за себя и за Мина. — Нет-нет, Юнги-хён, раз я тебя пригласил, то мне и платить, — Юнги пожимает плечами на его слова и убирает деньги обратно в кошелёк. Чимин передаёт ему мороженное и принимается за своё. Юнги пробует сладость и остаётся доволен. Парни гуляют ещё немного, рассматривая счастливые семейные пары и Мин иногда ловит на себе заинтересованный взгляд Чимина, которому, похоже, интереснее глядеть на профиль Юнги, чем на прохожих. Пройдя ещё пару метров Мин чувствует, как Пак нерешительно протягивает свою руку к его, касаясь лишь кончиками пальцев. Юнги ухмыляется на этот невинный жест и не предпринимает ничего, следя за дальнейшим поведением Пака. Его почему-то очень забавляет данная ситуация. Чимин не встретив сопротивления, более уверенно берёт Юнги за руку и неловко переплетает пальцы с чужими. — Кхм, хён, ты ведь не против? — Чимин от смущения не может поднять на Юнги взгляда, хотя он первый это сделал. Кончики его ушей ужасно покраснели, будто от холода, а в глазах горят маленькие язычки радости и превосходства. — Нет, не против, — Юнги улыбается непринуждённо, а Чимин тает весь и Мин чувствует, как ладошка Пака потеет из-за напряжения. Чимин больше не смотрит на Юнги, но продолжает нежно сжимать чужую ладонь в своей. — А ты большая или маленькая ложка*? — вдруг спрашивает Чимин, останавливаясь. Юнги смотрит на Пака непонимающе, а после ухмыляется (в какой раз за день). — Я нож, — Чимин заливисто смеётся и даже отпускает руку Мина, практически падая на землю. Юнги и сам улыбается, довольный своим ответом, — Ладно, Чимин, давай куда-нибудь присядем и поговорим. У нас как-то раньше времени не было, — Пак соглашается и они идут в ближайшее уличное кафе, садясь на веранде под козырьком крыши. Они оба заказывают кофе, Чимин латте, а Юнги любимый американо. Сидят они напротив друг друга, отчего очень сложно скрыть своё лицо от собеседника. Хотя сейчас это требуется только Паку. — Может расскажешь что-то о себе? — подперев щёку, говорит Юнги. Чимин пялится вдаль и обдумывает, что сказать. — Ну, я выходец из бедной семьи, как ты мог заметить по обстановки в доме. Моя мама домохозяйка, а папа обычный офисный планктон, — Чимин помешивает кофе, чуть отпивая, — Если бы не Намджунни-хён, я бы никогда не поступил бы ни в какой университет, потому что у родителей нет и никогда не было на это денег. — Расскажи, как вы познакомились с Намджуном? — спрашивает Юнги заинтересованно. — Да и рассказывать-то нечего. Он случайно наткнулся на меня в Пусане, а ко мне тут же пришло видение, что он стопроцентный сверхчеловек. Так мы и познакомились. Он тогда только образовывал команду, поэтому незамедлительно попросил меня вступить, пообещав бесплатное образование в его университете. И он исполнил своё обещание. Как видишь, я до сих пор там учусь и очень горжусь тем, что Намджунни-хён заметил меня и позвал к себе, — Чимин выпрямляется и забавно бьёт себя по груди, тут же ойкая и потирая ушибленное место. Он мило улыбается, отчего Юнги тоже расплывается в улыбке. — Классно, слушай, а расскажи ещё о ком-нибудь? Ну например… — Юнги запинается, когда в голове всплывает образ Хосока, о котором хочется узнать как можно больше. Улыбка с лица Чимина опадает и теперь он волен только натянуто приподнимать уголки губ. — О Хоби-хёне? — всё-таки спрашивает Чимин, а Юнги замечает погрустневшие глаза Пака напротив. Ему даже становится совестно за собственное желание, но он представляет перед собой Хосока и и согласно кивает, — Ну, он приехал из Кванджу, чтобы заниматься танцами. С Намджунни-хёном они знакомы ещё со школьной скамьи и они и являются основателями компании. Я многого не знаю, но вроде в подростковом возрасте они признались друг другу в том, что они сверх люди и после того случая решили, что должны найти таких же «особенных» людей, как и они. Ещё Хоби-хён решил не работать в университете, потому что когда Мони-хён попросил его побыть учителем литературы на один день, Хоби-хён чуть не спалил всё восточное крыло кампуса, потому что его вывел из себя какой-то студент, — Чимин вдруг прерывается и хватает Юнги за руку, наклоняясь ближе. Он смотрит в глаза Мину и шёпотом говорит, — Хён, прошу, не доверяй ему так сильно. Хосок-хён кажется добрым человеком, но в гневе он страшен и опасен. Я не хочу, чтобы ты пострадал. Юнги удивлённо смотрит на абсолютно серьёзного Пака и недоумевает, почему тот говорит такое. Ну да, Мин и сам видел, что в гневе Хосок не управляет собой, но даже тогда, когда Юнги вступил в его огонь ничего не произошло. Он не обжёгся и не поранился, в тот момент он чувствовал лишь приятное тепло, а не ожидаемый невыносимый жар. Поэтому поверить в то, что тот может причинить ему вред Юнги не может. Чимин выдыхает и садится на место, отпуская руку Юнги. Он бездумно пялился на пейзаж, провожая глазами облака. По глазам Мина видно, что тот и на грамм не поверил Паку и он явно не собирается ничего предпринимать. Чимин трёт переносицу и снова окидывает взглядом Юнги, который также смотрит на него. В глазах Пака плещется раздражение, что Мин видит у него впервые. Неужели всё серьёзно настолько плохо? Нет-нет, Юнги совсем не хочет в это верить. — Если ты мне не веришь, я пойму тебя, Юнги-хён, — вдруг подаёт голос Чимин. Он говорит тихо, медленно и как-то обречённо. Юнги вздрагивает от неожиданности, — Я же говорил, что я ясновидящий, верно? — Юнги кивает, — Так вот, я не только могу определять местоположение сверх людей, я также могу увидеть во сне какое-либо предзнаменование. Недавно мне приснилось, как тебя ранили, но к тебе на помощь пришли две души. Одна была ярко красной, от неё исходило пламя, вторая была абсолютно чёрной, еле видимой, будто она скрывалась в тени. Сначала я не понял, к чему бы это, но недавно, когда к нам пришёл Чонгук я всё осознал. И да, я знаю, что эти события уже случились, но не волнуйся, я никому не расскажу. Юнги ошарашенно пялится на Чимина и не может поверить своим ушам. Получается, что тот знает так много и может увидеть ближайшее будущее. Это поражает и не даёт Мину спокойно вдохнуть воздух полной грудью, его будто поместили в резервуар с водой и не дают подняться на поверхность. Будто перекрыли дыхание и его голоса больше никто не услышит. Чимин же больше не смотрит на него, предпочитая разглядывать облака. — Хён, я устал, пойдём домой, — Чимин встаёт из-за стола и дожидается Юнги. Тот еле поднимается со стула, всё ещё не придя в себя. Что же ещё может знать Пак, если он видел то, что произошло совершенно случайно. Или нет. Юнги никогда не верил в судьбу и не мнил себя фаталистом, но после слов Чимина ему стало не по себе. Неужели судьбы всех людей на планете уже давно предрешены и ничего нельзя изменить? А вдруг ему суждено умереть завтра, а он ни сном ни духом? Что прикажете делать? Юнги машинально двигается, следуя за Чимином, который тащит его за руку к подъезду Мина. — Хён, — окликает Юнги Чимин и разворачивается. Они уже оказались возле квартиры Мина, что тот за своими мыслями даже не заметил, — Послушай, я знаю, что скоро между вами с Хоби-хёном кое-что произойдёт, да и надеяться мне не на что, но я хочу немного изменить ход истории, поэтому прошу не надо ненавидеть меня после этого, хорошо? — Юнги не успевает ничего ответить на странные слова Чимина, как вдруг он чувствует, как чужие пухлые губы накрывают его. Мин прижат к собственной входной двери телом Пака, который, прикрыв глаза, самозабвенно целует его. Юнги ошарашенно смотрит на сомкнутые веки и чуть подрагивающие ресницы, практически не дыша и не двигаясь вовсе, будто он стал мраморной статуей. Он не отвечает на требовательный и даже какой-то виноватый поцелуй, всё на что его хватает, так это на то, чтобы схватиться за плечи Пака. Юнги не дурак и понимал, конечно, к чему ведут все эти короткие взгляды исподтишка и держание за руки, и его непонятные высказывания в сторону Хосока, но Юнги и подумать не мог, что Чимин осмелится на такое. Да и Мина теперь очень волнует вопрос, что же случится между ним и Хосоком? Он надеется на лучшее, но после слов Чимина он как-то даже не уверен, что есть смысл вообще на что-то иметь надежду, если всё предрешено. Чимин отстраняется от Юнги и тот наконец вдыхает полной грудью. Пак сильно покраснел, даже его шея и уши покрылись красными пятнами. Он отступил два шага от Мина и прикоснулся рукой к своим губам. Юнги повторил за ним, врезаясь лопатками в дверь. Пак опускает глаза куда-то в сторону и уже хочет уйти (позорно сбежать), как Юнги говорит: — Это ты тоже во сне видел? — звучит это также тупо, как и ожидал Юнги, но ничего более разумного он придумать просто не смог. Чимин глупо моргает, а после грустно улыбается. — Нет, это мне захотелось, возможно, это изменит судьбу, а возможно и нет, — Чимин выдыхает, а после вновь приглушает голос, — ты ведь не возненавидел меня? — Нет-нет, всё в порядке, — машет перед собой руками Юнги, — но мне нужно немного времени, чтобы всё обдумать, — Мин невольно даёт Чимину надежду на что-то большее, на что, Юнги и сам не знает, но в глазах Пака чётко отображается вера. Можем ли мы винить бабочку в том, что сами совершили ошибку? Что делать, если к вам на поле пожаловала другая бабочка, приносящая за собой небольшой ураган меняющий сознание? А что делать, если вы не хотите прогонять эту бабочку, но в тоже время мечтаете о прекрасном солнце, которое непременно сожжёт вас дотла? Будет ли толк от чужого счастья, когда лучшая награда для бабочки с синими крыльями — это великая секунда блаженства, когда она готова сгореть под палящим солнцем, после получая лишь боль? Ни у кого нет ответов на эти вопросы, но бабочка знает точно — ей нужно лишь чистое небо над головой и её личное солнце, которое может обернуться даже простым фонариком, но для неё светить оно будет ярче, чем любая огненная звезда. Жизнь бабочки и так коротка, так зачем же её тратить на бессмысленные вещи?