Перекати-поле

— Я не буду ждать вечно, еще пять минут, и выдвигаемся.       Сэн недовольно фыркнула, но засобиралась. Возможно, они и задержались тут надолго, но еще пару таких дней, и она бы точно сошла с ума. Их отступничество оказалось не таким уж и воодушевляющим. Учиха не делился планам, лишь молчал, погруженный в собственные мысли. Говорить ему что-то о её собственных планах пока было бессмысленно, да и двигались они в нужном направлении очень медленно. Затруднено это было тем, что слухи об уходе Учихи Мадары из деревни разлетелись по стране Огня с неимоверной скоростью. Конечно, никто бы не отважился напасть на него в открытую, но жизнь испортить могли, и именно поэтому вот уже месяц они скитались от стоянки к стоянке, словно неприкаянные. Сэн уже и забыла, что такое нормальное купание, не говоря уже о её внешнем виде.       Еще раз ополоснув лицо водой из реки, она последовала за мужчиной, который не выждав и минуты, двинулся дальше.       Со стороны они должно быть выглядели устрашающе, совсем не похоже на шиноби, скорее на каких-нибудь наемников. Волосы её отрасли ниже поясницы, но из-за отсутствия ухода превратились в жесткую паклю, лицо осунулось от постоянного недосыпа, темные круги стали её верными спутниками. Всю эту картину дополняла поношенная, темная и пыльная мужская одежда, а также длинные ножны, что болтались у её бедра, с выглядывающей оттуда резной рукоятью. Но куда более угрожающим выглядел бывший глава Учиха, непослушные, такие же жесткие волосы он начал собирать в низкий хвост; поначалу легкая щетина делала его мужественным, но сейчас она превратилась в неухоженную бороду, окончательно делая его лицо отталкивающим и нелюдимым. И где та красота, которой она так восхищалась?       В голове тут же всплыл образ беловолосого Сенджу. Интересно, как он там? Думает о ней хоть иногда? Она судорожно замотала головой, отгоняя образ. Не думать о прошлом, ей дороги назад больше нет. Теперь она преданно следует за Учихой, надеясь когда-нибудь разобраться с собственной жизнью.       Очевидно, заметив её задумчивое, сосредоточенное лицо, Мадара заговорил с ней. Голос звучал сипло. Говорили они не так часто: — Завтра доберемся до мелкого поселения, там и приведешь себя в порядок.       Она недоверчиво посмотрела на него. С чего это им, спустя месяц дороги, забредать в какое-то место, где есть люди, да еще и останавливаться? Точно уж не для того, чтобы она смогла вымыть голову. — А? Там что-то важное?       Он лишь промолчал и пошел дальше. Сэн выдохнула. Не говорит, как всегда. За все то время, как они покинули деревню, Учиха сильно изменился и будто бы стал бледной копией себя прежнего, и дело было не только во внешнем виде. В нем будто погас тот огонь, которого все так боялись и восхищались, а сам он стал одержим лишь одной идеей, о которой говорил лишь в общих чертах. Сила, вот что его заботило больше всего. В конце концов, было изначально понятно, что такой человек, как Мадара, не сможет долго жить спокойно. Недоверие собственного клана в итоге и сыграло ключевую роль в его уходе, заставив и без того воспаленный разум додумать весьма болезненную историю предательства.       Они не говорили об этом, но Сэн прекрасно все понимала и лишний раз не заводила подобные разговоры. Вместо этого они тренировались, много и усердно. Сейчас, когда у Учихи не было достойного противника в лице того же Хаширамы, им стала Сэн, что было ей на руку. Нужно было тренироваться, чтобы прошлый опыт не забылся, а рука не отвыкла от оружия.       У них начался новый этап их странных «отношений». Между ними не было плотской любви, они даже не касались друг друга лишний раз, только во время тренировочных битв. Молчаливое путешествие сплотило их гораздо больше, и они благополучно сделали вид, что ничего между ними и не было.       По началу её это задевало и тревожило. После ухода из Конохи сердце как никогда требовало любви и заботы, чего Мадара дать не мог. Сколько слез бы не было пролито, ничего так и не поменялось. Ну, кроме самого Учихи. Скорее всего, так оно и лучше.       В небольшое поселение они прибыли ближе к ночи. Отложенных денег хватило, чтобы снять приличные комнаты в небольшом рёкане. Наконец-то они смогут отдохнуть. Ну или только она. Учиха же сбросив вещи, тут же покинул её, оставляя наедине с собой.       Она и не была против. Уже глубокой ночью она что есть сил натирала себя жесткой щеткой, стараясь смыть всю грязь и пот, что накопились за дорогу. Боги, и как она могла себя так запустить? Секущиеся концы, нещадно были подрезаны, пусть и не ровно, но волосы стали выглядеть гораздо лучше.       Облачившись в тонкую юкату, она проследовала в свою комнату, надеясь наконец хорошенько отоспаться. Но, видимо, этому не суждено было сбыться.       Сэн ворочалась на футоне вот уже битый час и все никак не могла уснуть. Только-только её разум начал проваливаться в небытие, как дверь сёдзи распахнулась. — Сэн! Сэн, ты спишь? — голос у Учихи был непривычным. Слишком живым.       Сонно потирая глаза, девушка поднялась с постели, смотря на мужчину. Тот выглядел иначе. Не было того тяжелого взгляда и осунувшегося лица, но главное, исчезла эта чертова борода! Боги, да он помолодел лет на десять! Судя по такой же юкате, он только из купален. С длинных волос еще капала вода. — Случилось что-то хорошее? — такие перемены в настроении испугали её, уж слишком возбужденно блестели черные глаза. — О, ты не представляешь! Ты слышала что-нибудь о Биджу? — Он, казалось, стал прежним, но вот нервные, дерганные движения совсем не вязались с тем далеким образом. — Нет, не знаю. — Она и вправду не знала, но прекрасно понимала, что ничего хорошего.       Мадара рассказал ей о хвостатых зверях, раскиданных по всему миру, о Мудреце Шести путей и о кланах Сенджу и Учиха, что давным-давно были родственными кланами.       Она слушала внимательно, стараясь запомнить все, что он говорит. В будущем ей может пригодится эта информация, касательно Мудреца, ведь он сильнейший из всех шиноби, а значит, и знал очень и очень много. В сердце затеплилась надежда. Возможно, это станет ключом к её возвращению домой. — …и наконец Девятихвостый. Именно он-то нам и нужен. Его видели тут, на территории страны Огня, и знаешь что? Охраняли его именно люди с метками на ладонях. Полый круг. — Он очертил круг в воздухе, будто она не понимает. — Поздравляю, теперь наши цели схожи. Завтра мы выдвигаемся в то место, где впервые встретились.       Её будто оглушили. Остальных слов мужчины Сэн не слышала. Она думала лишь о том, что, возможно, вскоре они станут чуть-чуть ближе к разгадке её перемещения и её страданий.       Учиха не ушел в свою комнату, остался с Сэн, будто не было этого месяца молчания. Просто лег на голые татами, отвернулся от неё и забылся сном. Похоже, он был вымотан больше, чем ей показывал.       Она же так и не смогла заснуть. Мысли роились в голове, наслаиваясь, нашептывая и тревожа её. Сколько прошло времени, девушка не знала, но за окном все еще было темно. Возможно, ей все-таки удастся заснуть. Она перевернулась на спину и уставилась в потолок, стараясь отрешиться от ненужных дум, как вдруг слева раздался приглушенный стон, а затем тихое бормотание.       Мадара дышал тяжело. Сэн осторожно коснулась его шеи. Пульс зашкаливал, а все его тело было мокрым от холодного пота. Комфортная атмосфера рёкана сработала совершенно не так как нужно. Мужчину мучили кошмары.       Перетащив своё одеяло, она укрыла его, обнимая со спины и неспешно поглаживай по волосам. Он так и не проснулся. — Тише, тише, это всего лишь сон, спи спокойно. — Внутри все задрожало от прикосновений к нему. Казалось, что они отдалились дальше некуда, но сейчас, увидев его в момент слабости, сердце с новой силой застучало в груди, сжавшись от жалости и какой-то неправильной любви.       Он понемногу успокаивался и наконец затих, неосознанно перехватив её ладонь и прижав к груди. Сэн улыбнулась и прижалась к нему еще ближе. — Изуна. Изуна, не оставляй меня.       Улыбка тут же исчезла с её лица.

***

      Сон? Она все-таки заснула?       Вокруг неё была все та же комната, только вот Учихи рядом не было. Она прислушалась. Тишина. Хоть за окном и было светло, но вокруг было до одури тихо. Лишь мерное гудение, словно рой мух.       Что-то тут не так. Даже не переодевшись, она поспешила покинуть комнату. Только ей стоило открыть дверь, как Сэн чуть было не упала в пропасть, зияющую прямо за порогом. Вокруг царил полный хаос. Это был все тот же рёкан, но в то же время совершенно другой. Коридор, что вел в её комнату, завис в воздухе, деревянный пол рассыпался на множество кусков, также паря в пустоте. Лампы, двери, куски еды — все это парило в невесомости.       Сэн проворно перепрыгнула на одну из досок. Та, к счастью, держалась крепко, так что девушка смогла устоять и добраться до соседней комнаты. Она легко толкнула дверь, которая тут же всплыла вверх. В комнате оказались постояльцы, Сэн видела их ночью. Только вот пожилая пара не двигалась. Они застыли в ломаных позах, будто собирались что-то сделать, но время остановилось.       Девушка запрыгнула на стол, паривший над порогом. Помахала перед глазами сначала у старика, а затем и у его жены. Ничего. Дальше, нужно идти дальше.       Лестница, к её удивлению, была на месте, хоть и добраться до неё было весьма трудно. Второй этаж встретил её тем самым гудящим роем. Вернее сказать, второго этажа не было и вовсе. Щепки от крыши летали повсюду, выставляя посетителей рёкана на всеобщее обозрение. Только вот обозревать их было некому.       Она прошлась туда сюда, надеясь что-нибудь разузнать, но ничего не нашла. Только спустя минут десять девушка заметила крупную щель, прорывающую пространство, что находилась за парящей картиной. Недолго думая, она протиснулась в неё.       Стоило ей это сделать, как за спиной раздался странный, втягивающий звук и разлом закрылся. Сэн оказалась в небольшом святилище. Только вот никакого божества на положенном пьедестале не было. Вместо этого из-за толстых колон появилась женщина. Женщина с её лицом.       Стало жутко. Она понимала, кто это.       Смотреть на собственное лицо было странно, особенно если брать во внимание красные глаза. — Теперь мы в моих владения, да? — и голос, даже голос, что до этого казался ей громоподобным, звучал в точности как её. — Ну же, не стесняйся. Пока что я тебя не трону, ты должна быть целой и невредимой, моя дорогая. Вид у тебя отвратительный, хочу заметить.       Женщина щелкнула пальцами, и юката Сэн превратилась в красивое красное кимоно с длинным шлейфом и длинными рукавами, волосы были собраны в замысловатую прическу. Теперь они выглядели абсолютно одинаково. — Изанами, верно? Наконец-то мы можем говорить нормально, без твоих извечных подопечных и моих галлюцинаций. — Сэн старалась вести себя как обычно, но легкая дрожь все-таки прокатилась по телу.       Богиня растянула накрашенные губы в улыбке. — Говоришь так, будто я сделала что-то дурное. Лишь твоя череда ошибок и глупости привела тебя к такому состоянию. Конечно, не обошлось без вмешательства моих людей, но они были не дисциплинированы, разобщены, потому что были лишены командира. Меня. — Изанами неспешно двинулась к ней. Нет, даже не так, поплыла, а красный шлейф двинулся за ней. — Но теперь я обрела хотя бы такой вид и взяла все в свои руки. Спасибо, без тебя бы этого не вышло. — Женщина издевательски поклонилась. — Просто скажи… скажи, что ты хочешь от меня, перестань меня мучить. — Мучить? Я никогда не мучила тебя, наоборот, ты получила от меня столько подарков. Ты хотела братьев Сенджу, главу Учих — ты их получила, разве нет. О-о-о, какое зрелище вы мне устроили в последний раз! Поверь, я безумно пожалела, что не могу обрести материальный облик.       Богиня заговорщицки подмигнула ей и тут же оказалась у неё за спиной, прижимаясь к её спине грудью и кладя острый подбородок ей на плечо. Тут же мочку уха обожгло горячее дыхание. — Ну ничего, мы еще повеселимся да, в конце концов, у нас много времени впереди, целая вечность.       Сэн вырвалась из цепкой хватки и отошла на пару шагов. — Ты врешь. Как ты могла этому содействовать? — О! Тебе обидно? Не бойся, они все хотели этого, я лишь немного их подтолкнула. — Раздался смешок. Совсем не веселый смешок. — А тебя волнует только это сейчас? Спали ли с тобой из собственного желания, или же я все устроила? Ты и вправду дура, Сэн.       В этот раз она захохотала в голос, прикрывая красный рот когтистой ладонью. — Ну ничего, это ненадолго. Я научу тебя уму.       Прежде чем девушка что-либо предприняла, Богиня оказалась рядом с ней. Изанами была настолько близко, что они даже соприкоснулись носами. — Мой тебе подарок до нашей следующей встречи.       Ей показалось, что женщина хочет её поцеловать, но та лишь приоткрыла рот Сэн, держа за подбородок, и подула.       Тело тут же налилось свинцом, и девушка без сил упала на пол. — Наконец-то все идет по плану. — Изанами переступила через тело двойника и заняла постамент в центре зала, где замерла и превратилась в безмолвную статую.

***

      Она бы подумала, что это было сном, только вот аккуратно сложенное кимоно, лежавшее в комнате, говорило об обратном. Пришлось судорожно запихнуть его в рюкзак, пока не вернулся Мадара.       Но прошел час, а затем и еще один. Учихи все ещё не было. Проклиная его на чем свет стоит, девушка бродила по селению, пытаясь его найти. — Эй! — он нашел её первой. — Держи!       Сэн неловко поймала сверток, чуть не выронив его от неожиданности. — Что это? — Одежда. Нужно давно сменить эти тряпки. — он кивнул на её одежду.       Сам Учиха тоже переоделся и теперь вновь стал центром внимания проходящих мимо людей, только теперь уже не из-за пугающего внешнего вида. — Теперь идем, дорога долгая. — Он уже развернулся, как девушка окликнула его: — Мне бы переодеться.       Мадара закатил глаза, но все же подождал, пока Сэн нервно меняла одежду, воровато озираясь по сторонам. Стояли они чуть ли не на виду у всех.       Дорога и вправду была долгой и утомительной. Хоть одежду они и поменяли, но стало ненамного лучше. Теперь из-за плотной ткани и палящего солнца было нестерпимо жарко. Сэн украдкой кинула взгляд на Учиху. Тот не выказывал ни каплю недовольства по поводу дороги и, кажется, вовсе не замечал каких-то неудобств. — Мадара? — М? — Ты не замечал ничего странного? Ну видения там, странные сны?       При упоминании снов мужчина напрягся. — Нет, кроме тебя, ничего странного. — На секунду он задумался. — Хотя нет, было кое-что. Кто-то следит за нами, причем весьма успешно, мне так и не удалось его обнаружить. — Следит? И как давно? — Ну лично за мной уже около года, и сейчас это тоже продолжается. — Что? И ты молчал все время? — Тебе-то какое дело? Я сам этим всем займусь.       Сэн надулась. И много он ей не говорит? Он толком и не рассказал ей о плане с Девятихвостом, так что скорее всего много. Она недовольно прожигала его спину взглядом. Герба Учих там больше не было. — Ты так дыру во мне прожжешь. Лучше давай догоняй, срежем тут.       Место было смутно знакомым. Память услужливо подкинула ей образ.       Вот она сидит у самой дороги. Раненная, полуголая, плачущая. Именно тут она встретила Хана, её первого учителя. Странно, но внутри все было спокойно. Никаких эмоций это место у неё не вызывало. У неё в последнее время вообще было очень сложно с эмоциями. — Туда. — Мадара махнул рукой в сторону, указывая направление.       Спустя какое-то время показалась крыша, а затем и весь дом. Точно, это тот самый дом, где они с Учихой повстречались. Как же давно это было. И как далеко это все зашло. Она закусила губу, стараясь контролировать себя. Безумно хотелось взять его за руку и зайти в дом вместе. Отчего-то это место вызвало в ней тянущее чувство пустоты.       Внутрь двора их пропустили без возражений. Сэн огляделась. Теперь стражи тут не было, да и народу стало поменьше. — Добро пожаловать, чем могу служить?       Из главного дома им навстречу вышла седовласая женщина, в которой Сэн узнала Ясу-сан. Как же она постарела!       Ясу-сан двинулась к ним, слегка прихрамывая. Чем ближе она подходила, тем сильнее искажалось её лицо. Не дойдя до них несколько метров, она остановилась и с ужасом уставилась на Мадару. — Т-т-ты! — слова так и застряли у неё в горле.       Учиха рядом с девушкой осклабился, показывая, что тоже её узнал. — Ясу-сан. — Сэн вышла вперед, загораживая мужчину и легко поклонилась. — Нам нужно встретится с Тэкеши.       Женщина прищурилась, оторвала взгляд от Учихи и осмотрела её с ног до головы, особое внимание уделяя мечу в ножнах. Ха, а она все так же осторожна. — Его тут давно нет. Когда он, — женщина кивнула в сторону Мадары, — сломал господину руки и вырвал глаза, тот ушел в храм.       А она все гадала, что же Мадара тогда сделал со своими пленителями. Вот тебе и ответ. Хорошо, что хотя бы не убил. — Что за храм?       Ясу еще раз осмотрела её, теперь более придирчиво. И тут до неё наконец дошло. — Сэн? Это правда ты, Сэн? И ты… ты с ним?       Девушка не знала, как отвечать, лишь просто пожала плечами. — Сэн спросила про храм. Что за храм? — заговорил уже Учиха, заставляя Ясу-сан вздрогнуть.       Женщина замялась, задрожала, но ответила: — Вы хотите его убить? — Убить? — Мадара и вправду был удивлен. — Мне все равно на него, нам нужно кое-что у него узнать, только и всего. — Храм, храм Изанами, на востоке. — Она неопределенно махнула головой в сторону. — Пожалуйста, не причините господину вреда.       Мадара ничего ей не ответил, а развернулся и пошел на выход со двора. Сэн поспешила за ним. — Зря ты с ним связалась.       Она обернулась, чтобы в последний раз взглянуть на Ясу. Глаза у женщины были красными.

***

— Храм точно как-то связан со всем этим, не зря в нем поклоняются Изанами. Найдем Тэкеши, может, узнаем что-то новое о моем перемещении.       Учиха молчал, шел рядом и задумчиво хмурил брови. Сейчас, наконец, он был похож на себя прежнего. — А чем ты вообще занималась до этого всего?       Вопрос ввел её в ступор. Она уже давно не вспоминала прежнюю жизнь, хотя всей душой хотела туда вернуться. Раньше это было куда проще, а теперь… Теперь у неё появились близкие ей люди, которых оставить будет не так-то просто. — Да ничем интересным. У меня скучная жизнь, это тут, в вашем мире, у меня сплошные проблемы. — И все же? — Брось, тебе это зачем? — Интересно. Я не спрашиваю об устройстве твоего мира намеренно, просто спрашиваю о твоем прошлом.       Сэн подозрительно прищурилась, заглядывая ему в лицо. — Училась, подрабатывала. Я из обычной семьи, ничего такого, что могло бы привести ко всему этому. — Девушка развела руками. — Ты до сих пор училась? — Это особенность нашего мира. Как вы учите новые техники всю жизнь, так и мы стараемся развиваться и узнавать что-то новое всю жизнь, но есть фиксированные годы учебы, которые должен пройти каждый. А вообще, это мы уже говорим об устройстве «моего» мира, так что я молчу. — Шутливо она прикрыла рот рукой. Сейчас можно позволить себе немного подурачиться. — Теперь твоя очередь. Расскажешь что-нибудь о себе?       Учиха лишь хмыкнул и помотал головой. — Нет.       Вся красная от злости, она поспешила за ним. Вот же гад! Похоже, он все больше и больше возвращался к своему обычному состоянию. Это и радовало, и бесило одновременно.       Город, в котором располагался храм, был огромен. Такого скопления людей Сэн не видела уже давно.       Кто-то задел её плечом, заставляя попятится. Тут так много народа, их точно заметят, тем более Мадару, внешний вид которого так и кричал «Я Учиха!». Хоть герба на спине и не была, но приметная внешность его выдавала, лучше бы он остался с бородой. — А теперь найдем этот храм. — Он уже было пошел дальше, вглубь толпы, но её живот предательски заурчал. Не ели они давно.       Всем видом показывая, как он недоволен, Учиха пошел с ней в небольшую забегаловку, находящуюся прямо на входе в город.       Мадара с кислой миной ел суп-мисо, а Сэн с аппетитом поглощала рыбную нарезку. Не прошло и десяти минут, как к их столу подошли несколько мужчин. Настроены они были явно не очень дружелюбно. Только сейчас Сэн заметила, что все в помещении смотрят на них. Абсолютно тихо. Рабочие тревожно столпились за стойкой, явно опасаясь продолжения. — Тебе здесь не рады. Тебе и твоей девке. — Немолодой мужчина оперся двумя руками о стол и развернулся к Учихе.       Сэн тут же осторожно коснулась ступней ноги Мадары под столом, предостерегая от поспешных действий. Тот лишь кивнул ей и поднялся, возвышаясь над говорившим. Вот что значит «убить взглядом»! Сэн воочию увидела это. Пожалуй, такого тяжелого, но в тоже время надменного взгляда она не видела ни у кого. — Идем. — Учиха направился на выход. Девушка бросила на стол пару монет и поспешила за ним.       На улице она облегченно выдохнула. Пронесло… — Беги, беги! Только посмотрите на него, великий Учиха Мадара! Боюсь, боюсь! — заголосил им вслед парень из той самой компании, что подошли к их столу. Черт.       Сэн с тревогой посмотрела на своего спутника. Тот выглядел спокойно, только вот легкая полуулыбка пугала и настораживала. Мадара остановился. — Скажешь еще слово, и я вырву тебе язык. — Тяжелое Ки волнами распространилось вокруг, заставляя всех зевак, что собрались вокруг, сжаться. — Ха, цепной пес Сенджу ещё может…       Договорить он не успел. Мадара оказался быстрее. Одним сильным движением он открыл парню рот и схватил его за язык, а затем рванул с такой силой, что разорвал рот несчастному. Длинный розовый кусок полетел к ногам остальных. Учиха встряхнул рукой, убирая кровь с перчаток. — Я ведь предупреждал.       Все вокруг стояли с открытыми ртами. Кого-то вырвало. Прежде чем народ оклемался, Сэн быстро схватила Мадару под руку и потащила в сторону. — Убийца! У нас тут убийца! Позвать стражу! — все наперебой закричали разом, стоило им отдалиться на пару метров. — Нужно поспешить, не будешь же ты убивать весь город из-за их глупости? — Конечно нет, но поспешить и вправду нужно.       Девушка только и успела ойкнуть, когда Мадара подхватил её на руки и прыгнул на крышу.       Спустя какое-то время они остановились, возвышаясь на самом большом здании в городе. Мужчина поставил её на ноги. — Ужас, никак не могу к этому привыкнуть. — Она старалась отдышаться. — Почему мы остановились? — Мы на месте.       Только сейчас она увидела возвышающуюся исполинскую статую женщины с мечом в левой руке, что гордо стояла посреди площади. Значит, здание, на котором они стоят, и есть храм!       Народ на площади, словно клубок змей, зашевелился, стоило им одним прыжком спуститься перед воротами храма. Кто-то снова закричал в толпе, узнав их. — Быстро, быстро, сюда они не войдут. — Мадара за запястье потащил её внутрь храма, распахнув, казалось, неподъемные деревянные двери.       Наконец они добрались.        Внутри было темно. Стоило сделать всего пару шагов, как повсюду зажглись огни, и к ним подлетела девушка в белой юкате. — Вы на церемонию?       Сэн на секунду растерялась. Учиха же уверенно ответил: — Да.       Он кивком головы приказал ей молчать, и они последовали за служительницей храма. — Вы такая красивая пара!       Каменные лица Сэн и Мадары, похоже, совсем не располагали к разговору, но девушка все же продолжила болтать. — Хотите провести церемонию в этом? — девушка кивнула на одежду путников.       Да что тут вообще происходит? — Признаться честно, в нашем храме давненько не было таких торжеств. Многие бояться Богиню, думают, что она несет смерть и несчастья! Но они забывают, что она также была и Богиней Жизни! Мы все так обрадовались, когда пришло письмо. — Письмо? — Ну да, письмо. Письмо о свадьбе. Разве не вы его отправили?       Сэн во все глаза уставилась сначала на послушницу, а затем таким же ошалелым взглядом посмотрела на Мадару. — Да, да, все верно! — Учиха улыбнулся и тут же приобнял Сэн за плечи. — Мы безумно хотим пожениться!       Сэн потеряла связь с реальностью, лишь только громкий звук сердца напоминал о том, что она еще в сознании. — Ждите здесь, все приготовления закончены, я позову настоятеля. — Девушка откланялась и поспешила прочь. — Ты что, сошел с ума? Какая к черту свадьба? — тут же зашипела Сэн, вернувшаяся к жизни. — Заткнись и слушай! — мужчина тоже говорил шёпотом. Наверное, со стороны они выглядели как два старых врага, чем как влюбленные. — Не будем мы жениться. Настоятель это Тэкеши, просто узнаем у него, что нужно, и уйдем. — Тогда зачем весь этот маскарад? — Нас ищет весь город, не стоит гневить ещё и Богов, мы ведь в храме.       Сэн закусила губу. Знал бы он какие они, эти боги.       Ожидание длилось целую вечность. Она нервно переменалась с ноги на ногу, прежде чем вернулась служительница. — Оружие оставьте тут, оно вам не к чему. Идемте.       Они с Учихой переглянулись, но оружие сдали, не нужно выходить из образа. — Вы так взволнованы, верно?       Её «жених» снова постарался выдать улыбку. Лучше бы он этого не делал.       Алтарь находился в самом сердце храма. У стены сидела маленькая копия Изанами, уже без меча. За её спиной располагалась маленькая дверь, совсем незаметная для обычных людей.       Раздался голос. Говорил явно старик, но сам он не показывался. Только слова его эхом расходились по залу. Мадара незаметно осматривал помещение, стараясь его обнаружить. У Сэн же от напряженной атмосферы затряслись ноги. Что-то явно пойдет не так.       Старика так и не было видно. Был ли это Тэкеши или кто-то другой, они не знали. — Назовите свое имя! — загромыхал голос после молитвенного обряда. — Мадара Учиха. — Сердце пропустило удар.       Сэн назвала своё. Раздался грохот. Это ударили в золотой щит, оповещая о начале церемонии.        В панике Сэн повернулась к Учихе, но тот только лишь сжал её ладонь и уверенно двинулся к статуе Изанами. Голос продолжал вещать. — Повторяйте клятву за мной.       Совершенно ничего не понимая, она повиновалась, сжимая мужскую ладонь все сильнее. Было страшно. Страшно от того, что слова, произнесенные ею, были чистой правдой. Мадара был все также спокоен.       Наконец наступила тишина, и появился старик, вышедший из-за крошечной двери. Она вздрогнула. Это не Тэкеши.       Настоятель был стар, крошечного роста, но сейчас для неё он был чуть ли не самым ужасным человеком на земле.       Нет.Нет.Нет.       Сердце же напротив, билось с такой силой, что вот-вот выпрыгнет из груди. — Помнишь, как в самом начале ты говорила, что хочешь лишь учиться у меня, что я тебе не интересен? Еще тогда я знал, что ты врешь. — Он наклонился к её лицу, целуя.       Что-то обхватило мизинец, и она скосила взгляд на руку. Эфемерная тонкая красная нить связала их мизинцы. У девушки брызнули слезы.       Старик хлопнул ладонями, и нить исчезла. — Добро пожаловать в клан Учиха. — Мадара сверкнул шаринганом.