Под наблюдением

Даже если вы не делаете ничего плохого, однажды вы оказываетесь под наблюдением и вас записывают. Даже если вы не представляете никакой опасности для страны, города, своего района или дома. Однажды вы выходите в магазин за хлебом и попадаете в глазок скрытой камеры, навсегда отпечатываясь в памяти агента федеральной безопасности. Каждое утро, каждый день, каждую ночь вас прослушивают, зачитывают ваши переписки, планы на день. Телефоны, соцсети, сигнализация вашего авто и ваша жизнь теперь под контролем. — Тебе надо расслабиться, ты с утра какой-то странный и занудный, — пшшш... голос в рации был бодр и весел, несмотря на уродские шесть утра. — Я не завтракал, — донеслось следом по прибору радиосвязи. — Так, друзья, мы на связи. Прекрасный день для слежки! — раздался еще один голос в эфире.  — Арсений на связи, следующий. — Двадцать первый на связи. — Тринадцатый. — Парень из двадцать восьмой квартиры каждый день наряжает кошку в розовые юбки и идет с ней на прогулку. Скажите ему, что это противозаконно и влияет на нервы людей в его дворе. — Ребят, ребят, девушки из сорок шестой покупают пиццу и, отдав деньги на чай, делают доставщику пиццы мин… Ого! Святые угодники! — раздается из передатчика, и группа радостно гогочет. — Серег, отнес бы ты им эту пиццу хоть раз, они бы и тебе сделали. Хорош завидовать, — раздалось следом. — Так, не отвлекайтесь, продолжайте наблюдение. На мгновение в эфире воцарилась тишина, и молодой мужчина, сидящий за офисным столом, снял наушники, а затем щелкнул мышкой, выводя на экран монитора сегодняшнюю запись. На ней высокий светловолосый парень спал в своей кровати, смешно подложив ладошки под щеки. На часах было почти восемь, а он и не думал просыпаться. Горе-студент юридического факультета, Антон Шастун, поспать любил, а еще он любил играть в компьютерные игры до глубокой ночи, общаться в чате с друзьями и курить на балконе. Это и многое другое молодой темноволосый мужчина, следящий за ним по экрану монитора, знал в точности. Он многое знал про этого парня, два месяца назад попавшего к нему в камеру видеонаблюдения. Парень покупал сигареты, оглядывался по сторонам, а агент ФСБ, у которого была именно эта точка, не мог отвести взгляда от камеры. С первого взгляда и наповал, как говорит его товарищ, Стас Шеминов. Кстати, Стас именно так и познакомился со своей будущей женой, увидев ее в глазок камеры, установленной в ее подъезде. А после — слежки, переписки, звонки, посылки цветов, милые открытки с подписью "Твой любящий шпион" и романтичные прогулки по городу на его фургоне. С чего начать Арсению? Вероятно, как обычно, с побудки своего объекта наблюдения. Вновь несколько щелчков по клавиатуре, и на мониторе компьютера парня зажегся экран, на котором появился будильник. Еще через мгновение комната наполнилась трелью звонка, и парень, до этого мирно спавший, подорвался на своей кровати, совсем не понимая происходящего. — А вот и солнышко встало, — улыбнулся мужчина, переключаясь на какой-то другой сигнал связи. Сейчас парень оденется, покурит, выпьет кофе, съест бутерброд и отправится в институт. Попов обязательно его проводит туда, вылавливая высокого парня в пути во все глазки камер, встречающиеся по дороге. Автобусная остановка, метро, мимо огромного гипермаркета, прямо до порога университета, а после — в его аудитории. — Хорошего дня, — прозвучало обычное пожелание, уже как ритуал, и агент вновь переключился на другие объекты, несомненно значимые и не менее важные, но интерес к ним у мужчины был сугубо профессиональный. Он вновь переключился на наблюдение за светловолосым парнем около четырех, клацнул мышкой, ища его на экране по маршруту следования, пока не нашел в кофейне недалеко от дома. Встреча? Свидание? Интересно, с кем же это, ведь девушки у Антона Шастуна не было. Минут через пять к Антону подошли друзья и начали обсуждать футбол, поход на матч, договариваться сегодня поиграть в чате. Антон курил, смеялся, и от его смеха у агента ФСБ в животе порхали бабочки. Он ощущал невероятное чувство какого-то счастья вперемешку с тоской. Познакомиться хотелось, но как это провернуть, Арсений пока не знал. Послать открытку с намеками "Мне сверху видно все, ты так и знай"? Пацан может испугаться. Послать букет цветов? Ну, это, похоже, перебор. Хотелось сделать для него что-то значимое, но кроме его любимых шоколадных батончиков, которые Арсений через день посылал ему с курьером, на ум ничего не приходило. Приятно было видеть удивленно-радостное лицо парня, получавшего такие презенты. Или, может, встретиться с ним, словно невзначай, где-нибудь на нейтральной территории? Так они уже встречались, правда, Антон не запомнил этой встречи, потому что был безумно пьян и возвращался с вечеринки в глубокую полночь. Арсений встретил его на полдороге, последил, чтобы парня никто не обидел, помог открыть домофон и незаметно прикрепил жучок к его одежде. Всего этого Антон не заметил, буркнув "спасибо". Горе-студент скрылся за дверью, а агент еще долго всматривался в его окна на четвертом этаже, прежде чем покинуть темный двор объекта под наблюдением. На часах было два часа ночи, на экране монитора уже второй час картинка не менялась, демонстрируя светловолосого парня, самозабвенно режущегося по сети в футбол у себя дома. Арсений зевал, пил пятую чашку кофе, мечтая отправить Шастуна спать. Можно было, конечно, отрубить ему интернет или электричество, но, во-первых, хотелось посмотреть, как он победит. А во-вторых, разговоры в чате были весьма и весьма интересные. — Шаст, Шаст, навешивай справа, пасуй. — Погоди, Поз, сейчас. — Ты, кстати, завтра в универ пойдешь? — Я бы и сегодня не пошел, если бы не комп. Поз, прикинь, он сам включился сегодня, да как заорет в нем будильник, — слышался в наушниках голос парня. — Сочувствую, — усмехнулся лучший друг, голос которого с треском прорывался по радиосвязи. — Мистика, Поз. И такое чувство иногда, что как будто кто-то за мной наблюдает. — Шаст, ты ужастиков пересмотрел или фильмов про шпионов. Давай, пасуй лучше, уделаем сейчас этого фаната футбола. — А еще мне кто-то шоколадки с курьером присылает. — По-любому Кузнецова из третьей группы. Ты видел, как она на тебя смотрит? — Да она не на меня смотрит, а на мои браслеты. Да и смысл ей мне шоколад дарить? Она его лучше сама съест. — Нет, шоколадки — это фигня. Сейчас бы, знаешь, суши поесть, — мечтательно заявил невидимый лучший друг. — А мне знаешь чего сейчас хочется? — смеясь заявил Антон, и двое мужчин, один из которых был лучшим другом, а второй — агентом ФСБ, кажется, одновременно произнесли: "Чего?" — Ананасов консервированных, кружочками которые, — Антон, смеясь, уткнулся лбом в стол. — А-а-а-а... Странные желание в два часа ночи. Наверное, нужно идти спать. — Давай, играй! Ананасов ему подавай. А шампанского не хочешь? На мониторе компьютера продолжалась игра, в передатчике слышались голоса, а по другую сторону камеры на столе остывала уже никому не нужная чашка кофе, над которой медленно поднимался пар. Консервированные ананасы кружочками, словно идея фикс, словно то, без чего не начнется новый день. Ананасы кружочками — легко и просто сделать человеку приятно. Полутемный подъезд. Мужчина в темном костюме, словно вор, пробирался на четвертый этаж уже знакомого дома, прижимая к груди жестяную банку консервированных ананасов кружочками. Высококвалифицированный агент ФСБ, знаток своего дела, опытный сотрудник отдела, сейчас, в два часа ночи, стоял с банкой ананасов в чужом подъезде и никак не решался нажать на звонок. Лишь бы руководство не узнало о его ночных сменах в слежке за никому не интересным (кроме него самого) студентом юридического факультета, который с первого взгляда и наповал поразил Арсения. Обнаружить себя — значит провалить дело, поставить под удар своих коллег. Негласное правило агента федеральной службы безопасности — не выявлять себя — неукоснительно должно выполняться вне зависимости от ситуации. К черту кодекс, когда сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Палец с силой давил на дверной звонок, и Попов уже, кажется, жалел и медленно умирал от собственной глупости перед этой дверью, представляя, как по-идиотски он сейчас выглядел. — Кто там? — раздалось настороженно за дверью, а после она слегка приоткрылась. Взъерошенный светловолосый парень выглядел, кажется, еще глупее, чем стоящий на лестничной клетке прилично одетый мужчина, протягивающий ему жестяную банку консервированных ананасов кружочками. — Что это? — наконец выдавил Антон, не сводя глаз с ночного визитера, и Арсений, улыбаясь, наслаждался произведенным эффектом внезапности. — Это ананасы, как ты и хотел. Приятного аппетита. Вот... Да, кстати, ложись спать и много не кури — это вредно. А еще завтра дождь обещают, зонт возьми. И вот еще, — темноволосый мужчина порылся в кармане пиджака, выуживая оттуда шоколадный батончик. — Держи, спокойной ночи. — Э-э-э, откуда ты… — ошарашенно произнес парень, кажется, совершенно шокированный происходящим, и поэтому мужчина поспешил сбежать по лестнице вниз, избегая лишних вопросов. Он и так уже слишком засыпался. — Эй, постой! — донеслось с верхних этажей, но агент уже выбежал в двери подъезда, молниеносно скрываясь в ночи. Кажется, первый шаг был сделан, и заинтересовать парня определенно удалось. — Позов, ты меня слышишь? — донеслось в передатчике, вставленном мужчине в ухо, и тот поспешно настроил частоту. — Поз, со мной сейчас такое было. Какой-то мужик мне ананасы принес. Да не накурился я, и не во сне. Я держу эту гребаную банку в руках, — парень, видимо, разговаривающий по телефону, почти кричал в трубку. — Да не знаю я его. Он говорит: "Ты же хотел, я тебе и принес". И еще шоколадку дал. Я говорил тебе, что за мной следят. Поз, хватит ржать, слышишь? Дурак! — буркнул Антон и отключился. На мгновение в эфире воцарилась тишина, и мужчина, сидящий в машине, уже готов был искать парня на экране своего планшета, но тот вдруг прорезался снова: — Эй, как тебя там? Если ты реально за мной следишь, то ты случайно не в курсе, куда я вчера свою дипломную работу дел? Арсений кусал губы, едва сдерживая улыбку, когда печатал ответ на вопрос парня. Так легко, оказывается, осчастливить человека. "Спасибо", — прилетело следом на его телефон, и мужчина ухмыляясь повернул ключ в зажигании. За Антоном наблюдать было приятно, это расслабляло, веселило, возбуждало, порождало немыслимый спектр эмоций и чувств, толкало порой на сумасшедшие поступки и действия. А еще, Арсений это знал точно, когда-нибудь они смогут встретиться без всех этих камер, передатчиков и микрофонов. Ведь если вам приходится следить, так уж лучше за людьми, с которыми вы все равно встречаетесь. Это менее подозрительно и куда более приятно.