Страсть ослепляет самые уравновешенные умы. © Александр Дюма. Граф Монте-Кристо
***
Сегодня был один из самых обычных дней. На небе — плотные, серые облака, повисшие пластом от края до края, отчего день выдался мрачным. С раннего утра шёл дождь — крупные ледяные капли, впитываясь в одежду, заставляли мелко дрожать. И даже зонтик, которым вооружилась Цукико перед выходом, был совершенно бесполезен. Вдобавок к и без того мешающему дождю прибавлялся сильный ураганный ветер, который то и дело менял его направление. Так что и аптечка, взятая девушкой во имя предусмотрительности, тоже вся была в каплях. Стоило ей выйти из дома — она сразу же промокла. Свитер грубой вязки неприятно прилип к коже; леггинсы также насквозь пропитались водой, отчего начинали неприятно натирать на бедрах и между ног; а ноги… Цукико уже хотелось завыть от раздражения. При каждом шаге она нажимала на подошву, из которой тут же сочилась вода на ноги, а потом снова с них же возвращалась обратно. Девушка незаметно для себя стиснула от негодования зубы, но продолжила идти, понимая, что даже если она вернется и переоденется — толку ноль. Тем более она идет к нему домой не просто так. Чуть ли не добежав до дома Учихи, Цукико начала настойчиво звонить в звонок, сопровождая это все криками и стуком о дверь. Минута, две… — Что он там о себе возомнил? — злостно произнесла Кагуя, понимая, что брюнет не очень-то и спешит. Но стоило ей снова замахнуться — мужчина открыл дверь и посмотрел на причину шума туманным взглядом. Не дожидаясь приглашения войти — не лучшие время и обстоятельства для церемоний — Цукико залетела в дом, попутно ругаясь и проводя руками по волосам. Пропитанная водой обувь полетела в угол, а зонтик — на тумбочку рядом с дверью. Встав мокрыми ногами на ведущую в дом ступеньку, Цукико недовольно уставилась на Учиху. — И долго ты собирался держать меня за дверью? — негодующе спросила она, но, увидев отсутствующий взгляд Учихи, начала волноваться. — Саске?.. Ты в порядке? — Да… — покачнулся мужчина, чуть не упав. Быстро спохватившись, Кагуя подставила своё плечо и сразу же решила проверить температуру мужчины. Прижавшись губами к его лбу, она тут же резко отпрянула. — Да ты весь горишь! О, Боже… А ну живо в постель! — озабоченно рявкнула на темноволосого она. Командирский тон девушки глухо раздался в и без того ушедшем сознании Саске. Опираясь на хрупкое тело девушки, он, едва переставляя ноги, поплелся в сторону девушки. Сёдзи с тихим шуршанием разъехались, когда они с трудом дошли до комнаты. Цукико не заметила сразу, но у Учихи появилась знакомая ей одышка и дрожь, что наталкивало на мысли об обычной простуде. Впрочем, если учесть, что в комнате было очень прохладно, а теперь и когда дверь была распахнута, и вовсе появился сквозняк, — это неудивительно. Аккуратно уложив Саске на кровать, Кагуя начала судорожно бегать по комнате, придумывая, что же можно сделать, дабы облегчить состояние Учихи. Быстро оказавшись около седзе, которые вели к энгава, она громко стукнула ими, закрыв. — Ну и что мне с тобой делать? — приговорила Кагуя, вновь прикоснувшись рукой ко лбу брюнета. — Лекарств у тебя нет. И до своего дома я не дойду из-за погоды. — Не надо… лекарств. — словно в бреду промолвил Учиха и взял за руку блондинку. — Лучшее лекарство — это ты… В мгновение Цукико оказалась прижата к холодной кровати нависшим над ней Саске. Потрясенная, она не сразу заметила, как парень ещё сильнее склонился над ней и, запустив руку под влажный свитер, стал поглаживать спину. — С-с-саске! У тебя жар! Ты в бреду! — начала кричать от испуга Кагуя. — Единственный мой бред — это ты. — прохрипел Учиха и захватил девушку в поцелуй. Нежно касаясь ее губ своими, он пытался не спугнуть её своими действиями, но, услышав протяжные вздохи через поцелуй, он стал более настойчив и груб. Саске резко углубил поцелуй, проникнул к ней в рот, лаская ее язык. От таких действий блондинка возмущенно промычала мужчине в губы, и тот оторвался от нее, посмотрев ей в глаза. Незаметно для себя Кагуя начала снова мелко дрожать. Но теперь уже не от холода. Снова втянув девушку в поцелуй, он провел по ряду зубов, чем снова выжал из Кагуи недовольный протяжный вздох. Нарочно грубо коснувшись языка девушки своим, он слегка прикусил нижнюю губу девушки и перевел руку ей на бедро, сжимая. Тихие стоны, которые ему всегда хотелось услышать, смущенный взгляд, который она отводит в коротких перерывах, жар желанного тела… Все сводило его с ума, задурманивало сознание. Пускай она всегда казалась ему хрупкой, словно хрусталь, который тронь — рассыпется, но сейчас… Она была полностью в его власти и подчинялась только ему. Прижавшись сильнее, Саске снова склонился над девушкой и заглянул ей в глаза. Смущение и желание… Оба чувства смешались в ней. Учиха с силой сжал талию Цукико, отчего так чуть не вскрикнула и рефлекторно прижала ноги к мужчине — то, что было ему нужно. Он не знал, от жара это всё или нет, но… он всегда хотел её. Хотел сделать своей, чтобы она ему подчинялась… От такого пошлого, желанного поцелуя им обоим начало сносить крышу. Цукико едва ли уже соображала — сейчас, будто расплавленная от ощущений, она могла только стонать мужчине в губы и легко отвечать на поцелуй. Всем телом она чувствовала, как в комнате резко сильно стало душно. Именно сейчас, когда нет запретов, и она не сопротивляется, — он может делать с ней всё, что захочет… Всё… — С-саске, п… прошу пр… рекрати! — наконец сумела выговорить она, отстранившись от мужчины. Но это не остановило его, и он снова потянулся за поцелуем, но был остановлен ручками, что упирались в его грудь. Недовольно рыкнув, он резко отстранился от Кагуи, снова до боли сжав теперь ягодицы девушки, и оседлал ее. Цукико не успела издать и звука, как оказалась снова захвачена в поцелуй. Позволив языку блондинки проникнуть к нему в рот, он чуть погладил его и слегка прикусил, чем вызвал крик, который девушка издала ему в губы. Рука мужчины скользнула вверх от бедра, медленно огладила грудь и опустилась вниз. Подцепив край влажного свитера, он заметил, как протестующе на него смотрит Кагуя, но потянул его кверху и под громкое «Нет!» девушки снял. Да, пусть она сопротивляется, кричит, но он точно знает, что она желает того же. Это выдавали её сбивчивое дыхание, учащенное сердцебиение и покрасневшее от стыда лицо. Она хочет его! Приподнявшись, он желал насладиться прекрасным видом Кагуи. Слегка прикрытые бледно-голубые глаза, розовые щечки, приоткрытые розовые губки от поцелуев, напряженная шея, что так и манит, округлые… Саске издал восхищенный вздох. — У тебя прекрасное тело. И сегодня оно полностью мое. — прошептал он и поднялся, чтобы стянуть с девушки леггинсы, которые соблазнительно сжимали ноги и бедра. Пара мгновений, и вещь летит в дальний угол комнаты. Решив не мучить самого себя, он припал к девушке, на что сразу получил сдавленное мычание сквозь плотно сжатые зубы. Этот стон был для него спускным сигналом. Буквально сразу же он стал покрывать шею Цукико поцелуями, а рукой начал расстегивать бюстгальтер. Простонав, девушка произнесла имя мужчины и отвернулась, подставляясь под ласки. Учиха ощутил, как девушка качнула бедрами, и резко прикусил пульсирующую жилку на шее Кагуи, отчего она издала стон вперемешку с криком. Едва слышно щелкнула металлическая застежка, и он через несколько секунд полетел в тот же угол. Саске нетерпеливо припал к груди, вобрал один сосок в рот и начал с ним играться, а рукой стал поглаживать спину блондинки. Увлеченный, он не заметил, как хищно улыбнулась Цукико. Резко перевернув его на спину и оседлав, она почувствовала, как уже твердый член упирается ей между ног. Сейчас она сама решила воспользоваться обескураженным положением любовника и решила сыграть с ним в ту же игру. Только она оказалась умнее и, стянув с его живота эластичный бинт, привязала его руку к кровати. Склонившись над темноволосым, Цукико слащаво прошептала ему в самое ухо: — Теперь моя очередь, Саске-е… Всё же он был прав. Она хотела его, так же как и он её. Кагуя быстро приблизилась к лицу темноволосого и запечатлела легкий, невесомый поцелуй на его губах. Бинт сразу же натянулся, стоило Цукико вновь привстать. На розоватых губах играла кривая усмешка, а глаза недобро полыхали. Для удобства блондинка прогнулась в спине, отчего грудь выпятилась вперед, тем самым заставив Учиху нетерпеливо поддеть ее бедрами. Вздох от неожиданности и недобрый взгляд. — Вот как, значит… — прошептала Кагуя. Медленно наклонившись к груди Саске, девушка стала одаривать его короткими поцелуями то опускаясь ниже, то поднимаясь до ключиц. Ловкие руки скользнули по бокам Учихи и резко надавили на точки, отчего мужчина под ней подпрыгнул. Теперь его темные глаза смотрели с осуждением на виноватую улыбку Кагуи, невзирая на оставшиеся приятные покалывания в тех местах. Девушка с силой надавила рукой на плечо Саске, тем самым вжимая его в кровать, и наклонилась, нежно обхватывая губами сосок. Мужчина сразу же прикусил губу — он не собирается давать, то чего она хочет, — и закатил от удовольствия глаза, сдерживая себя. Теперь она точно издевалась над ним и провоцировала. Хрупкая на вид, а в душе настоящая садистка! Каждый поцелуй заставлял его рычать, а каждое прикосновение приятно обжигало кожу. Он хотел сам заставить её извиваться в сладкой агонии перед ним, хотел, чтобы она упрашивала его овладеть ею, но вместо этого он лежит привязанный к кровати и придавленный сверху, а девушка наслаждается его беспомощностью. Прикусив нежную кожу на подтянутом животе мужчины, Цукико переместилась к его шее и стала покрывать ее редкими поцелуями, перемежая их с движениями бедер. От всех этих действий сознание Саске мутнело все больше и больше, уступая место животным инстинктам, которые вот-вот он перестанет сдерживать. Еще чуть-чуть, и он порвет к чертовой матери эти бинты и жестко отымеет эту чертовку! — Вижу, тебе нравится. — промурлыкала девушка ему в ухо и прикусила мочку, заставив Учиху снова ёрзать в нетерпении и сдавленно рычать. — Есть идейка получше… Цукико пересела ниже и начала покрывать поцелуями сначала грудь, а потом перешла на живот. Быстро засунув язык в пупок мужчине, она хмыкнула, когда услышала стон. Кагуя опустилась до бедер и оставила розоватый след от укуса. Нехотя она поднялась и стянула с Саске надоедливые штаны, присаживаясь ему на колени. Кагуя пристально посмотрела на мужчину и положила руку на его пульсирующую под боксерами плоть. Резкий прогиб в спине, и Учиха снова утробно рычит. — Что, тоже нравится? — невинным голосом произнесла девушка и продолжила свою пытку. Проводя вверх-вниз по члену, она видела, как сжимает зубы от удовольствия Учиха. — А если так?.. — шепнула она и мужчина почувствовал, как что-то влажное коснулось его возбужденной плоти. Это стало последней каплей. Неожиданно для Кагуи выпутавшись из бинта, он схватил ее за волосы и потянул на себя, вовлекая в поцелуй. В этот раз он не собирался церемониться и сразу же грубо проник языком к ней в рот, стал ласкать ее язык своим, заставляя девушку чувственно стонать ему в губы. Ухмыльнувшись, Саске освобожденной рукой подхватил блондинку под бедра, чуть сжав их. Кагуя, решив тоже не сдерживаться, запустила руки в волосы темные волосы мужчины и сжала их, потянув на себя Саске. Снова влажный, пошлый поцелуй, от которого сносит голову. Цукико провела рукой по вспотевшей спине мужчины, а после резко сжала ноготками, заставив мужчину дернуться от боли. Блондинка судорожно вдохнула жаркий воздух, чувствуя, как жажда всё нарастает. Неожиданно отстранившись, Саске перевернул Цукико на спину и стал водить рукой по внутренней стороне бедра, попутно кусая и целуя шею. — Саске… прошу… — вырвались из ее горла стоны, что все больше выводили из себя мужчину. Вновь отыскав жилку на шеи Кагуи, темноволосый припал к ней, прикусив нежную кожу, и вырвал из девушки очередной сладкий стон. Скрипнув зубами, Саске быстро стянул с Кагуи влажные от смазки трусы и избавился от боксеров, высвобождая упругий член. — Саске… быстрее… прошу. — шептала златовласка, чем подливала ещё больше масла в огонь. Учиха легким движением приподнял девушку под бедра и резко вошел, заставив ту вскрикнуть. Быстрые и жесткие движения доводили до исступления, заставляли задыхаться, когда легкие обжигало от нехватки воздуха, и выгибаться в экстазе. Не останавливаясь, Саске навис на девушкой и втянул в поцелуй, рукой сжимая Кагую за талию. С каждым движением он заставлял ее стонать от удовольствия, царапать ногтями его спину от напряжения, пока по лицу не начали течь слезы. Остановившись, Саске резко перевернул блондинку и снова жестко вошел, отчего та сжала зубами лежащую рядом подушку. Рукой он сильно надавил ей на шею, опустив Кагую лицом, и начал двигаться. Сначала медленно, тягуче, затем — нещадно, до боли, которая приносила удовольствие. Чувствуя, что уже близок к разрядке, Учиха запустил девушке в волосы пальцы и сильно сжал их, потянув на себя. Цукико судорожно вдохнула, стоило ей чуть приподняться и вылезти носом из-под подушки. Сжимая челюсть, она изо всех сил пыталась не стонать слишком громко. Дойдя до пика, Кагуя сильно прогнулась в спине и издала короткий вскрик, тут же обессиленно падая на подушку. Пара жестких рывков в напряженное лоно, и Саске кончает вслед за девушкой, изливаясь в нее…***
Резко распахнув глаза, Саске сел и оглянулся. Кругом — кромешная тьма, едва разбавленная лунным светом. Послышался свист ветра, и легкий холодок прошел по горячей коже, заставив ту покрыться мурашками. По виску скатилась капля пота, а внизу живота всё свело от напряжения. Сердце бешено стучит в груди, пытаясь вырваться наружу. Ему ужасно жарко, и даже порывы ветра не могут остудить его пылающее в агонии тело. Кто-кто, а он бы никогда не подумал, что ему будут сниться такие сны. Вновь посмотрев на луну, он ухмыльнулся и прошептал: — Когда-нибудь ты станешь моей…