Одинокий лис

Двенадцать лет назад. - Как это девятихвостый пропал? – взвизгнула Кохару. – Хирузен! Как ты мог упустить мальчишку! Я же говорила: нужно было посадить его под замок и дело с концом. Хокаге хмурился. Да, он видел, как несчастен Наруто, как люди в открытую презирают маленького ни в чем не повинного сына Четвертого, но что можно было сделать? Он и так отгородил ребенка от клетки и цепи, не желая, чтобы тот рос как оружие. Он хотел, чтобы Наруто вырос шиноби и стал добровольно защищать деревню, а не сидеть в ней на привязи. Данзо смотрел на Сарутоби тем самым взглядом, который Хокаге прекрасно знал. - Нет, Данзо. Мы не будем убивать мальчика. - Конечно, не будем, мы просто направим за ним поисковый отряд… - Анбу. Не корня, слышишь? Я запрещаю посылать за ним кого-либо из корня, - вспылил Хирузен. Данзо только недовольно цыкнул и кивнул. - Обязательно отправьте того, у которого есть гены Хаширамы. Он сможет усмирить мальчишку, если что, - кивнул Хомура. - Бесполезно. Без ожерелья Первого на девятихвостом эти техники ничего не значат, - качнул головой Хирузен и вздохнул. Что они тут делают? Обсуждают, как вернуть Наруто и запереть. А мальчик, может, и сам потерялся, сходит с ума от страха и одиночества… Сарутоби зажмурился. Наивный старик. Как же он был слеп. Всегда, всегда так. До его старческого сознания всегда доходило слишком поздно. Вот и сейчас. От страха и одиночества Наруто страдал здесь, в стенах деревни. Не удивительно, что мальчик сбежал при первой же возможности. Но найти его нужно было, это безусловно. Страшно подумать, что могли сделать с ребенком другие деревни. *** - Тела не обнаружено. Самого мальчика тоже нигде нет. Ни единого следа чакры, - отчитался шиноби в маске, и Хирузен закрыл лицо ладонями. Как же так? А что, если его уже нашли и захватили в плен? - Однако… Кто-то украл все наше снаряжение. *** - Не умею я! – выкрикнул Наруто, раскидывая кунаи и сюрикены. – Мне пять лет, а ты хочешь, чтобы я уже умел орудовать этими штуками? - В былые времена в пять лет уже умирали на войне, - раздраженно пророкотал Курама. - Хорошо, что сейчас не былые времена, - буркнул мальчик и запустил сюрикен в дерево. Тот, конечно же, пролетел мимо. *** Настоящее время. Саске вернулся домой под вечер. Он блуждал по лесу, выглядывая рыжий мех, но особо не надеялся на новую встречу. И почему лис украл только масло? Зачем оно вообще демону? Саске носил его с собой для усиления огненных техник и диверсий, но он-то был шиноби. Ходил на миссии и все такое. А девятихвостый? Пил, что ли? Для поддержания огненной чакры? Другого оправдания для демона Саске не имел. На территории клана было шумно, в отличие от звенящей тишины лесной чащи, и Учиха поспешил к себе. Встреча с девятихвостым так поразила его, что до сих пор в руках ощущалась дрожь, а в душе приятное волнение. Зверь, который крушил и убивал все на своем пути, не тронул его. Саске тихо засмеялся. Ну и как тут не посчитать себя особенным? Следующее утро началось с поздравлений. Официального от отца, ласкового от матери, а Итачи уже был в резиденции Хокаге. Когда Данзо был смещен с поста за кражу глаза Шисуи, Хирузен добровольно снял с себя полномочия Хокаге. Слишком много вещей творилось у него под носом, которые он предпочитал не замечать. На пост Данзо был выдвинут Итачи. Многие из клана возмущались, требуя Учиху поставить вообще во главе деревни, но Итачи сам отказался. Он понимал, насколько молод был и неопытен. Так и был урегулирован конфликт между деревней и кланом, о котором Саске узнал много позже. Когда на замену Третьему был предложен Джирайя, тот сразу же сбежал и притащил в деревню Цунаде силком. В жабьей пасти, если быть точным. Напоить алкоголичку-кутежницу и доставить в деревню… Ну, Джирайя, как говорили, отличался нестандартным мышлением. Долго наследница Хаширамы сопротивлялась, но в конце концов, за стол Хокаге села. Однако, судя по всему, большую часть работы делали Шизуне и Итачи, хотя никто не возражал. Деревня процветала. Покинув дом, Саске сразу направился к воротам, получая со всех сторон поздравления. Было приятно, но сегодня цель у него была другая. Лес был все таким же темным и тихим, и Учиха присел на том же месте, где был вчера. Глупо, конечно, ждать, что лис снова придет, но Саске на всякий случай вытащил бутылочку с маслом и поставил ее перед собой. Вдруг сработает. *** Наруто тем временем снимал шкурку с недавно пойманного кролика. Почувствовав уже знакомую чакру недалеко, он нахмурился. - Курама? - Да. Это тот же Учиха, - прорычал лис. - Он что, нас выслеживает? – парень напрягся. Искать новое место совсем не хотелось. Ему очень нравилась его небольшая землянка. Шкуры животных делали ее теплее, масло заменяло электрическое освещение. У странствующих торговцев он обменял травы и дичь на некоторую домашнюю утварь. Словом, было достаточно уютно, насколько вообще могло быть. - Не похоже. Но ему явно интересно, - Курама не ощущал, что Учиха движется, но скалиться не прекратил. Наруто отложил нож и потянулся за длинной робой, заменявшей ему одежду. - Не смей! Мы договорились избегать Учих! – прикрикнул Курама. - Я просто хочу узнать, что ему надо, - пожал плечами Наруто. - Не выходи к нему как человек. - Но ты сам сказал, чтобы я не показывался в лисьей форме людям! - Да. Но он уже видел тебя таким. Лучше уж если он не знает, что ты человек. Лиса боятся, а человека хотят поймать, - пророкотал лис. - Это вообще не имеет смысла, - закатил глаза Наруто, но послушался, опускаясь на четвереньки. Тело покрыла рыжая шерсть, девять хвостов слажено мотались из стороны в сторону, и юноша побежал к месту, где сидел Учиха. Саске уже успел задремать, но рефлексы шиноби никуда не делись, и он вскочил на ноги, услышав треск ветки рядом. Он был уверен, что лис мог бы подойти неслышно и вскрыть глотку спящего острыми зубами, но это рыжее нечто намеренно дало знать о своем приближении. Учиха изумленно уставился на зверя и медленно сел обратно. Вчера он не успел даже толком рассмотреть похитителя масла, а сейчас они оба разглядывали друг друга, изучали, но ближе лис не подходил. - Я никому не сказал, что видел тебя, - произнес Саске. Это было важно. Недаром же зверь прятался, верно? – И никому не скажу, обещаю. Курама бросал язвительные комментарии по поводу чести Учих, но Наруто его не слушал. Юноша перед ним был… красивым. Узумаки часто употреблял это слово по отношению к цветам, животным, водоемам, горам, но впервые по отношению к человеку. Он шагнул ближе и увидел бутылочку масла. Такой объем гарантировал еще месяц освещения. Да и вообще надо бы запасаться к осени. Саске не поверил своей удаче и подкатил бутылочку ближе к лису. Тот заинтересованно склонил голову, переведя взгляд невообразимо голубых глаз на человека. Саске сглотнул, не зная, что говорить. Он хотел снова увидеть лиса, но теперь не представлял, что делать, хотя был один вопрос, мучивший его со вчерашнего дня. - Почему ты меня не убил? «Вы бы подружились», - посмеялся Наруто, а Курама только фыркнул. -«Мне его припугнуть?» «Еще спрашиваешь? Пусть не думает, что ты настроен дружелюбно», - теперь уже смеялся Курама. Обычно эту тактику Наруто применял, если на его территорию заходили агрессивно настроенные хищники, но на человеке это тоже должно было сработать. Голубые глаза мгновенно покраснели, зрачок растянулся до узкой вертикали. Наруто оскалился и ощетинился, приготовившись прыгнуть. Саске прошиб холодный пот, он вжался спиной в дерево и неотрывно наблюдал за зверем. Лис дернулся вперед и клацнул зубами совсем рядом с бледным лицом. Учиха испугался. По-настоящему. Впервые в жизни он чувствовал, что проиграл еще до начала. Шаринган рефлекторно вспыхнул в глазах. «Беги!» - проорал Курама, и Наруто резко отпрыгнул, схватил зубами масло и сбежал. Так вот он какой, шаринган этот. Выглядит странно, и Узумаки мог поклясться, что Курама на секунду испытал страх, увидев эти глаза. Саске понял, что не дышал все это время, и наконец отлип от дерева. Сердце колотилось о ребра, и Учиха сидел, разглядывая пространство перед собой. Эта сила восхищала. Лис еще ничего не сделал, но Саске чувствовал, что ничего не смог бы даже противопоставить демону. Что-то внутри будто пробудилось от долгого сна. Он жаждал новой встречи. Но не хотел быть жертвой, он хотел быть равным. Поднявшись и отряхнув одежду, Учиха устремился обратно в деревню. Почти все настоящие записи, а не устные и выдуманные легенды, о девятихвостом были под запретом, но он был любимым маленьким братом. Пришло время воспользоваться этой привилегией.