Одинокий лис

Наруто спал, развалившись на своей кровати, а Саске разглядывал потолок, прислушиваясь к тихому дыханию сожителей. В нем до сих пор клокотало это потрясающее чувство, заставляющее сердце биться быстрее. Узумаки был так близко, смотрел так яростно и открыто, что в горле пересыхало, и Учиха не знал, чего хочет больше: выбить из блондина дурь или целовать, пока тот не начнет задыхаться. Одно не давало покоя: куда делась сила девятихвостого? Утром Наруто странно себя повел, а потом его настроение вечером… Похоже, Кураме все же досталось за ночную выходку, и теперь неразлучная парочка была в ссоре. Саске повернул голову и посмотрел на безмятежно спящего джинчуурики. Слова все еще звучали в голове, но Учиха теперь точно знал: Наруто он вернет в Коноху ради себя, а не ради пресловутой деревни со всей ее военной мощью и так далее. Нет, сам Узумаки это сказал. Все это только из-за Саске. От этой мысли жар разлился в груди и опустился вниз. Юноша повернулся на бок, поджимая колени к груди, чтобы утихомирить расшалившееся тело, и вздохнул. Теперь собственная тяга к Наруто в романтическом и физическом плане казалась более понятной. Она смешивалась с желанием посоперничать так же, как смешались недавно их стихии. Ветер Узумаки усилил его огонь. И не только огонь от катона, но и тот, который загорался каждый раз, стоило блондину широко улыбнуться и послать ему прищуренный взгляд. Это совсем не помогло унять чертово возбуждение, и Саске раздраженно зашипел. Укутавшись в походную мантию, он выскользнул на улицу через окно. Прохладный воздух сразу же остудил голову, позволяя немного расслабиться. Полная луна в чистом небе освещала деревню, и стоило взглянуть по сторонам, как Учиха заметил одинокую фигуру на одной из самых высоких крыш. Гаара. Кажется, так его звали. - Не спится? – Саске почти бесшумно опустился рядом, рассчитывая, что разговор хоть немного отгонит непрошенные мысли. - Шукаку любит луну. Я тоже ее давно не видел, - произнес Гаара, не отрывая взгляда от неба. Повисла тишина, но она была уютной и своевременной. - Наруто-кун выглядел очень несчастным сегодня. С ним все хорошо? Учиха медленно кивнул. Он не был уверен, что прям уж хорошо, но двигалось все в лучшую сторону. - Пожалуйста, не оставляй его одного. Саске закрыл глаза и снова кивнул. Он и не собирался. Теперь уж точно нет. *** - Передайте многоуважаемой Хокаге мою благодарность и благодарность от всей деревни, - Раса так низко поклонился, что Саске и Джирайю это очень смутило, а Наруто только рассмеялся и неловко потер затылок. - Спасибо тебе, Наруто-кун, - Гаара тоже поклонился и посмотрел на Учиху, спрашивая взглядом, не забыл ли тот о ночном разговоре. Саске едва заметно кивнул и отвернулся, чтобы еще раз проверить снаряжение. Им предстояло несколько дней пути. В голове отчаянно билась мысль, что Наруто за это время может сто раз передумать и бросить дурацкую затею, но, похоже, тот был настроен решительно. Прослушав все остальное неловкое и чересчур эмоциональное прощание, Учиха откланялся и потащил слишком общительных спутников за собой к выходу из деревни. Эта чертова пустыня уже в печенках сидела. И пусть он был выносливым элитным шиноби, мысль о горячих источниках посещала его так же часто, как извращенца Джирайю, только в другом ключе. Наруто все еще выглядел немного угрюмым, но на контакт шел спокойно, не огрызался, в драку не лез, шутил с сеннином, но Саске-то видел, чувствовал, что Девятихвостый забился куда-то и вылезать не собирается. Это злило. Рыжая морда угрожала ему расправой, а теперь они будто поменялись местами: Учиха хотел наподдать лису за то, что тот расстроил недоумка. Он, конечно, мог уговорить Наруто поиграть в гляделки с шаринганом, но закончилось бы это, скорее всего, скандалом и побегом Узумаки, потому что разговор с лисом включал очень много того, чего джинчуурики лучше было не знать. Пару суток они шли с короткими остановками, пока наконец не добрели до скал с небольшим оазисом. - Только попробуй снова сбежать, - Саске угрожающе сверкнул в сторону Наруто шаринганом и стал вытравливать из пещеры опасную живность катоном. - Не волнуйся, никуда я от тебя теперь не денусь, пока зад не надеру, - усмехнулся тот в ответ. Джирайя мысленно посмеивался. Ох, как же между ними искрило, даже воздух вокруг становился плотнее. Хоть бы Цунаде это заметила и не принимала поспешных решений. Хоть официально миссия была от Итачи, но сдерживать такую новость в четырех стенах невозможно. Тем более, мальчишка так был похож на Минато, что Какаши мгновенно сообразит что к чему, а тот, хоть и был наставником Итачи во времена служения в АНБУ, сейчас отвечал перед Хокаге. И это только в том случае, если она еще ничего не знает… Слухи про огромного девятихвостого лиса посреди Сунагакуре наверняка уже дошли до Конохи. - Чего застыл, старикан? Ноги уже не ходят? – поддразнил Наруто, отвлекая Джирайю от сложных мыслей. – Пойдем воды наберем. Наконец, расположившись в пещере для ночлега, Учиха принципиально остался на дежурстве. «Я на твои уловки больше попадаться не собираюсь», - прошипел он в лицо закатывающему глаза джинчуурики. Тишина пустыни раздражала натянутые нервы, но от своего идиотского плана Саске не хотел отказываться. Выждав некоторое время, чтобы Наруто уж точно погрузился в глубокий сон, он склонился над расслабленным лицом и приподнял веко одного глаза со светлыми ресницами. Если сработает, он будет хвастаться перед Шисуи всю оставшуюся жизнь. Он активировал шаринган и стал вглядываться в самую суть блондина. Сначала ничего не было, а потом на пару секунд проскользнуло что-то, похожее на темный коридор. Ухватившись за этот образ, Саске стал вглядываться в темноту. Где-то неподалеку капала вода, а вокруг была кромешная тьма. Если бы не шаринган, различавший во мраке стены, трубы и круги на воде, Учиха подумал бы, что ослеп. - Пришел умереть, Учиха? – рычание раздалось за спиной, и Саске медленно повернулся, всем своим видом показывая, что не боится демона, хоть тот и выглядел крайне внушительно. - Пришел в гости поговорить, - Учиха запрокинул голову, чтобы посмотреть прямо в глаза лису, и тот угрожающе оскалился. - Я говорил, что твои глаза слишком слабые, даже не пытайся, - он склонился, и зубастая пасть была ровнехонько напротив непрошенного гостя. - И не собирался. Что с Наруто? - Не твое дело, - когтистая лапа предупреждающе опустилась рядом. - Мое. Так что с ним? Почему ты больше не даешь ему свою чакру? Почему он выглядит как побитый пес? – Саске нагло шагнул ближе и поморщился от дыхания лиса. Курама снова зарычал, но выглядел… виноватым? Учиха не успел съязвить на эту тему, как в коридорах начал зажигаться свет. - Наруто просыпается, - произнес лис, не успев ответить ни на один из вопросов, и скрылся из виду. Все же план был действительно идиотским, он не пробыл в чужом сознании и минуты. Учиха убрал руку с лица блондина и пошатнулся, чуть не упав на проснувшегося. Тот сонно заморгал и дернул уголком губ. Он проснулся и сразу же увидел чужое лицо так близко, а губы Саске почти прижимались к его собственным. - Саске? Ты меня хотел поцеловать? Юный потомок великого клана внутренне взвыл от собственной глупости. Надо было откатиться, молча встать или еще что-нибудь, но отстраниться от лица Наруто было так же сложно, как без омерзения смотреть на поцелуи Шисуи и брата. Поцелуи… Стоп. - В прошлый раз ты не понял, что это было, - Саске нахмурился. Чертов недоумок с ним играл? - Я не знал. Спросил у эро-сеннина. Это было приятно, - Наруто улыбнулся так искренне и наивно, что Учиха возжелал пробить череп о твердую скалу и умереть, чтобы не мучиться. Что еще ему мог наговорить старый извращенец? Одна часть Саске боялась знать ответ, другая – жаждала. Теплая ладонь легла на затылок и притянула ближе, вырывая из раздумий. Узумаки легко коснулся тонких губ своими и снова заулыбался. – Так странно. Саске ненавидел себя, ненавидел блондинистого идиота, ненавидел Джирайю, ненавидел весь чертов мир. Сердце колотилось так, будто готово было выскочить. Теперь он желал, чтобы Курама сожрал его минуту назад и избавил от всего вот этого. - Да, странно, - наконец отозвался Учиха и попытался отстраниться, но ладонь все еще лежала на затылке и не отпускала. - Так что значат поцелуи? – он машинально облизал губы, и взгляд темных глаз проследил за мимолетным движением. - А что ты чувствуешь? – Саске закрыл глаза и постарался успокоиться. - Не знаю, сложно сказать. Тепло внутри и как-то щекотно. Учиха страдальчески сложил брови, не в силах ничего ответить. Он не готов был говорить о таком, не готов был даже думать о взаимности. На этот раз поцелуй был смелее, Наруто разомкнул губы, и Учиха ответил тем же. Какое-то еще детское, неумелое касание, но и этого хватило, чтобы они оба замерли, боясь перейти невидимую границу. Узумаки сжал темные волосы в кулаке и заулыбался. - В следующий раз я тебя так отделаю, теме, что ты даже подняться не сможешь, - прошептал он, обдавая приоткрытые влажные губы теплым дыханием. - Ты даже не сможешь меня задеть, уссаратонкачи, - выдохнул Учиха и почти снова поцеловал парня под собой, как со стороны Джирайи раздался громкий всхрап и ворчание. Момент был разрушен, и Саске резко отстранился, отодвигаясь как можно дальше. Не спавший уже долгое время и прислушивающийся к происходящему сеннин ничего не имел против этой парочки, он был даже за, но, черт возьми, не собирался терпеть то, к чему могли привести поцелуи двух молодых людей с разбушевавшимися гормонами, поэтому решил прервать в наиболее удачный момент. Облегченно выдохнув, он попытался уснуть, обмозговывая случившееся. Можно было бы добавить что-то похожее в книгу. Ха, да, неплохо получится. Утром мальчишки стыдливо прятали глаза от жабьего отшельника, вернее, Наруто прятал, а Саске принял настолько безразличный вид, что в пустыне, кажется, похолодало. Эх, молодежь. Такие еще несмышленые и милые. Через несколько часов они сделали остановку, но царившее весь путь молчание так и не было нарушено. Узумаки лениво жевал яблоко, разглядывая поблескивающий песок, как внутри зажглось что-то знакомое, будто ненавязчиво тянуло за собой. Отложив прогрызенный плод, он закрыл глаза и сконцентрировался. Огромный лис перед ним дулся и не поднимал взгляд, а сам джинчуурики молчал, уже примерно зная, зачем Курама его позвал. - Не смотри на меня так, - огрызнулся Девятихвостый и замолчал. Наруто вздохнул и покачал головой, улыбаясь. Он раскинул руки в стороны и снова стал ждать. Курама недовольно поворчал и склонился, утыкаясь огромным носом в живот джинчуурики и чувствуя его крохотные ладони на своей морде. – Ты заставил меня понервничать, щенок. - Тебе иногда это на пользу, - Узумаки закрыл глаза и потерся щекой о жесткую короткую шерсть на носу лиса. – Я знаю, что ты погорячился, но никогда больше не говори такого, ладно? Девятихвостый усмехнулся и тоже зажмурился. Он, конечно же, пошел на перемирие первым не из-за ублюдка Учихи, который все сильнее захватывал мысли его мальчишки. Лис чуть ли не трясся от злости, когда ночью этот гаденыш развращал бедного Наруто. С этим что-то нужно было делать, а из темного угла действовать было сложно. Но ничего, теперь он помирился с Наруто и сможет повлиять на происходящее. - Скажи-ка, а почему мы до сих пор с этими недошиноби? С Шукаку разобрались же, - Курама выпрямился, и пришло время Узумаки стыдливо опускать голову. - Я согласился вернуться в Коноху, - тихо-тихо пробормотал он. - Ты сделал что?! – раздался громкий рев. *** Саске с ухмылкой поглядывал на улыбающегося джинчуурики, ощущая, как снова плещется и обдает теплом лисья чакра. Он старался не думать о том, что произошло ночью, но по телу то и дело проходила приятная дрожь, напоминая, какими мягкими и податливыми были губы Наруто и как жестко рука стискивала волосы на затылке. От последней мысли бросило в жар, и в голову лезли непрошенные образы, хоть Учиха и пытался всеми силами их отгонять. Наконец они пересекли границу и вскоре показались знакомые леса, но Джирайя стал притормаживать, настороженно оглядываясь. Если в пустыне все было как на ладони, то здесь опасность могла поджидать за каждым деревом. - Сделаем остановку, - наконец произнес он. - Как я соскучился! – внезапно завопил Наруто и стал скидывать одежду под удивленные взгляды путников. Уменьшенная копия девятихвостого лиса сладко потянулась и рванула вперед, рыжей вспышкой пропадая в зарослях. Саске только тяжело вздохнул и подобрал раскиданные шмотки. - Он решил поохотиться, - пояснил Учиха, устраиваясь под тенью раскидистой кроны дерева. - Смотрю, ты его читаешь, как открытую книгу, - усмехнулся Джирайя, присаживаясь рядом. - Что там читать? У него все на роже написано, - фыркнул Саске и поболтал флягой, проверяя, сколько еще воды в ней осталось. Сеннин только улыбнулся. Ничего как раз-таки не было написано. Наруто был непредсказуемым в каждом поступке. Думал совершенно вне рамок, не был заточен под однообразную строгую жизнь шиноби, не имел ограничений в мышлении и в силах, похоже, тоже. Но маленький Учиха как-то умудрялся не только предугадывать поступки Узумаки, но и относился к ним так, будто уже сто раз сталкивался с этим. «Удивительно», - подумал Джирайя, вспоминая огненные всполохи в пустыне. Даже чакры дополняют друг друга, просто невероятно. Интересно, что бы Орочимару сказал, увидев это? Он ведь обожал коллекционировать такие находки. Собирал их, как алмазы, и обтачивал, шлифовал грани, создавая невиданной красоты бриллианты. Чтобы потом самому их и загубить. Наруто вернулся с несколькими зайцами в руках (зубы столько бы не удержали) и уселся, свалив добычу в кучу. - Оденься, придурок, - Саске бросил в парня накидку. - А что? Тебе не нравится мое тело? – усмехнулся Узумаки. Учиха почувствовал, как против воли заливается румянцем под глумливый хохот Джирайи. А Курама заметался из стороны в сторону. Нет-нет-нет, это не должно было случиться. Наруто не должен был себя так вести. Откуда он вообще такого понабрался? Лис его точно не учил всякой похабщине! Джинчуурики и сам был удивлен своим словам, но стесняться этого не стал, даже интуитивно не чувствуя каких-либо рамок приличия. Все же прикрыв наготу, он усмехнулся и стал отточенными до автоматизма движениями снимать шкуры с добычи, пока Учиха разводил костер, а сеннин шлялся вокруг, прощупывая местность на наличие чужой чакры. Дело было бесполезное, так как Курама мог бы учуять приближение ниндзя за много метров, но, похоже, хитрый отшельник просто решил оставить молодежь наедине. - Ты не мог бы одеться нормально? – прошипел в конце концов Учиха, когда с загорелого плеча снова сползла накидка. - Не мог бы, - спокойно ответил юноша, устраивая последнюю тушку над костром. – Все чешется, жарко и неприятно. Не понимаю, как вообще можно это постоянно носить. - В деревне тебе придется ходить в одежде, - резонно отозвался Саске и усмехнулся, когда Наруто скривился. Подняв на Учиху мстительный взгляд, джинчуурики схватил собственную накидку и откинул ее в сторону в качестве протеста. Тот мгновенно отвел взгляд и понял, что именно такого эффекта и добивался придурок. Захотел смутить? Ха. Брюнет медленно повернул голову и насмешливо выгнул бровь, глядя в голубые глаза. Наруто поднялся и подошел почти вплотную, не разрывая зрительный контакт. Они замерли, читая в глазах друг друга больше, чем осмелились бы произнести вслух. Учиха ни за что в жизни не признался бы сам, что любовался бы телом перед ним, но в другой обстановке. В спальне, например. А Наруто еще до конца не понимал, как назвать то, что горит внутри. Он не привык скрывать свои чувства, так что и в этот раз даже не попытался сначала проанализировать, а просто поддался подсказывающим инстинктам. За секунду до того, как Узумаки набросился, до Саске дошло, что все это время он был добычей для хищника, с которой просто играли перед тем, как всадить зубы в беззащитную шею. Они сминали губы друг друга, сталкиваясь зубами и неумело пытаясь подчинить друг друга. Даже чертов поцелуй был похож на борьбу. Спиной Учиха почувствовал шероховатый ствол дерева, а спереди давило сильное и горячее. Голова начала мутиться, когда одним слаженным движением Наруто потерся всем телом и глухо зарычал прямо в зацелованные губы. - Слева. Пятьсот метров, группа из трех человек, - заорал Курама, и Наруто резко очнулся и мгновенно перешел в режим Курамы, окутывая себя чакрой и прислушиваясь к эмоциям указанных ниндзя. Враждебности он не ощущал, а вот возмущение лиса внутри оглушало. – Надень штаны хотя бы, идиот! Почему-то стало очень стыдно перед Девятихвостым, но черт, Саске выглядел таким ошеломленным, потрясающе красивым с расширенными зрачками, розовыми влажными губами и пятнами румянца на бледной коже. - Враги? – спросил он охрипшим голосом, от которого у Узумаки по позвоночнику побежали мурашки. - Нет. Кажется, они вообще не знают о нас, - Наруто натянул штаны под прожигающий взгляд темных глаз. Полог чакры он снимать не стал, все еще контролируя приближение незнакомых шиноби. Или… Одна чакра точно была знакома. Эта девушка часто собирала растения в лесу, не замечая подглядывающего из кустов лиса. Красивая. С розовыми волосами и нежной улыбкой на лице. Наруто хотел бы с ней познакомиться, но Курама всегда запрещал. Внезапно количество обладателей чакры увеличилось. Лис внутри зарычал. - Саске, у кого в деревне есть собаки, кроме клана Инудзука? – Наруто вздохнул, уже понимая, что это точно пришли за ними. Учиха усмехнулся и выглядел уже привычно холодно, будто не он пару минут назад задыхался и цеплялся за чужие плечи. Теперь он тоже чувствовал приближающихся шиноби, а под ноги выскочил Паккун. - Йо, Саске-чан, - выдал пес и почесал задней лапой за ухом. - Чан? – хихикнул Узумаки, убирая полог чакры и окончательно одеваясь. Он получил острый взгляд в ответ, обещающий долгую и мучительную смерть. Через минуту перед ними уже стояли трое, и Наруто невольно поежился. Почему-то повышенное внимание к нему в Сунагакуре терпелось легче, чем вот такие пристальные испытующие взгляды. Шиноби явно готовы были защищаться в случае чего. - Вы от Итачи или от Цунаде? – раздался голос Джирайи, который лениво спрыгнул с дерева и стал собирать снаряжение, с сожалением глядя на еще не готовую дичь. - От обоих. В деревне очень неспокойно сейчас, и хорошие новости появились своевременно, - произнес старший, чье лицо было скрыто маской и протектором. Виден был только правый глаз, который будто сверлил Узумаки насквозь. Да, желание идти в Коноху у него уменьшалось с каждой минутой. - В каком смысле неспокойно? – встрял Саске, хмурясь и невольно подаваясь вперед, чтобы заградить собой Наруто. Он и сам не осознал этого поступка, но Какаши заметил и вопросительно выгнул бровь. - Хокаге все объяснит, нам скорее нужно доставить Девятихвостого в деревню, - Хатаке кивнул, и собаки выступили вперед, будто готовились вцепиться и силком потащить мальчишку. Наруто начал злиться и почти согласился с тактикой Курамы: убей и беги. Пронырливый Джирайя сразу почувствовал изменение в настроении джинчуурики и засмеялся, обняв одной рукой мальчишку за плечи и глядя на Какаши так, будто тот завалил самую важную миссию в своей жизни. Ну, с какой-то стороны, это так и было. - Наруто-кун, знакомься: это Хатаке Какаши, Харуно Сакура и Ямато-сан, - сеннин широко улыбнулся, и Хатаке фальшиво заулыбался в ответ, отзывая собак. Те исчезли с легкими хлопками, но Узумаки не спешил расслабляться. – Все они элитные джоунины, как Саске… - Я понял, - перебил Наруто, скидывая с плеч чужую руку и хмурясь. – Мы могли бы дойти и сами, Хокаге не стоило тратить силы и высылать за нами цепных псов. Он подобрал сумку, а Саске затушил костер. Остались они без отличного ужина, эх. Даже на пути в деревню Наруто чувствовал, как его окружили, это раздражало, а Курама метался внутри, желая порвать на куски мелких человечишек. Легкое касание прохладной руки Саске, когда тот оказался рядом, немного успокоило, и он позволил легко коснуться кончиками пальцев бледной ладони в ответ. Это произошло быстро и почти незаметно, но Какаши прищурился, прекрасно понимая, что происходит. Это было частью стратегии Итачи? Часть приказа? Инициатива Саске? Надо признать, очень умно было привязать Девятихвостого к Учихе. Гарантия безопасности. Хитро. Приятно, что любимый ученик вырос таким дальновидным шиноби, что даже не гнушался соблазнением. Только бы Девятихвостый не узнал про этот тонкий ход. На самом деле, Саске не очень нравилось, что встретили их конвоем, да еще и с какими-то странными намеками. Он уже признался себе, что возвращал Наруто в Коноху для себя, а не для того, чтобы Хокаге на нем ездила и использовала в качестве политического оружия. Но, похоже, от официальных процедур они не отвертятся. Сам-то он привык, но свободолюбивый Узумаки, который никогда не сталкивался с Системой, вряд ли потерпит такое обращение с собой. До деревни они добрались быстро, без остановок и в резиденцию шли под настороженные взгляды других шиноби. Похоже, Коноха была в боевой готовности, только не очень понятно, к чему. Когда они вошли в кабинет, что-то втолковывающая Итачи Цунаде замолкла и даже встала, окидывая взглядом присутствующих. Шизуне рядом тоже посмотрела на вошедших и охнула, закрыв рот рукой. - Значит, Узумаки Наруто, пропавший двенадцать лет назад, решил вернуться и стать шиноби? – Хокаге постучала ногтем по столу, разглядывая джинчуурики. - Не торопи коней, бабулька, – Наруто широко улыбнулся и закинул руки за голову, испытав вселенское облегчение. - Ты мне должен сто тысяч рё, мальчишка, - она уселась в кресло и откинулась на спинку, захохотав. – Не думала, что выиграю в этом пари. В кабинете повисла тишина. Саске вопросительно смотрел на Итачи, который выглядел не менее ошеломленным, чем все остальные. Только Шизуне покачала головой, пытаясь не улыбаться уж слишком широко. *** Девять лет назад. - Зачем мы вообще куда-то идем? В лесу плохо разве? – ворчал Курама всю дорогу, а Наруто только посмеивался над недовольством лиса. - Я же сказал, мне надоело сидеть на одном месте. К тому же на горячих источниках здорово! - Для этого нужны деньги, - хвостатому очень не нравилась вся эта затея с путешествием по Стране Огня. Мальчишке еще и восьми лет не было. Пусть он уже знал несколько элементарных техник, пусть Курама мог его защитить, но все равно ситуация была дурацкой. - Я могу поработать, - задумчиво ответил Наруто. - Да кто возьмет к себе ребенка на работу? – взревел лис. - Кто-нибудь возьмет! – крикнул Узумаки и надулся. Они приближались к какому-то небольшому шумному городку, таких было много по всей стране Огня. Безликие, почти одинаковые. Наруто ускорился, привлеченный огнями и теплом. Избегая толп, он скользил тенью по улицам, разглядывая яркие витрины и принюхиваясь к потрясающим запахам с прилавков. Деньги были бы кстати. Побродив по улицам в поисках места, где он мог бы оказаться полезным, Наруто с вздохом уселся на террасу одного из многочисленных отелей этого городка. В животе урчало, а Курама гнал мальчишку обратно в леса, чтобы не попасться ненароком на глаза шиноби. - Эта мелкая тварь стащила у меня кошелек, - проорал пожилой мужчина, схватив девочку за руку и тряся ее. Она была одета в обноски, а возрастом была даже помладше Наруто. - Я ничего не крала, - прорыдала девочка, пытаясь вытащить руку из цепкой хватки. Полицейский только закатил глаза. В этом городке было много беспризорников и голодающих, не разбираться же со всеми. Хотя ему могло перепасть несколько монет позже от этого пьяного мужика, если он хотя бы сделает вид, что пытается наказать девчонку. Ударив ребенка по лицу, он начал кричать и трясти ее, призывая вернуть кошелек. Узумаки вскочил, разозленный происходящим под носом. - Она ничего не крала! Он все врет! Кошелек у него в штанах, - крикнул Наруто. Оба взрослых хотели накинуться и на него, но побледнели, увидев что-то за спиной мальца. - Отпустите девочку, - женский мелодичный голос принадлежал молодой девушке с огромной пышной грудью. Двое ретировались, оставив плачущую девочку в покое, и женщина вложила несколько монет ей в ладонь и что-то тихо произнесла, успокаивая. Узумаки восхищенно смотрел на светловолосую женщину, хотя Курама внутри орал и говорил бежать, потому что чакра этой красавицы внушала уважение даже демону. - Эй, мальчишка, как ты узнал, что она не виновата? – женщина уперла руки в бока и широко ухмыльнулась. - Не знаю, я просто почувствовал, что она не врет, а он – да, - Наруто пожал плечами, а лис завыл. Ну кто просил этого идиота быть таким честным и прямолинейным? - Почувствовал? – она прищурилась и тихо посмеялась. – А ты всегда чувствуешь, что кто-то врет? - Да, - снова без заминки ответил Узумаки. Женщина окинула его задумчивым взглядом и улыбнулась. - Хочешь есть? Я могу тебя накормить, если поможешь мне кое с чем, - она присела на корточки перед мальчиком и подмигнула. Наруто закивал, восхищенно сияя голубыми глазами. «Твоя доверчивость нас в могилу сведет», - крикнул Курама, но был проигнорирован. - Меня зовут Цунаде. А тебя? – женщина взяла ребенка за руку и повела за собой. - Наруто, - он не стал говорить свою фамилию, все-таки проявив хоть каплю ума. У Цунаде оказалась сварливая помощница, которая, тем не менее, посочувствовала грязному беспризорнику. Отмыв и накормив Наруто, женщины уложили его спать. - Это джинчуурики Девятихвостого? – тихо спросила Шизуне, разглядывая безмятежное лицо мальчика. - Без сомнений, - Цунаде отпила саке и покачала головой. – По крайней мере, теперь мы знаем, что он не был похищен другими деревнями. - Его необходимо вернуть в деревню. - Неа. Если мы вернем его сейчас, он снова сбежит, что бы Третий ни пытался сделать. Ты же почувствовала, как искусно он скрывает чакру. Я бы даже не догадалась, если бы не взяла его за руку. В этом маленьком теле столько скрытых сил, что даже страшно. Он должен вернуться по собственной воле. К тому же… Я сама не хочу даже приближаться к Конохе, - она нахмурилась и подвинула к себе бутылку. Шизуне замолчала и провела ладонью по мягким светлым волосам ребенка, прекрасно понимая, почему он сбежал из жестокого, страшного мира шиноби. Ее наставница поступила точно так же. Утром Цунаде потащила Наруто за собой в игральные дома. Мальчик не понимал, что именно они делают там, но на вопросы отвечал исправно: «да, он врет», «нет, не врет», «да, я ее сын», «нет, я боюсь оставаться дома один, поэтому хожу везде с мамой». Было приятно, пусть это и была всего лишь заученная легенда. К вечеру Цунаде пьяно хохотала, бросая в Шизуне деньги, а Наруто жевал жареного кальмара и болтал ногами, не достающими до пола. Курама молчал, но не спал, контролируя происходящее. Кажется, Женщина (он категорически отказывался называть ее по имени) заботилась о мальчишке и не желала причинять вред. Так повторялось некоторое время, и Узумаки даже привык к такой жизни. К чужой доброте вообще легко привыкнуть. Он даже осмелел и звал Цунаде бабулькой (потому что Шизуне рассказала про омолаживающую технику). Они сменили пару городов и обосновались в одном из довольно крупных и торговых. Но однажды Цунаде пришла встревоженная и очень трезвая. - Наруто, - громогласно позвала она, ожидая, пока мальчишка выскочит откуда-нибудь. Он так отрабатывал навыки ниндзя, а настояла на этом она сама, потому что потенциал мальчишки был огромным. Пусть хоть себя защищать научится. - Чего тебе, баа-чан? – он сонно потер глаза, выползая из спальни совсем не как ниндзя. - Надо поговорить, - она уселась на пол и потерла ладонями лицо. Шизуне ушла за покупками, вот и хорошо. Не сможет помешать. В одном из игорных домов сказали, что по городу разгуливает мужик с белыми волосами и разыскивает Цунаде. Не к добру. Если Джирайя найдет Наруто, бедняге нелегко придется, старик был очень настойчивым и хитрым, когда хотел. Мальчишка шлепнулся перед ней. Такой сонный и взъерошенный. Совершенно невинное дитя. Она закрыла глаза, кое-как сдерживая слезы. Слишком слабая, чтобы защищать ребенка от Конохи всю жизнь, слишком слабая, чтобы удерживать его, но сил должно хватить на то, чтобы уберечь Наруто хотя бы сейчас. - Так чего ты хотела? – он душераздирающе зевнул и совсем по-звериному тряхнул головой. - Наруто. Тебе надо собрать вещи и бежать, - сжав кулаки, Цунаде пристально посмотрела в удивленные голубые глаза. - А ты, баа-чан? Ты не пойдешь? – Узумаки поморгал, не желая верить в то, что его прогоняют. - Нет. Меня ищет один человек. И я точно знаю, что он меня найдет, что бы я ни сделала. Тебе опасно быть со мной. Ты смышленый мальчик, Наруто, - она грустно улыбнулась и потрепала ребенка по светлым волосам. Курама заворчал, но подсказывал, что она не врет и вообще-то права. - Но мы можем скрыться, я научу тебя, баа-чан. Пожалуйста, я не хочу снова жить в лесу, - нижняя губа задрожала, а по щекам покатились слезы. Цунаде вздохнула и притянула Наруто к себе, утыкая лицом в пышную грудь. - Мы еще встретимся, обещаю. Знаешь, мы даже заключим пари, хорошо? Ты же видел, я всегда выигрываю, - она не стала говорить, что удача вставала на ее сторону только тогда, когда мальчишка сидел рядом. Наруто согласно промычал в ее грудь и поднял заплаканное лицо, шмыгая носом. - Какое пари? - Если ты станешь сильным шиноби и мы встретимся, я буду должна тебе сто тысяч рё, а если мы встретимся, а ты все еще будешь никудышным ниндзя, то будешь должен деньги мне, - усмехнулась она, зная наверняка, что проиграет. - Тогда я буду много тренироваться, - он уверенно кивнул. - Но для того, чтобы стать шиноби, тебе нужны не только тренировки, но и те, кого ты захочешь защищать. Без этого никуда. Пообещай мне, что найдешь таких людей, - прошептала Цунаде, утыкаясь в светлую макушку. - Обещаю, баа-чан. Он сбежал из городка в ту же ночь, глотая слезы и слушая причитания Курамы о том, что привязанности ни к чему хорошему не приводят. Со временем жизнь с баа-чан начала казаться прекрасным сном, а потом забылось и пари, только Наруто продолжал жить вблизи деревни, тренируясь и желая не уступать шиноби Конохи ни в чем, оправдывая себя тем, что хочет защитить себя и Кураму. *** Настоящее время. Джирайя упоминал имя Цунаде, но Узумаки даже в голову не пришло, что это именно она теперь Хокаге. Более того, он бы даже не вспомнил про чертово пари, если бы сейчас перед ним не сидела баа-чан собственной персоной. - Я так понимаю, денег у тебя нет, - она широко усмехнулась, разглядывая насупленного Наруто. – Тогда ты мне их отработаешь. - Чего? – он шагнул вперед, оперся руками на стол и упрямо выпятил нижнюю губу. Они разговаривали так, будто и не прошло столько лет. – Ничего я тебе не должен. Я стал отличным шиноби, ты просто не видела! - Да? И где же все эти люди, которых ты должен защищать, Наруто? Шиноби защищают людей. А те, кто это не делают, называются отступниками, – она тоже встала и оперлась на стол, глядя джинчуурики в глаза. Тот стушевался и опустил голову. – То-то же. Будешь отрабатывать долг как миленький. Кабинет был все еще наполнен шокированными лицами, и Цунаде обвела их тяжелым взглядом. - Чего встали? Саске, спасибо, что привел Наруто в деревню, можешь заслуженно отдохнуть. Итачи, продолжай собирать информацию по поводу действий Райкаге. И смотри, чтобы новость о том, что Девятихвостый снова в Конохе, за пределы этого здания не вышла. Все свободны, - рявкнула она. – А ты идешь со мной. Схватив Наруто за ухо, она пошагала к двери, стараясь сохранять серьезное лицо. - А-а-а, баа-чан, пусти! Больно! – закричал Узумаки, послушно следуя за Цунаде. Курама внутри посмеивался. Что ж, все обернулось не так плохо. Он помнил доброту Женщины к мальчишке. Надеялся на ее проявление и сейчас, хотя знал, что доверять людям ни в коем случае не стоит. Когда дверь закрылась, все повернулись к Джирайе. Он же был другом Хокаге, отличным шпионом, всегда знал больше остальных, даже Итачи это признавал. - Ничего не знаю, не спрашивайте, - произнес он и устало сел на стул. Какого лешего Цунаде скрывать такое? - Хм, это многое объясняет, - тихо произнес старший Учиха. – То, что лис все это время жил вблизи деревни, то, что Пятая сразу прикрыла поиски джинчуурики, объяснив это пустой тратой сил и ресурсов. Но это не объясняет то, что она сама не привела его в деревню, хотя могла. Очень странно. Сакура молча смотрела на улыбающуюся Шизуне. Та явно тоже была знакома с Наруто, но почему Цунаде-сама так долго скрывала эту информацию? Она спросит об этом позже. Обязательно спросит. А сейчас надо было осмотреть Саске на наличие повреждений. Он же никогда не признавался сам, даже если возвращался с миссий с кошмарными ранами. Сакура перевела взгляд на него и вздрогнула. Учиха выглядел взбешенным. Его ноздри трепетали, а шею покрывали пятна лихорадочного румянца. Он возвращал Наруто в чертову Коноху для себя. Только для себя! Они должны были вместе тренироваться, пусть под надзором, но он уже мысленно называл Узумаки своим. Соперником, оппонентом, партнером. Просто своим. А теперь оказалось, что Хокаге прекрасно с ним знакома, прямым текстом заявила, что будет отправлять Наруто на миссии, а тот и думать сразу забыл о Саске и о том, что не любил деревню. Развернувшись, он вышел из кабинета и хлопнул дверью. Он потом поговорит с Итачи наедине, без всех этих изучающих взглядов. - Саске-кун очень заинтересован в сохранности драгоценного Наруто-куна, - многозначительно пояснил Джирайя и поморщился. Прозвучало так, будто это произнес не он, а Орочимару. Что ж, должно же было хоть что-то в этом мире остаться от змея, кроме Ямато, который переговаривался с Какаши и эмоционально жестикулировал. Сам Какаши хмурился: неужели это не был хитрый план Саске, и тот действительно был влюблен? - Кстати, так что за тревожные новости? – опомнился сеннин и взглянул на Итачи. Тот поджал губы и качнул головой. - Похоже, грядет новая война.