I look for you in the center of the sun
25 июня 2018 г., 17:32
ЧАСТЬ А Глава 1 1.
На улице, спустя непродолжительное время, в течение которого лил сильный, но летний и теплый дождь, установилась солнечная погода. Стайлз вновь очутился возле окна с раскрытой книгой, пытаясь, наконец, добраться до середины повествования. На одном из немногих форумов, где он как обычно оказался, выискивая всякую ерунду, одна девушка весьма вдохновенно описывала прочитанную накануне книгу Эрих Марии Ремарк. Стайлз решил, что ему стоит отвлечься от переживаний, расследований, которые, кстати, не маячили у него на горизонте, и углубиться в выдуманную жизнь. Он скользил заспанными глазами по строчкам, все быстрее и быстрее прожевывая слова, написанные на протертой до дыр бумаге, местами пропуская романтическую линию, когда она становилась излишне приватной. Стайлз глубоко выдохнул и тут его взгляд наткнулся на слова, мигом вернувшие его в недалекое прошлое. Но ведь без любви человек — не более чем покойник в отпуске. Парень издает ироничный смешок от этого сравнения, а потом откладывает книгу, высунувшись из приоткрытого окна и наслаждаясь тишиной в целом. За предыдущие полмесяца он не раз порывался настрочить Скотту смс, начиная от банального «Привет, как дела?» и оканчивая пьяным бредом, вроде «Люблю тебя, придурок». Эти слова все еще душили Стайлза и иногда, его мозг, отдельно от хозяина, додумывал события, похожие на происходящее в книге, лишь с некоторыми изменениями. Он срывался в ту реальность, где может без зазрения совести валяться на Скотте; ловить солнечную улыбку, когда карие глаза становились на пару тонов светлее и целовать, целовать, пока губы не онемеют, и не будет риска умереть от асфиксии. Но каждый раз он стирал текст в телефоне, так и не отправляя смс, и заставлял себя постепенно забывать о своей идиотской привязанности к Скотту МакКоллу. Иногда это даже получалось. Он помогал отцу в участке, читал литературу на различные темы, но часто начинал искать дополнительные источники знаний, вроде сайтов или электронной литературы, и в результате, оказывался там, куда даже не планировал заходить. Стайлз стал замечать, что без аддерола его концентрация совсем ослабевала, и он забывал вещи или мысли, позволяя им ускользать в небытие, отвлекаясь на другое, третье. Парень наблюдает за редкими людьми, вышедшими на прогулку. Здесь совсем мало молодежи и Стайлз полагает, что ему тоже не стоит засиживаться в этом городе летом. Почему он остался здесь, наедине со своими мыслями, вместо того, чтобы испытать свой джип поездкой на дальние расстояния, вроде соседнего штата или даже двух, трех? Что ему мешает, бросить все и уехать куда-нибудь, забывая о существовании таблеток, отца, который не верит ему и Скотта, который не любит его? Дерека, который бросил. Что, черт возьми, он здесь делает? Стайлз залез обратно в комнату, замечая, что за своими мыслями о побеге, чуть не вывалился из окна, игнорируя законы притяжения Земли. Он вспомнил, как три дня подряд пытался разобраться в астрологии, но вскоре забросил это занятие, остановившись на Планетах и их воздействии на Знаки Зодиака. Парень возвращается к ноутбуку, отчаянно поглядывая на окно и вспоминая, что он там делал несколько минут назад. Плюнув на это дело, Стайлз выуживает из полки таблетки и привычно закидывает в рот тройную дозу, а затем, подумав, докидывает наверх оставшееся и запивает их водой из бутылки, стоящей неподалеку. Парень откидывается назад и ждет, пока начнет соображать и вспомнит, черт возьми, все то немногое, что он делал последние дни, когда решил игнорировать таблетки в чистом виде. Он рассматривает потолок, каждую трещину на нем, видит разводы воды, когда его комнату затопило и внезапно осознает, что стал тем самым конченным наркоманом, что не может прожить и дня без дозы, начиная видеть мир совсем в других красках. Нет отца, чтобы контролировал его, Скотта, что иногда умудряется выкинуть пачки. Он остался один, и нет якоря, что привел бы его к той жизни без таблеток, когда он прекрасно соображал и мозг генерировал идеи. Сейчас же парень больше напоминал себе овощ, и слезы брызнули из его глаз, заставляя его вновь беспомощно скрутиться на кровати в позе эмбриона и мечтать о том, что было бы, если бы Скотт был здесь и мог бы обнять его, успокаивая и предлагая пути решения. МакКолл всегда был тем трезвым, пусть и немного глупым рассудком, что тормозил амбиции, заставлял все тщательно взвесить, прежде чем следовать напролом за возникшей идеей. Он закрывает глаза, прислушиваясь к звукам вне квартиры, скользит пальцами по простыне, стягивая с себя рубашку и раздумывая, когда в комнате стало так жарко. Его вспотевшего тела касаются пальцы, уверенно ведущие от тазовых костей вверх, задевая ребра, соски и скатывая майку в гармошку. Щек касается щетина и обветренные губы, покрытые тонкой пленкой. Стайлз по инерции ловит руки, все еще гуляющие по его делу и доставляющие дискомфорт. Он нервно смеется, вспоминая момент, когда перестал находиться один в пустом доме, но некто не спешит обозначать себя, терпеливо раззадоривая мальчишку и даря уже более уверенные и местами грубые движения. Стилински приоткрывает глаза, ощущая во всем теле панику, и вместо белого потолка видит алые глаза Дерека перед собой. Он улыбается, но не так сломлено и бережно как в последний раз, а скорее как хищник, убийца. — Стайлз, — шепелявит он из-за отросших клыков. — Ты так быстро забыл меня. — Дерек, — полу спрашивает парень, и прежде чем успевает сообразить, клыки впиваются в его шею, перекусывая сонную артерию. Стайлз чувствует, как кровь брызжет фонтаном и она такая же алая, как и глаза Дерека, он пытается вдохнуть, но почему-то вдох ощущается не ртом, а прорванной глоткой. Легкие наполняются кровью вместо воздуха, и Стилински хватается за грудь, пытаясь выдавить из себя кровь, которой стало слишком много вокруг. — Просыпайся, Стайлз. Парень не может ответить, пытаясь оттолкнуть от себя убийцу и прекратить вдыхать кровь, но вместо этого его сердце замедляется, выталкивая остатки крови из себя, гоня по венам в легкие. Стилински молится, чтобы это закончилось и обессиленный падает на кровать.***
Стайлз переворачивается на другой бок, закутываясь в одеяло и ощущая холод по всему телу. Он не спешит открывать глаза, цепляясь за сон с новой силой, мечтая убежать от реальности. Отец все еще на работе, потому как в доме стоит оглушительная тишина. Парень проводит пальцами по горлу, чтобы убедиться, что предыдущее было лишь сном, призраком прошлого, на котором он поставил точку. Закрыв глаза, Стилински опускается вниз, накрываясь с головой. Ему не комфортно, поэтому, парень пытается, не открывая глаз, устроиться поудобнее и ворочается, сбивая листья под собой в кучу. Стайлз нервно распахивает глаза, почувствовав холод и понимает, что он давно уже не дома, а пижамные штаны и майка вымазались в мокрой и скользкой от чего-то земле. Стайлз балансирует на грани крика о помощи и пробует подняться, чтобы оглядеться вокруг. Возможно, он за потоком мыслей давно вышел из дома и бродит здесь, пытаясь забыться и отпустить Скотта навсегда. Он рассматривает свои грязные руки и видит красные следы на них. Парень испуганно вытирает их о штаны, судорожно вспоминая, не убил ли он кого-то в своем таинственном не забытье и отходит от места своего падения. Его замерзшие пальцы ног еле слушаются, и Стайлз прилагает усилия, чтобы очнуться, сжимая глаза до красных расплывчатых кругов и жуткого звона в голове. Когда это не помогает, парень начинает щипать себя и бить по лицу, наконец, издав испуганный вопль в тишину. От его крика пара птиц взмыла куда-то в воздух, оставляя его совсем одного. Парень срывается на бег, пытаясь разглядеть за пеленой слез дорогу домой, из леса вон. Холодные и мокрые ветки бьют его по лицу, и он отмахивается от них руками, исцарапанными в кровь и перепачканными в чужой. Стайлз загнанно дышит, останавливаясь на мгновение и резко повернувшись, видит картину, от которой все леденеет в нем самом, а воздух, выдавливаемый из него в промежутках между всхлипами, застывает густым облаком возле губ и не спешит смешаться с окружающей средой. На поваленном дереве, сжимая в руках лук и натянутую стрелу, отливающую серебром, возвышается Эллисон Арджент. В ее глазах замерзла сталь, а роскошные каштановые волосы, обычно рассыпанные по острым плечам девушки, собраны высоко в классическую гульку. На ветру развеваются полы ее пальто и рукава широкой кофты, а глаза направлены на кого-то на земле. В колчане не хватает стрел и Стайлз откуда-то уверен, что этой стрелой она добьет оборотня, лежащего на Земле. Он рассматривает свои руки, замерзшие и грязные, и осторожно ступает навстречу девушке. Он точно знает, что кровь на его руках принадлежит тому, кого пытается убить Арджент. Стайлз останавливается напротив девушки, пытаясь разглядеть в ее глазах человечность. — Эллисон. — Он говорит тихо и уверенно, протягивая руки и касаясь острого наконечника стрелы. Она царапает его кожу, моментально окрашиваясь в бордовый цвет, и Стайлз внезапно чувствует рык за его спиной, отчего его волосы становятся дыбом на затылке. Одновременно стрела и когти протыкают его насквозь, заставляя задыхаться в фонтане собственной крови. Стилински закрывает глаза, пытаясь вдохнуть воздух, который приобрел отчего-то запах больницы. Он шепчет на выдохе рваное «Скотт» и вновь отключается.***
Всхлипывая, он пытается выпутаться из простыни и падает на пол с приличной высоты. По его замерзшему телу проходят сотни разрядов тока, и Стайлз застывает в неловкой позе, осматриваясь вокруг. Место кажется ему смутно знакомым, но это точно не сон. Парень издает стон. Пытаясь подняться, его колени разъезжаются, и Стайлз обессиленно падает. В комнату заходит человек и тут же бросается Стайлзу на помощь, поднимая и укутывая в простынь. Стайлз поворачивает голову и видит живого и невредимого Скотта, обеспокоенно улыбающегося ему в ответ на удивленные глаза. — Мы нашли тебя в лесу без сознания в грязном белье. — Кто — мы? — Если честно, то Стайлз до сих пор не может понять, где он, когда выберется, наконец, из этого чокнутого сонного паралича и проснется в своей кровати, где он не будет раз за разом умирать и купаться в крови, своей или кого-то еще. — Я и Алан Дитон, у которого я работаю. Я как раз вернулся домой и хотел зайти к тебе, но Алан опередил меня. — Ладно, я…. — Стайлз замолкает. Сотня слов, что он хотел бы сказать МакКоллу растворяются при взгляде на его губы и Стилински не медля приникает к ним. Сухие, горячие и желанные, они раскрываются навстречу языку Стилински, и МакКолл крепко сжимает его в своих руках, притягивая к себе и рефлекторно толкаясь пахом о бедра Стайлза. Дыхание замедляется и Стилински переходит с губ на шею, выцеловывая каждый миллиметр и удивляясь, почему до сих пор нет его отца, где сам Алан и почему, черт возьми, в его голове крутится настойчивая мысль убить Скотта? Парень ошарашенно отходит и рассматривает Скотта, что блаженно и туманно улыбается, поминутно облизывая губы. В голове Стайлза кто-то господствует. Он представляет, как медленно берет копье, лежащее на столе для осмотра животных, пронизывает им Скотта и упивается болью, исходящей от тела дуга. «Это намного приятнее, чем желать его тело» — шепчет разум и направляет руку Стилински за копьем. В его глазах зажегся дьявольский огонь, и он с радостью и отчуждением наблюдает за тем, как плавно оружие входит в тело его друга и любовника, пропарывая слой за слоем каждую ткань и органы. Кровь брызжет, но самое приятное — чувство боли, предательства, что кочует из тела друга в его собственное, наполняя его силой и могуществом. Он хочет большего, много крови и больше эмоций, которые можно собрать и впитать словно губка, напиваясь как самым дорогим виски. Стайлз любовно гладит осевшего друга по волосам и чувствует иглу, вошедшую в шею. — Еще кубик атенола, немедленно. Стайлз проваливается в блаженную темноту.
