Ангел или Демон

       В тот час и в тот миг, как только появилась Земля, расплескались реки, расцвели сады, появились первые люди, – тут же началась борьба Ангелов и Демонов.        Особенной безжалостностью среди небесного воинства всегда славился его предводитель – архангел Михаэль, не щадящий не только детей, но и своих же воинов, если они проявляют жалость.

Первая встреча Люцифера и Михаэля

       Не так давно прогремел очередной бой, окончившийся огромным количеством жертв с обеих сторон, но теперь, кажется, над местом, где остановился отряд архангела Михаэля, царило затишье. А посему предводитель небесного войска покинул своих подопечных, дабы отдохнуть немного у леса, рядом с водой.        Сидя на берегу, он ополаскивал лицо, подставляя его потокам свежего ветра, будто бы не несущего запах смерти и скорби из окрестных деревень, где уже выкосили ангельские мечи всю «грязь и порочность» проклятой расы.  — Умываешься, да? — раздался будто вымороженный последним годом войны голос Князя Тьмы за спиной Михаэля. Это был достаточно рискованный шаг с его стороны: заявиться так, самому, без никого, буквально к самому стану ангельской армии, но Князь справедливо полагал, что сбежать он всегда успеет, а брать кого-то с собой, –так кому еще кого защищать придется, — Ну здравствуй, — вид Люцифера сейчас был под стать голосу – насквозь седые волосы, словно схвачены инеем, а кожа тонких рук и лица кажется будто матовым белым стеклом, чуть расцвеченным розовым у губ.  — Как видишь, — лишь кивнул Михаэль, положив руку на рукоять и повернувшись. Он пока даже не встал с земли – поза была достаточно удобной, чтобы в случае необходимости быстро вскочить, а значит и рыпаться ныне нечего, — Забавное пожелание врагу, но и тебе в ответ – здравствовать, — с каким-то немного даже странным спокойствием произнес архангел. Он был противоположностью Люцифера –откуда-то из самого сердца в нём шел огонь, пламенное желание правды.  — О, прекрасное пожелание, благодарю. Спасибо не желаю – спасать тебя пока не за что. Слышал, впрочем и видел, твой фронт пока хорошими темпами идет к столице? – почти даже дружелюбно, было бы еще не так холодно, поинтересовался Люцифер, чуть склонив голову набок, – на секунду при этом жесте стороннему наблюдателю даже стало бы страшно –как эта хрупкая, будто стеклянная фигурка не сломалась от одного движения? Впрочем, единственное, что не было мертво и холодно в облике Князя, это глаза – цвета зелёного бутылочного стекла, – они буквально пылали ненавистью к Михаэлю. О, скольких демонов всех полов и возрастов увозили сейчас в столицу почти при смерти, от рук этого архангела!  — Не за что, так не за что – я ещё не опустился до оправданий перед дьяволом, — чуть усмехнулся Михаэль, — О да, на успехи не жалуюсь, — кивнул архангел, — Однако, мне довольно интересно, чем обязан я твоему визиту. По-моему, в столице больше дел, чем здесь. В конце концов, там все, кого еще можно пытаться спасать, — с какой-то ноткой презрения бросил он, вставая с земли, глядя в полные ненависти глаза.  — Не беспокойся про дела в столице. Поверь: это отнюдь не твоего ума дело, ведь, тех кого надо, на сегодня уже спасли от смерти, а их выздоровление – теперь лишь вопрос времени, которого, впрочем, может не оказаться. Хотя, о чем это я? Окажется, — достаточно твёрдо сказал Люцифер, слегка улыбнувшись уголками рта Михаэлю. Всё презрение фразы архангела он одной этой улыбкой вернул в двукратном объеме, — А обязан тем, что я наконец-таки хочу узнать: какого чер… зачем вы, простите, затеяли этот балаган? С вашей стороны жертв не меньше, чем со стороны демонов; разоряется красивый мир, льётся детская кровь, которая не имеет принадлежности к расе. Они дети, Михаэль! — только сейчас голос Князя, немного на нервах, звякнул металлом, — К чему эта жестокость? Мы никогда не трогали небо и не мешали вашей экспансии на Землю, так зачем?!  — Пусть лучше эти дети умрут сейчас, чем вырастут, напитавшись проклятием и грязью вашей расы. Вы являетесь заразой этих миров, – чума, которую нужно истребить, — холодно ответил Михаэль. И он ведь вправду верил… Любое сомнение его уничтожило бы белизну его крыльев, любая склонность ко тьме изуродовала бы душу полностью, не оставив в ней ничего ангельского, повергнув в пучину желания убийства, мести.  — Это бред, Михаэль. Это действительно глупость. Неужели ты думаешь, что если разрушишь Ад и перебьёшь здесь всех, перебьешь всех наших, спасшихся под опекой более разумных ангелов, то греха на Земле, да и среди вас, станет меньше? Не смеши. Бедняк с оружием всё-равно поднимет руку на того, кому позавидует. Убийца останется убийцей, а гордец будет кичиться собой. Даже если убить покровителей этих грехов, – грехи не исчезнут. Так что потом? Убить людей? Всех, кто замарал руки, а затем и остальных, чтобы не было риска? И настанет царство истины? Глупость! — голос Люцифера снова звякнул металлическими нотками. Он правда не понимал, зачем это началось? Ведь именно небеса напали на Ад, а те всего лишь попытались защищаться, не подумав не стали выселять детей, и вот теперь, – многие из них лежат, умывшись кровью не от того, что их нарочно подставили, не от того, что не позаботились – никто просто не ожидал такой подлости от ангелов, от белокрылых!  — И что? Не исчезнет грех, но если оставить всё как есть – греха станет ещё больше. Мы не сложим мечи, Люцифер, — твёрдо произнес архангел. Он поднялся с земли, отряхивая свой костюм, уже сменённый после битвы, а потому не испачканный кровью тех, кто пал сегодня. Вообще по Михаэлю не слишком было видно, что он сражался недавно, – разве что какая-то усталость и еще не потухшая борьба в глазах. — Я не прошу складывать! Дерись с теми, кто может дать отпор! Вместо того, чтобы убивать детей, организуйте поселение и воспитывайте их. Кто мешает сделать так? Но нет, ты лишь оставляешь поля трупов. Мать, защищавшая ребёнка голыми руками в прошлой деревне... Что ты сделал и с ней, и с её дитём? Они теперь вместе лежат, – холодные, безразличные. Одумайся, Михаэль. Дай шанс тем, кто не вырос! Среди них нет негодяев! Ты же отлично знаешь: у демонов нет ничего за смертью — мы не подвластны реинкорнации, не становимся и другой расой — то, что было нами, исчезает. Исчезают прекрасный целитель и гениальный материалист, – исчезают те, кто тоже является опорой этой веры, и их не вернуть. Дай шанс хотя бы тем, кто не вырос. Михаэль, я уже умоляю тебя! — в голосе Люцифера действительно прозвучала мольба, хотя не потухла и ненависть в глазах.        Какое-то время Михаэль молчал, действительно обдумывая слова Люцифера. Затем произнес:  — Дети, у которых отняли родителей, не вырастут добрыми. Они уже рождены в крови – поздно что-либо менять. А о том, что нас ничего не ждёт после смерти, ни демонов, ни праведных ангелов… Никто не знает, Люцифер. Никто, кроме Отца, — из тона ангела исчезло презрение, он просто посмотрел на дьявола. — В этой войне выживут те, кому суждено выжить. Или не выживет никто. Я не изменю своего решения.  — Михаэль, опомнись! Всех можно воспитать. Пожалуйста, подумай, умоляю! Ну... Ладно, но не убивай хоть тех, кто не пытается сопротивляться. Сегодня вам пытались сдаться, я был на поле битвы, но, к сожалению, слишком поздно – меня задержали. Тех стариков, что не могли причинить вреда и нескольких юнош… Вы тоже убили! — голос Люцифера сорвался. — Вы воюете с крылатыми, их ведь можно повернуть на правильную дорогу, так почему?! Где проповедованное людям милосердие?! Мы что, – хуже зверей?! Хоть каплю милосердия Спасителя!  — Тем, кого мы пощадим – дорога лишь в город Серых. Я дам тебе один день. Сутки. Как хочешь, но собери всех, кто готов попробовать там прижиться. Их я пощажу. Остальных мы убьём, если судьба не решит иначе, — твердо сказал Михаэль, глядя в глаза Люциферу, давая понять, что более он менять своего решения не станет. Город Серых был пересечением греха и святости, и там каждый мог попробовать прийти к Богу, и никто не стал бы ему мешать  — Понятно. Завтра в это же время придут последние из тех, кто готов жить. Нам хватит суток. Остальные будут сражаться, и знай, Михаэль, в этой войне еще много кто поляжет. Это печально. Лучше бы всё это прекратилось… — Люцифер покачал головой и было отвернулся от Михаэля, беспечно подставившись. Не оборачиваясь же он спросил: «Кстати. Это делается с благословения Отца?» — будто это что-то меняло, давало хоть какую-то надежду…  — Я знаю. Но войско неба не отступит, пока того не пожелает Отец. А насчет благословения: он ничего не говорит об этой войне. Ни поощрения, ни порицания. Просто ничего, — ответил Михаэль, так же разворачиваясь в сторону своего лагеря, делая шаг. — До встречи, Князь. И надеюсь, эта встреча состоится раньше, чем на похоронах одного из нас, — произнес он уходя, и не оборачиваясь более – для него разговор был окончен.  — Знал бы ты, как я на это надеюсь! — тихо произнес Князь, чуть холодно вздергивая тонкие брови. О, нет. Не были сейчас его слова полны грусти по ушедшему другу! Скорее, они были вызваны желанием мести, ибо действительно было бы досадно встретить Михаэля на похоронах, пусть и его – не тебе бы честь принадлежала. — «Значит, ничего… почему-то я ждал именно этого.» — мысленно вздохнул Люцифер, думая, что ещё два долгих года осталось до следующего «визита вежливости», когда всем, что есть, придется умолять о прекращении. Дьявол двинулся вдоль реки вверх по течению и, спустя несколько секунд, его фигура бесшумно и бесследно растворилась в воздухе.

(Информация взята из Интернета)

       Те, кто желал жить, сдались небесной армии и архангелу Михаэлю, готовые прийти к Богу. Остальные, пожелавшие отстоять свою честь и честь уже погибших товарищей, – продолжали бороться, проливая собственную кровь.        Четыреста лет длилась ужасная война. Смертные умирали и снова рождались, терпя и пытаясь пережить войну, которая их никак не касалась. Люди так же делились на две группы: на тех, кто всем сердцем верит в победу Бога, и тех, кто всеми силами пытался помочь самому Дьяволу. Но, к сожалению для демонов, никто не жаждал продавать свою душу.        Кроме одной молодой, но необычайно отважной девушки, которая потеряла родителей из-за жестокой войны. Она была готова продать душу, лишь бы прекратить мучения Земли.  — Ты точно готова к этому? — Люцифер, сам Дьявол из Преисподней, стоял посреди сырой комнаты медленно гниющего дома, и внимательно наблюдал за девушкой с тёмно-русыми волосами, которая твёрдо, сжимая кулаки и прикусив губу, стояла напротив него. Несмотря на уверенный вид, который Имир пыталась создать перед Дьяволом, он не мог не заметить дрожащих коленок и беглого взгляда, — Ты будешь жалеть об этом.  — Я правда готова, — как бы она не пыталась скрыть весь страх и ужас, голос всё-равно дрожал. И это было неудивительно. Продать душу – почти тоже самое, что и умереть. И не бояться этого – глупо, — Я должна отомстить за родителей и всех невинных, кто погиб в этой войне.  — Нет, готова ли ты пожертвовать всем оставшимся в твоей жизни, и бороться за меня и демоническую армию? — Люцифер протянул ладонь Имир, которая полностью горела, как и его глаза, не предзнаменуя ничего хорошего, — Готова ли ты заключить сделку с Дьяволом?        Глаза юницы также загорелись красным пламенем, и она завороженно смотрела на руку Люцифера, медленно протягивая свою.  — Да. Я готова, — отчуждённо, будто под гипнозом, произнесла девушка, прежде чем завершить сделку.        Как только их руки соприкоснулись, в дом ударила яркая молния, разбив крышу в щепки. Вокруг Люцифера и Имир образовалась зелёная дымка, обволакивающая их силуэты. А в руках девушки оказалось кроваво-алое яблоко.

***

       Имир резко распахнула глаза, очутившись посреди развалин когда-то собственного дома. Рядом с ней лежало надкусанное яблоко, а чуть поодаль стоял Люцифер, который, сложив руки на груди, с прищуром смотрел на неё.  — Как ты себя чувствуешь? — Дьявол подошёл к Имир, которая уже приняла сидячее положение и отрешённо уставилась в стену напротив. Люцифер сразу понял: что-то пошло не так. Обычно после того, как люди заключали с ним сделку, они тут же падали на колени, моля вернуть всё обратно, и убрать ту адскую боль, которую причиняло отсутствие души.  — Dolet mihi (Здесь и далее – переврд: Мне больно), — прошептала девушка, всё ещё смотря в стену, а Люцифер удивлённо распахнул глаза. Юница начала говорить на латыни – очень редкое и опасное для всего мира явление, — Sed potentia infinita in te ipso sentire. Paratus sum, et ad hoc mundo meliore loco. Ad bellum. (Но я чувствую безграничную силу внутри себя. Я готова сделать этот мир лучше. Закончить войну.), — Дьявол внимательно слушал девушку, опасаясь того, что сам создал, — Nihil non loquaris mihi nisi quod XIII annorum habeo. Non habent tempus ad omnia facere. Ideo enim et successoribus profuturam concederet. Sed in animabus, non pertinent ad te. (Зря ты мне не сказал, что у меня есть всего 13 лет. Я могу не успеть сделать всё. Поэтому у меня будут наследники. Но их души не будут принадлежать тебе.), — Имир резко повернулась лицом к Люциферу, взглянув ему прямо в глаза, — Angeli ad receptum, sicut et Daemones. (Ангелы должны отступить, так же как и демоны.)  — Имир, ты служишь мне. Ты не можешь мне угрожать, — Люцифер старался подбирать слова, чтобы ненароком не запустить бомбу, которая разрушит как минимум половину территории, на которой они сейчас находились, — Твоя душа принадлежит мне.  — И что? — девушка усмехнулась, посмотрев на небо через проломленную молнией крышу, — Я создам новый мир без войны. Но чтобы создать его, мне нужно уничтожить всё, что было в старом, — Имир резко поднесла руку ко рту, хищно покосив взгляд на Люцифера, — В том числе и тебя.        Над городом пронеслась ярко-желтая молния, сопровождаемая громом. На Земле появился самый страшный враг людей, ангелов и демонов.

***

 — Архангел Михаэль! — в палатку ворвался взволнованный рядовой, который тут же начал жадно глотать ртом воздух, пытаясь отдышаться. Михаэль повернулся к пришедшему, и, почуяв неладное, нахмурил брови, — К вам… К вам пришёл…  — Говори внятнее! — не выдержав мямлиничества подчинённого, прикрикнул Михаэль, испугав того ещё больше, но, несмотря на это, тот всё же смог собраться с силами.  — К вам пришёл сам Люцифер! — выдал рядовой, зажмурив глаза. Архангел направил удивлённый взгляд на подчинённого, не веря в сказанное, и пытаясь уловить нотки издёвки в поведении рядового. Но ошибки быть не могло, ведь ангел был в ужасе, и это сложно не заметить, – Он только что пришёл и сказал, что ему нужно срочно поговорить с Вами. Сказал что-то про ошибку, которую сам совершил, и из-за которой может погибнуть всё живое…  — Веди меня к нему, — решительно сказал архангел, направляясь к выходу из палатки, попутно положив руку на плечо ангела, немного сжав его, пытаясь поддержать. Михаэль понимал, раз сам Люцифер пришёл к стану небесному и просил аудиенции со своим врагом – дела поистине плохи.

***

 — Люцифер, что ты натворил?! — архангел с соответственным шумом распахнул дверь темницы, смотря на Дьявола с нескрываемой яростью, когда тот, в свою очередь, спокойно сидел на деревянной койке, сцепив руки в замок.  — Ты не можешь меня винить за то, что я хотел спасти свой народ, — Люцифер поднял усталый взгляд на Михаэля, и тот не мог не отметить скверный вид Дьявола: на лице синяки и ссадины, одежда во многих местах порвана, волосы спутаны. Странное явление для существа, которые до ужаса любит чистоту и порядок, — Четыреста лет ни один человек, поклонявщийся Сатане, не желал продавать душу, чтобы помочь нам выиграть в войне. Но сегодня одна девушка решилась на этот шаг. В ней было много мужества и решимости. Я наделил её силой и забрал душу. Но она начала говорить на латыни, — Михаэль с большей злостью начал прожигать Люцифера взглядом, медленно сжимая кулаки, и понимая, в какой опасности сейчас находится весь мир, — Эта девушка хочет создать свой народ, чем сейчас и занимается. Она уничтожит весь мир, если мы не объединимся.  — Какой силой ты её наделил? — сквозь зубы произнёс Михаэль, борясь с желанием уничтожить демоническое отродье сию же секунду. Но он понимал, что не может, – только Дьяволу под силу хоть как-то контролировать мощь, которой наделил девушку.  — Какой силой? — Люцифер усмехнулся, запустив руку в светлые, почти белые волосы, — Самой мощной и разрушающей. Силой исполина, — Дьявол и сам понимал какую глупость совершил, но не понимал, как так получилось, что девушка стала неподвластна ему, — Она истечёт в течении тринадцати лет, а после этого разделится на девять частей. Пока я не в силе её контролировать, но после разделения это будет подвластно мне. Поэтому пока мы должны установить мирный союз и объединится против Имир.  — У нас нет другого выбора, — согласился Архангел, в какой-то степени всё же находя оправдание Дьяволу: он всё-таки хотел защитить свой народ.

***

       Тринадцать лет ангелы и демоны боролись плечом к плечу против общего врага, который за длительное время успел создать свой народ, поднакопить сил и истребить большое количество людей. Но чем ближе подходил срок истечения силы Имир, тем слабее становилась как она сама, так и её армия. Однажды, по необъяснимым причинам, прародительница погибла, разделив свою силу между девятью потомками элдийского рода.        Первый потомок обладал силой Атакующего титана. Его рост составлял пятнадцать метров. Атакующий невероятно устойчив, живуч и способен сражаться даже с обширными повреждениями костей, тканей, отсутствием конечностей. Когда на его пути встаёт кто-то действительно сильный и способный помешать исполнению цели, при сильных ранах, он в буквальном смысле может перейти в «состояние берсерка».        Второй потомок имел силу Бронированного титана. Во время трансформации его тело автоматически создает броню (в отличие от Колоссального и других титанов), которая покрывает большую часть его тела, за исключением таких областей, как суставы в задней части ноги.        Третий управлял силой Колоссального титана. Его рост достигал шестидесяти метров. Уникальная способность, которой обладает Колоссальный титан — полностью контролировать выделение пара в титанической форме. Однако длительное использование этой способности сказывается на Титане, постепенно уменьшая мышечную массу, пока не останется только скелетная структура. В некоторых случаях, когда это необходимо, Колоссальный титан способен полностью испарить все своё тело, мгновенно исчезая.        Четвёртый располагал мощью Звероподобного титана. Его рост составлял семнадцать метров. Зверь обладал большой физической силой, достаточной, чтобы поднять лошадь или даже отрывать большие куски стены и швырять их на большой скорости. Он создавал видимый звуковой удар, – камни, которые он кидал, летели со скоростью больше семиста семидесяти километров в час.        Пятый был Зубастым титаном или титаном «Челюсть». Его рост – всего полдесятка метров. Отличительная черта – очень мощная челюсть, которая является основным оружием этого титана. Зубастый показал выдающийся уровень скорости и манёвренности даже для одного из Девяти Титанов. Он мог преодолевать большие расстояния во время прыжка. Зубастый настолько быстр, что даже в форме Титана мог совершать неожиданные атаки, которые враг не умел предсказывать.        Шестой потомок имел силу Женской особи. Её рост составлял четырнадцать метров. Женская особь может в некоторой степени влиять на действия неразумных титанов с помощью способности, выражающейся в виде крика. Он позволяет Женской особи призывать титанов, находящихся даже на далёком расстоянии от неё самой, издавая громкий рёв. Вдобавок к крику титана, она обладала способностью избирательно укреплять кожу, покрывая её веществом, по прочности схожим с алмазом. Помимо защиты, этот навык давал ей преимущество в ближнем бою, значительно усиливая стандартные приёмы рукопашного боя, при этом один отличный удар мог оторвать вражескому титану конечность или снести голову.        Седьмым был Титан «Молот войны». Титан этот мог создавать различные структуры из укреплённой кожи титана, такие как маленькие шипы на определённой территории вокруг, огромный шип, размером примерно три десятка метров в высоту, и различное оружие ближнего боя, в частности боевой молот, который и дал имя этому титану.        Восьмой являлся Титаном Грузоперевозчиком. Его отличительная черта — передвижение на всех четырёх конечностях, что в купе с его плоской спиной позволяет ему перевозить груз. Он очень силён, ведь с лёгкостью переносит на себе кучу тяжёлого багажа, закреплённого у него на спине, и даже может бегать вместе с ним. Способность двигать тяжёлые булыжники также говорит о большой силе.        Девятый имел силу Координаты. Координата позволяет носителю стереть отдельному человеку или даже сразу нескольким сотням или тысячам память, либо изменить её. Носитель координаты сохраняет в себе память предыдущих обладателей. В основном передаются воспоминания, связанные с титанами. Также координата даёт владельцу власть над обычными титанами. Он может управлять примитивными действиями титанов, такими как передвижение или атака, заставляя их выполнять практически любые приказы в пределах возможностей титана.        Разделение силы Имир позволило Люциферу взять власть над её потомками, контролируя их силы.        Для сохранения жизни на Земле, ангелам и демонам пришлось заключить договор о мирной жизни между ними. Они договорились, что каждому обладателю силы Имир будет передаваться отдельный ангел и демон. Задачей Ангела будет являться сохранение жизни титана-шифтера. А задачей Демона – контроль над этой силой.        Довольно часто, служа телохранителями титанов-шифтеров, ангелы сильно привязывались к ним. А демоны применяли довольно жестокие меры контроля, что вызывало у ангелов ярость и презрение к ним.

***

       Микаса Аккерман – ангел, с недавних пор служащая Эрену Йегеру – Атакующему титану, который буквально неделю назад узнал о своей силе, в отличии от неё, Микасы, которая изначально знала о мощи, передавшейся Эрену от его отца.        Леви Аккерман — демон, который уже семь лет ждал в развед. отряде появления Атакующего титана, чтобы начать жестокий контроль над ним.

***

       Проснувшись с утра в женской казарме, Микаса уже изначально знала, что сегодня точно что-то произойдёт. Её ангельское чутьё никогда не подводило. Она точно знала: сегодня тот день, когда Йегер узнает о своих способностях. А это значит, что скоро появится и демон, которого до этого она никогда не видела.        Когда зазвенел колокол, предупреждающий о появлении титана Колосса, Аккерман ничуть не удивилась, даже усмехнулась, насколько необычайно подходящее время выбрал титан-шифтер, ведь они, новобранцы, завтра должны были выбрать подразделение и отправиться, кто-куда. Но теперь они должны сражаться. И это лишь вопрос времени, когда кто-то из её товарищей погибнет.        В тот момент, когда Армин сказал, что Эрен погиб, сердце Микасы пропустило удар, но тут же начало свой обычный ритм. Ведь она знает о том, что вот-вот появится Атакующий титан, убьёт всех около склада и спасёт человечество, спрятанное за стеной Роза.        Но всё же Аккерман не может удержаться и бежит к Йегеру навстречу, увидев, как он появляется из-под затылочной зоны титана.        Леви, осматривая утром местность, тоже резко понимает, что им срочно нужно обратно к стене Роза, ведь сегодня произойдёт нечто, что перевернёт жизнь элдийской расы, спрятавшейся за стенами.        А когда он убивает титана, спасая троицу новобранцев, и видит Эрена, сразу понимает: вот он, титан, чью силу он должен контролировать. Но вот ангела узнать он не может. Чувствует, что это либо брюнетка, либо блондинчик, стоящий рядом с титаном-шифтером, но понять кто из них, не получается. Поэтому Аккерман решает пустить всё на самотёк. Придёт время, и он узнает.

***

       Идёт суд. Микаса стоит, нервно сжимая кулаки, и слушает, как люди обсуждают Эрена, и готова убить любого, кто тронет его. Опять же, чувствует как в воздухе витает демонический запах, который она уловила ещё в тот день, когда Колосс напал на стену Роза, но разбираться кто именно демон, времени не было. Видимо, сегодня он сам себя объявит.        И верно. Леви выходит на середину зала суда, где находится Эрен, и ударяет его ногой по лицу, обрывая пламенную, наполненную эмоциями речь. Брюнетке не нужно долго думать, чтобы понять, кто именно вышел смирить, взять под контроль силу Эрена. Сложно было не увидеть демонический огонь в глазах сильнейшего воина человечества. Микаса тут же подрывается – хочет убить на месте, уничтожить наглого коротышку, но всё же понимает, что это его работа: держать контроль над титаном-шифтером, поэтому и благодарна Арлерту, во время схватившему её за руку, но отказаться от обидных слов в адрес демона не может.  — Капитан Леви, сможете ли вы присматривать за Эреном Йегером? — спросил Дарис Закклай, выслушав предложение Эрвина Смита, поправив съехавшие на нос очки и переведя взгляд на вышеупомянутого демона.  — Я точно смогу его убить, — Капитан пожал плечами и, переведя взгляд на разъярённую Микасу, не смог сдержать ухмылки: ангел в бешенстве – лучшее, что он мог видеть. — Проблема в том, что тут либо всё, либо ничего.

***

       С одной стороны Аккерман понимала, что демон избил Эрена в первую очередь, чтобы его не отдали военной полиции на опыты, и вроде она должна быть благодарна ему за это, но вспоминая, с каким удовольствием он наносил удары титану-шифтеру, и ту усмешку, которая предназначалось исключительно ей, брюнетка не могла сдержать злости, и чтобы не разнести всё на своём пути, приходилось лишь крепко стискивать зубы и сжимать кулаки.