Она всегда такая

***

      Очередной будний день. Жизнь академии идет своим чередом. Кто-то пытается догнать учителя, дабы исправить плохие оценки. Какие-то компании собираются на лужайке что бы хорошенько отдохнуть. Кто-то спешит попасть в столовую что бы хорошенько наесться. А кто-то ищет девушку, подругу детства и первую любовь в одном лице, но не может найти. Сакамаки Шу оббегал все коридоры TOP 2, но всё безуспешно... И тут в голову парня влетает прекрасная идея, того что президент студсовета обязательно знает где его "ненаглядная".       —Эй, Шу! Стой! — выходя из-за угла вампир столкнулся о странной сероглазой особой.       —Ты кто? Мешаешь! — он уже хотел обойти девушку, но та снова преградила путь.       —Ащ! Да послушай ты! Это насчет Кейко! — вот тут-то он и остановился, а девица победно усмехнулась. —Она просила передать тебе, что бы ты не волновался.       —Это все? — Через минутное молчание он все же решил озвучить, хотя эта информация хоть и порадовала его, но слегка разочаровало, то что так мало.       —Прости, больше она ничего не говорила. Я Виола Страйх – близкая подруга Кейко. Если что-то понадобиться можешь найти меня в этом кабинете. — девушка показала рукой на дубовую дверь с гравировкой «Информационный Кружок». —Меня там все знают. Бай! — пролепетала Виола и открыв ту самую дверь, зашла в нее. После послышался шум со стороны двери, но быстро утих. А Шу отправился к месту назначения.

***

      Шу ворвался в кабинет президента без стука, что могло бы разозлить хозяина сей комнаты, но не сегодня, но не сейчас.       —Эх, какая нынче молодежь пошла! Совсем от рук отбились, даже правила этикета не соблюдают! Ай-ай! — с наигранной грустью прошептал Ичиро.       —Президент Ичиро Китсуко! Мне не до ваших шуток! — раздраженно бросил вампир, поглядывая на него с презрением, сверху вниз.       —Ну зачем же так официально? Можно просто Ичиро! И давай на "Ты"? А то знаешь ли, чувствую себя старичком. — мило улыбнулся синеволосый парень, приглашая присесть за стол. —И за чем же ты пожаловал?       —Не прикидывайтесь дураком. Вы прекрасно зн... — речь Шу была прервана злым взглядом, от которого даже у "бесстрашного" вампира по спине прошлись мурашки. — Ты прекрасно знаешь о чем я хотел поговорить. — он прекратил говорить и ждал ответа от собеседника, но увидев слегка глуповатый взгляд с хлопающими ресницами, мысленно ударил себя по лбу, а в реальности остался таким же холодным и непробиваемым —О Кейко, Суминэ Кейко. Ты знаешь где она?       —Допустим, я знаю где она, но что мне будет за информацию? М? — глядя на Шу с вызовом продолжал провоцировать его. Но увидев его взгляд, тот прекратил шутить —Она отправилась домой. — с нотками злости ответил президент —Каждые две недели туда катает по выходным. Это все что ты хотел узнать? — Шу качнул головой в знак согласия и поблагодарив вышел. —Сколько с вами мороки… На выходных отправляется домой… Хм, ничего особенного, но почему Ичиро так это сказал. Недовольно и как-то… озлобленно… Что же происходит? Отлично, мне еще этой интриги не хватало, но на этот раз это касается Кейко, поэтому просто закрыть глаза я не смогу.       Лесной пейзаж в окнах автомобиля быстро сменяется на приевшиеся многоэтажки города. Города в котором выросла Она. В таком ненавистном и огромном: население уже под 2 миллиона, а все всё знают! Каждый сосед, живущий за 2 километра от тебя, знает, что ты ела на завтрак, обед и ужин, знает, чем ты занимаешься, с кем встречаешься, кого любишь. Таковы здешние жители. Вокруг тебя сплетни, особенно когда ты являешься дочерью одного из самых известнейших, богатейших и влиятельнейших людей страны – Суминэ Гайс. Все внимание приковано к тебе, даже в детстве. Всегда так было. Гайс сам поднял свой бизнес с подросткового возраста, женился будучи весьма молодым, а его юная жена родила ему прекрасную девочку, имеющую те же красные глаза отца и черные волосы матери. Все великолепно.       Со стороны они кажутся идеальной семьей, успешный муж, жена – наследница богатой семьи и милая дочь-красавица, но все уже давно не так, хотя так хорошо начиналось. Мать начала бегать по любовникам, отец тоже от нее не отставал, а вот дитя было вынуждено наблюдать за этим хаосом в семье, когда родители постоянно конфликтуют, ругаются, а не редко отец поднимал руку на жену, а если дочь пыталась защитить маму, то получала в разы больше. Видя это, родители отца поспешили забрать девчушку к себе в деревню на время, но присматривать за ней долго не смогли. Слишком слабы, чтобы вразумлять уже состоявшегося сына. Власть портит некоторых людей. После бесчисленных уговоров со стороны деда, он так и не смог уступить свою дочь, даже родителям. И словно предчувствуя беду, отец поспешно забрал дочурку домой. Как чувствовал. На следующий день та деревня сгорела и забрала с собой жизни престарелых родителей. На время траура, семейные ссоры прекратились, но не дольше года. Жена снова начала гулять и разозленный таким исходом отец, убил ее. Конечно, имея такую власть и главное деньги, все скрыли и объявили ее пропавшей, но через некоторое время, она стала считаться умершей, хотя тело не нашли, да и кому оно вообще нужно было, ее родители уже давно были на том свете. Девочка, такая кроха, долго горевала о потери еще одного дорогого человека, уже будучи 8-летним ребенком, она распрощалась со столькими людьми: мама, бабушка, дедушка, Эдгар и Шу. Даже начала считать, что все умирают по ее вине. Отец же совсем не печалился, а только больше приводил шлюх домой, даже невспоминая, что в доме живет маленький ребенок, его ребенок.       Достигнув 15-летия, уже не такая маленькая девочка мастерски научилась «держать» лицо в обществе, не так слабо, как в детстве. Она поняла, что если показать слабость — тебя заклюют, они все так и ждут этого момента, когда обессиленная жертва падет и они, словно стервятники нападут, разрывая плоть, начнут пожирать тебя. Но видеть такую себя, она может позволить только одному... Отцу… Из-за его отношения к ней. После событий пятилетней давности, он часто из-за напряжения на работе или просто так срывался на ней, избивая до крови, издеваясь не только физически, но и морально.       На ее 16 день рождения, отец преподнес великолепный подарок, подарив ей дорогое колье с бриллиантами. Она была поражена, так как обычно отец даже и не вспоминал о таком празднике. Было уже хорошо, что он забывал о ее существовании, но и она пошла в старшую школу-академию, а это означало, меньше контактов с отцом. А сейчас такой подарок, такое непривычное обращение, не как к какой-то рабыне, которую можно лупить без конца. Целый день он провел с ней, гуляя по парку, катаясь на разных аттракционах, покупая мороженное и прочие сладости. Но ближе к вечеру резко развернул курс домой, оправдываясь поздним временем. Приехав домой он достал из домашней коллекции дорогое шампанское и разлил по бокалам, предлагая дочери выпить. Та же не отказалась и в миг осушила бокал, на что отец посмеялся и отправил ее спать, а сам продолжил распив алкоголя.       Девушка посапывая лежала под одеялом, но почувствовав, как кровать прогибается она резко открыла глаза и увидела перед собой светящиеся красные глаза. Она было хотела вскрикнуть, но резко ее заткнули грубым поцелуем, а руки отца полезли под ночнушку. Та открыла активное сопротивление, но сил у него было куда больше нежели у хрупкой девушки, а как в следствии он получил полный доступ к ее телу. Та, укусив отца, резко подскочила к выходу, но ее путь преградил отец, залепив ей сильную пощечину. Подтащив девчушку к ножке кровати, он принялся снимать с себя ремень и закончив, привязал ее руки к ним. Кейко продолжала кричать, пытаясь вразумить пьяного отца, но тот был непреклонен и разорвав ее легкую ночнушку, он начал покрывать ее тело навязчивыми поцелуями, сопровождая сие действие мерзкими оскорблениями в тему с: «дочь шалавы», «ничтожная подстилка», «грязная сука» и прочими. Впившись в пухлые губки дочери, он быстрым движением сорвал трусики с нее и облизав два длинных пальца, вставил в ее лоно, разрывая девственную плеву. От дикой боли девушка закричала, срывая голос, но это было не последним, что уготовил для нее тиран. Постепенно набирая скорость, Гайс молча вслушивался в ее громкие стоны и слезливые просьбы прекратить. Вытащив пальцы, при этом облизывая их с некой озабоченностью, он расстегнул ширинку и приспустив боксеры, показывая свой, не таких уж и маленьких размеров, член. Девушка же, поспешила сомкнуть ножки, но отец с легкостью взявшись за ее коленные чашечки, разомкнул их вновь, при этом пристраиваясь между ног дочери. Хватая ее за бедра, он рывком вошел в нее, при это издавая звук, походящий на рык хищника. Наращивая скорость движений, мужчина схватил одной рукой ее волосы и дерзко поцеловал, на что та промычала что-то неразборчивое. Вдалбливаясь в хрупкое, но податливое тельце, Гайс рычал от удовольствия, и ему определенно было плевать, что он насилует собственную дочь, лишь бы удовлетвориться, но девушку же такой расклад совсем не радовал. Она уже перестала сопротивляться, так как поняла, что чем больше она противиться, тем жёстче он ее берет и причиняет еще больше боли. Видя, как девушка перестала сопротивляться, Гайс решил сменить позу и откинувшись на пол, начал насаживать на свой член дочь. А девушка окончательно ушла в себя и поняла, что в такие моменты можно только отойти от реальности и смотреть на происходящее со стороны. Так продолжалось несколько минут, но вскоре отец снова отбросил Кейко на спину и ухватившись за ее бедра, Гайс стал неистов вбиваться в ее тело. И вот сделав пару толчков во всю длину, он излился в деву. Затем же развязав ее и забрав ремень себе, поспешил молча покинуть комнату. После этих событий Кейко не выходила из комнаты неделю. Служанка, знавшая об этом инциденте, была приставлена к ней по приказу Гайса и три раза в день приносила Кейко еду. А та прекрасно понимала, почему Айра, именно так звали служанку, просто молчит. Она являлась принужденной подстилкой отца. Как и все в этом доме. А что еще можно было бы ожидать от отца-тирана? Только этого.       И вот она снова ехала к нему. Склизкое чувство страха постепенно охватывало ее тело. Ей действительно было дико страшно, от предстоявших событий. Насилие от отца не прекратиться ни на минуту, а если и прекратиться, то только на пару часиков и то, он заставит их отрабатывать известным всем методом.       Черный джип подъезжает к огромному особняку, сделанного из красного кирпича. Дверь автомобиля открылась и из нее выпала ножка, облаченная в плотные черные чулки с белой каёмкой. Далее, показалась и вся девушка. Она была одета в красную кожаную куртку под цвет глаз, черную плиссированную юбку и красные ботинки с грубой подошвой. Кейко, несколько помедлив, приняла из рук водителя чемодан и отправилась в «любимое гнездо».       Открыв дверь, Кейко увидела Айру, встречающую ее отстраненным взглядом. Забрав куртку у дочери хозяина, та поспешила удалиться, дабы осведомить господина о прибытии девы. Под мрачную атмосферу, черноволосая отправилась а свою комнату.       Комната Кейко была выполнена в готическом стиле. Потолок имел черные резные лепнины, под стать общему виду особняка. Красные обои с черными стеблями роз, имевших острые шипы. По периферии комнаты был выложен паркет из красного дерева. Возле стены стояла большая двуспальная кровать черного цвета, с заправленной кроваво-красной постелью, а по бокам имелись прикроватные тумбочки из того же материала, что и кровать. По середине комнаты был выстлан коврик из белой пушнины, а на нем стояли кофейный столик из стекла и изящное кресло из темного дуба, оббитое красным бархатом. Недалеко от входной двери стоял комод из того же комплекта, что и кровать, в нем хозяйка хранила нижнее белье и полотенца. С другой стороны, находился туалетный столик с широким зеркалом, а на нем самом лежали различные средства для ухода за собой, то есть косметика и бижутерии разных типов. Также с одной стороны располагались две черные двери с резными вставками. В первой двери была гардеробная, в коей находилось огромное количество всяческой одежды: платья, обувь, шляпы, куртки, юбки, шарфы, брюки и тому подобное. Другая вела в небольшую ванную комнату, сделанную в таком же стиле, что и спальня: черная плитка на полу, переходящая на стены, изящная ванна, цвета крови, огромное зеркало в пол и остальное прилегающие к такому виду помещений. Общий вид комнаты никак не говорил, что в нем жила 17-летняя девушка, скорее тетка за 40 с явными комплексами не полноценности и бедным детством.       Девушка присела на родную кровать и поддалась воспоминаниям о нелегком детстве. Она уже давно приняла свою учесть, учесть жалкой подстилки отца. Осмотрев помещение пустым взглядом, она иронично усмехнулась.       У отца просто маниакальная любовь к этому сочетанию цветов...

***

      Идя по длинным коридорам почти пустого особняка, девушка вслушивалась в стуки своих каблуков, что отдаются эхом в одиноком помещении. Когда-то давно они играли здесь всей семьей, когда-то... Сейчас же все совсем по-другому: мать мертва, а отцу она нужна исключительно в роли садо-мазо игрушки... Она старалась не думать ни о чем, так как страх от скорейшей "игры" заставлял дрожать всем телом и духом. А сейчас ей пришлось идти к нему...