Между мирами: далекое настоящее

      ...Настало утро: робкие лучи солнца постепенно выжигали ночную тень одного непримечательного городка.       Город будто ожил, повинуюсь ритму рутинной и одновременно бешенной человеческой жизни. Солнце поднимается всё выше, люди начинают просыпаться и куда-то спешить... Все станут торопиться и обязательно опаздывать на работу, институт, школу.       Сонный город станет кишащем заботами пыльным муравейником, пока солнце не зайдёт, уступая место молчаливой луне...

***

      И вот однажды, в этом самом небольшом городке появилась Она,       Она!       Маленькая, словно феечка из диснеевских сказок, в милой розовой панамке, лихо задвинутой на затылок и в очаровательном платье «тортике».       Богиня Любви Амур, способная творить самое неподдельное чувство, изменить ход жизни и даже истории - любовь.       Она оглядела городок придирчивым взглядом и вдруг заметила небольшое сооружение.       Это сооружение еще даже нельзя было назвать полноценным зданием. Оно было чем-то похожим на разваленный замок с небольшим домиком наверху и несколькими сооружениями, напоминающие башенки.       У него были абсолютно голые стены, полы, потолки. Вокруг высились деревянные леса. Правительство решило построить школу в этом месте. Было непонятно, чем раньше служило это здание. Может, складом, где хранились важные вещи, которые, впрочем, никогда не используют. Может, раньше постройка была домом, где жила семья. Наверняка, там был уютный уголок, где ютилось всё семейство. Она не знала. Залюбовавшись зданием, Амур увидела, как туда занося парты. Одна парта показалась ей странной. Она (парта) уже была расписана ручками, карандашами, маркерами…       Подлетев к ней, Амур слегка коснулась столешницы палочкой, так и оставшись невидимой для остальных людей…

***

      Маленькая принцесса прогулочным шагом гуляла по саду, наполненным дурманом роз, пионов и сирени.       Ее розовое платье слегка развевалось от лёгкого ветра. На не по размеру большой короне поблескивал кислотно-розовый камень. Два высоких розовых хвостика подобно водопаду спускались на плечи и спадали до бедер, раскачиваясь при бодром шаге из стороны в сторону.        Девочка шла в гости к своему лучшему другу — единорогу Пончику, который так же, как и она, был неравнодушен к сладостям и играм.       Много приятных воспоминаний связано с этим дружелюбным существом: в прошлом году они устроили тайный клуб на двоих для любителей розового. Или вот этой зимой построили из пушистого снега крепость и украсили её мармеладом. Да много чего ещё!       А теперь она идёт к единорогу за новым рецептом печенья.       Заметив пряничный домик, принцесса заметно ускорилась. Да что там ускорилась! Она со всех ног побежала к двери с криками:       — Пончик! Пончик!       Почти добежав до дверей, она поскользнулась на леденцовой дорожке и упала на твердое пряничное крыльцо носиком-пуговкой вниз.       Из больших, вечно-удивлённых глаз покатились большие, размером с добрую жемчужину слезы.        — Пончик… Я ударилась… Помоги…

***

       — Простите за опоздание, профессор. — Сказала Василика, пройдя в привычно шумный класс.       Она огляделась.       Рабочие, пришедшие ремонтировать школу, перекрасили стены из нежно-голубого в светло-коричневый. Что, по её мнению, совершенно неправильно и безвкусно. Да ещё и нездоровые ассоциации возникают...       Вместо обычной, зеленой меловой доски стояла белая маркерная.       Место учительского стола заняла довольно большая кафедра, а парты заменили на новые, повыше. Нетронутой осталась только одна.       Деревянная, вся изрисованная ручками и замазкой. Василика ни разу не сидела за этой партой, ведь она была всегда занята. Эта Легендарная парта стояла в кабинете шестого «А» уже сколько лет. Казалось, даже здание школы было не такой старой, как эта парта.       Значит, поэтому она Легендарная?       Да не в том дело, что её никто не мог сдвинуть с места…       И не в том, что она росла вместе с учениками и уменьшалась, когда на их место приходили новые…       И то, что на ней оставили свой след около трёхсот человек…       Не поэтому.       Дело было в том, что все, кто садились за эту парту, взаимно влюблялись в своего соседа. Девочки просили учителей и профессоров посадить их за эту парту вместе с любимыми или просто красивыми, или популярными парнями…       И вроде, они начинали встречаться. Василика ни разу не сидела за этой партой, (да и не очень-то горела желанием) и не знала: верить ей в чудесные мифы или нет. Но сейчас Скарлетт удивляло другое: за партой не сидел НИКТО!        Зайдя почти в центр класса, она поняла, что не знает, куда ей садиться. Её вечно одинокая последняя парта была занята, а нового места, за которым никто не сидел, она не нашла (кроме той парты).       — Скарлетт! Что вы медлите! Вы нас задерживаете!       — Но профессор, куда мне сесть?       — Первый вариант, третья парта, средний ряд. — назвал точные координаты «волшебной» парты профессор. Только Василика открыла рот, чтобы возразить, как её не начавшуюся речь прервали. — И никаких возражений!       Сев за парту и грохнув коричневым, в тон стенам, портфелем сначала о стол, а потом и о пол, она была готова слушать, да и учитель готов был продолжить лекцию, как их снова прервали.       Дверь открылась, и в класс влетел парень, чуть не клюнув носом пол, но сумевшим удержавшем относительное равновесие благодаря чёрной сумке, утыканной, словно орденами, значками и брелками и раскинутым в стороны рукам.       Он был хорошистом-отличником, любил помечтать. Так же, он был самым заядлым геймером среди средней школы. Учась только в шестом классе, он прошел более шестисот компьютерных игр.       Он по-прежнему стоял на месте, раскинув руки, будто зависнув, как компьютер.       — Заходи, Джулиан. Скарлетт, берите пример с Лакки Джулиана.       —Что, падать каждый раз, как заходить на ваши уроки? —Иронично фыркнула Василика.       —Молча. Делать всё молча, Скарлетт!       Класс взорвался волной хохота.       Лишь Василика и Лакки замерли, поджав губы и сверля друг друга недоброжелательными взглядами.        Не для кого не секрет, что Василика Скарлетт и Лакки Джулиан — самые злостные враги во всей школе. Не одна перемена не обходится без их ссор. Надо сказать, что их ссоры уже наскучили всему классу, но каждый раз находились люди, которые не только следили за перепалкой, но и подливали масло в огонь.       Профессор заметил выражение на лице Лакки.       — Джулиан, средний ряд, третья парта, второй вариант. — только мальчуган захотел открыть рот и возразить, как профессор лучезарно улыбнулся и продолжил, — и никаких возражений!        Девочки на последних партах зашушукались.       — И все-таки… Они такие одинаковые… — слышалось со всех сторон класса.        Достав учебник из портфеля и сев за нужную парту, Джулиан расслабился. А Скарлетт наоборот, напрягалась. Её щечки слегка покраснели. Лакки прошептал ей почти в самое ухо:       — Еще чуть-чуть, и твое лицо станет того же цвета, что и твои хвостики, Пудинг.        Они давным-давно дали клички друг другу. Она звала его задротом, а он её — пудинг. Дело в том, что Василика Скарлетт ну очень любила пудинги.        А так же:       Она очень любит сладкую вату и шоколад.       А ещё, она никогда, ни-ко-гда не сможет пройти мимо кота, не погладив его.       А когда она хочет заплакать, она прикусывает нижнюю губу и мило хмурится.       Она жутко любит игрушки, вся комната просто завалена ими.       Когда она слышит песню из детских мультфильмов, она обязательно будет подпевать.       Она жуёт только мятную жвачку и просто ненавидит варёную морковку.       В душе она была маленьким ребенком, и Лакки это знал. Он знал о ней много того, чего она сама не замечала. Он изучал её.       А вот про Лакки его новоиспечённая соседка знала до безобразия мало.       Так началась эта история. Но у каждой ли истории есть начало?