Dark Side

Люкс лежала на диване рядом с Гарри, свернувшись калачиком. Он же сидел рядом и охранял ее, чтобы она смогла передохнуть несколько минут. У девушки сегодня было много дел: саундчек, репетиция, интервью, затем съемка ее и Стайлса, где они разговаривают друг с другом. А сейчас у Люкс появились свободные 30 минут, чтобы принять душ и немного расслабиться. -Я уже не могу дождаться ночи, чтобы лечь спать, - тихо сказала блондинка, приоткрыв один глаз и посмотрев на парня, который играл в видео игру. Девушке хотелось, чтобы здесь был кто-нибудь еще, тот, кого она смогла бы использовать как подушку, потому что она не могла прижаться к Стайлсу. Хотя сейчас он, казался, таким подходящим, чтобы приблизится и положить голову к нему на грудь... -Хазза…, - прошептала Люкс, чувствуя, что почти проваливается в сон. Гарри сверкнул своими глазами в ее сторону, быстро вернувшись к своей игре. -Да, дорогая, - ответил он. -Только не злись, хорошо? Я просто… очень устала, - прошептала девушка и придвинулась ближе к кудрявому. Гарри замер, когда Люкс просунула голову под его руки и легла к нему на грудь. Через секунду ее глаза были плотно закрыты, а дыхание стало тихим и ровным. Она уснула. Стайлс все сидел и не двигался, он пялился на девушку. Она прижалась головой к его груди чуть правее сердца, которое неистово билось. Что ему теперь делать? Он и не предполагал, что такое произойдет. Хотя она просто использовала его, как подушку. У Люкс был длинный день, она очень устала и у нее было не больше 20 минут, чтобы отдохнуть. «Ладно, пусть отдыхает». Он вернулся к своей игре, его правая рука теперь лежала на груди блондинки, и это было довольно удобно. Вдруг кто-то у дверей закашлял, Гарри тут же метнул туда свой взгляд и увидел Зейна. Кудрявый отвернулся и спросил: -Все в порядке, дружище? -Что происходит? – спросил Зейн в ответ. Его голос был тихим и спокойным, а взгляд остановился на Люкс. -Она устала. Стайлсу пришлось остановить игру. Он посмотрел на лицо девушки. Парень аккуратно докоснулся до ее бровей и нежно провел по ним. -Вау, да ты точно ненавидишь ее, - голос Зейна сочился завистью, испытывать которую он не имел права, потому что у него была девушка. – А как же Кэролайн? -А что с ней? Ты забыл, как она поступила со мной? Или ты забыл, что я не умею держать руки при себе и все всегда порчу? – засмеялся Гарри. – К тому же, сейчас не происходит ничего такого. Она просто спит. -Хазза, можно задать тебе вопрос? Малик сел напротив него и сложил руки перед собой. Гарри ждал продолжения, но парень лишь неотрывно смотрел на девушку. -Эй, ну так что? Зейн поднял свой взгляд. -Ты думаешь, что мы идиоты? Каждый уже заметил то, как вы смотрите друг на друга. -О, правда что ли? Ты говоришь об этих взглядах полных отвращения и ненависти? Стайлс засмеялся и потряс своей головой, не веря, что Зейн решил завести с ним это разговор. Как он до этого додумался? -Когда вы оба в комнате, то абсолютно каждый может почувствовать те эмоции, которые вы испытываете. Они окружают вас, как невидимая связь, которую вы отказываетесь признавать. И ты знаешь, друг, если ты не сделаешь шаг, то это сделает кто-то другой и тогда тебе будет чертовски больно. Хватит вести себя как задница. Гарри потребовалось все его самообладание, чтобы не закричать на Зейна и не ударить его, отрицая все то, что он произнес. Его сдерживала спящая Люкс, которую он не мог так грубо разбудить. -Это не правда, - произнес Гарри.- Мы не… Это просто не так, приятель. И если кто-то хочет побороться за нее, то пожалуйста, я не возражаю. Эта девушка меня вообще не волнует. Малик фыркнул, поднялся и направился к двери. Но через секунду он остановился и обернулся. -Да, она тебе совершенно безразлична. Именно поэтому мы говорили с тобой шепотом, стараясь не разбудить ее. Если бы тебе было наплевать, то ты не позволил бы ей лежать у тебя на груди! Стайлс смотрел на своего бушующего лучшего друга и понимал, что Зейн говорит это все лишь потому, что сам хочет Люкс, но не может получить ее. Может быть, мысль о том, что между Гарри и девушкой что-то есть, делает ситуацию проще для Малика. В любом случае он не прав. Кудрявый может позволить Люкс уснуть на нем, но это вовсе не значит, что он беспокоится о ней. Майк, продюсер, зашел в комнату и только открыл рот, чтобы что-то сказать, как тут же закрыл его, заметив спящую Люкс и Гарри наблюдающего за ней. Он вздохнул, и парень тут же поднял свои глаза, ожидая, когда Майк скажет, что он хотел. -Ей нужно идти готовится, - сказал он тихо и замер, словно хотел сказать что-то еще. -Хорошо. Я разбужу ее, - прошептал Гарри и добавил: – Это все? Майк замолчал и долго смотрел на него. -Да, это все. Гарри кивнул и подождал, пока продюсер уйдет из комнаты. Ну что ж, хватит быть милым. Парень хотел разбудить блондинку, громко крикнув что-нибудь ей в ухо, но Люкс застонала и перевернулась, крепче прижимаясь к нему. Он почувствовал, как ее крошечные кулачки уперлись в его грудь. Черт. Он не мог так с ней поступить. -Люкс, - прошептал он. – Люкси, время вставать. Тебе пора готовиться. Девушка зашмыгала носом, заворочалась и сонно разлепила веки, потерев свои глаза кулаками, затем она вытянула их над головой. Она потянулась и положила руки к Гарри на плечи. -Спасибо, - прошептала она, похлопав его по плечам. Блондинка встала с дивана и снова потянулась. Стайлс хотел сказать «Пожалуйста» но слова застыли у него на языке, поэтому он просто смотрел, как девушка развернулась и направилась к двери. У дверного проема она остановилась и обернулась. -Этого никогда не было. Понял? – спросила она, прикусив губу. -Как будто я хочу, чтобы люди знали, что я разрешил тебе пускать слюни на мою майку, - ответил кудрявый своим будничным голосом, быстро вернувшись в рутину их прежних отношений. Он включил игру и уставился в экран, игнорируя девушку. Она молча вышла из комнаты. Как же Стайлс хотел, чтобы это никогда не случалось, ведь теперь единственное о чем парень мог думать – это теплое тело Люкс, прижимающееся к нему. Гарри откинулся на спинку дивана и посмотрел вперед невидящим взглядом. Он чувствовал, что ему становилось все холоднее и холоднее с каждой секундой прошедшей с того момента, как Люкс покинула комнату… Он начинал думать, что больше никогда не почувствует этого тепла.