Вне списка

Все косо смотрели, когда на неделю отношений Гаара с Михайлиной приехали в одной машине, да ещё и за ручку. Вот тут большинство были готовы упасть в обморок прямо перед парочкой, а когда всегда безэмоциональный красноволосый парень неожиданно нежно заулыбался и засмеялся, так вообще готовы были сквозь землю провалиться и были уверены, что апокалипсис, наконец, настал. Уж слишком странно они смотрелись вместе. Преподаватели изначально были настроены против такого союза. Ведь как ведут себя новоиспеченные парочки (взять хотя бы Наруто с Узумаки, с ними вообще нельзя было совладать, пришлось отстранить от учебы обоих, слишком уж они были увлечены друг другом)? Правильно, неадекватно, поглощены друг другом и ничего не замечают перед собой. Однако эта пара, на удивление всем, на уроках вели себя нормально, учителям не мешали, отвечали на все вопросы и вели себя как обычно. Так что никто не был против, хотя может просто пока никто не захотел предъявить претензии. Люди, которые привыкли быть одни, найдя друг друга, ни на минуту не хотели разлучаться. Гаара всё свое свободное время проводил рядом с Михайлиной. Парень не мог на неё наглядеться, не мог наслушаться её голоса. Ему всего было мало. Девушка отказалась переезжать из родительского дома, поэтому в доме стало жить 4 человека, а не три. Но фактически дом был переполнен намного большим количеством людей, чем 4. В тесноте да не в обиде, как любила говорить Михайлина и всегда смеялась. Гаару разбудили настойчивые тыканья в щёку. Он не с самого начала сообразил, где находится и что вообще происходит. - Гаара, хватит спать, так все самое интересное проспишь, Гаара. Я знаю, что ты уже не спишь. - Чего тебе? Ночь на дворе, что снова тебе в голову пришло? - Хочу на море! - Какое море? - Обычное такое, синее, с большим количеством воды и всей таблицей Менделеева. - Рано на море, оно холодное, опасное и ночь на дворе, спать надо. - Гаара! На море хочу! Ехать всего 5 час, там ещё и домики посуточно продаются. Деньги есть, ты не потратишься, я даже за бензин заплачу, только поехали на море! Пожалуйста! – И глазки так влагой наполнились. Гаара не был бы мужчиной, если бы позволил своей девушке платить за себя. А еще было интересно, что такое бензин, но эта мысль в сонном мозгу сразу же растворилась. На море, значит, хочет? А почему бы и нет. Михайлина была безмерно счастлива тому, что Гаара не накричал, не послал куда подальше, а встал, начал одеваться и спокойно, стоя в дверях, спросил: - Ну? И чего ты не одеваешься? Или на море уже перехотела? Михайлина не была одной из тех, кто долго собирается. Она надела первое, что попало под руку, а именно потрепанные временем джинсы и не понять, откуда взявшийся темно-малиновый свитер Гаары. Остальное можно будет купить по дороге. - Ты список составила? – уже в машине спросил Гаара. – Пристегнись, иначе никуда не поедем. - Не нужен список, всё самое лучшее происходит спонтанно! – Девушка перелезла через весь салон, поцеловала в щёку и села обратно, пристёгиваясь. - А чего вообще ты хочешь? - Хочу на море и мясо. - Хорошо, будет тебе мясо. Путь действительно занял 5 часов, как говорила Михайлина. Да и домики были милыми, если не придираться ко всему что можно, что очень сильно любил делать Гаара, если его солнце рада, то и ему сойдет. Место для проживания выбирала девушка. Нельзя сказать, что одна двуспальная кровать на два этажа дома не удивила Гаару, она просто не могла не удивить! Красноречивый взгляд на мило улыбающуюся девушку ничего не дал, только счастливые возгласы и прыжки на кровати. Не прошло и пятнадцати минут, как Михайлина тащила сопротивляющегося Гаару на песочный пляж и море. Вот только сдвинуть тушку своего горячо любимого парня ей не удалось. Она и толкала, и тащила, и поднять пыталась, ничего не вышло. - Мы же на море приехали. – Состроила плаксивую мордочку Михайлина. - Сейчас 7 утра. Море холодное, и в это время могу купаться только я, а ты заработаешь себе что-нибудь смертельное. – Наклонился и поцеловал девушка парень. Гааре вообще нужно памятник при жизни поставить, потому что терпеть такое создание, как Михайлина не мог даже Какаши, которого ничем невозможно задеть. А вот у Гаары пресекать все безумные идеи получалось отлично, и без каких либо усилий, простой любовью. - Так что сейчас мы спим до обеда, покупаем еду и идем купаться, - сказал, как отрезал Гаара. Пришлось слушаться, иначе Михайлина могла остаться вообще без моря, с подобными ситуациями у Гаары всегда был короткий разговор, и по собственному опыту девушка поняла, что лучше немного потерпеть, поцеловать, посмотреть жалобно в глаза всё, что она хочет у нее будет и даже больше. Звук на своем телефоне девушка отключила ещё за час до пробуждения Гаары, а вот звук на телефоне своего горячо любимого парня она ухитрилась отключить незаметно. А вообще оба телефона надо было утопить в соленой воде, потому что, зная своих приемных родителей, Михайлина была уверена, что покоя они им не дадут. Море было удивительным,…и оно было свободным… от всего, от предрассудков, от прошлого, будущего. Море всегда нравилось Михайлине, что-то ей подсказывало, что и в её прошлой жизни оно ей тоже было не безразлично. Поэтому стоило только проснуться, как Гаара уже не успел остановить девушку, которая понеслась на море. Стал понятен выбора дома, который ближе остальных находился к морю. Улыбнувшись своим мыслям, парень пошёл в магазин. Кушать его человеку всё же надо. Скрипя зубами и слушая в голове голос самого дорогого человека, что людям хамить нельзя, что это плохо и бла-бла-бла. Но бабульку, которой уже пара тысячелетий как минимум, что уж слишком скрупулезно выбирала какой-то продукт при этом, умудряясь пиздеть (прошу прощения, по-другому не скажешь) с продавцом, который был одного возраста с Гаарой и смотрел на парня большими печальными глазами. Будто его мозг выносили уже как минимум часа 3, смотря на бабулю, Гаара почему-то был уверен, что именно 3 часа или около того. Правда, когда старушенция ушла, паренек-продавец стал как-то очень странно поглядывать на Гаару, что мало нравилось нашей секс бомбе (потому что этот парень не единственной кому нравился Гаара, просто к нему боялись подойти). Повезло, что его ненаглядное сокровище ворвалась в магазин и повисла на парне, целуя, нагло показывая, что молодой человек занят. - Малыш, купим сыра и колбаски? – Состроила милую мордашку девушка, время от времени поглядывая на продавца, который с каждой фразой становился мрачнее. - Хорошо, всё купим. Михайлина назло мальчишке разыгрывала из себя девушку недалёкую, но играла лучше, чем любой профессиональный актёр и чем очень сильно бесила парня, который не терял надежды закадрить ЕЁ парня. Перед уходом она ещё раз поцеловала (долго и с протяжным стоном) Гаару, доказывая, что этот горячий парень с кроваво-красной шевелюрой её и только её, а ещё пошло облизалась, уходя, смотря в глаза продавцу. - Уже успела накупаться? - Немного, с тобой хочу, а на тебя там эта мелочь пялилась. Гаара лишь нежно улыбнулся и, бросив пакеты на желтый горячий песок, схватил на руки начинающую визжать девушку, покрутил ее и вместе с ней плюхнулся в море. Это было странно, когда уже два почти взрослых человека так радовались простым брызгам и временем проведенным вдвоем. Ближе к вечеру оба были уставшие и счастливые, но Гаару не покидало странное чувство, складывалось такое ощущение, что что-то приближается, что-то неуловимо странное и страшное. Иногда начинали трястись поджилки, скручивало живот, и ему почему-то нужно было куда-то бежать. Парень не понимал, почему все это происходит сейчас, в мирное время, рядом с его смыслом жизни. Мозгом то парень понимал, что всё это необоснованно, но поделать ничего не смог. В часов одиннадцать вечера Михайлина сбросив несколько раз за день намокший и высохший свитер и пошла в ванную. А Гаара мечтательно развалился на кровати. Стоило ему только провести рукой по подушке, на которой будет спать девушка, как он почувствовал что-то странное. Вытащенный на свет блокнот в плотной коричневой обложке был ничем иным как дневником. Гаара минут 10 противостоял самому себе, чтобы не продолжить читать. Но он так и не смог удержаться и проиграл самому же себе. В сумме 21 запись была наполнена чем-то странным, все было смешано, и, вообще, были похоже на мысли человека, попавшего в этот мир с луны. Именно эти записи были написаны с первого дня, как девушка очнулась в новом для нее мире. Но дальше… Хаотичные предложения и слова в один миг на 22 день стали упорядоченными, чёткими и немногословными на фразеологизмы, метафоры и эпитеты, как это было до этого. И если раньше за одним числом было написано три, а то и 10 страниц, описывающих эмоции, ощущения и разного рода действия, то после 21 записи за день максимум было исписано строчек 5. Это насторожило Гаару, поэтому он ещё больше углубился в чтение. 22 Сегодня впервые взяла в руки пистолет в присутствие Какаши. Сталь приятно охлаждает руку. Даже не знаю, зачем до сих пор записываю всё в дневнике. Интересный вопрос: «Кто же ты?». Я знаю, кто я, а ты Какаши знаешь? Начиная с этой короткой записи, датируемой 22 числом, Гаару пронзил холодный пот. Но пока ничего не было понятно. 1 А Яхико помнит. От этого становится на удивление тепло на душе, которой у меня нет, и никогда не было. Вот только как скоро они поймут, что снова ввязались в то, во что не следовало, притащив меня в свой дом. Упоминания были и о Гааре. Только не такие уж и значительные. Как понял парень, изначально, Михайлина не планировала с кем-то встречаться и спокойно дожить свой век, но тут на ее горизонте появился он и всё пошло наперекосяк. Скрип двери заставил молодого человека в спешке убрать дневник. - Ты в душ пойдешь? – обратилась к парню девушка, с волос которой стекали капли воды. Но у Гаары встал ком в горле. Он не мог даже вдохнуть, как и понять, что сейчас вообще происходит. Человек, что писал записи, и девушка что стояла перед ним были двумя абсолютно разными людьми. Взгляд девушки метнулся на подушку, значит всё идет по плану. Не стесняясь присутствия парня, Михайлина сбросила полотенце и пошла одеваться. Чувствовалось серьёзное изменение поведения в девушке. Движения стали жёстче, в них не было ничего лишнего. - Что происходит? – всё же выдавил из себя Гаара. - Ты уже давно всё понял сам, - не поворачиваясь, сказала Михайлина, - ведь в дневнике всё подробно рассказывается. Шестеренки в голове Гаару заработали сильнее прежнего. И тут пришло озарение. - Дата…ты все вспомнила на третью неделю после комы… - Правильно. – Девушка не могла утаить улыбки. - Но зачем ты тогда строила все это? Чтобы доказать что мы никчемные простаки?! – Повысил голос Гаара, нервы были на пределе. - Нет. Вы бы не приняли правды. Какаши тому прямое доказательство. Ведь, Гаара, - Михайлина говорила тихо, но при этом четко, опускаясь на кровать и грациозно подбираясь к парню, - на его глазах я умерла. – И за этими словами последовал долгий и страстный поцелуй не во что не перешедший. Ошарашенный и ничего не понимающий Гаара оттолкнул девушку и, повинуясь инстинктам, рванул прочь из дома. Хотелось, как можно быстрее уехать из этого чертова места, и на самом деле было плевать, как девушка будет добираться. Его, трясущегося и сжимающего кулаки до побеления костяшек, нашел Яхико и привел в дом. В теплом помещении парень смог отойти и рассказать о том, что случилось. - Как и думал, она бы не пришла, если бы не знала. Женя всегда была странно удивительной. И то, что она сказала правда. Она умерла перед Какашей, закрыв его тело собой. Вот только, на нас же не действуют пули…только… - Что не так? - Яхико нам пришло письмо! От Милены! – В комнату ворвался Нагато. - Только не это…что ей снова от нас надо? На его вопрос лишь пожали плечами. Выбора у мужчин не было. Это приказ свыше, выше даже Хокаге, совет, во главе которого стоит та самая загадочная Милена не терпел отказов, и ему подчинялись все. Собрание совета было организовано в одном из многочисленных подземных зданий, которые специально еще 2000 лет назад создали для таких собраний. Большая круглая комната с двумя выходами. Огромной люстрой над потолком и большим количеством стульев. Всё это не внушало доверия. И только Яхико с Нагато знали, а скорее чувствовали, что не все так просто и их подруга даст ещё о себе знать. Статная девушка, на вид лет 18-ти, плавно и грациозно, но при том с таким пафосом и надмением шла к своему импровизированному трону, что хотелось её убить. Все присутствующие в комнате сели на колено, кроме трех вампиров, что стояли рядом с одним из выходов. Это неповиновение уже давно вывело из себя Милену, но убить этих непокорных собак гордость не позволяла, опускаться еще до какого-то третьего сорта, руки пачкать. А нанимать наёмников уже не было смысла, чертяги отлично скрывались. - Это же Милена? – шепотом спросил Гаара. - Да. – Плюнул прямо на пол Яхико, скрестив руки перед грудью. - Основательница и прародитель. Тогда почему вы так себе ведете, нас бы не было сейчас если бы не она. - Нас бы не было бы, если бы не Женя. Носителем прародительской ДНКа, на основе которого было сделано «Лекарство» была Женя, а не Милена. Мы не можем найти ни одного источника, как она появилась, как сделала «Лекарство» и как она добилась таких успехов, - поведал свою часть Нагато, смотря на Милену с таким же омерзением на девушку, как и она на них. И тут произошло то, чего никто не ожидал. Из фиолетового свечения, что появилось неожиданно в центре комнаты, вышла в красивом синем платье, подаренное некогда лучшим рыжеволосым другом, девушка с длинными темно-русыми волосами и фиолетовыми светящимися глазами. Все притихли, ожидая, что будет делать их прародительница. А Милена застыла с ужасом на лице. Она начала бежать, но легким взмахом руки все потайные ходы и не только потайные закрылись и не поддавались никаким усилиям, не желая открываться. - Стража!!! На этот дикий вопль сбежалась вся стража и наставили пистолеты на девушку, что была меньше Милены раза в два. Никто не мог понять, почему их прародительница, обладая огромным запасом силы, испытывала такой леденящий кровь страх перед никому не известной девчонкой. Пули не долетали до Михайлины, останавливаясь где-то в 50 сантиметрах и просто падая. Некоторые особо прыткие и смелые пытались задеть девушку в платье цвета моря в рукопашном бою, но девушка ловко уходила от ударов и даже не запыхалась, умудряясь орудовать одной рукой с кинжалом так профессионально, что даже платье не запачкала. Яхико во все глаза смотрел на платье, которое было утеряно много лет назад, именно в этом платье она и покинула их. Даже отверстие от пистолета осталось. Нагато еле как успел перехватить Гаару с рыжеволосым, которые уже хотели рвануть на помощь девушке. Из всей компании, Нагато единственный кто из огромного числа людей, с которыми общалась Женя, мог понять её без слов. И сейчас она не хотела помощи. Когда со стражей было покончено, девушка выпрямилась и неповторимо нежно (как улыбалась только самым близким людям) подарила такую улыбку девушке, что в страхе жалась к стене. Нагато уставился на Женю, как на восьмое чудо света. Она не могла смотреть и улыбаться так на человека, который желал ей смерти. Тут что-то было не чисто. Женя просто стояла и улыбалась. Неужели никто не видел того, что видела она. Или может никто просто не хотел смотреть на это. Эту странную минуту, тянущуюся вечность разредил высокий и симпатичный парень, влетевший в дверь без каких-либо проблем, хотя перед ним пытались выйти многие. Почему же он смог это сделать так легко. Первым отошёл как ни странно Яхико. - Валера? – удивился Яхико и подошёл к парню. Женя, услышав знакомый голос и имя, повернулась к ним, но никаких действий не предпринимала, просто стояла и смотрела на молодого парня с таким же, как и её правый голубо-фиолетовый глаз. В груди защемило, отчаянно захотелось согнуться пополам и зареветь. Вот только она не могла этого сделать, хотя бы, потому что не могла показать себя слабой перед тем, кому должна была быть опорой. - Отец! Я так давно тебя не видел! Господи как же я рад, что наконец-то приехал из той дыры, в которую вы меня отправили. Приезжаю, а тут мне говорят, что вы здесь. Я не опоздал? - Отец? – в полной тишине тихий голос больно резанул по барабанным перепонкам. Нагато, что обнимал своего сына (за столько лет, что они с Яхико воспитывали, он действительно считал его своим ребенком) дёрнулся от этого голоса боясь сделать что-то не то. - Мне кажется, что я чего-то не знаю. - Даже не вопрос, а утверждение. - Михайлина, давай не будем горячиться, - начал говорить Нагато. - Нагато, я полностью спокойна. Мне только интересно, почему он называет тебя папой. - Женя, понимаешь, после твоей пропажи у нас не оставалось выбора. Я начал много работать, помогая твоей бабушке, но…ты ведь знаешь, зачем я тебе это говорю?! Ты даже не удивилась, увидев его здесь, ты знаешь! – Яхико не выдерживал напряжения. Девушка ничего не говорила, просто молчала, давая возможность выговориться своему лучшему другу. Вот только смотрела она совсем не на друга, а на того, кого обещала защищать ценой своей жизни. В горле застрял ком, в носу начало щипать, так давно не возвращающиеся эмоции решили проявиться сейчас. Валера же смотрел в глаза Жене, как же не смотреть, когда у тебя с рождения правый глаз такой же. И когда Яхико закончил говорить, Валера неожиданно начал: - Ты ведь такая же как я, я прав? Просто у меня такой же глаз, меня всегда это смущало, я чувствовал себя не таким как все. Откуда ты? Как вообще познакомилась с моими родителями? А у тебя много способностей? У молодого человека, что выглядел старше Жени, был такой энтузиазм, который был присущ самой девушке в начале ее пути. Во всех этих движениях, улыбке (что парень дарил всем и каждому) девушка видела себя. И это резало не хуже ножа по итак израненному сердцу. - Валер, - позвал Нагато, - помнишь, мы рассказывали тебе о нашей подруге. Валера все понял и перевел обескураженный взгляд на девушку, что, кажется, даже не дышала. - Да ладно, старшая сестра? Я на протяжении всей своей жизни представлял как встречу тебя, но если честно, ожидал немного другой обстановки и не так много крови. Женя только и могла, что отвернуться и, глотая ком в горле, подойти к опустившейся на пол Милене. Она не могла смотреть брату в глаза. Просто не могла хотя бы, потому что не была с ним в важные моменты его жизни. Потому что не видела его первых шагов, первых слов. Она не была тогда, когда нужна была сильнее всего. Она не помогла тогда, когда его терзали сомнения первой любви, ее не было рядом во всех важных моментах. Были рядом Яхико с Нагато, Конан, бабушка, да кто угодно, но её не было. Той, которая должна была быть ближе всех, хотя бы из-за этого проклятого сбоя в системе ДНКа, что не дал им спокойной жизни. - Ты довольна тем, что случилось? – спросила ровным голосом девушка у Милены. - Полностью! – Осмелела Милена. – Меня вот только интересует тот факт, что я о тебе ничего не знаю. - Я вне списка. Иными словами меня нет ни в одном списке, ни в одной базе. Меня нет вообще. - Как и всегда! Постоянно лучше всех, постоянно «посмотрите на Женечку, как у нее все так хорошо получается», - начала передразнивать девушка с длинными белыми волосами. – «Учись у Жени»! Нет! это тебе надо было учиться у меня! Как лихо я вывела тебя из игры! Как ты хрипела и подыхала на руках у Какаши, который только и делал, что смотрел на тебя! Как же все-таки хорошо, что твои способности полностью отключаются, стоит только навести ствол на тех, кто тебе дорог. – Девушка начала смеяться, но перестала, получив неожиданную пощёчину. - Диана? – Удивился Нагато. - Да! Как же долго до вас доходило. Бесите все, твари! – И получила ещё одну пощёчину. - Прекращай, - спокойный голос выводил сильнее, чем, если бы Женя кричала. Женя еще раз посмотрела в глаза своей сестре, что не получила никакой силы и никакого сбоя, замахнулась ещё раз, но опустила руку и пошла к выходу. Винить кого-то во всей этой ситуации было глупо. В том, что случилось с их семьей, никто не виноват, кроме самой Жени. Только у Жени был полный сбой, только Женя была не такой как все. И во всем этом, она могла винить только себя. Ведь именно она, по своей собственной воле, ушла из дома, чтобы хоть как-то помочь бабушке, ведь на мать, которой было плевать на семью и двух бракованных детей, и принимала только вторую дочь, надежды никакой не было. Свои способности девушка знала и другой работы не видела для себя. Пришлось забыть обо всем, только круглая сумма перечисляемая раз в месяц и редкие письма служили напоминанием того, что Женя всё еще жива, что в ней есть ещё что-то живое и человечное. Из всех присутствующих слезы на глазах девушки заметили только Гаара с Валерой и рванулись обнимать, от этого девушку ещё больше прорвало. - Ну, ты чего? Блин, Яхико мне рассказывал, что ты не плакала никогда. А тут на тебе, расплакалась. - Мих…Жень, все будет хорошо, слышишь. Только дикий хохот своей сестры говорил, что не все будет хорошо. Как же надоело верить в лучшее и продолжать бороться, надоело просто дышать, надоело тратить такой необходимый воздух напрасно. Обняв Валеру, так крепко как могла, потому что её неожиданно покинули все силы. Она переключилась на Гаару. Пожалуй, это был их самый долгий поцелуй. Странный, отчаянный, со вкусом слез и крови. - Простите, - прошептала девушка в плечо Гааре, зная, что ее услышат те, кому это адресовано. Последнее что она слышала перед своими действиями это отчаянный крик Валеры, ведь кому как не ему знать, что именно означают эти плавные движения руками. *** В этот день всегда льёт дождь, как напоминание о том страшном событии. Она никогда не говорила об этом, но умирать в свой собственный день рождение было не самым приятным подарком. И теперь собираться каждый год в одном месте стало традицией. Всегда первыми приходят Гаара с Валерой. Потом уже подтягиваются другие. В этот день люди, что знали девушку, с чарующей улыбкой, не говорили, ни с кем, день молчания. А на сером камне было лишь одно предложение, последние слова, которые смог разобрать Нагато. «Убить легко, если знаешь, что убиваешь чудовище, и я избавила мир от самого опасного из них, я смогла убить себя».