Быть человеком

      Джек не умеет пользоваться электрочайником, плитой, с недоумением смотрит своими большими голубыми глазищами, когда Пери ругается на него, что ободок унитаза надо поднимать. — Откуда ты свалился на мою голову! — в сердцах восклицает Пери, когда Джек едва не взорвал дом, крутя конфорки на плите. Она подбегает к нему, отпихивая в сторону, выкручивает их до упора, перекрывая подачу газа. В помещение уже неприятно пахнет, и Пери приходится открыть в доме окна, чтобы проветрить. — Прости, — в очередной раз извиняется Джек, опуская взгляд себе под ноги, как нашкодивший ребенок, но Пери успевает увидеть, что в его взгляде нет ни капли раскаяния, а чувство вины, кажется, ему и вовсе не знакомо. Он сует руки в карманы домашних штанов, а потом смотрит на нее, улыбаясь уголками губ. У Пери перехватывает дыхание. Этот засранец просто взрывает мозг своей неприспособленностью к быту, но он чертовски красив, особенно когда вот так смотрит, когда в его глазах поблескивают лукавые огоньки.       Игра света. Не более. Пери убеждает себя в этом. Вздыхает, возводя очи к потолку, облокачивается пятой точкой о кухонную тумбу и складывает руки на груди. Ну, в самом деле, что у нее, красивых парней не было? Были, покрасивее Джека даже. Но почему-то именно Джек вызывал внутри такую бурю чувств, с которыми Пери пока не могла разобраться.       Возможно, его очаровательная мордашка может сгладить некоторые его закидоны, но Пери сомневалась, что в скором времени не вскроются новые, за которые она не постесняется его, наконец, стукнуть. — Ты чертов инопланетянин. Признайся, что ты с Луны, и я сдам тебя властям на опыты.       Джек смеется над ее шуткой, а потом вдруг подходит совсем близко, опираясь одной рукой о тумбу совсем рядом с ней. — А что, если это так?       Пери неосознанно отклоняется назад, пытаясь увеличить расстояние между ними. Непозволительно нарушать ее личное пространство, особенно таким красавчикам. Особенно тем, которые уже неделю обитают в ее квартире.       Пери сглатывает, а потом ругает себя за малодушие. В конце концов это ее территория, она здесь единоличная хозяйка, а этот тип здесь на птичьих правах. Так что пусть не выпендривается.       Она подается вперед, почти касаясь его грудью, щурится, глядя ему прямо в глаза, и теперь она чувствует себя хозяйкой положения. — Тогда я подмешаю тебе в чай снотворное, и пока ты будешь спать, тебя оперативно доставят на секретные базы. — Пери растягивает губы в ехидной улыбке. — Так что можешь паковать барахло, парень.       Джек делает шаг назад, а Пери вспоминает как дышать.       Она отворачивается, пытаясь занять руки чем-то, отвлечься. Кажется, приготовить сандвич не такая плохая идея. Кажется, Джек в ее отсутствие вовсе не питается… — А если я скажу, что я Ледяной Джек? — Кто? — недовольно отзывается Пери, так и не поворачиваясь к нему. Кажется, она слышала что-то такое. Отец ей как-то говорил, мол, одень шапку, а то Ледяной Джек тебе отморозит уши. Пери тогда кривилась, говоря, что да, а Зубная Фея выбьет зубы, потому что в детстве она пропустила все положенные разы, когда молочные зубки следовало класть под подушку. Ну, не верила она в это. Далека была от сказок. Ей всегда нравились отрицательные герои или герои покруче, Человек Паук, там, черепашки ниндзя, мультфильмы Тима Бертона...       Пери бесконечно далека от всего светлого, доброго и вечного. «Ледяной Джек» — ей ни о чем не говорит. Но прозвище приходится к месту. Ей, пожалуй, оно нравится и Джеку подходит, как нельзя лучше. — На, ешь, — с улыбкой говорит Пери, протягивая Джеку один из приготовленных сандвичей. Со своим она идет в кресло и включает телек, а перед этим, тихо фыркает себе под нос, — Ледяной Джек…