Любить - сложно

День проходит за днем, и ничего не меняется: Широ лежит в больнице, возле него круглые сутки сидит Рико и читает ему народные сказки и легенды, а иногда навещает Рон, уставший после работы в борделе; Масао все так же избивает и насилует Йо днем, а ночью спит, прижав к себе; Кэндзи бегает по утрам и… И запивает одиночество вином. А Акио… Он надеялся, что Акио вернется, его мальчик, с которым он когда-то лежал на траве. Кэндзи вспоминал те минуты, когда ему казалось, что кроме Алекса ему никто не нужен, но сейчас его нет. Он исчез… Кэндзи верил, что малыш вернется к нему. Прекрасный Аки. Когда что-то теряешь, начинаешь понимать, как это все было для тебя важно. Даже по Масао сердце Куроки скучало. Но больнее всего делал Широ, который обнимал своего раба и, наверное, был счастлив. Он был счастлив не с Кэндзи. Одиночество превращалось в пытку. Куроки перестал готовить. А кому готовить? Раньше Масао ради его еды вставал ни свет ни заря, а теперь, наверное, спит до обеда. Кэндзи боялся спиться, но не знал, что ему делать… Если бы Аки вернулся…

***

Широ лежал в постели, кинув взгляд на спящего в кресле Рико, он решил встать на ноги. Ему запрещали много ходить, но желание находиться в вертикальной позе перевесило все запреты. Как только он попытался встать, Рико проснулся и метнулся к своему господину, уговаривая Широ лечь обратно в койку: - Тебе же запретили. Лежи, вот так, давай взобью подушку. - Никогда не думал, что ты так будешь ухаживать за мной, - улыбался Широ. Рико тоже натянул на себя улыбку и посмотрел в глаза хозяину, его лицо было всё ближе, а сладкие губы… Так и хотелось их поцеловать. - Широ… - Не смотри на меня так, у тебя слишком щенячьи глаза, - пытался пошутить, но у парня это получалось не очень. - Широ, я люблю тебя, - ляпнул случайно Рико, а затем в ужасе закрыл рот, боясь сказать что-то еще. Широ посмеялся своим добрым непосредственным смехом и потрепал волосы мальчика. - Я знаю, я всегда это знал, - он немного погрустнел, а потом отодвинулся на край и предложил лечь рядом с ним, - и мне хорошо с тобой. Ты стал мне очень дорог. - Но ты… - Разве это так важно? – он попытался улыбнуться вновь, но у него не получалось, а влажные глаза выдавали грусть в сердце. - Наверное… нет, - Рико лицом уперся об плечо Широ, хотелось плакать, но когда шершавая от постоянных ударов ладонь возлюбленного легла на волосы, стало как-то тепло на душе.

***

- Хватит! Перестань! Мао! – кричал Йо, когда тяжелые удары ремня падали на его безвольное тело. Масао остановился, он подошел к парню, валяющемуся на полу, и ударил ногой по ребрам. Ему нравилось его избивать, в этом было что-то забавное. А Йо, он привык к побоям, для него они давно стали частью его жизни, но иногда он не мог терпеть, как сейчас. Сил не хватало просто молча претерпевать насилие над собой. Оониси только начал, он отошел от мальчика и взял плетку, в последнее время он мог радоваться только боли другого человека. - Когда ты бьешь меня, ты думаешь о другом, да? Я знаю это, меня била мать, но думала она об отце. - Помолчи лучше. Плеть упала на плечи Йоши, оставляя тонкие полоски. Йо молил о пощаде, хоть и понимал, что это все бессмысленно, но, крича, он мог перестать думать о боли. Масао только расходился. - Ты говоришь, что в глубине души я добрый, что я жесток, потому что у меня такая жизнь. Ты ничего обо мне не знаешь! Лучше пусть все меня ненавидят, раз даже он всегда меня презирал! - Я не презирал тебя, - послышался голос, вошедшего в дом человека. Масао увидев его, обомлел, но, вернув себе самообладание, спросил грозным голосом: - Что ты здесь делаешь? - И тебе привет. Просто хотел зайти к другу, - улыбнулся Кэндзи. - Хватит бить мальчика, лучше позволь мне приготовить тебе что-нибудь. Масао ничего не ответил, а только кивнул в сторону кухни. Куроки поклонился немного и направился готовить обед. Перекинув взгляд с удаляющегося друга на замученного раба, Масао взял его за шею и поднял. Взяв смазку в тумбочке, он заставил Йо встать лицом к стенке, опереться на нее руками и раздвинуть ноги, стянув джинсы. Йо не хотелось стонать, потому что мог услышать Кэндзи, но, пристроившись сзади, Масао делал все, чтобы Йоши подал голос: он целовал и покусывал шею, зажимал и крутил соски, и был порой очень грубым, но Йоши молчал, ему было стыдно, с ним делают такое, а тут рядом еще и другой человек. Когда Масао закончил, Йо просто упал на пол. Каждый раз после секса он чувствовал невозможную усталость. Да, все прошло быстро и без особой боли, возможно, было даже немного приятно, но сам факт, что ты не волен распоряжаться своей судьбой... Йо заплакал, хуже всего было то, что он не хотел бежать, даже не думал об этом, он не думал о том, что можно напасть на Оониси, он просто жил здесь и терпел насилие над собой. Почему так? Он так же вел себя и с матерью, до последнего веря, что она когда-нибудь перестанет бить его и обнимет, поцелует и скажет, как любит. Просто плыть по течению – он не знал других путей. Масао зашел на кухню и посмотрел на своего друга. Как он по нему скучал, но показывать этого не хотел. - Скоро начнется учеба… - тихо проговорил Кэндзи, чтобы как-то завязать разговор. - Ну… - Я тут подумал, что от моего дома до ВУЗа по времени долго добираться, а от тебя намного ближе, да и если ты будешь завтракать со мной, как обычно, то будет проблематично. - На что ты намекаешь? – начинал понимать Масао, но не мог в это поверить. - От меня сбежал Алекс. Я не хочу никого другого, кроме него, но, знаешь… мне кажется, что он не вернется. Масао, я не могу больше находиться один. Прости меня, если сможешь. - Кэндзи, ты хочешь жить со мной? - Я принадлежу тебе, так или иначе. Моя сестра станет твоей женой, а я... Я буду твоим любовником. Хочу ли я этого? Пожалуй, только ты сможешь избавить меня от одиночества. Мао, я не люблю тебя, но может когда-нибудь смогу полюбить… - Ты же любишь Широ? – усмехнулся Оониси. - Его? Считай, что я был влюблен в него, да, он для меня всегда будет особенным, но нам никогда не быть вместе, лучше вовсе забыть его, - с грустью говорил Кэндзи, пока резал овощи. - Я не понимаю, столько лет ты сопротивлялся мне, а сейчас сам бросаешься в мои руки. Что с тобой? - Я устал бороться против того, что является моей судьбой… «Пусть я буду в руках нелюбимого мне человека, зато ничто другое со мной не произойдет, а быть любимым Масао – это не самое худшее». Масао сложил руки и качал головой, он не верил, что Кэндзи находится в здравом уме, но пока он хочет этого, то почему нужно отказываться от того, о чем мечтал почти с детства. Масао подошел Кэндзи и поцеловал его. Куроки обнял его за шею, а в следующее мгновение он уже оказался на руках своего господина. - Я хочу тебя, - любовно произнес Масао и снова прижался к его губам. Он отнес его в спальню, положил на кровать и покрыл все его тело поцелуями. Кэндзи решил наслаждаться этой лаской. Теперь его тело будет принадлежать только одному. Масао скинул с любовника и с себя одежду. Он ждал этого так долго… Пальцами он пытался доставить Кэндзи удовольствие или, по крайней мере, уменьшить боль. Убрав их, он еще раз поцеловал Кэндзи и вошел в него. Куроки испытал боль, будто это было в первый раз, но осторожные движения Оониси позволяли расслабиться и хоть немного почувствовать удовольствие, может сейчас он и не сможет сказать, что ему понравилось, но это только его второй раз, все впереди. Кэндзи тихо стонал и обнимал Масао, ему было хорошо рядом с ним. Пусть он его никогда не полюбит по-настоящему, но разве любовь - это главное в жизни? Каждый человек сам решает, а Куроки решил, что у него просто нет выбора и думать над этим не обязательно. После секса, а точнее акта любви, Кэндзи обнял разгоряченное тело своего господина и попросил: - Освободи своего мальчика, он теперь тебе не нужен. Зачем тебе два раба? - Ты мне не раб. - Ты прекрасно понимаешь, что я всегда был твоим рабом, просто был свободным, формально. - Хорошо, я отдам его в бордель, прослежу, чтобы с ним хорошо обращались, - после паузы Масао посмотрел на своего милого и сказал: - Кэн, я люблю тебя. - Любовь – это так сложно, - тяжело вздохнул Кэндзи и поцеловал человека, с которым связана его жизнь.