Романова, не быть тебе императрицей!

"Если когда-нибудь настанет день, когда мы не сможем быть вместе - сохрани меня в своем сердце, я буду там навеки" - Винни Пух. Вот вы можете себе представить, каково это - спать под хор мальчиков-зайчиков? Вот и я не знаю! Зато я прекрасно прочувствовала всю тщетность попыток уснуть под лирические песни гномов, доносившиеся из залы. Невероятное ощущение, хочу я вам сказать. Сам не попробуешь - не поймешь! Пели они, конечно, хорошо, даже позавидовать можно, но не на ночь же глядя. Тут, между прочим, человек уснуть пытается. - Варг вас подери! - шепотом, но с чувством сказала я подушке незнакомое мне слово. Опять. Она же в ответ промолчала. - Отлично! Новое слово в моем лексиконе. Любой лингвист позавидует моему таланту! Так-с, что мы имеем? 1. Я разговариваю сама с собой. Нет, собеседник я интересный, ничего не скажешь. Но не в данном контексте, увы. 2. Я говорю непонятные вещи, о значениях которых не имею ни малейшего понятия. Варг, хоббит, кхуздул... Кхуздул? Кхуздул! Звучит так, будто кто-то хотел выругаться, но закашлялся на полуслове. Ладно, оставим маты до лучших времен. 3. Ах, точно! Я не из мира сего. Совсем забыла! А чтобы попасть домой, мне нужно навязаться гномам, которые на меня отчего-то косо смотрят. С предводителем отряда, по совместительству королем, я поругалась. В свой турпоход они меня взять точно не захотят. - Полный кхуздул! - а вот и пригодилось. Проверив свой "чек-лист", я перевернулась на бок и закрыла уши подушками. Наверное, это выглядело по-детски, но этот способ действительно помог, и уже через десять минут я спала как убитая, без задних ног, сном праведных, наслаждалась объятиями Морфея. В общем и целом, мой сон был способен нарушить только очередной грозный рык того хмурого дядьки. Но, слава Махалу, - а кому я махала, собственно? - его рот был занят песней. А в полудреме слышать их песни даже приятно. На этой радостной ноте мой разум окутала тьма. Каждому, определенно каждому поголовно, снилось, как он падает. Но Романова была бы не Романовой, если бы и здесь не отличилась. Снится мне, значит, сон: одиноко стоящая я посреди ромашкового поля, которому ни конца ни края не видать. А у меня на ромашки аллергия жуткая! Чувствую, как лицо немеет, крик о помощи застревает в горле, а я бегу. Бегу, как никогда не бежала, а эти надоедливые, ужасные, колхозные сорняки все мелькают перед моим носом, дразня его. Сопли, слюни, крики. И в такой романтической обстановке, на первый взгляд. Внезапно, как первый снег в мае, это поле обрывается. Вот - оно есть, а вот - его нет, пуф! Фанфары, праздничный марш, подумаете вы. Как бы ни так! Картина, отдаленно смахивающая на умиротворение обычного человека, резко сменяется видом битвы двух титанов: Торин VS Бледный орк. А под словом орк, я имею в виду: Определенно Разный Калибр. Абсолютно неравные силы - хоть я и не сомневалась, что Король дерется вполне прилично - сошлись на поле боя. Дубощит, оправдывая свое прозвище и используя кору дерева как щит, отлетает в сторону, к обрыву, от очередного нападения его соперника. Его рука по-недоброму (а до этого как будто бы здесь пони макарену оттанцовывали!) свисает с утеса. Внизу текла бурная река, изредка прерываемая выглядывающими острыми. валунами. И... Святые ежики! Он сейчас летать собрался? Вот ни разу ты, Торин Дубощит, на бэтмена не похож, ни разу! Я, до сего момента завороженно наблюдавшая за ходом событий, помчала к тому месту, на котором последний раз видела лежащего гнома. Решив глянуть на его бездыханное тело, я вытянула шею и... И получила птицей в лоб! Огромный орел выпорхнул практически из-под ног, чем неимоверно сильно напугал меня. Алиса была бы не Алисой, если бы просто испугалась. Нет, что вы, создавать трудности - мой конек. Я испугалась, отскочила и уже летела вниз головой на острые скалы. На самую большую скалу, с ювелирной точностью! Вот вроде понимаю, что это сон, но страшно до колбочек с палочками в глазах. А я лечу, прощаюсь с нормальной психикой, как вдруг из легких выбивается воздух. Я прикрываю глаза. Вздохнув и распахнув свои в данный момент не очень ясные очи, я уже не видела прекрасного ландшафта, которым наслаждалась во время полета. Как говорится: "ЗвиздецЛайн, спасибо, что выбрали нашу компанию". А увидела я ровным счетом ничего. Пусто. - Хэллоу, - крикнула я. Не знаю, на что я надеялась, но так делают во всех фильмах, а чем я хуже-то? Наверное, то, что я в данный момент ощущала, и была давящая тишина. Действительно, черепная коробка будто бы сжималась от отсутствия любых звуков. А в глазах предательски лопнули пару сосудиков. Я бы даже подумала, что ослепла, но вид моего тела упрямо попросил отогнать эти мысли подальше. Тишина, а мне казалось, что именно ее я сейчас и научилась видеть, не была черной или белой. Это был тот цвет, который не имеет названия. Цвет молчания. Соблюдая гробовую тишину, я села. - Приветствую тебя, избранная, - раздалось в воздухе. Я не могла разобрать, с какой стороны послышался чудесный голос, и начала крутить головой в поисках его обладателя. Сейчас моя голова напоминала флюгер в ненастную погоду. - Эм, привет? - ответила я. Кто говорил так и осталось для меня тайной, покрытой мхом. - Ты верно хочешь знать, кто я? - спросил голос и, не дождавшись даже кивка, продолжил. - В разных мирах меня называют по-разному. Смертные пытаются придумать названия всему. Даже тем вещам, о которых не имеют представления. Они думают, что, дав им имя, они их узнают. Это веселит. Тебе же я известен как Смерть. Та-ак, в моем сне со мной уже смерть разговаривать начала, отлично. Кто пересмотрел ужастиков? Хм, дайте-ка подумать. - Ты все еще считаешь, что все это сон? Едрить два раза налево, это оно сейчас мои мысли прочитало? Да не, тогда это точно сон. К слову, я стойко сохраняла серьезное выражение лица и дурацкую улыбку. Впрочем, мое обычное состояние. - А что это? - фыркнула я в ответ. Ну давай, попробуй меня переубедить, образ, созданный мной. Хотела бы, так ты бы сейчас ламбаду танцевал. Видимо, недостаточно сильно хочу, раз не танцуешь. - Ты можешь решить сама, что это будет. - Будет? В смысле будет? Это уже есть и происходит прямо сейчас. Лучше скажи мне, Смерть, как мне отсюда выбраться? Я встала и обратилась к небу. А неба не было, поэтому я обратилась вверх. Там же все крылатые и рогатые заседают? - Очень занятно, что я представляюсь тебе рогатым, - раздался второй голос. Я поспешила отогнать от себя такие мысли. На его месте я бы обиделась, если бы меня посчитали рогатой. Второй голос кардинально отличался от первого. Он был выше, как у молодого человека или мальчика. Первый же голос был глубоким, скрывающий годы своего обладателя, но проникновенный. Его слова доходили до самого мозга, будто подчиняя себе всю нервную систему. Я услышала раскатистый смех, какой бывает у юношей в присутствии их "дамы сердца". - Красиво размышляешь о том, с чем сама не встречалась, - ласково сказал второй голос. - Встречалась! По крайней мере, сейчас встретилась. Так, не путай меня! Мистер Смерть, - я чуть не засмеялась, подумав о том, что Гномий Король вселял в меня больше страха, чем вся эта ситуация. - Вы не ответили на мой вопрос: Как мне отсюда выбраться? На мое плечо легла чья-то тяжелая рука. Это было настолько пугающе-неожиданно, что я так и осталась стоять на месте, вглядываясь в пустоту. Наверное, в надежде увидеть всю небесную канцелярию лично. Только после того, как сердце, вторя крови, прошло большой круг, а потом пару раз и маленький, я обернулась и увидела Бога. Вот именно Бога и никого другого! Он был идеален, словно сам выкован из камня, глаза - из огня, а улыбка - из радуги. И не спрашивайте, почему из радуги, - не отвечу. Вновь по всему пространству раздался смех. Смеялся Бог. Вот над вашим офигевшим лицом когда-нибудь, хоть один маленький разочек, смеялся Бог? Хоть полразика? Обидно. Но в тот момент это волновало меня в последнюю очередь. Меня волновала моя новоприобретенная уверенность в то, что это все взаправду. Я не хотела отпускать ту мысль о сне даже на йоту, но с видом этого божества она сама собой испарилась из моей головы, оставляя вместо себя веру в реальность происходящего. Внезапно мужчина - мужчина, у которого был смех юноши, - стал серьезным и заговорил первым голосом: - Я готов предложить тебе сделку. Ты сейчас мертва, и я забрал тебя из того мира и перенес в другой. Я хотела возразить, ведь вот я - живая и невредимая! - И прежде, чем ты меня перебьешь, позволь объясниться, - испытующе посмотрел он на меня. А мне ничего не оставалось делать, кроме как кивнуть и прикрыть рот. - Я перенес тебя в Средиземье не просто так. Я избрал тебя для того, чтобы ты изменила судьбу тех, кто сможет изменить судьбу целого мира. Ты спасешь целый род... - Эм, секундочку. Я хочу жить, я люблю жизнь и не собираюсь из горящего дома вытаскивать щенков. Ты ведь этого хочешь, как я понимаю, - Бог неопределенно пожал плечами. - Фух... Классненько! Даже Смерть не знает, на что меня толкает. А если я откажусь? Мужчина несколько секунд просто смотрел на меня, оглянул пространство в ленивой манере, как будто я неразумное дитя, которое не понимает очевидного. Очевидного тут вообще ничего не было. Мало того, что он убил меня (неприятно, конечно, но это меня как-то не заботило сейчас), засунул в другой мир, так еще и разговаривает, как с ребенком. Насчет того, что не заботило, я тоже ссылалась на проказы Смерти. Все-таки Бог, как никак. - Ты можешь отказаться, тебе никто не запрещает. Но если ты согласишься, то я исполню любое твое желание. - Un momento, por favor. No hablo* по-смертьи. Прошло минут пять с того момента, как он предложил мне сделку. Я думала, думала, потом еще немножко подумала, и у меня созрел вопрос, от которого зависела моя жизнь или смерть. - Значит-с, любезный, мной хотите воспользоваться? Тогда я требую обещания, что этот кэмпинг не убьет мои остатки. Идет? - сказала я и протянула руку. От волнения она ужасно тряслась. А что, если откажет и пошлет в Ад? Глупая мысль, но действительно волновала. Бог с полминуты оценил мое условие и все-таки протянул руку. - Надеюсь, скоро свидимся, Алиса. Рука холодная, не живая. Глаза горящие, бесовские. Улыбка скалящаяся, дьявольская.