Последствие выбора

      Минами нервно теребила край длинного рукава блузки, сидя на диване в гостиной в доме Кисе. Его сёстры встретили подруг радостно, особенно Хотару, с которой, как оказалось, давно были знакомы. На вопрос Амико когда и как они познакомились, Аоки ответила, что история длинная и расскажет потом.       Минами чувствовала себя очень неуютно под их пристальными и изучающими взглядами. Она никогда не любила быть в центре внимания и уж тем более объектом обсуждений, но любопытство этих девушек было настолько сильным, что ей не удавалось даже слова вставить. Точно Кисе, но женские вариации и в два раза любопытнее. Благо, Хотару была рядом и помогала с нескончаемыми вопросами девушек. Она обрушила на сестричек длинную речь, рассказывая о достоинствах подруги, забавных историях, которые произошли с ними, когда они учились в средней школе, щедро приправляя это всё шутками и анекдотами. Минами была очень ей благодарна.       Амико, в целом, соображала с горем пополам, ведь голова была забита мыслями о Кисе и тем, как перед ним извиниться. Она всю ночь обдумывала то, что ему скажет, как именно объяснит ситуацию, чтобы это не звучало абсурдно. Амико знала, что становится глупой, когда волнуется и нервничает, поэтому с лёгкостью могла ляпнуть чего не надо. Не дай бог сделает ситуацию ещё хуже, чем она уже есть.       Когда же сёстры Кисе ушли на кухню, чтобы приготовить обед брату и поставить чай для гостей, Амико облегчённо выдохнула, наконец немного расслабившись.       — Боже, Ми-чан! Ну что за мировая скорбь у тебя на лице? — воскликнула Хотару. — Ты же просто к Кисе пришла, а не на место казни. Да и то ты бы там веселее выглядела. Улыбнись, подруга! В гости пришли.       Амико поджала губы и неуверенно кивнула, выдавив из себя жалкое подобие улыбки. Она ценит поддержку Хотару очень сильно, ведь та даже пожертвовала своим выходным и пошла с ней, когда её никто не заставлял. Но сколько бы Амико не пыталась прислушаться к её советам, ничего не получалось. Слова входили в одно ухо Минами и выходили из другого. Разум просто отказывался воспринимать информацию и смотреть на ситуацию более спокойно. В голову постоянно лезли мысли с плохим исходом.       — Слушай, давай пока поднимемся к Кисе, и ты наконец поговоришь с ним, — Аоки встала с дивана, потянув за собой подругу. Она положила руки ей на плечи и подбадривающе улыбнулась. — А то на тебя смотреть страшно. Сидишь, словно уксуса глотнула. Ещё чуть-чуть и я лично позвоню в центр психологической помощи.

***

      Стоя перед дверью в комнату Кисе, Амико чувствовала, как волнение внутри нарастало. Пальцы, как обычно, нервно теребили край одежды, а в голове была лишь одна мысль — уйти отсюда. Как бы сильно ей этого не хотелось — а ей очень сильно хочется- она уйти не может. Рано или поздно ей придётся столкнуться с Кисе, на тех же соревнованиях или конкурсе Хотару, поэтому убегать и отсрочивать то, что неизбежно, смысла нет. Да и, попытайся она сбежать, Хотару явно не позволит.       Сделав глубокий вдох, а после и выдох, Амико постучалась в дверь, в глубине души надеясь, что Кисе спит, и тогда она сможет уйти с чистой совестью.       — Войдите! — послышался из-за двери слегка осипший голос.       На лице Минами отразилось сначала разочарование, а следом уже паника. Амико не успела даже отреагировать, как вдруг Хотару решительно толкнула дверь и, цепко взяв подругу за запястье, чтобы та и не вздумала сбежать, втянула её в комнату.       — Привет болеющим! — ярко улыбнулась Аоки парню. — А я вот тебе лекарство привела, чтобы быстрее на поправку шёл!       Амико тихо ойкнула, когда подруга подтолкнула её к кровати больного, отрезая ей путь к побегу. А комментарий про лекарство лишь усилил её желание свалить отсюда. Амико мотнула головой, пытаясь перевести своё внимание на окружение.       Первым, что зацепило взгляд девушки оказался плакат на стене с надписью «ВЫЗДОРАВЛИВАЙ!», также на нём красовались даты с приклеенными под ними цветными конвертами-кармашками. Некоторые уже пустовали. Амико улыбнулась, предположив, что это точно дело рук Хотару. В остальном, комната была обычной: в ней преобладал синий, серый и белые цвета. На полках были журналы о моде и спорте, а на подоконнике стоял большой музыкальный центр. Единственное, что казалось ей нестандартным для комнаты парня — зеркало в пол и большой шкаф. Амико невольно хихикнула, сравнив его со своим маленьким.       — Аоки-чи, Амико-чи, не ожидал вас увидеть, — Кисе прокашлялся, после чего принял сидячее положение на кровати, улыбаясь.       Амико наконец осмелилась обратить внимание на парня. Рёта выглядел неплохо для больного человека — ожидаемо, уже шёл на поправку. Лишь волосы были растрёпаны, голос слегка был хриплым, по-видимому, из-за боли в горле. И, о боже, как же ей нравилось видеть его в такой уютной домашней обстановке, одетого в пижаму. И это мысль заставила её слегка смутиться.       — Решили устроить сюрприз, — Хотару пихнула подругу локтем в бок, чтобы окончательно вывести из транса. — Ми-чан хотела тебя навестить, а дорогу не знала. Вот я и пришла с ней за компанию.       — Было бы некрасиво не приходить, ведь в том, что ты заболел, виновата я, — с горем пополам выдавила из себя Амико, мысленно ударив себя по лбу за это. — То есть, я бы в любом случаи пришла, просто эта одна из основных причин!       — Всё хорошо, я вовсе не злюсь и рад, что ты пришла, — Кисе улыбнулся, неловко почесав затылок.       Хотару тихо вздохнула, переводя взгляд с одной на другого. Сейчас был тот самый момент, когда ей надо уйти под каким-то предлогом и оставить их наедине, чтобы не быть третьей лишней. Да и что толку, если она останется — всё равно будет сидеть, как на крапиве.       — Я уверена, вам есть о чём поговорить, поэтому возьму на себя ответственность отвлекать Наоми и Нацуми, — Хотару подошла к двери и перед уходом помахала им рукой. — Удачи.       Амико проводила подругу взглядом, полным грусти и мольбы, совсем не готовая к тому, чтобы остаться с Кисе наедине. Она сжала край юбки, осмелившись взглянуть на парня и неловко улыбнувшись. Хочет или нет, но поговорить ей придётся, ведь выбора у неё, в целом, нет. Сделав глубокий вдох, а затем и выдох, Амико кивнула своим мыслям, наконец заговорив:       — Думаю, ты сам понимаешь, о чём нам стоит поговорить. Насчёт того случая. Я правда была не в себе, бредила из-за температуры и не понимала, что делаю. Если честно, сама ничего не помню, мне Шин рассказал о случившемся.       Кисе понимающе улыбнулся, после чего похлопал по месту рядом с собой на кровати, приглашая её сесть, заметив её нервное состояние. И только тогда, когда она решилась сесть, он заговорил:       — Но кажется Мидорима-чи забыл сказать, что я вовсе не злюсь на тебя. Да и как я могу? — Рёта закинул голову назад, прислонившись макушкой к стене и прикрыв глаза. — Я ведь и сам виноват. Никто меня там силой не держал, не мешал сопротивляться или отойти. Так что виноваты тут мы оба, а я даже больше.       Кисе открыл глаза и перевёл взгляд на подругу, скромно улыбаясь уголками губ. Амико удивлённо моргнула пару раз, пытаясь окончательно переварить его слова. В них определённо был смысл и правда, но это всё равно не отменяет её вины. Будь она на месте Кисе, тоже удивилась бы, не зная, что делать. Но тем не менее, его слова помогли ей успокоиться и перестать думать, что она совершила самый большой грех на земле.       — Я понимаю, и рада, что ты не злишься. Но, в любом случае, прости мне мою оплошность, — Амико улыбнулась, и на этот раз более уверенно. — Я всегда веду себя странно, когда болею.       Кисе понимающе кивнул. На лице застыла лёгкая и едва заметная тоскливая улыбка. Внутри ему очень хотелось верить, что в этом поцелуе было нечто больше, чем просто влияние высокой температуры. Возможность того, что она могла испытывать хотя бы половину того, что к ней испытывал он. И Кисе не знал, что делать с той реальностью, с которой столкнулся. Промолчать и хранить свои чувства внутри или попытаться признаться?       — И ты прости, сколько ни отрицай, но я действительно воспользовался ситуацией, — Кисе неловко почесал затылок, чувствуя, как щёки начали гореть. — Да, я был застигнут врасплох, но потом не отстранился, потому что не захотел. В тот момент мне всё казалось таким правильным.       Рёта сосредоточенно взглянул на подругу, пытаясь понять её реакцию. Амико, к его удивлению, выглядела спокойно, и лишь понимающе кивнула. Кисе мысленно ударил себя по лбу за то, что выразился недостаточно открыто, чтобы она поняла его намёк.       — Ситуация выдалась довольно неловкой и странной, но я, кажется, понимаю тебя. Не очень хорошо помню тот момент, но когда думала, пытаясь вспомнить, поймала себя на мысли, что мне приятно.       — Приятно? — Кисе раскрыл глаза в удивлении, почувствовав приятный трепет в низу живота.       Амико внезапно застыла, медленно начав осознавать то, что сказала пару секунд назад. Она что, только что призналась в том, что ей понравилось целоваться с ним? Внезапно сердце в груди начало биться сильнее и громче, волнение окутало всё тело до дрожи. Минами поджала губы, сжав свою блузку в области груди, чувствуя, как к щекам приливает кровь.       — Скорейшего выздоровления! — Выкрикнув слова буквально на ходу, Амико выбежала из его комнаты, сломя голову.       Амико быстро спускалась по лестнице, всё ещё чувствуя бешеный стук сердца, который словно отзывался в ушах. Она просто взяла и убежала, как трусиха, не в силах выдержать такого смущения.       — Что случилось, Ми-чан? — Хотару с удивлением взглянула на подругу, когда та вошла в гостиную, покраснев до самых ушей.       Но вместо ответа Амико взяла подругу за руку и, попрощавшись с сестрами Кисе на ходу, потащила её в прихожую, чтобы наконец уйти. Нацуми и Наоми удивленно переглянулись, не поняв того, что сейчас произошло.