Обратная сторона

Итачи и Шикамару дружили с детства. С детства Шикамару, разумеется, так как наследник клана Учиха был на семь лет старше. Они познакомились на одной из встреч глав, которые постоянно проходили по тем или иным поводам (подписание контрактов, знакомство с партнерами, заключение сделок, и т.д. и т.п.) Будущих приемников на них брали, чтобы те привыкали находиться на таких мероприятиях, "впитывали атмосферу", так сказать. Но возиться с ними, особо, никто не собирался. Вот и сейчас, взрослые решали свои дела, а шестнадцатилетнего Итачи оставили присматривать за наследием кланов, в данном случае - за Шикамару Нара и Саске - младшим братом. Сидеть нужно было долго, и перспектива вырисовывалась скучная до зуда под ногтями, поэтому ребята решили сыграть в шоги (неумение играть в эту разновидность шахмат в обществе считалось плохим тоном, поэтому все дети знатных семей обучались игре. Дескать, это развивает умение стратегически думать, необходимое для любого лидера). Саске вылетел первым, несмотря на свой ум, мальчик был слишком импульсивен, будь он поспокойнее, составил бы достойную конкуренцию. Но в том возрасте младший Учиха был слишком эмоционален и легко велся на провокации. От того и проигрывал. А вот между Итачи и Шикамару завязалась нешуточная борьба. Которая в итоге вылилась в ничью. Итачи, не ожидавший такой сообразительности и хладнокровия от десятилетнего мальчика, сразу проникся к нему симпатией и уважением. Затем были еще высокопоставленные встречи и еще партии, а между ними разговоры. О политике, философии, об отношениях между кланами. Шикамару был явно развит не по годам и отличался здравостью суждений, что было редкостью, даже среди сверстников Итачи. Но в тоже время, он, в силу возраста, не был участником темных межклановых игр, и это позволяло ему смотреть на мир хоть и умными, но еще детскими глазами счастливого сына в любящей семье. Старшему из друзей нравилась эта детская непосредственность, ведь Итачи был достаточно взрослым, чтобы участвовать в делах клана, и потому уже узнал всю "изнанку", грязь и подлость политики верхушки. Ему приходилось играть по этим правилам, но это было поперек горла молодому Учиха, иногда парню казалось, что вся эта кровь, грязь и подлость, пропитывает его одежду на физическом уровне, просачивается в кожу, проникает в кости, и тогда хотелось кричать, а желание смыть это все и больше никогда ничего не слышать, не видеть и не знать, становилось почти болезненным... Но он был наследником главы, должен был терпеть и терпел, не подавая виду. В то же время, незамутненная ничем (кроме лени) душа Шикамару был как отдушина, как глоток свежего воздуха посреди едкого, зловонного смога, и Итачи наслаждался этой передышкой. Под спокойную, рассудительную речь этого маленького умника, взбесившийся мир снова обретал нормальные ритм и краски, а глядя на разморенного друга, беспечно провалявшегося весь день на прогретой крыше и лениво наблюдающего за плывущими облаками - весь этот кошмар не казался настолько невыносимым. Шикамару же, в силу все той же сообразительности, было невыносимо скучно среди сверстников, он нуждался в постоянной пище для мозга, но его сверстников, в большинстве своем, еще интересовали игрушки. Ни тебе политику обсудить, ни правление династии Цин. А в Итачи он находил интересного и приятного собеседника, с которым было хорошо пообщаться и поразмышлять вместе. Именно из этого общения со временем и выросла крепкая мужская дружба, продолжавшаяся много лет. Вплоть до изгнания из клана Итачи. Шикамару тогда было шестнадцать. Накануне того дня, когда Итачи был вычеркнут из летописей своей семьи, он пришел к молодому Нара обсудить ситуацию. Тот сразу ему сказал, чем все закончится: "Тебя поймают и убьют за предательство, дело замнут, и ты ничего не изменишь" Однако, Итачи настаивал, и Шикамару, не смотря на риск, помог ему в поиске информации, а когда все провалилось, как он и предсказывал, то окольными путями повлиял на решение кланов поддержать инициативу Фукагу об изгнании вместо смерти. Он сказал отцу слова, которые тот, в последствии, озвучил на собрании глав, где и решалась судьба Итачи: "Столь перспективных и умных наследников семейств, не так уж много, чтобы ими раскидываться. То что совершил Итачи - глупость и юношеский максимализм, если дать ему время "подумать" в изгнании, то он наверняка сделает "правильные'' выводы, и можно будет рассмотреть хотя бы частичное восстановление в статусе. Будучи отрезан от всех источников информации навредить он не сможет. С другой стороны, найти парня не составит труда. Они в любой момент времени смогут беспрепятственно убить его. Ведь лишить жизни человека - никогда не было сложным. А вот вернуть ее - невозможно. Поэтому гораздо разумнее будет, подождать и посмотреть, а не принимать решение сгоряча" Затем Итачи исчез на несколько лет. Пока однажды вечером не появился прямо перед Шикамару. Нара лежал ясной летней ночью на прогретой за день крыше и наблюдал за луной и облаками, когда услышал знакомую поступь по черепице. - Итачи? Сколько лет, сколько зим, - Шикамару говорил спокойно, слегка растягивая слова, он даже не открыл глаза. Вся его поза выдавала крайнюю степень лени. Итачи улыбнулся в темноте: - Ну здравствуй, старый друг, ты все такой же ленивый как раньше. Шикамару вздохнул, открыл глаза и сел на крышу. Он сразу понял, что Итачи тут не спроста, слишком опасно для дружеского визита. Шикамару внимательно посмотрел на друга, выискивая в том следы изменений за несколько лет. Холодный взгляд, лицо словно высеченное из камня... Он абсолютно не изменился. Шикамару вздохнул, расслабляясь. - Что ты делаешь на моей крыше, в такое время? Итачи осторожно рассмеялся и сел рядом с другом. - Ходят слухи, что клан Но Собаку считает серьезной угрозой твой клан. Вы сейчас укрепляете свои позиции сразу на нескольких рынках, и это грозит потеснить интересы Но Собаку, им это не нравится... Сердце Шикамару дрогнуло, они и впрямь укрепляли свои позиции, а клан Но Собаку славился своей жестокостью, коварством и беспринципностью. Если они решат уничтожить клан Нара, то это не составит им труда, Но Собаку, были значительно сильнее. То, что говорил Итачи было очень похоже на правду. - А доказательства? - Охрипшим голосом спросил Шикамару. Итачи помолчал. - С этим сложнее. В сейфе одного из особняков Но Собаку лежат некие документы, которые должны предрешить судьбу вашего клана. Что это за документы, я так и не смог узнать. Шикамару задумался, мысли лихорадочно метались в его голове. Он закурил. - Ты куришь? - удивился Итачи. Шикамару ничего не ответил. - Нужно узнать что это за документы. И другого способа, кроме как выкрасть их самим, я не вижу. Наемникам такое не поручишь, слишком уж важные это документы. Значит, придется самому, - подумав, произнес младший из друзей. - Я знал, что ты это скажешь. Поэтому раздобыл план дома, график обходов охраны и строения сигнализации, - с удовлетворением в голосе ответил Учиха. - Как ты умудрился?! Если предатель всплывет, Но Собаку убьют его. - Инженер который проектировал этот дом, кое-чем обязан моему клану. Но не суть. Я помогу тебе. - А тебе то это зачем? - Я тоже кое-чем тебе обязан, хмыкнул Итачи. Кроме того, ты хоть и гениальный стратег, но в одиночку такое не провернуть. Тебе без меня не обойтись. Шикамару вздохнул, соглашаясь. Ночь была темной и безлунной, что было только на руку двум ворам. Они беспрепятственно пролезли через стену, миновали собак, перемазавшись снадобьем, которое уничтожало запах полностью. Миновали "амазонок-телохранительниц" и оказались на балконе. Шторы были отдернуты, но тьма их скрывала. Прямо мимо них на расстоянии вытянутой руки прошла девушка. Это была Темари Но Собаку. Девушка прошла по теплому ковру, скидывая туфли на огромном каблуке, сначала одну, потом другую. Как только ступни коснулись длинного ворса, то сразу утонули в нем. Девушка остановилась на секунду, и, слегка откинув голову, издала легкий стон, лето было жарким, и окна приоткрыты, поэтому звук без труда дошел до ушей парней, которые тут же покрылись мурашками. Оба, не сговариваясь, застыли на месте, наблюдая. Темари, тем временем, не торопясь стягивала с себя одежду и бросала на пол по пути. Сначала на полу оказался строгий пиджак, еще через пару шагов - юбка, затем, последовательно, блузка и галстук. До купальни было еще примерно десять шагов, а на девушке остались лишь чулки и кружевное белье. У парней кровь застучала в голове, дышать стало жарко. Еще два шага, и девушка, подцепив ажурный край чулков, медленно повела руки вниз, чувствуя, как пальцы, гладя, касаются идеальной, словно высеченной в камне, правой ноги. Все это было ритуалом, который Темари проделывала время от времени, получая колоссальное наслаждение от процесса, которое сквозило в каждом движении. Наконец, правый чулок оказался на полу, еще через пару шагов со второй идеальной ножки скользнул его собрат. Темари с наслаждением потянулась, так, что кости захрустели, расстегнула замочек бюстгальтера и почувствовала как дышать сразу стало легче, ее пышную грудь наконец-то ничего не стесняло. Она обхватила ее ладошками, слегка массируя, и почувствовала, как слегка возбудилась от прикосновения к чувствительным соскам. На ней остались только кружевные трусики, девушка взглянула на них, провела рукой по промежности, а затем, подцепив за края большими пальцами медленно наклоняясь, сняла их и вошла в купальню. Прошло несколько минут, прежде чем Итачи смог заговорить. Хриплым, срывающимся голосом, он произнес: - Ладно, пошли, мы тут не за этим. Они пролезли через окно в комнату блондинки. Комната была просторной, с огромной кроватью посередине, при одном взгляде на эту кровать, воображение Шикамару живо нарисовало стонущую под ним Темари, он сжал зубы и постарался выкинуть все пошлые образы из головы. Собрав мысли в кучу, он снова огляделся: на стенах оригиналы картин Дали и Моне. За одной из картин, по плану, и скрывался сейф. План говорил, что они миновали все ловушки и путь свободен. Но стоило им сделать пару шагов, как неожиданно взвыла сигнализация, и на них налетели непонятно откуда взявшиеся девицы с очень хорошей, военной, подготовкой. Итачи пытался спрятать план, но одна из амазонок, которую подчиненные звали Анко, мигом выхватила его и, внимательно осмотрев, усмехнулась: - Ну и лохи же вы, ребята. Пару недель назад, на одной из встреч, было совершено покушение на господина Но Собаку, поэтому он, опасаясь за жизнь своей дочери, велел установить для госпожи Темари дополнительную сигнализацию, которая считывает походку. Ее невозможно обмануть, ведь походка индивидуальна. И ее нет на старом плане. Теперь вам конец, госпожа Темари пощады не знает. Последней мыслью парней, до того как они погрузились в темноту, было "Трахнуть эту сучку Темари, пусть даже это будет последнее, что они сделают в этой жизни".