Напарники

      Казалось бы, вот он, психологический портрет. На руках. Все должно, наконец, сдвинуться с мертвой точки. Но так бывает только в дешевых бульварных романах. Знаете сколько в Америке белых мужчин в возрасте от 30 до 55? Около 60 миллионов.              Следующие три дня вся команда, работающая над поисками Кровавого жнеца, провела на работе. Хорошая идея — сузить списки возможных подозреваемых. Но что делать, если приходится проверять больше 20% населения США?! Да, многих удалось отсеять сразу. По семейному положению, физическому состоянию, отсутствию на территории страны в заданные числа... И самое главное, по полному отсутствию причин для мести.              Дилан забыл, когда спал больше часу за раз. Кипы таблиц, отчетов и сверок. Череда оперативок, мозговых штурмов и выездов на проверки. Каждый человек в офисе напоминал ему живой труп. Хорошо, что начался насморк, иначе амбре от десятка потных мужиков доконало бы его окончательно. Единственной, кто выглядел все так же прекрасно, была несравненная Лидия Мартин. И либо в ее сумочке пряталась душевая кабина, либо она была чертовой волшебницей.              За спиной раздался громкий зевок, и на стол перед ним упала очередная папка. Рядом пристроился стаканчик дымящегося кофе. Томас молча прошел на свое место и рухнул в кресло. Под глазами у Сангстера залегли темные круги. И выглядел он, прямо сказать, ужасно. Но О'Брайен не сомневался, что является его зеркальным отражением.              — Земля вызывает Дилана. Как слышно, — ворвался в его мысли хрипловатый голос Томаса.              — К сожалению, слышу вас отчетливо, — Дилан криво усмехнулся, уткнувшись в кофе. Еще пару порций, и у него определенно начнется аллергия. — Как думаешь, на сколько процентов мы сейчас состоим из кофе?              — Определенно на 99, — Сангстер позволил себе небольшую слабость и откинулся на спинку кресла, расслабляя ноющую спину.              — И что же в оставшемся одном проценте? — О'Брайен с интересом изогнул бровь.              — Недосып, — Том прикрыл глаза.              — Уверен, что в соотношениях не ошибся? — отставив стаканчик, Дилан открыл принесенную ему папку. Так и не дождавшись ответа, он поднял взгляд на напарника. Томас уснул. И, несмотря на свою бледность и осунутость (или, может, как раз из-за нее), выглядел при этом он как старшеклассник, заснувший за домашкой. О'Брайен не смог сдержать улыбки. Как он, старше почти на 2 года, умудрялся иногда выглядеть как подросток?              Решив не трогать Сангстера и дать ему немного поспать, Дилан снова уткнулся в документы. Ему необходимо было перелопатить очередную партию возможных кандидатов. И лучше закончить это до утра. Тогда есть шанс, что совесть позволит ему передать результаты утренней смене и съездить домой хотя бы на несколько часов.              Атмосфера в офисе с каждым днем накалялась. Все устали и были на взводе. Отдел превратился в чертову бочку нитроглицерина — чуть тряхни, и все взлетит на воздух ко всем чертям. А дни неминуемо приближались к пятнице.              О'Брайену казалось, что убийца уже дышит им в затылок. Хотя скорее это они шли по его следам месячной давности.              Объем информации был настолько велик, что Финсток даже привлек стороннюю помощь для анализа. А он ненавидел выносить дела из отдела.              Прошел, наверное, час или даже меньше, когда рядом раздался грохот. Подняв взгляд, Дилан не обнаружил Сангстера в кресле. Зато тот нашелся на полу у стола.              — Какого дьявола?! — честеря весь свет, Томас поднялся, потирая ушибленный бок. Недоуменно оглядевшись, он остановил свой взгляд на О'Брайене. — Я что, уснул?              — Именно так, — стараясь сохранить невозмутимое лицо, кивнул тот.              — Черт, — потерев лицо ладонями, Сангстер потянулся и зевнул. — Не стоило давать мне спать.              Дилану показалось или он выглядел виновато?!              — Забей. Мы тут все с ног валимся. Но, раз ты, наконец, проснулся, сгоняй за едой, пожалуйста. А то я сейчас загнусь.              — Нашел себе посыльного, — возмутился Томас, но, тем не менее, схватил пиджак и направился к выходу. — Будешь жрать то, что я выберу.              Дил негромко рассмеялся. И отчего на душе стало чуть спокойней?       

***

             Голова раскалывалась, и внутренности завязывались морским узлом, а Сангстера с едой так и не было. Шумно выдохнув, Дилан откинулся в кресле, разминая шею. Помассировав виски и закрытые веками глаза, он решил пройтись до уборной и умыться. Нужно было как-то согнать подступающую сонную дымку.              Холодная вода принесла немного покоя воспаленным глазам и гудящей голове. Отхлебнув прямо из крана, О'Брайен усмехнулся своему потрепанному отражению. Сзади хлопнула дверь, и в уборную зашел Перриш. Вид у него был такой же помятый.              — Пытаешься снова выглядеть как человек? — чуть усмехнулся он, остановившись у соседней раковины. Пожалуй, если не считать Криса, Лидии и почившего Рафаэля, Перриш оставался единственным в отделе, кого Дилан не просто терпел. Своей прямотой и честностью Джордан легко вызывал уважение.              — По-моему, бессмысленное занятие.              Джордан хрипловато рассмеялся, просто-напросто засовывая голову под мощную струю воды. Отфыркавшись, он закрыл кран и уставился на О'Брайена через зеркало. Молчание становилось неуютным.              — Кхм... Как ты вообще? Справляешься? — было видно, что Перришу самому неудобно переходить черту, но он не мог не спросить. Ох уж этот заботливый Джордан.              — Потихоньку, — голос звучал более хрипло, чем хотелось бы.              Словно услышав все, что хотел, напарник Лидии быстро вытер руки о бумажное полотенце и, отправив его метким броском прямо в мусорку, направился к двери. Но не вышел, как ожидал Дилан. Перриш замер, схватившись за ручку. Постоял еще несколько секунд, словно решая что-то, и вдруг обернулся:              — Может, покурим?              О'Брайен бросил уже больше года назад, и Джордан наверняка заметил это. Но за последнюю неделю Дилан ловил себя на мыслях о сигаретах пару сотен раз. Так что этот вопрос послужил последней каплей.              — Почему бы и нет.       

***

             Перриш был идеальным соседом по курилке. Он просто присутствовал рядом и молчал. Город жил вокруг, светился тысячами огней, звучал миллионами голосов. Дилану всегда нравилось здесь. На крыше Федерального бюро даже дышалось свободней. И это не заслуга одного только свежего воздуха.              Сигарета привычно горчила, дым, клубясь, покидал легкие, поднимаясь все выше. На горизонте намечался рассвет. Где-то в небе кричали сумасшедшие чайки. Дилан так увлекся, что не заметил, когда Джордан ушел. Так же как сначала не заметил, что кто-то другой занял его место.              — Не знал, что ты куришь, — раздался слева знакомый голос. Следом чиркнуло колесико зажигалки.              — Бросил, — присутствие Томаса, как ни странно, совсем не раздражало. Наоборот, действовало умиротворяюще. Хотя, стоит признать, этот факт совершенно Дилана не радовал.              — Да, я тоже пару раз бросал.              О'Брайен чуть повернул голосу, выцепив профиль напарника. Тот медленно курил, практически не отрывая сигарету от губ. Смотрел на светлеющее небо и выпускал кольца в воздух.              — Еду-то принес?              Губы Томаса искривила легкая усмешка.              — В лучшем виде, — он чуть дернул ногой, и раздался шорох бумажного пакета. — Как раз искал тебя, когда встретил Перриша в коридоре.              — Отлично. Не против поесть прямо здесь? — окурок, выписав причудливую дугу, улетел куда-то вниз. Если узнают, что он опять засоряет подъездную дорогу, выпишут ему хорошенькую взбучку.              — Только за, — второй искрящийся огонек отправился вслед за собратом.              Сангстер развернулся и, подхватив пакет, просто сел, оперевшись спиной на парапет. Дилан устроился рядом.              Пожалуй, это был самый приятный завтрак за всю эту проклятую неделю.