Напарники

      Дождь зарядил еще с ночи. Утром солнце даже не показалось. Тучи нависли серой армадой, исторгая не капли даже, взвесь дождя. Вода застыла в воздухе, пропитала улицы, дома, асфальт и людей.              На кладбище сегодня было многолюдно, несмотря на ранний час. Люди прятались под зонтами, совершенно не спасающими от разбушевавшейся погоды. Где-то вдали грохотал гром. Ветер трещал деревьями в отдалении, заглушая читающего молитву священника.              — Мой Боже, Ты — безошибочная Истина, я верую во всё, что Ты открыл нам, и во что святая Церковь велит нам верить.              Дилан сильнее сжал ручку зонта. Пальцы замерзли даже в перчатках.              — Верую в Тебя, единого истинного Бога в трёх равных и самосущих Лицах: Отца и Сына, и Святого Духа.              Слева изваянием застыл Томас. Он низко опустил голову, словно гипнотизировал траву под ногами.              — Верую в Иисуса Христа, Сына Божия, ради нас вочеловечившегося, умершего на кресте и воскресшего, Который каждому человеку воздаст по заслугам — вознаградит или покарает.              Справа Крис обнимал за плечи дочь. За ними Лидия в шляпке с вуалью прикладывала белый кружевной платок к глазам, прячась под зонтом Перриша. Финсток нервно курил чуть в отдалении.              — Желаю всегда жить этой верой: Господи, укрепи мою веру.              С другой стороны от гроба бледный Айзек немигающим взглядом гипнотизировал закрытую крышку гроба, виднеющуюся на дне могилы.              — Мой Боже, уповаю на то, что по обетованию Твоему и заслугами нашего Спасителя, Иисуса Христа, Ты по благости Твоей даруешь мне жизнь вечную и благодать, необходимую для того, чтобы я заслужил эту жизнь хорошими поступками, которые я обязан и желаю творить.              Дерек стоял рядом с Лейхи, опустив руку на его плечо. Но не сводил глаз с Дилана. Он чувствовал его взгляд. Хэйл заново прожигал в нем зияющую, уже почти заросшую рану.              — Господи, соделай, дабы я мог радоваться Тобою в вечной жизни. Мой Боже, я всем сердцем скорблю о моих грехах, ибо, совершив грех, я заслужил Твоё наказание.              Единственное, чего О'Брайену на самом деле сейчас хотелось, убежать как можно дальше отсюда. Содрать с себя эту похоронную одежду, пропахшую сырой землей. Смыть ледяную морось. Стереть этот липкий ненавистный взгляд.              — Сокрушаюсь о них, ибо оскорбил Тебя, бесконечно благого и наиболее достойного любви. С Твоей помощью я обязуюсь впредь избегать соблазнов, дабы более не оскорблять Тебя.              Неожиданно Дилан почувствовал тепло слева. Томас, чуть поменяв точку опоры, привалился к нему плечом, продолжая смотреть прямо в землю.              — Вечный покой даруй усопшим, Господи, и да сияет им свет вечный. Да покоятся в мире. Аминь.              Как будто ожившие фигурки в руках кукловода, они один за другим потянулись к могиле, бросая цветы на крышку гроба. А затем поспешили покинуть это место.       

***

             Зонтики валялись на заднем сидении, но Дилану было совершенно плевать на то, что салон промокнет. В машине было оглушительно тихо. Лишь шум города извне, что просачивался даже сквозь запечатанные двери и окна, гулял по салону. Томас все так же молчал, смотря на сложенные на коленях руки. Дилану почему-то было не по себе. Но не из-за Питера, с которым он проработал 3 года за соседними столами, теперь лежащего в могиле. А из-за странной подавленности своего напарника.              — Не против заехать выпить кофе? — после долгого молчания голос был сиплым. Сангстер не среагировал. Дилан прокашлялся и позвал громче: — Томас!              Тот встрепенулся, словно спал с открытыми глазами, переводя недоуменный взгляд на О'Брайена.              — Ты что-то говорил?              — Что-то вроде того, — Дилан усмехнулся, снова вернув все внимание дороге. — Заедем выпить кофе?              — Да, было бы неплохо, — краем глаза О'Брайен видел, как Томас закивал словно механический болванчик. Любопытство вперемешку с беспокойством снова загрызло что-то внутри.              Свернув на соседнюю улицу, Дилан очень быстро доставил их до своего любимого кафе. Они были здесь совсем недавно, но казалось целую вечность назад.              Томас послушно вышел из машины, стоило Дилану припарковаться, и прошел внутрь, бездумно как-то занимая тот же столик и то же место, что и в прошлый раз.              О'Брайен задержался у стойки, заказывая им кофе и сэндвичи. Утром завтракать совсем не хотелось, а сейчас желудок сводило от голода. Расплатившись, Дил прошел к столику, сев напротив Томаса.              Они молчали, рассматривая людей за окном. Принесли кофе. Сангстер тут же вцепился в кружку, пальцы его побелели. Он сделал пару глотков и шумно выдохнул, чуть неуловимо расслабляясь. И когда это Дилан стал замечать такие мелочи?              — Ненавижу похороны, — пробормотал Томас, почти не отрывая губ от кружки.              — Не лучшие воспоминания?              — Именно, — быстро стрельнув глазами, словно прощупывая реакцию напарника, он снова уткнулся в кружку.              — Я думаю, это нормально не любить похороны, — Дилан снова уставился в окно, стараясь отогнать плохие воспоминания. — Особенно для тех, кто терял близких.              На секунду тишина между ними зазвенела, а потом лопнула, осыпав их не стеклом, а уютом понимания. Они оба теряли кого-то. Им обоим тяжело далось это утро. И это нормально. Им комфортно не скрывать свое состояние друг от друга. Ибо они п о н и м а л и, через что проходит другой.       

***

             В офис все вернулись после обеда. И Дилан с Томасом даже не были последними. Отдел медленно наращивал темп, приходя в себя после напоминания о потере. Отрабатывались версии первой подсказки, поиск преступника по психологическому портрету и, конечно, отслеживание машины Питера после того, как они со Жнецом покинули парковку.              Техотдел предоставил все записи, на которых в кадр попала машина Хэйла, и Дилан с Томасом отсматривали их до самого вечера, фиксируя каждый поворот, пытаясь составить маршрут их убийцы.              Работа была уже завершена, и они решали, что выбрать: написать отчет сейчас и уехать домой под утро или все-таки сначала немного поспать, а с утра предоставить Крису полный рапорт. Но судьба как всегда решила за них.              Пэрриш поднял трубку зазвонившего телефона, тут же вскочил, опрокидывая стул, не отрываясь от разговора, и затем, кинув трубку мимо гнезда телефона, повернулся к ним.              — Патрульные обнаружили машину Питера.              — Мы поедем, — Дилан схватил пиджак с кресла, направляясь к выходу. — Скажи Крису, что отчет о маршруте и инфу по машине напишем завтра.