Прости меня, Шаст

      Давайте честно. Вы знаете, что такое неразделенная любовь? Нет, не та, что возникает у девочек в пубертатный период, когда они каждый новый день влюбляются во всех мимопроходящих парней. И не та, что испытывают особи мужского пола, разглядывая фото симпатичных звёзд.       Я говорю про то чувство, когда ты ощущаешь родственную душу в человеке, что живёт с тобой в одном городе. Которого ты видишь чуть ли не каждый день. Ты с ним работаешь. Ты с ним ездишь по гастролям. Ты состоишь во всех беседах социальных сетей с ним, несмотря на то, что он очень редко обращался к тебе.       Знаете, это чувство, когда ты не нужен тому, кто смертельно необходим твоей душе и твоему телу? Ты уже не замечаешь жизнь, не видишь в ней смысла, как бы нелепо это не звучало. И если раньше ты с удовольствием наблюдал за изменчивостью погоды ближе к весне, за людьми, идущими с усталью после работы, которым в один прекрасный миг приходит на телефон смс, и они тут же расплываются в улыбке, забывая про все проблемы, то сейчас от этого не осталось ни единого следа.       Антон снял с себя розовые очки. Февраль.       Все такое серое и хмурое. Теперь прохожие кажутся ему зомби, готовые убивать всё и всех. Природа.. На которую он когда-то смотрел сутками, блуждая по улицам.. Да какая, к черту природа? Везде эти стремные серые дома, сплошная реклама там, где её даже не ожидаешь увидеть, офисы, офисы, офисы, где сидят все те же рабочие с чёрными мешками под глазами.        Лужи. В них отражается красный свет светофора, что подаёт сигналы этим машинам. И тоже серым. Грязным. Возможно, кто-то из водителей сейчас пьян. Кто-то неусмотрителен. Кому-то позвонили по телефону, и на повороте он распрощается со своей никчемной жизнью.       Теперь нотки счастья в буднях Шастуна окончательно испарились. Всё казалось смертельно надоевшим. Он сам поражался, как чувства к одному человеку из стольких миллиардов смогли поменять его отношение к этому миру.       Так было два года. Два года всем полюбившейся телепередачи "Импровизация", два года частых интервью и постоянных фото с поклонницами. Два года концертов, два года мелькания по тв.       Нет, если вы думаете, что Антон не боролся за свою любовь, то напрасно. Он предпринимал все меры, чтобы под другим руслом расположить к себе Арсения.       Арсений.. До встречи с Поповым он не любил это имя. Считал, что его носят какие-нибудь неудачники или ботаны. Но вскоре все изменилось. Арс. Вы чувствуете прилив тепла по телу после произношения этого имени? Вам вспоминается осень? Нет, вовсе не холодная и сырая, а тёплая. Солнце, желто-красная листва, летающая повсюду, ясные улыбки на уютных лицах. Свидания, парки, чистый воздух, и немного прохладный несильный ветер. Аромат только что испеченных булочек, вкусного кофе, нет?       Антон, сам не контролируя свое тело, шёл, искренно улыбаясь.       Как-то совсем недавно, после концерта в Туле, Шастун подошёл к уставшему Попову, засыпающему на кровати своего снятого номера в отеле, и оставил корзину с популярными Тульскими пряниками, начинку которых составляли шоколад, а где-то и сгущёнка. Он знал все, что любил его, увы, коллега.. (почему, почему только коллега?!). Эти выбившиеся из причёски тёмные волосы спадали на лицо обладателя. Антон просто провалился. Он не смог уйти. Он сидел на корточках, разглядывая эти ямочки на щеках, щетину, которую так любил, длинные ресницы. Парень поправил чёлку брюнета, докоснулся своими губами до его виска, и ушёл. Господи, как же он часто вспоминал этот момент. Мягкая кожа. Такая тёплая. Он хотел её трогать, трогать, и.. целовать.       Каждый раз пребывания на радио или шоу, Шастун якобы невзначай дотрагивался до рук и талии Попова, что вызывало ярые эмоции со стороны фанаток.       Да, Антон читал все фанфики про них с Арсением. И умилялся. Умилялся и все больше закрывался в себе, пытаясь скрывать накатывающиеся слезы. Он жалел, что все сюжеты в рассказах были не правдивыми.       Он так любил сводить все импровизации с парнем к пошлому итогу. Так любил, когда Воля назначал Шастуна девушкой в так полюбившейся "Меняй". И ненавидел, когда на всем том, к чему он вёл, Паша нажимал кнопку, заканчивая этот "бред".       А шокеры? Боль не мешала ему работать. Она не причиняла ему вреда. Ему лишь было страшно за Попова. Когда того били током, Шастун постоянно хватал его за руку, будто бы помогая не упасть. Он хотел к нему прикасаться. Хотел. Чаще.

***

      Заходя в гримерку, парни с интересом обсуждали все то, что происходило в течение 2 часов на сцене. - Фух, я рад, что эти гастроли наконец закончились, - изъявил Матвиенко, потянувшись за бутылкой прохладной воды. - Теперь 2 недели отдыхаем. - Сам не верю, - поддержал Попов, - Может, отметим крайнее удачное выступление? - подмигнул он глазом парням. - Я за, - прикринул Дима, находящийся в конце комнаты и шустро печатавший вывод к новой рецензии недавно просмотренного фильма. - А ты? - спустя минуту молчания спросил Арс у меня. - Я... А.. Давайте, да. Конечно, - не сводя взгляд с его блестящих глаз цвета ужасно холодного и глубокого океана. Цвета свободы и простора.       Вечером того же дня, выпив немалое количество алкоголя в самом популярном баре Москвы, ребята обсуждали куда поедут на отдых . - Я вот собрался на горнолыжку. Эй, ты, повтори пожалуйста, виски со льдом. Люблю кататься, короче. Спуск. Снег. Сноуборд. Да, деткаа, - постоянно отвлекаясь на бармена рассказывал Серёга, - Хотите со мной матнуть? Я вам отвечаю, будет весело.       Ему начал сразу что-то отвечать Позов, но я уже не слушал. Мне было плохо. Только от чего? От выпитого спиртного, или от того, что Арс сейчас сидит и грустно смотрит в пустоту? - Арс, - тихо шепнул я ему, - Пошли отойдем.       В тот момент я ни о чем не переживал. И, нужно сказать, не думал. Мне уже было все равно, серьёзно. Я признался Попову в любви.