Буря внутри меня

      — Бабушка, что это там было, на улице? — перепуганная странными явлениями Марина жалась к бабуле.       — Сейчас попробуем понять, — медленно, выцеживая каждое слово, ответила женщина, раздумывая над чем-то. — Марина, ты как-то говорила, что слышишь повсюду звуки воды.       — Д-да, слышу! — оживилась девочка, воодушевлённая тем, что кто-то готов с ней поговорить на эту тему. Мама обычно отмахивалась от неё, когда она рассказывала ей об этом, и даже пригрозила отвести к психиатру, если эта навязчивая идея будет продолжаться, поэтому Марина больше при матери не заикалась об этом, а бабушка не такая, как мать, она мыслит совершенно иначе и, быть может, сможет объяснить, что это значит.       — И сейчас слышишь?       — Да, но не слишком громко.       — А там, на улице, тоже слышала?       — Там было так сильно, что я не слышала ничего, кроме этого, — девочка снова затряслась, вспоминая непонятные происшествия.       — Ты слышишь только шум или там можно различить какие-то слова? — вполне серьёзно спрашивала баба Люся.       — Не знаю… — растерялась Марина, вспоминая, что она обычно слышит.       — А попробуй сейчас прислушаться, — на этих словах бабушка замолчала и тихонько встала, приоткрывая окно на улицу.       Девочка, удивлённая этой просьбой, всё же попробовала прислушаться, как обычно напрягают слух люди, пытаясь подслушать чей-то разговор. Но…       Вечерние шорохи. Скрежет колёс упряжки, проезжающей мимо. Лязг цепи дворового пса. Шум от взмаха гусиных крыльев. Ничего похожего на шум воды. Пока.       Детские крики на соседней улице. Голос какого-то мальчишки…       Голос, похожий на Влада.       Табун мурашек по коже. Монотонный нарастающий шум в ушах. Всплеск. Будто с высоты Ниагарского водопада кто-то выплеснул ведро воды, и она с шумом упала наземь, разливаясь и растекаясь, заполняя собой каждую трещинку в земле.       Марина тряхнула головой, освобождаясь от этого звука.       — Что? Никак? — подсела к ней бабушка.       — Я слышу только шум… никаких слов. Иначе мама бы давно определила меня в больницу.       — Ерунду делает твоя мать! — вскипела женщина, но тут же осекла себя. Не время сейчас обсуждать с девочкой методы воспитания. — Давай попробуем с тобой другой способ.       На этих словах бабушка встала и вышла на улицу. Марина услышала, как бабуля взяла ведро и опустила его в колодец. Сначала звучно звякнули ржавые цепи, заскрипел механизм, опускающий ведро на глубину. Гулкий звук удара ведра о поверхность воды где-то на глубине. И вот уже через пару секунд снова лязг цепей и звук переливающейся воды. В комнату старушка вошла с ковшом воды, но тут же остановилась, будто размышляя, что с ним дальше делать. Она внимательно взглянула на внучку, поставила ковшик на стол и направилась к печи. Около неё с потолка свисали целые букеты собранных трав — заготовки на зиму. Баба Люся делала из них всякие настои и отвары, спасая себя и соседей от простуд и других болезней. Осмотрев свои богатства, женщина вытянула из одного пучка какой-то стебель, покрутила его в руках и, смяв в ладони, отправила в ковш с водой.       — Ну-ка, держи, — приказала она девочке, протягивая посудину.       — Я не хочу это пить, — поморщилась девочка, глядя на плавающие на поверхности воды сухие листочки травы и голубые лепестки какого-то цветка.       — И не надо. Просто возьми, — бабушка настойчиво всучила ковш в руки.       — И что мне с этим делать?       — Попробуй услышать её.       — Кого? — недоумевала Марина.       — Воду! Кого же ещё?       Как бы странно выглядел этот диалог со стороны, если бы кто-то случайно сейчас их подслушивал. Но только вот этим двоим было совсем не смешно и как бы странно не выглядела просьба старушки, девочка решила её выполнить во что бы то ни стало. Она снова попыталась напрячь слух и даже поднесла ковшик ближе к уху, чтобы лучше слышать, но ничего не выходило…       — Попробуй включить другие чувства. Не слух, — подсказала бабушка.       На удивление Марина поняла, о чём говорит ей бабуля. Много раз в мистических фильмах по телевизору девочка видела, как всякие ведьмы проводят обряды. Они закрывают глаза, начинают что-то нашёптывать и размахивать руками. Хорошо. Закрыть глаза не составит труда, но что нужно произносить в этот момент, она не знала. Ладно. Начнём с малого.       Девочка закрыла глаза, всё крепче сжимая в ладонях ковшик с водой. Она попробовала сосредоточиться и ни о чём не думать. Но это мало получалось, ведь в голове всё ещё крутились слова мальчишек: «Владька влюбился в Светку!». Это снова вывело Марину из себя, и в ушах снова стал нарастать шум. Захотелось открыть глаза и тряхнуть головой. Обычно это помогало, но сейчас она лишь сильнее зажмурила веки, вслушиваясь в эти странные звуки в своей голове. На мгновение ей показалось, что в этом шуме кроется какая-то еле уловимая музыка. Знакомая мелодия, которую она точно раньше слышала, только вот никак не могла вспомнить, где именно… она стала усиленно шевелить мозгами, перебирая в голове все воспоминая, стараясь найти хоть малейшую зацепку на то, что это может быть за музыка. Эти несколько нот, послышавшихся ей, совершено точно имели для неё большое значение!       Наблюдавшая со стороны за своей внучкой женщина, мрачнела с каждой минутой всё больше и больше. Всего час назад перед ней резвилась счастливая современная девочка, планировавшая на целых два месяца затеряться ото всех в полях среди созревающей пшеницы, забыв обо всём на свете. А уже сейчас перед собой она видит, как её единственная внучка, находясь в каком-то трансе, слегка покачивается из стороны в сторону и напевает какую-то мелодию, состоящую всего из нескольких нот. Одной рукой девочка держит ковш с водой, в который женщина бросила соцветие аконита, а другая её рука замерла над поверхностью воды, буквально в миллиметре, не касаясь её. Зрелище поистине странное.       — Марина, — попробовала окликнуть она внучку, но девочка не реагировала.       Она была будто под гипнозом или в каком-то глубоком трансе. Как долго она могла вот так сидеть, бабушка не знала, поэтому решила, что надо это прекратить. Поэтому легонько дотронулась до плеча малышки.       — Маришка…       Девочка резко вздрогнула, её пальцы коснулись воды, и она с визгом отбросила ковш от себя, расплёскивая воду по всему полу.       — Что случилось? — перепугалась старушка.       — Вода жжётся, — напуганная крошка поджала ноги к груди, обхватив колени двумя руками, и смотрела на лужи, оставшиеся на полу.       Будто не поверив её словам, баба Люся наклонилась и осторожно коснулась пальцами воды. Никакого жжения. Всё ясно.       — Ну, что? Ты слышала что-то, кроме шума? — не отставала бабушка.       — Да, какую-то музыку.       — Какую?       — Я не помню, где слышала её раньше… бабушка, что всё это значит? — растерянные детские глазки забегали по комнате, рассматривая поочерёдно то бабушку, то разлитую воду с ярко-синими лепестками.       — У воды есть память, — начала рассказывать старушка, усаживаясь в своё кресло. — Вода была задолго до появления Жизни. Вода будет и тогда, когда мы все умрём. Она всё знает и всё помнит. Только она знает всю правду: как всё было и как всё будет. С её помощью можно заглядывать в прошлое и будущее, а в настоящем можно влиять на многое.       — Это как??? — ошарашенно уставившись на неё спросила Марина.       — Без воды нет жизни, ты сама это знаешь. Во все времена только на воде и делались всякие заговоры да колдовство. Вода всё понимает. Что бы ты ей ни сказала. Даже заклинания никакие не нужны. По крайней мере тебе… — на этих словах бабушка внимательно посмотрела на внучку.       — Что это значит? — зеленовато-голубые детские глаза не моргая рассматривали морщинистое лицо бабушки, умоляя рассказывать дальше.       — Ты — ведьма воды, — старушка постаралась произнести это как можно мягче, но как вообще возможно смягчить эту новость?       Будь на месте Марины взрослый человек или подросток, он бы рассмеялся во весь голос и счёл бабулю выжившей из ума от старости, но восторженный вздох ребёнка дал понять, что она верит каждому слову пожилой женщины.       — Я кто?! — переспросила девочка.       — Ведьма воды, — повторила баба Люся. — Сила твоя в том, что ты людям можешь как помогать, так и мешать. Тебе для этого никакие заклинания не нужны. Тебе нужно только захотеть этого и с водой договориться.       — Договориться?       — У всего есть цена. У каждого поступка и каждого желания своя. Каждое обращение к воде придётся вернуть.       — Как? — недоумевала крошка. Что значит вернуть вообще? Если она ведьма воды, значит она может управлять ею. Почему она не может просто приказать?       — Этого уже я не знаю. Она сама решит, какая плата будет. Другим помогать можно безвозмездно, а если будешь для себя просить, то придётся платить, — старушка вздохнула.       — А как именно никто не знает. Только сама Вода.       — Бабушка, — почти шёпотом начала говорить Марина. — А откуда ты всё это знаешь? Ты тоже ведьма?       — Нет, — рассмеялась женщина, — по сравнению с тобой я так… и рядом не стояла. Ты — настоящая. А я так… научилась кое-чему.       — А меня научишь?       — Научу. Но то, что умею я — ничтожная часть того, что можешь делать ты.       Мечты сбываются. Всегда. Но зачастую уже тогда, когда ты о них и думать забыл. В далёком детстве Марина мечтала познакомиться с настоящей ведьмой. Кто же мог подумать, что всё это время, ведьма крылась внутри неё?