Kuksuger

Одна проблема решена. Смартфончик-то родименький вот он, в руке уже, и к груди прижимается! Нашёлся. Правда, теперь норвежец нос к носу столкнулся с перспективой самого себя потерять уже в неизвестном направлении. Ведь белый Гранд Чероки с Джонсом за рулём куда-то тронулся. Кеттиль дёрнул ближайшую к себе ручку двери изнутри. Не открывается. Вот ты какое — "с места в карьер"! — Hva..? А тачка продолжала ехать. Куда-то. Его. Сейчас. Похитили? Ну уж нет, в следующей жизни. И, утверждая это, Кеттиль гаркнул во всю мощь своих лёгких: — Выпусти меня, блядь, немедленно! — Тихо. Американец произнёс это слово необычайно сдержанно для своей интонации. Даже твёрдо. Только вот не на того напал. Нет, тихо уже не будет. В доказательство серьёзности своих намерений, по белобрысому затылку недо-похитителя прилетела неслабая такая затрещина. Руль дёрнулся вместе с тачкой. — Ты ебанутый?! — теперь в голосе Джонса слышалась чистая паника. — Быстро двери разблокировал. — Щас не могу, поясню потом. — Ты совсем охуел..? — новый удар наотмашь, теперь уже по щеке. — Блять! — теперь Джонс тоже вскрикнул. Машина чуть взвизгнула тормозами. Капот задел красно-жёлтую рекламную табличку на выезде с территории заправочной станции с надписью "Доброго пути!". Куда уж тут. Тут Кеттиль и охуел. Вечер обещает быть не то, что томным.. Вероятно последним, судя по водительскому скиллу вынужденного компаньона. Нетушки, так не пойдёт. У него были другие планы на концовку этого дня. — Тормози! Или открой дверь, сам выпрыгну! — Блять, да уймись! Мы так разобьёмся нахрен! Это очевидно. На эмоциях Кет долбанул ногой в спинку водительского кресла и повысил голос пуще прежнего. — Это я тебе ебальник сейчас разобью! — Я херово вожу, не отвлекай меня, пока не приехали! Альфи и правда было сложно за рулём. Ещё и в таких декорациях, и с таким пассажиром. Выучился совсем недавно, опыта нет.. И в экстремальном вождении тем более. Но, видимо, сейчас появится. Он крутанул руль, избегая столкновения со столбом. Тем временем, лицо норвежца, обдумывающего сказанное водителем, сильно изменилось. Оно выдало растерянность и даже некий страх. Вот такого поворота он не ожидал. Как и резкого поворота Гранд Чероки в сторону. Здорово мотнувшись влево, он обычным тоном спросил: — Куда нахер приехали?! — Не знаю! Нда, ожидаемый ответ от тупого янки. Но явно не в такой ситуации. Парень пожалел, что не взял из дома рюкзак с ножом. — Ты реально дебил? Ты зачем меня сцапал? В ответ — тишина. Видимо, нулевой в скилле вождения Джонс совсем обосрался и боится лишний раз отвлечься. Ну-ну. Раз тут не слышат слов, то переходим к действиям. Норвег откинул чёлку с глаз и начал претворять свой только что пришедший в голову план в действие. Извернувшись из положения лёжа на животе на спину и ясно чувствуя под спиной неуютные бугристые коврики, Сигурдссон кое-как заполз на заднее сиденье. Широкое, кстати, и мягкое. Расходясь с атмосферой уюта приятного кресла и сдержанностью дорогого салона, нога в кроссовке с силой долбанула по затонированному в чёрную окну. Тачка снова чуть дёрнулась. А разбить стекло не получилось. Неудивительно. Такой-то крейсер. Но и у Кета ноги не хрустальные. Ещё удар. — Ботан, кончай с этим! Кеттиль и бровью не повёл. Лишь вложил в ноги больше сил. — Сам кончай, еблан! — Хватит ебать мозги! — А ты меня выпусти! Вдруг мешанину из криков на два голоса перебил телефонный звонок. Каким-то образом недавно включённая вибрация на телефоне Джонса отключилась. Тем криповей стало. Ведь американец знал, кто это звонит, но самому удостовериться было страшно. И он кинул телефон назад, не глядя. — Посмотри, кто звонит? Странный способ перевести тему. Но норвег почему-то послушался. Если честно — он тупо устал колотиться в окно, на котором до сих пор не было ни трещинки. Ноги затекли. Ну и стёкла. Взгляд скользнул по экрану чужого айфона. — "Jaxx DD". Со стороны водителя послышалось равнодушное "м-м". Тем не менее, руки взялись за чёрную оплётку руля ещё крепче. И Сигурдссону это не понравилось. Явно же не просто так с места в карьер стартовали. Кажется, жопе америкоса грозят безрадостные дни. — Куда мы хоть едем? — Пока что точно не по домам. А зря. И зря норвежца втянули в эту всю историю. Он устало вздохнул и без прежних эмоций попытался развить тему, параллельно вроде как догадываясь о причинах внезапного заезда. — Слушай, если у тебя проблемы с тем, что ты взял батину тачку, то.. — Это не батина. И не друга. И не моя. Кеттиль едва успел одним мгновением заметить в зеркале заднего вида непривычно, — слишком, — серьёзный и нахмуренный взгляд обычно лайтового парня. И Джонс вдарил по газам. Так резко, что Сигурдссона чуть откинуло назад. Стандартная мелодия вызова на чужом айфоне всё не умолкала и даже не думала. А за окном пролетали какие-то не совсем знакомые пейзажи. — Чел. Голос норвежца прозвучал как-то хрипловато. Он впервые не сразу понимал, что тут делать. Хотя вполне понимал, что с подачи тупого Джонса заварилась нихуя не милая подростковая шалость. Иначе бы они не неслись, едва не собирая все препятствия в округе. В ответ — вновь тишина, уже второй раз. Пару поворотов на действительно опасных при резком выкручивании баранки скоростях, плюс учитывая габариты Гранд Чероки, и.. — Обещал — объясню. Ляг на пол и не вставай пока что. Потом на меня наорёшься, разрешаю. Только сейчас молчи. Слишком, слишком спокойным тоном. Дело совсем плохо. Хуже, чем могло бы быть даже в теории. Кеттиль без возражений медленно устроился на полу, как смог. Руки со смартфоном прижались к подбородку. Ступор. А он думал, по устоявшейся программе будней ожидается ещё один скучный остаток скучного дня после школы. Но в расписание были внесены срочные и кардинальные изменения — жирным красным маркером и хаотичным почерком. Он любил хаос больше привычностей, да. Но чтобы вот так резко..? И, очевидно, небезопасно.. Один вопрос: что отчебучил этот полудурок с идеальной укладкой? Что он мог такого натворить..? Рядом тихо что-то зажужжало. Кресло. Джонс медленно откидывал спинку своего водительского кресла прямо на ходу. Значит, ему тоже надо не отсвечивать. Обычно равнодушный взгляд Сигурдссона застыл. Рядом пиликали и пиликали бесконечные входящие звонки от того, кто набирал и ранее. Им пизда. И в них, вероятно, планируют стрелять. Если догонят. Хотелось очень много чего спросить, и поскорее. Но сейчас норвежец только кастовал внутри себя бесконечную пустоту. Он не боялся смерти, смирившись с ней, будучи классическим адептом древнескандинавских верований. И всё-таки перспектива во цвете лет либо разъебаться на непонятно чьей тачке в дебрях Штатов, либо и вовсе быть застреленным за чужие грехи.. Нет, нахуй надо. Так, в принципе, решил бы любой. Хоть верующий в Одина и Локи, хоть атеист, хоть суицидник. Интересно, а у красавца, что по уши в дерьме, хотя бы геолокация-то выключена? Или им действительно скоро придёт финалочка подарком от того, кто очень хочет и не может дозвониться? Впрочем, им самим бы знать, где они. Путь шёл куда-то в сторону железнодорожного переезда. Спустя неизвестный, но долгий период полной тишины в салоне и нескончаемой дороги под массивными колёсами, белая автомахина американского производства остановилась где-то в не самой густой чаще. Ладонь Джонса медленно повернула ключ в замке зажигания. Мотор затих вместе с разом погасшими фарами. Полная темнота, цикады и желтовато-оранжевые осенние заросли лаконоса американского или просто фитолакки на обочине, что Божьим даром сейчас скрывали приметный в темноте белый цвет Гранд Чероки и всеми силами спасали две жопы от огромных проблем. Зависнув на секунды три, Альфред, кажется, впервые за всё время полноценно моргнул. Да-а, ну и поездочка выдалась. Часы на приборной панели показывали полвторого ночи. Долго же они летели. Парень сглотнул и бесшумно, но от души выдохнул. Оторвались всё-таки. Ладонь на ощупь нашарила в бардачке пачку каких-то сигарет, а в кармане, зная личный инвентарь, пальцы наткнулись на Zippo. Именную, между прочим. Как бы её не проебать здесь в качестве расстрельного доказательства причастия к угону. Да уж, плюс одна статья. А Альфреду Франклину всего-то шестнадцать недавно исполнилось. Растёт. Нервная, глубокая затяжка сигаретой отозвалась пережатым горлом. Жёлтый Кэмел, ну надо же. Всё-таки сдержав позывы к кашлю, Джонс выдохнул горький дым. Хотел бы кольцами, да не при таком раздрае. Всё равно не видно нихера в такой темени. Несмотря на непроглядную темноту, парень глянул куда-то в сторону зеркала заднего вида. — Можешь проораться на меня. Только вполголоса. Конспирация, шаришь? Даже сейчас ему хотелось пошутить. Такой он человек. Хоть и понимал прекрасно с минуту назад, что играется в догонялки с самой Смертью. Весельчак он и есть весельчак. — Орать влом. Чё это было? Весьма простой и логичный вопрос с крайне непростым ответом. Джонс медленно вдохнул носом, впуская в себя ещё немного характерного сизого дыма от чужих, как и эта красивая машина, сигарет. Пепел перетлеет — сиденью из кожи с замшей пиздец. Но это в данной ситуации едва ли важно, как и сам факт ночных гонок по вертикали на чём-то, что вряд ли принадлежит тебе самому. Пауза затянулась, но скандинав очевидно был готов подождать. Раз уж вместе с ним только что такое пережили. И живы остались. Каким-то чудом неземным. — Это был тот, кто мне звонил. Поэтому и трубку не беру. — Хозяин тачки? — Бля, да если бы. Я был бы счастлив. Это.. Давай скажем так: хозяин, но кое-чего совсем другого. — Ты у него это "другое" тоже спиздил? — Да нет. — и внезапно для себя самого Джонс улыбнулся. — Угадать хочешь попробовать, а? Кеттиль воспринял это предложение положительно. После такой встряски ещё больше в негатив уходить было бы просто невозможно. Следовательно, стоит пока держаться на нейтрале. — Давай. Ты его тёлку трахнул? — Не-е, мимо. — Хм, самый очевидный варик выбил. Ладно. Дружки твои из гетто? — Не, у меня их мало. И те — кенты чела из класса, которых я не знаю. Я негров не фанат. — Альфи шмыгнул носом, запросто раскрывая факт непростительного, казалось бы, в американской повседневности, расизма. Норвежец удивился. Больше того, он даже слегка прихуел. Вау, а этот чел ещё не на все сто процентов потерян. Но до конкретного респекта в глазах норвега ещё далеко. — Ты с этим челом хуями мерился и вы посрались вдрызг? — Бля, там всё решается дракой. А её я не боюсь. — Но чего-то же боишься, раз так удирал. — Верно. Плюс ещё твоя невинная жопа в нагрузку шла. Кеттиль на секунду нахмурился в попытке понять, была ли это просто фраза или некий странный подъёб про анальную девственность, но быстро забил. — Кстати, тебе уже минут десять не звонят. Я даже переживаю. — Ага. Эти мудаки из-под земли достанут. — дотлевшая в ноль сигарета, выполнив свою задачу по успокоению нервов, полетела окурком в приоткрытую дверь. — Пошли, Чайник. — Куда..? — Куда-нибудь, пока нас не нашли. — Геолокацию ты всё-таки не вырубил? — Не успел. — и Джонс, хоть и с опозданием, но поспешил отрубить эту опцию на телефоне. — У тебя хоть ловит? — Не-а. — телефон лежал без связи в стремительно леденеющих руках. Ноябрь в Теннесси был достаточно тёплым, балуя невиданными в Норвегии 18-19° по домашнему Цельсию или долбанутыми 64,4-66,2° по дурацкому местному Фаренгейту, но в ночи не церемонился. Под ногами иногда похрустывали редкие листья. — Дойдёшь со мной и у домов поймаешь сеть. Мы хер знает где. — А тут есть дома? — Да. Моя подруга вроде тут живёт. — Ну тогда это не совсем хер знает где. Шаг за шагом по листьям и примятым газонам. Холодрыга страшная. По ощущениям градусов, в лучшем случае, десять. Тонкая синяя кофта не была направлена на обогрев тела. Собственно, поэтому Кеттиль даже не планировал залупаться по вопросу посещения незнакомого дома. В любой другой ситуации уже б на говно извёлся, со всей своей не то интроверсией, не то мизантропией. Он ещё сам не определился. Аккуратненькие красненькие домики. Таких миллиард в пригороде и в таких обычно живут семьями. Не хватало ещё какой-нибудь разбуженной мамки в халате. Впрочем, уже подходя к крыльцу нужного дома, норвежец чётко понимал, что никакой мамки тут не ожидается. Распущенной милфы — может быть. Ведь за входной дверью лупила музыка, несмотря на наглухо занавешенные изнутри окна. Из распахнутой настежь двери чуть ли не выпала милая рыжуля с целой копной волос и дурацким септумом. Синяя, как море. И такая же радостная Джонсу. — Хандрэд! Любимый мой, привет! Судя по приветственному поцелую от Альфреда до самых гланд хозяйки дома, с бонусом из смачного хватания рыжеволосой за упругий зад, эпитет про "любимого" был не пустыми словами. Красавица запрыгнула на капитана футбольной команды прямо с ногами и, держась за его шею, благополучно прошестовала в дом. Этот влился с порога, подумалось Кету, вспоминая своё панковское прошлое, что на самом деле мало чем отличалось. — Ребяяяяяятааааа! Где штрафные? — всё так же повиснув на госте, рыжуля явно намеревалась добавить в тусовку новый градус. Да и в новоприбывших тоже. — Я не пью. Кеттиль попытался было отказаться, но.. — ПЕЙ! ПЕЙ! ПЕЙ! ПЕЙ! ПЕЙ! ПЕЙ! Как тут не вспомнить своё разгульное прошлое, ну? Сглатывая из нехилого стакана, что по размеру почему-то был раза в два больше обычного, Сигурдссон снова поддался на "правило тусовки". Водка с апельсиновым соком. Ну и говно. Замешано на скорую руку и в неравных пропорциях, с лютым перекосом в сторону алкоголя. Всё точно как в юности. В каком, правда, возрасте у норвега была юность, учитывая, что ему и сейчас всего семнадцать — вопрос ещё тот. Но пил он где-то с неполных двенадцати. Значит, и юность затерялась где-то там. — Бэтс, ну слезай! — послышался пьяный и как будто обиженный голос. — Вообще-то я твой парень! — А чё, новенькие выпили и всё..? — воскликнул кто-то совсем бухущий. Кем бы ни была эта Бэтс, равных в молниеносном переводе стрелок ей просто нет. Двое едва вошедших и глазом не успели моргнуть, как были запихнуты в какой-то чулан на seven minutes in heaven. Вот лиса..! Даже бухая умудрилась перед парнем отвертеться, скинув двухметровый блондинистый раздражитель в каморку с тем, кто ближе стоял. И снова темнота. Спасибо, в этом плане и улицы хватило. Резко включился небольшой свет. Норвег зажмурился, но был благодарен. — О, ты знаешь, где тут свет включается? — Типа того. Когда-то тут её ебал. — и американец отпил прямо из захваченного с собой водочно-апельсинового графина. — Фу. — А чё, её все ебали. Не я первый, не я последний. — оба сели напротив, в тесном пространстве почти сталкиваясь мысками кроссовок. — У неё парень — лох, конечно по хуям пошла. Но и ты сам падальщик. Это же пиздец мерзотно. — Мне-то похуй. Я не её парень. И ничей парень. — Ладно ничей. Но ебать кого попало..? — Ну и чё? — Да неуважение к себе какое-то. — Пф. — Альфи вновь приложился к графину, сделав несколько хороших глотков. — Похеру. — Ну по тебе заметно. — Слышь.. Меня хотя бы родаки "Чайник" не назвали. — Да ты заебал.. — Заебал — не выебал. — Аллилуйя. — Кстати, Чайник. Раз уж нас тут заперли.. — свет снова погас и тон изменился. — Может, пососёмся? Сочный шлепок, громкое "ауч", взмах ногой, звон стекла. Свет вновь зажёгся. — Ну нахуя ты его разбил..? — кажется, Джонс и впрямь не на шутку расстроился, глядя на осколки. — Нехуй лезть. Я не шлюха и не Бэтс. — Ну не ревнуй.. — Завали со своим голосом, как из хреновой порнухи. И без тебя тошно. — Ууу, вот ты зануда. Сидим в классном месте, в тепле, на тусовке.. Даже еда есть! — констатировал Альфи, глядя на то, как норвежец достаёт из стеллажа за спиной какую-то шоколадку. — Ага. А в классном месте толпа уебанов, дурацкая музыка и ты в дрова. Просто кайф, не иначе. — Ничё я не в дрова! — Ну да-а, попизди. — Штрафную просто.. Залпом выпил. Даже две. — Они чтоль в курсе, как тебя развозит? — Не, просто Бэтс опять потрахаться хотела. Шалава та ещё, но хоть хата всегда свободна. — Вот видишь. — еле разборчиво пробормотал Сигурдссон с полным ртом Hersheys.Фу, молочная. Как настоящий душнила, норвежец больше любил горький. А больше горького — только отсутствие шоколада вообще. — Так чё там.. С погоней этой. Кто тебя выебать хотел в итоге? — Jaxx DD. Тот самый. — Это ясно, а чё ты ему сдался? — Да партию проебал. Кет чуть не подавился шоколадом. Нет, логично было бы предположить, что Джонс нифига не мороженщика наебал, что за ним гонятся. Но чтобы это была.. — Наркота?! — Ну да. — Джонс вполне буднично пожал плечами. — И.. — при всём своём красноречии парень даже не сразу нашёл, о чём спросить. — Какая..? — да, отличный выбор, блять. — Travel agent, angel mist, dama blanca, criddy, drowsy high.. — спортивная надежда школы спокойно разгибал пальцы в перечислении. — Про траву даже говорить не буду. Сидящего напротив норвежца поглотил ахуй. Американец сразу по выражению лица считал, что собеседник не въезжает в дворово-торчёвскую терминологию. Из груди вырвалась пара пьяных смешков. Что-то его сегодня моментально накрыло. Конечно, нашёл ведь за спиной бутылки с каким-то бухлом и уже пьёт. Тем не менее, поддерживать беседу он может в любом состоянии, кроме сна. — Давай так: банчу всем, кроме герыча. Кеттиль слушал и не очень понимал, зачем всё это надо Джонсу. — Ты вроде не похож на отброса из нищей семьи. — Что ты..! Да я сын главной гимнастки штата и лейтенантаотдела полиции по нашему Белвью! И бабки всегда были, ты глянь на мой шмот. — Не разбираюсь в шмотках. Тем более: зачем оно тебе надо при такой семье? Звезда всей старшей школы Белвью отвёл взгляд и чуть нахмурился. Сейчас он взвешивал все "за" и "против" касаемо разглашения таких подробностей. Впрочем.. Раз сказал "а", впору сказать и "б". — Не ту выебал. — В смысле? — Полез на месикашку с классными сиськами. — Ну? — А она — сестрёнка главного дилера штата, блять. И с тех пор.. Либо мои яйца, либо продажа наркоты всей школе. — А.. Типа.. — Я сам до сих пор в ахуе. Но ничё не сделаешь. Отцу не сдашь и не сбежишь. В Штатах я как на ладони. А в Канаду невъездной. А к мексикосам бежать — спасибо, пусть меня хотя бы дома ёбнут. — Так. А тачка чья была? — Рандомная. Какую видел, такую и угнал. Шёпотом и на выдохе. "Du er virkelig knullet opp". Альфред молча кивнул, — как будто понимал норвежский, — и отхлебнул из горла залпом несколько крупных глотков. Было видно, что такая правда даётся ему слишком тяжело. Да и знают об этом полтора человека. Но все подробности отныне известны только этому ботанику из далёкой страны. — А меня зачем с собой зацепил? — Тебя кинуть было нельзя. Геолокация. Они могли приехать и.. Всем на заправке было бы не круто. Кеттиль опёрся локтём на согнутую в колене ногу и подпёр щеку рукой. Взгляд уткнулся куда-то в пол в раздумьях. Нда уж. Получается.. Джонс его подставил — Джонс его же спас. Интересные дела. А вся школа живёт себе и не догадывается, что крутецкого капитана футбольной команды могут и на забор повесить однажды. — Чё скажешь, ботан? — одна гордость школы подколола другую. — Ты отбитый на весь череп. И сдохнешь от СПИДа, если не перестанешь всех подряд на хуй сажать. Такая вот мораль. — Не перестану. — Альфи помотал головой, отлепляясь от бутылки. — Почему? — А зачем ещё жизнь? Кеттиль нахмурился в непонимании. — В смысле..? — Нет, ну типа.. Правда. А зачем она вообще нужна? В ней.. Ну реально.. Нет ни смысла, ни ценности никакой. Ничего нет. Живёшь себе, живёшь.. Пока тебя эта жизнь ломает потихоньку. Может чем-то утешаешься по дороге. Я вот — красотой. Своей и чужой. Пока жив. А больше мне ничё и не надо. — Слушай, ты уже поплыл от бухла. — Нет, я щас серьёзно. Альфред поднял глаза на собеседника, и они были.. абсолютно трезвыми. Такое разве бывает..? Правда, когда Джонс снова посмотрел на норвега, они опять были косыми и пьяными. — Эй, янки. Давай бутылку. Выпью с тобой вместе. Переданная из тёплой руки бутылка какого-то средненького портвейна слегка чокнулась об голову уже действительно пьяного и потому глупо улыбающегося янки. Глядя на собеседника и почти поднеся горлышко к самым губам, Кеттиль закатил глаза и на секунду усмехнулся ситуации и обстановке. И, глотая пойло, даже не подумал в своей привычной манере о том, что "в этих ебучих штатах до алкоголизма докатился". Это была его первая искренняя улыбка на людях впервые спустя два года с момента приезда в Америку. Всё равно бухой Джонс ничего не запомнит.