Железное сердце.

Утро, не спавшую всю ночь Мариссу, встретило новостью по телевизору, что её возлюбленный подвергся нападению. И хотя по телевизору сказали, что всё обошлось и Пабло отбился, Марисса стремглав помчалась к нему домой. И опять, позвонив в дверь, она невольно представила, что ей открывает дверь, какая-нибудь длинноногая фифа. Сердце больно кольнуло и девушка тряхнула головой, как раз в этот момент дверь и открылась. Лицо блондина украшали синяки и кровоподтёки. Марисса ахнула. - Пабло ты… - Не переживай, я в порядке. Девушка бросилась к нему в объятья. Войдя в дом, она первым делом кинулась к холодильнику и добыла пакет со льдом. Не смотря на протесты Пабло, она настояла, чтобы любимый приложил его к ранам. - Я видела новости. Так перепугалась за тебя. - В Африке, я получил осколок в голову, кулак в рожу, точно переживу. От этой информации Марисса впала в стопор. Раньше она боялась, что Пабло растопчет её чувства, теперь же она боится потерять его по другой причине. - Что теперь будешь делать? - Всё тоже, что и всегда. Правда с полицией придётся помучиться. Нападавший ведь не выжил. По идее, я действовал в рамках самообороны, но на всякий случай Хорхе сам всё уладит. - Ясно. – Марисса опустила голову в раздумьях. - Ты пришла просто меня навестить? - Не только. – Марисса решилась – Мне на пару дней нужно улететь в Германию. Пабло расстроено нахмурился, что не могло не радовать девушку. Это значит, что Пабло будет скучать по ней. - Мне будет не хватать тебя. – сказал Пабло проведя пальцами по её волосам. - И мне тебя. – улыбнулась Марисса. Последние слова Пабло сделали на сердце теплее. - Если хочешь, проведём этот день вместе. - Договорились – Марисса упала в объятья возлюбленного. Через два часа они оба ослабели и повалились на кровать. Марисса почти сразу же услышала сопение Пабло. Она улыбнулась. Ещё полдня нет, а он уже вырубился. Неудивительно, он же так вымотался за эти два часа. - Любимый. – шептала девушка ему в губы – Проспишь весь день. - Лучше бы этот сон длился вечно. - Зачем нам сон, если у нас вся жизнь впереди? - Я бы поехал с тобой в Германию, но не могу бросить контору в такой момент. - Не стоит. – Марисса посмотрела ему в глаза – Это поездка касается только меня и моего, небольшого…кхм…расследования. - Расследования? – Пабло удивлённо приподнял бровь. - Да. Извини, но сейчас я не могу тебе всего рассказать. Возможно, потом. Марисса с трудом заставила себя уехать под вечер, так как у неё было запланированное прощание с подругами, в частности, Лухан. Уже на пороге, она наблюдала довольно таки занятную картину. Прямо, как и в прошлый раз, она увидела Пилар, правда та теперь не курила, а о чём-то ругалась с Лухан. Марисса услышала только окончание разговора. - Лухан, ты играешь с огнём! Помяни моё слово, нам всем это аукнется! - Пилли, ты конечно же моя подруга и я тебя безумно уважаю, но ты сейчас лезешь не в своё дело. – в контраст с эмоциональной Пилар, Лухан была более чем спокойна. Пилар покачала головой. - Я предупредила. – сказала она и, не по прощавшись, вышла из дома и прошла мимо Мариссы, бросив на ту странный взгляд. - Что это с ней? – спросила Марисса, провожая журналистку взглядом. - Не обращай внимания. – отмахнулась подруга – Она просто слишком вжилась в свою профессию. Лезет всюду, не в обиду ей. - Я пришла попрощаться. Мне надо смотаться в Германию. - Чего? В Германию? – лицо Лухан округлилось – Что ты там забыла? - Мне надо туда. – уклончиво ответила Марисса – Я ведь пришла не только попрощаться. Мне надо посоветоваться с тобой. - Может сначала тогда зайдёшь в дом, вместо того, чтобы стоять на пороге? Марисса вошла внутрь и они с Лухан прошли на кухню. Госпожа Агилар усадила гостью за стол и спросила: - Выпьешь чего-нибудь? - Кофе. Лухан кивнула. - Ну так о чём ты хотела посоветоваться? - О Пабло. – грустно ответила актриса, её тон не укрылся от Лухан. - Он что тебя бросил?! - Сплюнь! – тут же осекла её Марисса – У нас всё хорошо… пока. - Тогда в чём дело? Желаю вам счастья и все дела. – вяло проговорила Лухан специально давая понять своим тоном, что её последние слова чистой воды сарказм. Марисса это поняла, но решила эту тему пока не трогать. - Скажи Лухан, как вы с Маркосом всё пережили, не ставя крест на отношениях? Лухан задумалась. Она уселась за стол напротив Мариссы и приложила пальцы к вискам. - Нам просто не из-за чего было ставить крест. Мы ведь не ругались, не ссорились, не предавали друг друга. - Но вы ведь стали чужими… на какое-то время. Но не разошлись, как Томас и Пилар. - Может быть, мы бы и расстались тогда с Маркосом, если бы до того не успели пожениться. Но ты права, я действительно однажды задумалась о том куда ведут наши отношения. Но потом начались тренировки, соревнования, чемпионаты, у Маркоса тоже было дел по горло и стало не до того. Когда же мы решили заняться общим делом то… Ну дальше ты уже знаешь. Марисса молча слушала, вникая во всё, что скажет подруга. - А почему ты спрашиваешь? Боишься, что у вас с Пабло будет, что-то похожее? - Если честно, то да. Думаю, что может быть мне выскочить за него замуж, чтобы при случае, просто переждать пока потухшая страсть между нами снова не загорится? - Поступай, как знаешь. – сказала подруга – Но на твоём месте я бы не стала связываться с Бустаманте. - Опять ты за своё. - Не перебивай. Раз уж ты пришла за советом, то дослушай до конца. Дело не в том, что Пабло плохой. Как человек, он может быть даже и хороший и любит тебя. Однако, таких людей, как он, можно охарактеризовать одним словом – бедовые. Сами не плохие, но тянут за собой шлейф проблем и неприятностей. Общаться с ними слишком долго и близко, чревато плохими последствиями. Марисса не ожидала таких рассуждений. Лухан – твердолобая спортсменка, вдруг ушла в философию. - Шлейф, «бедовый»… - перечислила Марисса и вспомнив разговор с Хорхе обобщила тезисы подруги – Думаешь он проклят? Лухан небрежно отмахнулась. - Нет. Если под «проклятьем» ты подразумеваешь, какую-то мистику, то это не так. Я под «тёмной аурой» Пабло я понимаю особенности его менталитета. Окружения, происхождения, отношения к нему в обществе. Ну например, на четвёртом курсе, нам всем много крови попил его папаша. Однако, я думаю, что если чуть копнуть всю его семейку, то окажется, что Серхио лишь верхушка айсберга. К тому же, он всё-таки отец Пабло, а яблочко от яблони недалеко падает. Увидев сузившиеся глаза Мариссы, Лухан поспешила себя поправить: - Не пойми неправильно. Я не говорю, что Пабло такой же. Но он всё-таки сын своего отца. Его плоть и кровь. А кровь – не вода. Пабло может стыдиться своего отца, пытаться отличаться от него и быть более добрым, но в какие-то моменты, папочкины гены всё-равно будут всплывать наружу. И он с этим ничего не сможет поделать. Но это лишь один из факторов. Марисса уже жалела, что завела этот разговор. Она ожидала, что Лухан опять заведёт шарманку по принципу: «Пабло – охотник. Не изменился». Но в её словах был смысл, что невольно признавала Марисса, а она испытала боль. - Есть окружение. Думаю, ты не будешь отрицать, что Пабло… красавчик. Он и раньше был первым парнем, теперь же и подавно. Возмужал, да ещё и богатый. Вокруг таких всегда будут виться девушки. И, что самое противное, не все из них будут просто пытаться соблазнить его. Будут и такие, которые пойдут на любые ухищрения лишь бы отбить его у тебя, даже на откровенную подлость. По твоему, Хавьер один такой ушлый? Или Сабрина? Подставить объект желания, в глазах мешающей им второй половинки этого желания, для них раз плюнуть. У таких нету чести, нету совести. Но самое обидное, что они вертятся именно вокруг таких, как Пабло. - Сабрина не вертелась вокруг Пабло. - Это всего - лишь пример. Мой тебе совет подруга – не связывайся с Бустаманте. Сбережёшь нервы и себе, и ему. Он ведь тоже будет страдать, если у вас снова не сложится. Марисса нервно отпила свой кофе, когда поняла, что он уже остыл. Как бы чувства также не остыли. Из полицейского участка Пабло вышел довольно быстро. Как он и думал, комиссар не стал заводить дело, списали на самооборону. И хоть общее ощущение, надвигающейся опасности не прошло, он был спокоен, что к ней, хотя бы не добавится проблема с законом. Уже у самой машины Пабло почувствовал предательское урчание в животе. Он вспомнил, что с самого утра ничего не ел. Осматриваясь по сторонам, он увидел только пресловутый «Макдональдс». Делать нечего. Выстояв в очереди, Пабло купил себе гамбургер и картошку с колой. Впрочем, даже поесть ему особо не дали. С трудом найдя свободное место Пабло принялся за трапезу, как вдруг услышал над ухом низкий голос из прошлого, который он так надеялся уже никогда не услышать. - Люблю фаст-фуд, хоть и редко его ем. Вредно для фигуры, а я должен всегда держать форму. Профессия обязывает. Охотник уселся рядом, положив перед собой поднос с нагетсами и чизбургером. Пабло пытался заставить себя не смотреть на него, но не мог. Когда такая гора мяса к тебе обращается, то нельзя игнорировать. - А что в этом фаст-фуде такого особенного? – спросил Пабло с трудом сдерживая себя, попутно аккуратно выискивая глазами сообщников Картера в толпе посетителей – Котлета с овощами в булке – ничего особенного. Еда – есть еда. - В этом то вся и суть, Паблитто – блондина передёрнуло. Охотник не часто обращался к нему по имени, а если обращался, то у того сразу мурашки по коже – Еда похожа на людей. Взять тот же фаст-фуд: готовка ничего особенного из себя не представляет. Разморозь и чуть прожарь полуфабрикат из не самого хорошего мяса, добавь чуть овощей и вуаля! Такой же гамбургер можно сделать и дома, из более качественных продуктов, но если продавать домашнюю еду и фаст-фуд в одной витрине, то последний будут лучше покупать. Почему? Ответ прост: добавки, соусы и прочее дерьмо, вызывающее у потребителя топанье ножками и возглас: «Ещё!». У людей также. Кто не сходит с экранов телевизора, плакатов, обложек журналов? Врачи, вытаскивающие людей с того света? Инженеры и учёные, двигающие прогресс? Или рабочие на заводах, благодаря которым у потребителя есть всё, что он желает? А может быть такие как мы с тобой, делающие необходимое, на что у прочих кишка тонка, которую они прикрывают гуманизмом и совестью? Нет. Все эти категории людей, остались на обочине известности, в то время, как общество вылизывает всяких социальных паразитов, считая их элитой: политиков, артистов и прочих клоунов. - Без артистов мир был бы скучным. – возразил Пабло. - Согласен, при дворе всегда должен быть шут, чтобы веселить. Но шут должен знать своё место, а не быть возвеличенным в идол. И не сверли толпу глазами, моих шестёрок тут нет. Я хотел встретиться с тобой лично. - Это я уже понял. Только не понял зачем. Я тебя знаю, если бы ты хотел убить меня, то заявился бы во все оружии, да и появление было бы более эффектным. - Хотел встретиться с тобой просто так. Ведь следующая наша встреча станет для тебя последней. Можешь не верить, но я до жути сентиментален. Я ведь так надеялся, что ты вступишь в наш круг избранных. - Палачей. – буркнул Пабло. - Называй, как хочешь, но я очень огорчился, когда ты дал заднюю в последний момент. Ты ведь знаешь правила: те кого я выбираю либо встают за мной, либо их выносят ножками вперёд. - Но причина ведь не только в моём «предательстве»? – сухо спросил Пабло саркастично выделив последнее слово. - Верно. Ты был первый, кто навалял мне за последние за двадцать лет. В последний раз я получил такого леща во время операции на Кавказе. Русские «Альфа» и «Вымпел» не лыком шиты. Но тогда я не выдержал испытание профессионализмом, так как был ещё зелёным агентом ЦРУ под прикрытием. - Ты рассказывал. - Тогда ты должен понимать, что в нашем противостоянии в Африке сыграла лишь моя самоуверенность. За годы работы на своё прозвище, я стал небрежен и это логично окончилось тем, что я позволил себе сдать позиции перед компиляцией случая и везения. - Стареешь. Твоё поведение в образ Охотника никак не вписывается. Вместо того, чтобы устранить меня сразу, ты убиваешь моих мальчишек. Хотя это понятно, ты и раньше был скор на расправу, вырезать деревню мирных жителей для тебя, как собаку пнуть. Тебе нравятся громкие театральные способы заявить о себе. Перестреляв мой лагерь и отрезав ухо бедняге рейнджеру ты словно кричал: «Я вернулся, детка!». Так что это я могу понять. Но какого хрена, ты, вместо того, чтобы пришить меня самостоятельно, натравливаешь на меня одну из своих ручных макак. - Эрнесто не смог бы тебя убить. – отмахнулся Охотник – Он уже давно потерял хватку. - Тогда почему? - Наведаться к тебе сразу после появления, означает для тебя быструю смерть, ибо гражданка тебя расслабила. А это для меня всё-равно, что убить из снайперской винтовки. Слишком просто и быстро, не успеваешь насладиться. Хоть я и отдал Эрнесто приказ тебя убить, но его целью было слегка тебя размять. - Как щедро с твоей стороны. – лаконично произнёс Пабло. – Надеюсь теперь ты убедился, что я в форме. Охотник сделал резкий замах, не свойственный его весу. Огромный кулак остановился буквально в миллиметре от носа Пабло. Лицо обдало лёгким ветерком, а по спине пробежал холодок. - В Африке ты бы успел среагировать. – немного расстроено сказал Картер – Так что не кидайся такими громкими заявлениями. Ты не готов. Охотник убрал руку и принялся за свой чизбургер. - Ни с кем я так раньше не нянчился, как с тобой. И вряд ли буду. Я не хочу сдерживаться, чтобы искусственно продлить наш бой, я буду сражаться в полную силу, но также желаю, чтобы ты подольше меня повеселил. Охотник не принялся за нагетсы. Вместо этого он положил коробку с ними на поднос Пабло. - Кушай, набирайся сил. Скоро Судный День. Затем враг встал и ушёл. Пабло сидел на месте, не шевелясь. Многие кошки ловя мышей, не сразу убивают их, а играются. Отпускают, даря надежду на побег и снова ловят. Тихий Призрак чувствовал себя в такой вот мышкой.