Железное сердце.

Перелёт был утомительным. Марисса с трудом вынесла путешествие, так как весь полёт она не снимала платок и солнечные очки. Но инкогнито ей всё-равно не удалось стать. Ей настолько надоели бесконечные просьбы об автографах, что когда выдалась свободная минутка, она демонстративно откинулась на кресле, притворившись спящей. Как назло, она действительно уснула… На этот раз страна Морфея началась с того, что у Пабло обнаружили лейкоз. Марисса готова была на всё, чтобы спасти его, даже родить ребёнка донора. Так и сделала. Пабло был спасён, но бросил её, уйдя к другой. Марисса проснулась в слезах, уже когда самолёт заходил на посадку. В целом, если подумать, то этот сон ещё не самый плохой. По крайней мере, у неё осталась дочка от Пабло. Изначально, Марисса хотела навестить бабулю Бустаманте сразу по прилёту, но подумав, решила отложить до завтра, ибо пока девушка добралась до гостиницы, был уже вечер. Поэтому Марисса потратила оставшийся вечер по прогулке по улицам Берлина и сразу же отметила, что столица Германии отличалась от её представлений. В её мыслях местное население выглядело высокими, статными белыми европейцами. Может быть раньше так оно и было, но теперь всё иначе. Как минимум четверть местных жителей представляла из себя эмигрантов из Африки и Ближнего Востока. Значительная часть из которых смотрела на неё дикими глазами. Решив не искушать судьбу, Марисса вернулась в номер и включила ноутбук. И сразу же заметила не отвеченный вызов от Пилар Дунофф. - Пилли, привет! – сказала Марисса, когда лицо журналистки появилось на экране – Ты звонила? - Да, мне надо с тобой срочно поговорить. - Пилар, а это не подождёт, до того момента, пока я не вернусь? - Нет. – твёрдо заявила Пилар. - Ладно, если это действительно так важно… - Ты наверное помнишь, что когда ты пришла к Лухан, то там была и я. - Да, мне даже стало интересно, о чём ты могла беседовать с ней в таких повышенных тонах. - Это было ещё мягко Марисса, поверь. – Пилар презрительно фыркнула – Она одержима желанием испортить жизнь твоему Пабло, вот только ради этого она вскоре переступит ту черту, через которую даже Хавьер не перешёл. Марисса сильнее наклонилась к экрану. - Не надо преувеличивать, Пилли. Да, их с Маркосом беспокоит, что Пабло вербует сирот, особенно для неё стала шоком та бойня, когда мальчишки погибли, её можно понять. Но ведь сейчас ЧВК Пабло потихоньку поднимается и пополняет личный состав профессионалами. Больше они не будут вербовать детей. - Марисса, ты так ничего и не поняла. Может раньше Лухан и волновала судьба этих детей, но теперь это лишь предлог. Её цель – Пабло. Я ведь тоже, изначально входила в круг «заговорщиков». Но покинула его чуть позже Аланиса. Он первый понял, что ситуация вышла из разряда нормальной. Одно дело бизнес-конкуренция, ничего личного. Другое – влезать в личную жизнь. Хави этого наелся в колледже и больше не хочет. Я тоже ушла, ибо по факту, участвовать в акции Лухан – это торпедировать твои отношения с любимым человеком. Марисса не верила своим ушам. Вернее, она верила, но не хотела верить. Мало ей было «родового проклятья» Бустаманте, теперь ещё, какая-то мутная тема с лучшей подругой. Марисса не желала верить в предательство Лухан, она не может с ней так поступить! Легче поверить, что Пилар взялась за брошенные ещё на первом курсе интриги. - Пилар, ты конечно извини, но мне сложно в это поверить. Если, как ты сказала, ситуация с детьми лишь предлог, то тогда тем более не понимаю, зачем Лухан копать под Пабло? За что она его ненавидит? - Потому что он снова влез в твою жизнь. - Она так сильно боится, что он причинит мне боль? - Она пытается себя убедить в этом. Что Пабло представляет угрозу для тебя. На деле всё сложнее. Прежде чем Марисса успела задать вопрос «Почему?», Пилар сама раскрыла правду: - Вы ведь с Лухан были неразлучны. Когда, у тебя был срыв с наркотиками, то первой забила тревогу именно она. Потом уже подключились Мия и остальные. - Ну так, да. Лухан моя лучшая подруга. Это нормально. - Но потом возвращается Пабло. Ты забываешь обо всём. И обо всех. Ты думаешь о нём всегда и в каждую минуту. Если раньше свободное время ты проводила с Лухан, то теперь с ним. Теперь общение с Пабло удерживает тебя от наркотической зависимости. Думаю, не ошибусь если предположу, что с возобновлением ваших с Пабло отношений, ты ни разу не притронулась к своим «таблеткам». С Лухан такого не было. - Погоди, Пилар. – прервала её Марисса – Лухан ревнует меня к Пабло?! - А что тебя удивляет? – Пилар саркастично хмыкнула – Сеньора Агилар привыкла, что со своими проблемами ты приходишь жаловаться ей. Ищешь утешения на её плече. И тут Пабло… - Но ведь она так переживала за меня, когда я скатилась. Я думала, она порадуется за меня, что я теперь счастлива. - Марисса пойми: друзья не всегда познаются в беде. Они могут познаваться и в счастье. У меня тоже была чёрная полоса после разрыва с Томми. Да, мы разошлись без скандалов и взаимных проклятий, по человечески. Но ещё долгое время, я чувствовала пустоту. У меня всё валилось из рук, на работе всё шло хреново и мне помогали коллеги. Жалели, подбадривали, даже иной раз денег давали на безвозмездной основе. Пилар прервалась, что иронично посмеяться. - Потом я смирилась и стала жить дальше. Ушла в работу. Моя карьера полетела вверх, как на ракете… и изменилось отношение коллектива. Зависть, интриги за спиной, те же люди, которые помогали мне справиться с депрессией, отдалились от меня. У Лухан схожая ситуация. Она сама себе не признается, что злиться от того, что ты обязана своим спасением Пабло, а не ей. Марисса не хотела верить. В самом деле, откуда Пилар знает, что чувствует Лухан? Возможно, Пилар поняла сомнения Андраде, ибо её следующие слова были такими: - Я достаточно долго работаю в журналистике, Марисса. В число моих прямых обязанностей входит изучение людей. Лухан я давно просекла. Поэтому в её трагикомедии участвовать не собираюсь. - Допустим, ты права. – сдалась Марисса – Но, как по твоему она будет саботировать мои отношения с Пабло. Не собирается же она его соблазнять или подсовывать ему подставную девку? - Такие розыгрыши были в моде в колледже. Впрочем, если бы она действительно, собиралась так сделать, то я бы не подняла такую бузу. Всё хуже. Её задача, уже не столько развести вас, сколько именно разрушить жизнь Пабло. Она сама себе в этом не признается. - А что сделает? - Она хочет разоблачить его. Отправить ко дну его карьеру и уничтожить в глазах дорогих ему людей, для этого пошла на сделку с очень плохим человеком. Тебе имя Эррон Картер о чём-нибудь говорит? - Нет. - Я так и думала. По ту сторону экрана послышался какой-то шорох, на который Пилар обернулась. - Упс, Марисса извини. Ко мне пришли. - Кто? - Наверное бойфренд. Видимо, придётся отложить разговор. Я отправила тебе по почте файлик, прочти содержимое и перезвони мне завтра в середине дня. Хорошо? - Хорошо. – согласилась Марисса и почувствовала облегчение, когда связь завершилась. Поначалу она собиралась зайти на почтовый ящик, но так и не решилась. Она не хотела разочаровываться в Лухан. Но понимала, что в итоге ей придётся посмотреть. И решила оттянуть этот момент. Утром, Марисса отправилась по адресу той психиатрической лечебницы, где должна была находиться бабушка Пабло. Только сейчас она поймала себя на мысли, что даже не удосужилась поинтересоваться, а жива ли она ещё! Только бы поездка не оказалась бессмысленной. Европейские дома для душевнобольных были более комфортными и оснащёнными, чем оные в Аргентине. Марисса без проблем миновала двух рослых охранников и обратилась в регистратуру. - Утро доброе. – холодно поприветствовала её пожилая женщина за стеклом – Чем могу быть полезна? - Здравствуйте. – поздоровалась Марисса – Я пришла к… Эльзе Бустаманте. Реакция женщины девушку удивила. Она кивнула и позвала санитара. Её словно не удивил приход незнакомой дамы. - Ахмед. – позвала старуха – Проводи эту милочку к Эльзе. - Ааа. – кивнул смуглый кучерявый санитар – Сегодня, что-то рано к ней. Идя по белым коридорам за санитаром, Марисса не удержалась: - Извините, а часто к ней приходят? - Угу. Почти каждый день. - А кто в основном? - Да такие же, как вы. Молодые девки. Эльза для вас этакая чокнутая святая. Мы бы никого не пускали, кроме родных, но Эльза сама нас упросила и я понимаю почему. Не знаю, как это происходит, но помощь таким, как вы не даёт ей полностью уйти в себя. Ахмед остановился у палаты номер 13. Постучавшись в дверь он приоткрыл её. - Эльза, к тебе тут посетитель. Затем, Ахмед повернулся к Мариссе. - У вас десять минут. Сожалею, но правила есть правила. Марисса осторожно ступила внутрь. Изнутри палата была такой же белой. У защищённого решёткой, окна, сидела спиной к ней, Эльза Бустаманте. Марисса могла видеть только её неухоженную копну седых волос, белый халат. Иногда мелькали морщинистые руки, быстро водящие карандашом по бумаги. - Ну здравствуй милочка. – сиплый голос старухи, был приятен слуху – Тебя, как зовут? - Марисса. - Красивое имя. Ты видимо не местная? - Я из Аргентины. На секунду рука с карандашом Эльзы остановилась, но затем продолжила чертить. - Я тоже оттуда. – сказала Эльза – Ну так говори, какие у тебя проблемы с суженным? - Что? – Марисса раскрыла рот – Вы знаете, какие у меня проблемы? - Нет. Поэтому и спрашиваю. – странно, что в разговоре Эльза не казалась умалишённой – Просто, все молодые девочки, которые ко мне приходят просят помочь со своими возлюбленными. Я им помогаю советом и добрым словом. - И им помогают ваши советы? - А то! – воскликнула Эльза и Марисса поняла, что она улыбается – В качестве благодарности, я от них прошу только наборы для рисования. Бумагу и карандаши. Краски не люблю. Ну так какие у тебя проблемы? Он тебе изменяет? - Нет. - Вы ссоритесь по сто раз на дню? - Нет. - Он не решается сделать тебе предложение? - Нет. - Тогда в чём дело? Марисса тяжело вздохнула и произнесла на выдохе: - Мой жених – ваш внук, Пабло. Эльза замерла. Марисса услышала треск ломающегося карандаша. - Это правда? – спросила Марисса – То что вы говорили про родовое проклятье? - Пабло. – наконец воскликнула Эльза таким тоном, словно пробуя слово на вкус – Единственный внучок, которого я вживую видела один раз. Мой сынок притащил этого трёхлетнего карапуза меня навестить. Хорошенький был, такой же, как и мой Серхио. Все они хорошенькие пока не вырастут. Последние слова, Эльза словно выплюнула. Такой реакции на родную кровь Марисса ужаснулась. - Пабло и сейчас хороший. – сказала Марисса опустив голову – Нежный, заботливый. Эльза резко повернулась к ней и Марисса увидела её лицо. Она ужаснулась не типичным старческим морщинам, не болезненной бледноты и кругов под глазами, свойственной большинству пациентов таких учреждений. Марисса была в ужасе от чудовищного сходства матроны Бустаманте с ней самой. Такое же строение кости, схожий тип лица. Марисса поняла, как будет выглядеть в девяносто лет. Главное, чтобы судьбу не повторить. - Мой Рауль тоже был нежным и заботливым. – процедила Эльза сквозь зубы. От прежнего радушие, ни осталось и тени – И ты видишь к чему это привело! Марисса нахмурилась. Глупо было не ожидать чего то подобного. Но отступать поздно. - За этим я и здесь. Я очень люблю Пабло и хочу быть с ним. - Быстро же Бустаманте окучивают девушек. – фыркнула Эльза – Тебе только один совет: беги от него пока он не разрушил твою жизнь! - Я не могу, поймите! – умоляюще сказала Марисса – Я с таким трудом обрела его и не хочу терять. Неужели ничего нельзя сделать, чтобы обойти это ваше «родовое проклятье»? Эльза какое-то время молча смотрела на девушку, та молчала, ожидая вердикта. Наконец, старуха вздохнула и её черты лица немножко смягчились. - Знала бы, с каким трудом я обрела Рауля. Любимец женщин, первый красавец института из семьи потомственных политиков. Не представляешь, какой я была счастливой, когда из всех дурочек он выбрал меня! При том, что неземной красотой я отнюдь не блистала. Эльза задумчиво посмотрела в окно. Солнечные лучи пробивались сквозь решётку. - Мы были счастливы, но вокруг него всегда вились девушки, что не могло меня не злить. Ревность, все дела. В итоге, я застукала его в постели с другой. Эльза перевела дыхание, а затем продолжила монолог. - Потом я узнала, что это подстава. Та акула напоила его и легла рядом аккурат перед моим появлением. Но до того я чувствовала боль в сердце, словно тысячи ножей. Он умолял простить его, едва ли не ночевал у порога моего дома. Вместо того, чтобы отпустить меня и дать разобраться. А я ведь была беременна и мне нельзя было нервничать, но он желал вернуть меня любой ценой. И я потеряла ребёнка. Что странно, Эльза говорила о потери своей кровиночки довольно спокойно. Не похоже, чтобы сейчас её терзала боль. - Само собой, я больше не желала иметь с Бустаманте ничего общего. Даже тогда, когда узнала правду о той, якобы, измене. - Но вы ведь вернулись к нему. - А у меня был выбор? – Эльза искривилась в циничной усмешке – Через месяц я узнала, что Рауль пытался покончить с собой. Выбросился из окна. Чудом выжил и лежит на больничной койке с переломанным позвоночником и ногами. - Вы поэтому остались с ним? – спросила Марисса – Испугались за его жизнь. - Его состояние вызвало у меня смешанные чувства. Мои прежние чувства заставляли меня переживать за его жизнь, но при этом, между нами была смерть ребёнка и поэтому я не могла вернуться, даже, чтобы сохранить ему жизнь. «Спас» ситуацию его отец. - Он уговорил вас вернуться? Эльза издала саркастичный смешок. - Уговорил… можно итак сказать. Бустаманте-старший умел уговаривать. Известный в политических и бизнес-кругах! Ему отказывать нельзя – сломает жизнь и тебе и твоим родным. Я ему не нравилась, но он боялся, что оставшись без меня, его сын не сможет нормально жить и потому надавил. Когда Рауля выписали из больницы после череды сложных операций и реабилитации, его ждала я натянув улыбку и сделав влюблённый взгляд. А на лопатках чувствовала управляющие нити его папаши. Само собой, Бустаманте запретил мне говорить, что именно он «убедил» меня вернуться. А «аргументы», которые он использовал, и вовсе стали тайной за семью печатями. - Вы прожили все эти годы с нелюбимым человеком. – тихо сказала девушка. - Ну зачем же так категорично: чувства у меня то к нему остались, но это скорее приятные воспоминания о том, как было до тех пор, пока всё не пошло наперекосяк. Рауль был хорошим мужем… для Бустаманте. На руках носил, холил, лелеял. Вот только я всегда ждала подвоха и чувствовала себя в золотой клетке. Все эти годы. Хотя нет, был момент, когда я смирилась, почти забыла боль и даже думала, что смогу со временем заново влюбиться в Рауля. Эльза замолчала. - И что это был за момент? - Когда я родила Серхио. Я была счастлива. Даже поверила, что не зря Бустаманте-старший на меня надавил. Тогда я не знала ещё, что из этого милого беззащитного комочка вырастет чудовище. И самое страшное, что этого антихриста выносила я! Характером Серхио больше пошёл в своего деда, что меня особенно вгоняло в отчаяние. Внимательно слушая пожилую женщину, Марисса не услышала, как кто-то подошёл к двери и остановился. - Вам просто не повезло. – попыталась возразить Марисса – Если у вас так случилось, то почему ваш внук должен быть таким? - А Серхио и мой свёкр единственные? Рассказать, что случилось с моими старшими внуками. - Не стоит. Я общалась с Хорхе, он мне рассказал. - А про то, что его прабабка покончила с собой, он говорил? Ничего удивительного. Бустаманте-старший не любит говорить о том, почему умерла его жена. Даже своим потомкам. Подозреваю, что с предками тоже не всё гладко. Итог один, девочка: утонув во взгляде мужчины рода Бустаманте я приняла в себя гнилое семя и продолжила проклятый род. Но ты не повторяй моих ошибок. Беги от моего внука, девочка. Не ломай свою жизнь. Мужчины этой семьи не могут быть счастливы сами и они делят это несчастье на своих жён. Пусть Пабло найдёт себе другую дуру. - Я люблю его. - Любовь. – хмыкнула Эльза – Она приходит и уходит. Перекидывается с одного человека на другого. Я понимаю, сердцу не прикажешь, но Бустаманте не заслуживают любви, помяни моё слово. - Если это действительно родовое проклятье, то неужели нельзя его снять? - Проклятье заключается в том, что они вынуждают нас чем-то жертвовать ради них. Нервами, свободой, сердцем, не дай бог жизнью. Сломать порочный круг может только жертва самого Бустаманте. Но они никогда сами не пойдут на жертвы ради других. - Ох, ну и нагнала ты жути, дорогая! – дверь открылась и в палату вошли двое. Ахмед и худощавый старичок в строгом костюме и залысиными мудрости на седой голове. - Время вышло. – сказал санитар и указал к выходу – Мне очень жаль леди, но вам нужно удалиться. - Рауль. – безразлично сказала Эльза – Ты обычно приходишь по выходным. Марисса отметила сходство Рауля Бустаманте с другими мужчинами их семьи. Особенно с Пабло. Да, черты лица сильно отличались, но осанка, строение кости, пронзительный взгляд голубых глаз. Кровь не вода. - Я не немец, Эльза. – улыбнулся Рауль – Никогда не отличался пунктуальностью. - Не понимаю, почему ты продолжаешь навещать меня, знаешь ведь, что ничего кроме пренебрежения и презрения не встретишь? - Потому что ты моя любимая жена, Эльза. – сказал Рауль – Мать моего ребёнка, бабушка моих внуков. Ты можешь меня ненавидеть, но я тебя никогда не брошу и буду о тебе заботиться. - Я знаю цену твоей любви и заботу. Засадить жену в психушку – это так по Бустамантовски! - А что мне оставалось делать? По твоему, женщина которая ненавидит своих детей, свою плоть и кровь, является психически здоровой? Эльза внезапно осеклась. Воспользовавшись заминкой, Рауль обратился к ещё не вышедшей Мариссе: - Вы не принимайте её слова близко к сердцу. У Эльзы уже приступ старческого маразма. Вы ведь Марисса, так ведь? Хорхе о вас рассказал. Рад, что Пабло счастлив. Марисса следуя такту, кивнула. - Когда вы с Пабло поженитесь, прилетайте ко мне в гости. Буду рад вам. - Спасибо. - А теперь, если позволите, не оставите нас с женой наедине? Когда Марисса вышла, Эльза сказала: - Ты ведь знал, что твой отец пригрозил мне, чтобы я вернулась, верно? - Я подозревал. – ответил Рауль – Когда мы поженились папа подошёл к нам и поздравляя, посмотрел на тебя взглядом, который я узнаю из тысячи. Взгляд, говорящий: «сделай всё правильно или пожалеешь!». Да и твоя любовь стала, какая-то… натянутая, с ноткой фальши. Сложив ребус в мозгу можно понять, в чём подвох. - И ты молчал. Жил в мире иллюзий, пока я страдала. - Я жил тобой, для тебя и ради тебя. – голос старика стал более серьёзным – Я надеялся, что когда-нибудь, ты простишь меня и полюбишь заново. И всё наладится. - Ничего не наладилось! – рявкнула Эльза – Нельзя быть счастливой в клетке! Даже золотой! - Ты могла уйти. – пожал плечами Рауль – Помнишь, Германа? Мы тогда переехали в эту страну. Серхио было семь лет. Эльза снова осеклась. Она никак не ожидала, что муж в качестве аргумента приведёт марьяж с её молодым любовником. - Ты знал, что у меня была любовник? - Я похож на идиота? Конечно, я знал. Было больно, но я решил, что хватит. Я не мог заставить себя отпустить тебя, но и удерживать больше не имел права. Поэтому решил, просто не мешать и не искать тебя, если ты вдруг сбежишь с ним. Главное ты была с ним счастлива. Но Герман уехал без тебя. Но тебя не бросил. Если ты так страдала с мной, то почему осталась? Отец ведь уже умер к тому моменту. Эльза опустила голову, задумавшись. А ведь и правда, почему? Она ведь любила Германа и была готова уехать с ним, но в последний момент, что-то случилось. - Я не смогла заставить себя бросить сына. - Дело ведь не только в нём. Тебя пугала неизвестность. С Германом всё пришлось бы начинать сначала, к тому же был риск, что у вас не сложится и ты останешься одна. А тут у тебя тёплый дом, любящий муж и… да, наш Серхио. - Я была уже не в том возрасте, чтобы рисковать всем ради чувств к одному человеку. – уже оправдательным тоном заговорила Эльза. - Так или иначе, в самый решающий момент, ты выбрала меня и Серхио, свою кровинушку, которую сейчас ненавидишь. И выбрала по своей воле. - Если бы я знала, во что эта «кровинушка» вырастет. - В этом только твоя вина. – напирал Рауль – Серхио боготворил тебя. Он во всём тебе подражал, даже в твоей неприязни к моему отцу. - Но в итоге стал вторым им. - Повторюсь: в этом только твоя вина. Когда Серхио был подростком, то он нашёл твой дневник. Любопытство до добра не доводит, верно? Эльза вытаращила глаза. Про то, что сын нашёл её дневник, она так и не узнала за всю жизнь. - Я сам не читал его, но судя по тому, как изменился Серхио, то там была вся правда. Переходный возраст, максимализм. В это время чувствовать себя преданным и обманутым собственной матерью… - Рауль покачал головой – В один день понять, что семья построена на фальши. Тогда же Серхио изменился, и стал больше походить на своего деда. Стал лучше к нему относиться, уважать, просить меня навестить его могилу. Оно и понятно: ведь по сути, своим рождением и наличием пусть искусственной, но полноценной семьи, Серхио обязан именно деду. Когда вырос, стал выкручивать руки Море, подавляя её, чтобы не дай бог, она не думала так как ты. И в детях своих, воспитал собственничество к женщинам. Пускай, внуки его теперь и не любят. Так что, если твоё выдуманное «родовое проклятье» и имеет под собой реальную основу, то к его продолжению в потомках ты приняла непосредственное участие. И отнюдь не то, о котором думала раньше. Эльза опустила взгляд. Она впервые за свою долгую жизнь, засомневалась в своей правоте. Марисса ворвалась в номер и упала на кровать. Звуки рыданий потонули в подушке. Чёрт, ей же ещё надо посмотреть присланный Пилар файл. Да ну нафиг! На сегодня достаточно потрясений!