По-человечески

10 сентября       Нужно успокоиться. В последнее время я и сам осознаю, что быстро «вспыхиваю» при малейшей искре и мало контролирую свой гнев. Чертов автобус, неужели нельзя прибавить, когда на улицах и так пусто?! Нужно добраться до дома, иначе мой дергающийся носок кроссовка продырявит старую латку на полу с ржавыми потеками у болтов быстрее, чем я успею наказать рыжую девчонку. Чертов автобус, чертова ситуация. Нет, она реально выложила пост «Отдам злюку на перевоспитание. Писать в ЛС»?! Да еще с кучей дебильных грустных смайликов! Идиотка. Я обещал бросить ее с балкона? Однозначно это сделаю.       Всю дорогу на меня странно поглядывала бабуля в очках с огромными линзами и толстой коричневой оправой. Глубокие морщины вокруг глаз и рта делали будто неживой скульптурой человека. Старушка не двигалась, даже не моргала, если присмотреться. Она вообще настоящая? Не отводит глаз, не шевелит пальцами; если бы автобус не трясло на неровностях дороги, я бы принял ее за куклу в человеческий рост. Поежился от морального неудобства и задрал воротник с капюшоном, чтобы скрыть лицо. Отвернулся к грязному от высохших капель дождя окну, старясь не смотреть на странную женщину в ответ, и немного успокоился. Теперь мне будет казаться, что о «злюке» знают все.

***

      Выйдя на своей остановке, немного сбавил шаг, а до дома и вовсе шел медленнее обычного, чтобы нервы окончательно успокоились. По дороге раз через раз пинал упавшие на разбитый асфальт мокрые листья, отчего ткань носков пропиталась влагой и стала холодной. Излишняя вспыльчивость сейчас может только навредить. Да что я вообще могу с ней сделать? — Ничего, она же девушка. Матерь божья, зачем придумали женщин? Подумать только, как глупая девочка может выводить людей из себя такими жалкими поступками?       Сашка всегда была энергичной. Слишком часто лезла с вопросами о моих друзьях, слишком много ненужного рассказывала о своих подругах, слишком искренне просила меня остаться рядом, когда начинались грозы….       Нельзя навредить мелкой, нельзя допустить того же, что случилось с Риной, погибшей из-за меня девочкой. Я плохо помню очертания, но иногда во сне мне видится, как ее скромная милая улыбка медленно меняется на бездушную, неживую. Ее коротенькие холодные руки по-дружески обвивают мои плечи, отчего пробирает крупная дрожь, бледная щека касается моей, и я просыпаюсь, до утра не решаясь сомкнуть глаза.       Это глупый страх. Боязнь приближаться к девушкам, даже зная, что от обычных касаний они не рассыпятся, продолжает прогрессировать. Кто знает, какое из моих действий может обидеть маленькую женщину или сделать ей больно? В наших детских драках побеждала Сашка, потому что страх причинить вред рядом находящемуся человечку слишком сильно сковывал серьезный для детского возраста разум. Я был готов проиграть, поддаться, отступить первым, прекрасно зная, что на самом деле гораздо сильнее. Сашка называла меня тихоней ровно до того момента, пока я не услышал от нее оскорбительное «трус». Я в беспамятстве повалил мелкую на живот, сел сверху и больно скрутил руки, продолжая тянуть на себя ее маленькие мышцы. Тогда Саша громко завопила и впервые заплакала из-за меня. После я перестал прикасаться к ней, даже избегал и огрызался, несмотря на то, что Сашка продолжала тянуться ко мне. Тётя Лена тоже попала под действие, я прятался и выбирался из ее объятий, крича: «Оставьте меня в покое». Кроме Рыжей у меня не было человека, с которым можно хоть немного поговорить. Эта тупая боязнь собственных сил сделала из меня замкнутую серую массу, которая в порыве гнева может себя не сконтролировать. Контролировать. Нужно всегда и во всем себя контролировать. Только так удастся… — Уже вернулся? Довольно быстро, — весело прощебетала довольная Сашка, выходя навстречу из темно-коричневой железной двери. Надо же, не заметил, как добрался до квартиры. О чем я только думаю? — Ты голодный? Я в магазин. Может, хочешь чего-нибудь? Мама сегодня задержится на работе, просила меня приготовить ужин. Хочу запечь картофель с курицей и грибами, а майонеза нет, перец кончился и грибов тоже нет. Чего стоишь как истукан? — Рыжая начала меня разглядывать с головы до ног. — Ого, почему одежда такая грязная? Ты у того дедушки огород перепахивал что ли? — Помолчи хоть немного, неугомонная, — прохожу мимо нее, не зная что сказать. Толку от того, что языком воду молоть буду? Она ведь все равно не оставит меня в покое. — Ты чего сердитый такой? Случилось что-то? — ее веселость изменилась на обеспокоенность. Ага, вообще ничего не случилось. Интересно, как дед узнал о ее записи на стене в соцсети? Либо я отстал от жизни, либо тот дедушка был слишком продвинут. — Лёш? — она одёрнула меня за руку, заглядывая в глаза. Серые радужки сияют, будто драгоценный камень необычного окраса, а рыжие локоны слегка тревожит ветер из коридорной форточки. Касается… она опять меня касается. От ее руки чувствую тепло, хотя на улице довольно прохладно. Когда мы ехали в автобусе и я, обезумев, схватил ее за запястье, сашкина рука не была такой теплой. — Горячая, — тихо произнес, неожиданно для себя. — Чего? — недоуменно переспросила та. — Ничего, — отсёк, тут же освободив руку. — Самсы купи на обратном пути. Горячей. С сыром, — ответил ей уже после того, как прошел к двери, а затем развернулся к ней лицом, скорчив недовольную гримасу. — И не имей дурной привычки хватать людей за руки, глупая женщина. — Чего-о? Опять меня женщиной называешь?! Фиг тебе, а не самса! Картошку мою есть будешь! — сердито проверещала мелкая и, обидевшись, зашагала вниз по лестнице.       Дурная девчонка. Не знаю, что ты задумала, но не позволю тебе так легко манипулировать мной. Раз хочется сделать из меня клоуна, тогда я преподнесу тебе настоящее представление. Невинными глазами и доброй улыбкой меня тяжело провести.       Тем же вечером мелкая долго шуршала на кухне: то намывала посуду после использования, то зависала в телефоне, а потом снова находила себе дело, несмотря на то, что будущий ужин уже готовился в духовке. После ее возвращения мы не разговаривали. Я периодически проверял ее страничку ВКонтакте на наличие потенциальных «воспитателей», иногда выглядывал из своей темной комнаты и тихо ненавидел Костю, который очень не вовремя заваливал меня сообщениями о приближающейся вечеринке у Серого и новыми фотографиями с полуголой Маринкой, учащейся в параллельном классе. Честно сказать, последнее меня не интересовало вовсе. Нет, дело не в особом отношении к слабому полу, а в самой Маринке. Женщины, легко красующиеся и постоянно ищущие приключений на пятую точку, меня не возбуждают, а оная девица однажды по-хозяйски села на мои колени, как бы невзначай демонстрируя слишком много расстёгнутых верхних пуговиц на белой рубашке.       Стоп. Ну, конечно! Внезапно в голову пришла гениальная идея, благодаря которой я легко узнаю о странных тайнах конопатой. Нужно срочно задержать Сашку в школе, причем в понедельник. — Ну и какого ты тут стоишь? — внезапно оказавшаяся рядом сестренка подозрительно-грозно смотрела то на экран с большой грудью Маринки в красном кружевном бюстгальтере, то на меня. Вот же ж! Когда она успела заметить меня за комнатной дверью и подкрасться? Я даже свет выключил, чтобы очертания в темноте было не разглядеть. Что сказать? Нужно срочно что-то придумать! — Слежу, чтобы яда мне в ужин не подсыпала. Какой же я идиот. — Не подсыпала, — язвительно ответила Рыжая. — А стоило бы. Это Марина из твоей параллели? — быстро сообразив, спросила Сашка. — Как ты поняла? — я опешил хотя бы потому, что никогда не видел быстрое распознавание человека по внешним данным, тем более по очень заметным внешним данным без лица обладателя. — Не знала, что тебе нравятся сисястые. Взрослеешь, — мелкая как-то грустно опустила глаза на дурацкий телефон, а затем снова подняла их на меня. — Хотя бы не свети этим передо мной, ярый защитник и уважитель* женского пола. — Ты неправильно поняла, это просто… — Ужин, — резко перебила Рыжая. — Готов.       Сашка гордо махнула рыжими локонами, поворачиваясь ко мне спиной, и быстро зашагала на кухню. Я простоял в неком ступоре пару секунд, после чего глупая мысль прокралась в обиженный последними событиями мозг.       Когда я проследовал на кухню, сестра уже разложила картошку с мясом по тарелкам и с аппетитом уплетала свою порцию, будто не замечая меня. — Неужели ты комплексуешь? — с неприкрытым интересом спросил я, отчего Сашка чуть не подавилась картошкой. — Фовфем офигел?! — та подняла глаза, и я был готов поспорить — она могла бы съесть меня вместо ужина. — Прожуй, — постарался произнести как можно равнодушнее, кладя разблокированный телефон с грудью Маринки, из-за которой начался разговор, рядом на стол. Мелкая проглотила несчастную картофелину, пару раз ударила себя в грудь и хорошо прокашлялась. От мысли, что я нашел больное место у Сашки, уголки губ растянулись в улыбке, как бы я не старался ее сдержать. — Беги, Мерлин. Король Артур тебя не спасет.       Рыжая резко двинула руками о стол, отодвигая себя на стуле, и попыталась перехватить через него меня за край футболки, но я вовремя среагировал и дал дёру в сторону зала. Матерь Божья, давно я не видел сестру в такой ярости. Но весело смотреть на ее потуги меня поймать, она так отчаянно пытается до меня добраться, что неволей хочется узнать, что будет если… — Постой смирно, я всего лишь немного убью тебя! — прокричала мне в спину, а я, сам того не ожидая, махнул через кресло и упёрся в стену. Вот же ж. Мелкая затормозила на расстоянии вытянутой руки от меня, перекрывая путь к отступлению. Сигануть обратно не выйдет — одно неловкое движение, и телевизор с прозрачного стеклянного столика полетит в тартарары'. Значит, остается один путь — напролом. — Поберегись, женщина, — предупредительно выдал я, принимая позу для разбега. — Рискну, — злобно рыкнула Сашка и раскинула руки в стороны, упираясь ими в стену и заднюю сторону кресла.       Была не была! Я быстро подался вперед, готовясь заблокировать ее левую руку и прорваться на свободу, пока Рыжая не опомнилась, но мелкая в ту же секунду словно исчезла из вида. Как? Где? Остальное как в замедленном действии: мое тело не останавливается, в следствие чего талию внезапно крепко и очень сильно стискивают руками, а затем мелкая шныряет под мой правый локоть, не расцепляя тиски, и наваливается всем корпусом уже мне на спину, и мы вместе падаем на пол. Вот же продвинутая — додумалась присесть в момент моего старта, оказать сопротивление, перебраться за спину и повалить, падая сверху. Я животом почувствовал жесткий ковролин, потому что обвисшая старая футболка задралась, когда мелкая перекрутилась вокруг меня. — Сдавайся! — победно крикнула маленькая коза, поднимаясь и удобно пересаживаясь со спины на мою пятую точку своей, при этом держа мои руки. — Сдавайся или умри от щипков и укусов! — я почувствовал, как по открывшемуся участку моей кожи на левом боку слегка провели ногтями, что вызвало волну мурашек.       Что за дурацкие ощущения. Ненавижу мурашки. Нужно сбросить Сашку с себя, пока она расслабилась. Я с трудом упёрся руками в пол, готовясь рвануть спину назад, как вдруг услышал хлопок от входной двери. — Де-е-ти-и, — громко и весело позвал нас голос Лены. — Помогите с пакетами. — Это мама, — испуганно констатировала Рыжая. — Тебе крупно повезло. Но не думай, что на этом мы закончили, — почти на ухо прошипела, вставая с меня. — Идё-ём, — тут же крикнула она в ответ Лене, пока я поднимался следом. — Чего ты хочешь от меня? — на полном серьёзе поинтересовался я у сестры. — Что за дебильные игры ты затеяла?       Сашка остановилась и посмотрела на меня. На ее лице уже не было улыбки от победы, брови немного свелись, а серые глаза, которые еще в детстве притягивали к себе, будто потускнели. — Я — волонтёр, — тихо произнесла она. — И мне кажется, тебе нужна помощь…       Мелкая поправила растянутые домашние бермуды** и направилась в коридор, оставляя меня одного. Такое чувство, что меня кто-то сильно приложил головой: не могу двинуться с места, даже желания двигаться нет. Что она имела в виду?       Я пытался хоть немного понять, о чем шла речь, пока шёл в коридор. Там уже вовсю кипели голоса сестры и мачехи. — Привет, родной, — радостно поприветствовала меня Лена, вешая серый шелковый шарф на вешалку. — Я не смогла до тебя дозвониться, потому сказала Сашеньке, что задержусь, — она смотрела то в зеркало, поправляя светлые локоны, то на меня. — Кстати, Сашуль. — Ась? — отозвалась мелкая, пока копошилась в цветастом картонном пакете. — Я на остановке с твоим одноклассником столкнулась, Мишей, если не ошибаюсь. Он спросил что-то про твоего щенка и даже предложил помочь. Ха-ха, такой милый мальчик. Я ответила, чтоб с тобой связался, у нас ведь нет никакого щенка, — продолжая улыбаться, Лена понесла испачкавшуюся обувь в ванную. — Или ты опять кого-то пристраиваешь в хорошие руки? — до наших ушей гул вопроса донёсся уже из ванной коматы. — Да, ма-ам, — прокричала мелкая, потому что оттуда зашумела вода. — Ты мне еще одно желание должен, — уже обратилась ко мне. — Пойдешь со мной гулять, и я не скажу маме о твоем пиджаке, который уже зашит, если что. И учти… про будущую вечеринку я тоже знаю. 1 октября       Чувствуется приближение холодов. Солнышко уже не так греет, как месяцем ранее, ветер стал холоднее, насекомые постепенно исчезают из вида. Я сидел на обшарпанной деревянной скамье в парке и смотрел в небо, по которому медленно плыли хмурые облака. Внезапно зазвонил телефон, и я, не отвлекаясь от интересного занятия, полез в карман, на автомате нажал кнопку громкости звука и прислонил телефон к уху. — Саш? Это Миша. Прости, что задержался, я уже подхожу к главному входу. Ты где? Куда мне идти? — затараторили в трубке. — Ну здравствуй, Миша, — по привычке грубо ответил новоиспеченному собеседнику. — Иди прямо к фонтану, я тебя встречу. — Эм… — замялись на том конце. — А Вы кто? — Тот, кто передаст тебе «щеночка», — ядовито, с улыбкой выпалил я. — Иди, не бойся.