Человек, который платит

***

      Утро встретило приятной прохладой из слегка приоткрытого окна и совершенно неприятной трелью телефона. Женщина, с трудом проснувшись, нащупала мобильный на второй половине кровати и, не глядя на экран, сняла трубку: — Алло? — Доброе утро, золотая моя! — этот всегда фальшиво бодрый голос женщина узнала бы из тысячи. — Лёша, ты? — мысленно чертыхнувшись, она открыла глаза и взглянула на дисплей телефона, который действительно гласил: «Лёша Кирющенко». — А кто ж ещё, я, конечно! — режиссёр явно улыбался, — Разбудил, что ли, Люсь? — Нет, Лёш, я же никогда не сплю в полвосьмого утра, я же всесильная! Естественно разбудил, я только вчера из Питера вернулась, с твоего же, между прочим, спектакля. — Ну, извини, извини! — Ладно, забыли. Что ты хотел-то? — У меня к тебе одно предложение есть… — Кирющенко быстро взбодрился, а женское сознание вдруг провопило отчаянное «НЕЕЕЕТ!», ибо такие Лёшины предложения не всегда заканчивались хорошо, — Я тебе на почту одну пьеску скинул… — Лёша! Лёша, нет! — Золотая, ты же не выслушала даже!.. — И не буду, — она отрицательно замотала головой, забыв о том, что режиссёр её не видит, — Я и так знаю, что ты хочешь мне сказать. Что, продюсеры давят? Надо спектакль новый ставить? Отлично, но это твои проблемы, так что, пожалуйста, без меня! — Ну, Люсик, ну, золотая моя, — Алексей включил в себе недюжинное обаяние, — Ну, что тебе стоит? Роль ведь твоя, однозначно твоя! — Мне вполне хватает уже одной роли, даже, можно сказать двух, — женщина усмехнулась. — Деньги хорошие! Могинов* расщедрится, говорю тебе! — Я могу себя обеспечить пока. Не бомжуем ещё, знаешь ли. — Прочитай хотя бы, прошу тебя, золотая, — Кирющенко тяжело вздохнул, ибо аргументов больше не находилось, — Тебе должно понравиться. — Ладно, прочитать — прочитаю. Но не больше! — Отличненько! Как прочтёшь — набери меня. — Ты хочешь услышать ещё один мой отказ? — она фыркнула. — Уверен, что его не будет. Ты же Артемьева, тебе всё по по плечу! — мужчина было снова включил обаяние, но вдруг резко стал прощаться, — Ладно, бывай, моя золотая. И позвонить не забудь.       И не успела Людмила Викторовна Артемьева, а это была именно она, что-то произнести в ответ, как Кирющенко отключился. — Нет, вот как это у него получается? — актриса расхохоталась, — Он же просто манипулирует мной! Сейчас ведь встану и пойду читать!       Людмила действительно встала и, умывшись, бросила взгляд на часы. «Восемь утра… Ладно, всё равно ведь не усну», — подумалось ей.

***

— Слушай, Лёш, я была не права! — Людмила всё же перезвонила небезызвестному режиссёру и сейчас восторженно щебетала в трубку, — Ив Жамиак, боже! «Месье Амилькар, или Человек, который платит», мечта же, честное слово! — Значит ты согласна? — Кирющенко усмехнулся. — Ну, пока нет… — Так, золотая, что ещё? — Кто, кроме меня? — А-а, так ты в этом смысле, золотая моя! — Алексей облегчённо выдохнул, — Ну, Рома Мадянов уже на Машý согласился, Галю Петрову ещё позову… — мужчина вдруг замолчал, словно задумавшись. — Ой, Лёша, Лёша, — женщина рассмеялась, — Что-то, я смотрю, ты со всеми «вась-вась» и на «ты»! — Ну, в нашей профессии без этого никак, крутимся-вертимся, как можем, — режиссёр хохотнул в ответ. — Да знаю я всё о твоей профессии, — Артемьева отмахнулась, снова забыв, что её не видят, — Ты мне лучше другое скажи. Кого на Александра Амилькара возьмёшь? Под кого мне подстраиваться? Ведь я — Элеонора, я так понимаю. — Нет, если хочешь, моя золотая, можешь Виржинию играть, — мужчина хмыкнул, — Всё для тебя! — Ой, Кирющенко, ну, хватит льстить, мне никак не двадцать два, увы! И всё-таки, кто Александр? — Не знаю ещё, золотая, под тебя потом подстроюсь, время ещё есть. — Какая честь, сударь! — Люся хихикнула. — А то ж! Ладно, давай, ты там читай, учи, а пятого числа жду тебя на Басманной**, порепетируем. Чао бамбино, бывай, золотая моя! — Пока, Лёш! — Людмила улыбнулась.       Но, закончив разговор, тихо произнесла: — Никакая я тебе не золотая, а тем более не твоя!..