the 7 deadly sins

      юкхей знает свои привлекательные стороны. большие глаза, аккуратный нос и пухлые, соблазнительной формы, губы. у юкхея широкие плечи, длинные ноги и бронзовая кожа, которая так и манит прикоснуться.       он давно понял, как его внешний вид влияет на окружающих, поэтому старается подчеркивать фигуру темными зауженными джинсами и обтягивающими рубашками. остальные знают его как лукаса — подходящий ёмкий псевдоним.       парень сидит за барной стойкой недешевого клуба, куда пропускают лишь по списку. лукас часто приходит сюда. ему нравится видеть нескрываемое восхищение в чужих глазах, нравится получать банальные комплименты. юкхей обожает купаться в людском внимании, особенно — в признании симпатичных партнеров. он с довольной улыбкой ловит пожирающие взгляды, чувствуя приятное внутреннее превосходство над всеми остальными. лукас считает, что красивее него в этом клубе не найдется, даже если особенно сильно постараться.       его окружают надоедливые поклонники, как девушки, так и парни. юкхей громко ухмыляется и вкрадчиво вглядывается в лица напротив, пытаясь понять, заслуживают ли они его внимания, но привычно разочаровываясь, парень плюёт короткое: «не заинтересован» и отворачивается в другую сторону.       глаза бегают по танцполу в поисках кого-нибудь, кто скрасит тёмную ночь в жарких стонах. юкхей продолжает делать глотки своего коктейля, наблюдает за разношерстной толпой в свете софитов, пока его взгляд не приковывает один парень. темные пряди отдают синими бликами на свету, обрамляя молочную кожу, и лукас считает, что его метки смотрелись бы на ней особенно красиво. чувственные губы будто сами напрашиваются на болезненные укусы, а вырез белого джемпера оголяет острые ключицы, позволяя разгуляться фантазии.       в голове вона мелькает мысль, что таких притягательных мальчиков в его постели еще не было. и упускать этот заманчивый шанс не стоит. лукас следит за синей макушкой, видит, что парень тоже сел за барную стойку, но намного дальше. юкхей просит два коктейля, встает из-за стола, выпрямляется и идёт в нужную сторону.       парень удивленно поворачивает голову на юкхеево «хей», и лукас разглядывает блеск ламп в карих глазах.        — меня зовут лукас, — ставит на стойку два бокала и лучезарно улыбается.        — ким чону, — отвечает синеволосый.        — выпьешь со мной? — заманчиво предлагает лукас, медленно проводя пальцами по влажной ножке бокала.        — ты в самом деле не можешь найти себе компанию? — насмешливо спрашивает чону. от звонкого голоса и хитрой улыбки у юкхея сладостно тянет низ живота.        — мне не нужна компания. мне нужен ты.       обычно, после таких слов жертвы юкхея приоткрывали рот, вдыхая побольше воздуха, но чону отличался. парень тихо засмеялся и покачал головой.        — извини, у меня уже есть компания.       но никакая компания не появляется ни в течение пятнадцати минут, ни последующего часа, а после — и двух. юкхей продолжает рассказывать все, что в голову взбредет, упивается громким смехом, как оказалось, своего хёна. обворожительно улыбается, смотрит прямо в глаза и часто облизывает губы. юкхей знает, насколько он сексуален. и знает, что даже чону перед ним не устоит, пускай и строит из себя равнодушного. лукас всегда был лучше всех, и на сегодняшний вечер ничего не изменилось.       — я думаю, мне пора, — протягивает чону, допивая последний бокал. парень уже изрядно напился, чему поспособствовал юкхей.        — уже уходишь? а как же твоя компания? — лукас победно ухмыляется, когда видит, как тушуется ким.       — мой парень только что написал мне, что у него много работы, поэтому бессмысленно ждать его сейчас.        — оу, в таком случае, могу сказать тебе по секрету, — юкхей придвигается ближе, выдыхает в чужое ухо, невесомо касаясь губами мочки. басистый голос становится тягучим, как патока, когда он шепчет: — он точно не на работе, а ты точно получил это смс раньше. я и вправду так хорош, если ты решил задержаться подольше?       лукас отодвигается и с превеликим наслаждением осматривает растерянную мордочку чону. юкхей готов поспорить, что из-за его голоса у парня до сих пор бегают мурашки, а из-за жара дыхания образовалась выпуклость в штанах.       — знаешь что? — чону встает, со скрипом отодвигает стул и ставит одну руку на стойку, а другую на спинку стула, наклоняется ближе и разгоряченно говорит: — ты не так хорош, как ты думаешь. задержаться я решил, потому что хотел выпить и расслабиться, но тут навязался ты. и встречаюсь я не с ублюдком вроде тебя, поэтому, будь уверен, мой парень на работе. я не из тех очередных мальчиков, которых ты снимаешь здесь каждую ночь. предлагаю прямо сейчас подкатить к кому-нибудь, иначе проведешь сегодняшнюю ночь в горькой самостоятельной дрочке.       чону собирается уходить, но юкхей перехватывает тонкую кисть и сжимает крепко. ким выглядел до безумия сексуальным, когда с его губ срывались ругательства. конечно, лукас понимает, что чону врет сам себе. юкхей выглядит изумительно, чону глупо пытается отрицать этот факт.       — возможно, ты прав (черта с два). позволь загладить свою вину (наглая ложь). я вызову тебе такси (и ты об этом пожалеешь). скажи, пожалуйста, адрес.

***

      чону критично рассматривает роскошный букет ароматных ирисов фиолетового цвета.

ты знаешь, кто это. не стоило слепо доверять незнакомцу и говорить где ты живешь, чону. я всегда буду рад видеть тебя у себя.

      лукас оставил гребаную записку, не забыв указать внизу адрес. чону омерзителен юкхей, а особенно его напыщенность. ким кладет букет на коврик соседской двери, а открытку разрывает на мелкие кусочки и выкидывает в мусорку.       у чону уже есть возлюбленный — кун, и он определенно счастлив в отношениях. лукас не мог его заинтересовать, скорее, только оттолкнуть своим эгоизмом. синеволосый и вспоминать не хочет кривую ухмылку пухлых губ, хоть и действительно завлекающих алых. он невольно ёжится под всплывающий в сознании отблеск больших туманно-черных глаз и устало прикрывает веки. такой тип явно не мог приглянуться чону, даже будь он и холостым. тогда почему ким непроизвольно возвращается к тому вечеру в баре и тяжело вздыхает, словно заново ощущая подавляющую уверенность лукаса?       может быть, ему легче было бы развеять воспоминания, но лукас посылает чертовые букеты каждый новый день все с той же бумажкой, где были аккуратно выведены буквы адреса. чону перестает разбрасывать цветы по всей улице и оставляет их дома, отмахиваясь шутками на вопросы куна: «у меня появился поклонник?»       и если растения чону терпел с переменным успехом, то к следующему «подарку» он готов не был. курьер доставил лично в руки фиолетовую бархатную коробочку, в которой скрывался неброский серебряный браслет. тоненькая цепочка гармонично бы смотрелась на хрупком белоснежном запястье, однако ким не собирался принимать эту вещь. вся эта ситуация напоминала ему дешевый цирк, где он рассматривался в роли глупой девчонки, способной раздвинуть ноги из-за дорогой блестящей побрякушки. последней каплей дополнилась чаша терпения, когда он прочел строки на клочке бумаги:

дарит ли он тебе подарки? плевать. в любом случае, денег у меня больше, чем он сможет когда-либо заработать. я идеален, правда же? так чего же ты ждешь, малыш чону?

      юкхею был интересен чону. синеволосый продолжает игнорировать его всё это время, внушительно ударяя по эго. неужто парень кима способен затмить лукаса? юкхей получит своё рано или поздно. ему нравятся эти игры в кошки-мышки, но сделан последний ход, и лукас получает сообщение от курьера, что заказ доставили адресату.       юкхей и не думает удивляться, когда на его пороге появляется разъяренный чону. юкхей лишь самодовольно растягивает блядские губы в ухмылке и скрещивает руки на груди, опираясь на дверной косяк.        — мудак.       чону проходит мимо, ощутимо пихнув плечом, заходит в глубь квартиры, швыряет на пол ту самую бархатистую коробку и на пятках разворачивается.       — для чего ты все это делаешь?       юкхей смеётся. смеётся, опрокидывая голову назад, после чего с вызовом в чужие карие заглядывает.        — ты пришёл сюда ради этого?       чону непонимающе сдвигает брови к переносице, приоткрывает губы. чувствует эту победную уверенность лукаса и отходит к стене, как беззащитная омежка, которая испугалась сильного альфу.       — прекрати присылать мне все это барахло. моё отношение к тебе не изменится, подарки мне не нужны, оставь себе.       юкхей молча слушает монолог психованного парня и улыбается так по-хищному, словно готовится к броску на жертву. на последних словах лукас перестает улыбаться и начинает подходить ближе, вплотную становится и глубоко вдыхает чужой запах.       — и поэтому ты сюда пришел? из-за ничтожных цветочков и шоколадок? мы, что, в детском саду?       голос юкхея понижается до приятной хрипотцы, и он как никто другой знает, что его голос звучит властно и сладко. лукас видит — чону сглатывает, юкхей представляет, как молочная кожа покрывается мурашками, и облизывает свои губы, специально не отрывая глаз от черных трепещущих ресниц.       — я пришел, чтобы отдать браслет, к чему ты…       — ты пришел не просто, чтобы отдать браслет, так ведь? мы оба знаем, что да.       лукас шагает ближе и проводит носом по нескрытой тканью растянутого свитера коже чуть выше ключицы, вдыхает запах жадно, так, что у чону подгибаются колени от внезапной близости. юкхей чувствует крепкую хватку пальцев на своих плечах, когда чону пытается его оттолкнуть, но он кусает нежную кожу, после проводит языком и смотрит с удовольствием на багровые пятна. ким сильно пихает лукаса, и он отходит на шаг назад. видит, как рвано чону дышит; замечает спущенный с плеча свитер и привлекающую молочную кожу; ловит взглядом язык, проходящийся по губам; разглядывает едва алые щеки. и в юкхее просыпается бешеное желание владеть чону. лукасу крышу сносит от упрямства синеволосого, скрывающегося под невинной мордашкой. но, видя чону напротив, раскрасневшегося и грязно кусающего нижнюю губу, юкхей больше не считает кима милой игрушкой. лукас впервые сталкивается с человеком, который годится ему в соперники, и в самовлюбленном лукасе просыпается восхищение к парню.       он с приглушенным рыком прижимает костлявые запястья к стене, одной рукой удерживает, а другой щекочет кожу подтянутого живота легкими прикосновениями, забираясь под одежду. юкхей впивается в пухлую нижнюю, оттягивая и прикусывая, продолжает лапать чужое тело, но чону на поцелуй не отвечает. синеволосый пытается выдернуть руки из захвата или отвернуть лицо, однако лукас превосходит его в физической подготовке, что только распаляет второго. юкхей особенно сильно кусает губу, ловя на языке металлический привкус. он вклинивает колено между ног кима, в сторону их раздвигает и получает несдержанный, вырванный стон. лукас пользуется моментом и углубляет поцелуй, громко хмыкнув. чону перестает сопротивляться, чувствует юкхееву улыбку, но не отвечает. юкхей мягко проходит языком по деснам, и у чону в пальцах растекаются разряды тока от умений партнера. лукас шарит холодными руками по разгоряченной коже, и ким снова рефлекторно выдыхает, когда изящные подушечки задевают кромку джинс. вон удивленно приоткрывает глаза и ослабляет хватку, когда чону неожиданно сплетает языки с огромной самоотдачей. юкхей чувствует горячее влечение внизу живота от мокрого поцелуя, и его ведет. ким трется бедром об его пах, вновь из груди вырывается рык. лукас подхватывает чону под бедра, с громким грохотом прижимает того к стене и влажно, властно целует, срывая нетерпеливый скулеж. они сталкиваются зубами, гостиная наполняется смущающими причмокивающими звуками, оба звереют от действий друг друга. вон сжимает бедра кима так сильно, что наверняка останутся синяки. чону зарывается пальцами в волосы на затылке, оттягивает их назад и получает полу-стоны, полу-шипение от лукаса. юкхей в ответ играется с нижней губой, то кусая, то скользя языком.       — что, получается, про браслет ты соврал?       лукас широко и удовлетворенно лыбится после горячего шёпота на ухо синеволосому. зубы царапают чувствительную мочку, и чону толкается вперед, вышибая из груди юкхея весь воздух. сшибая косяки, он приносит кима в спальню, на кровать кидает, вылизывает шею, а на молочной коже расцветают все оттенки винного.       чону шипит, когда юкхей с нажимом проводит по стройным бокам, умудряясь буквально вылизывать ушную раковину. свитер старшего летит на пол, и лукас оставляет яркий засос над бусиной соска, ведет длинными пальцами вниз по телу, цепляется за кромку джинс. ким громко выдыхает, тянет руки к чёрной футболке вона, чтобы быстро и нетерпеливо стянуть ее через голову.       чону проглатывает вязкую слюну, алчно осматривает рельефы бронзовой кожи и тянет руки к впалому животу. лукаса еще больше распаляет прожорливое желание в глазах напротив, и он опять напыщенно растягивает губы в улыбке. чону тянется слишком нерешительно, будто побаиваясь, что все это горячий мираж, но юкхей требовательно прижимает холодные ладони к кубикам пресса, вновь указывая на свои преимущества. ким кружит подушечками по животу, прощупывая каждый миллиметр, и в этот раз мурашками покрывается тело младшего. вон смотрит на чону, бегло облизывая губы, взгляд почти черных глаз из-под синей челки лишает здравого рассудка.       — нравится то, что видишь? — басит юкхей, но без привычного лисьего оскала.       ким ведет руки прямо по телу выше, к широким плечам и выделяющимся ключицам, что в первую очередь приковывают к себе внимание в атлетической фигуре шатена. лукас не дыша наблюдает за действиями любовника, продолжая облизывать губы и следить за каждой морщинкой на лице. чону призывно глядит в ответ, закусывает нижнюю. резко проводит руками вниз по коже, не очень больно впиваясь ногтями в кожу, но оставляя красные полосы. юкхей сладко, протяжно стонет и облизывает уже не свои губы.       старший царапает обнаженную спину, плечи; скользит пальцами по влажной линии хребта; запускает ладони прямо под тёмные джинсы лукаса, сжимая ягодицы; а у второго вырывается пораженный выдох прямо в рот партнера. чону самодовольно улыбается в поцелуй, сплетает языки и выбивает всю почву у юкхея из-под ног. вон толкается бедрами вперед, заставляя синеволосого содрогаться от соприкосновения членов сквозь ткань.       юкхей принимается расстегивать джинсы чону, и быстро стягивает их вниз вместе с боксерами по изящным стройным ногам, которым он обязательно уделит внимание позже — после приторно сладкого поцелуя. ким всхлипывает, хватается в светлые волосы на затылке, когда лукас наконец касается его члена. парень мучительно медленно водит вверх-вниз, почти по-садистки удовлетворяясь, как выгибается в позвоночнике хрупкое тело.       — простая дрочка уже сводит тебя с ума? — влажные губы специально обводят металлические кольца в ушах, заставляя поежиться от щекотного дыхания. чону откидывает голову на подушки, оставляя вопрос без ответа.       старший чувствует возбуждение вона своим бедром и прикусывает губу до вспышки боли, которую тут же отгоняет умелый язык. лукас целуется идеально, и чону хватило бы даже этого, чтобы постыдно кончить, но ким неожиданно ощущает сразу два липких пальца в себе. юкхей растягивает его, вскоре добавляя еще один; а синеволосый натягивается как струна, до хруста костей, захлебываясь в ярких ощущениях, стоит пальцам пройтись по простате.       — я готов, давай уже.       и лукас хотел бы поиздеваться над старшим, умоляя его заменить пальцы чем-то стоящим; мог довести до исступления, вводя фаланги и касаясь костяшками комка нервов, пока чону плавится как сливочное масло. лукас хотел бы, но еще больше, до дрожи в пальцах, хочет вытрахать из кима все мысли, заполняя голову только своим именем.       юкхей входит до конца, приподнимает чужие бедра, и чону обвивает ногами талию лукаса, скрещивая пятки за спиной. юкхей дает время привыкнуть, отвлекая укусами молочной кожи бедер и тазовых косточек. проходит несколько минут, когда чону сам начинает осторожно двигаться, в малой мере улавливая нотки удовольствия, смешанными с отголосками боли. юкхей слабо толкается бедрами навстречу, ким шипит с каждым толчком. глаза старшего едва приоткрытые, он тяжело дышит и кусает нижнюю губу. лукас наклоняется, кусает острый подбородок, двигает бедрами чуть резче, благодаря чему получает долгожданный стон. юкхей продолжает наращивать темп, расставив руки в стороны от головы чону, а ким царапает мужественные плечи. шлепки слышатся все отчетливее, чону уже давно перестал сдерживать стоны, до следов кусая ключицы и плечи вона.       — тебе нравится это, да? ты рассыпаешься на части от моего члена внутри тебя. за этим ты и пришел, верно, хён?       лукас практически вколачивает его в матрас, мешая дать вразумительный ответ. в голове каша из букв, и виной этому не кто иной, как вон юкхей. младший выдыхает последние слова над ухом, опаляя горячим дыханием, накрывает член своего хёна, и делает несколько движений, прежде чем чону кончает себе на живот.       но юкхей еще не насытился этим телом сполна, возможно, никогда не насытится, поэтому он подхватывает чону под одно бедро, и начинает входить еще глубже, чем прежде. ким быстро возбуждается снова и протяжно кричит, когда член бьет точно по простате. лукас вылизывает его шею, засасывая и покусывая потную кожу, словно это была лучшая в мире сладость. юкхей не может перестать вдыхать аромат вожделенного тела и толкается бедрами, с мощью хищного зверя в разгар охоты. он обхватывает член чону в плотное кольцо, не давая партнеру кончить раньше времени, а старшему никогда в жизни не было так дьявольски хорошо. у него саднит горло от громких криков, и теперь его хватает на полу-стоны полу-всхлипы. юкхей точно бы знал, как доставить еще больше удовольствия им обоим; точно два пазла одной мозаики, они погружались в пучину разврата с головой.       лукас так чертовски близок. вон отпускает член чону из рук и крепче охватывает светлые бедра, сжимая так крепко, что хён тихонько морщится от грубости. юкхей движется еще быстрей, у кима собираются слезы от резких и четких попаданий.       

лукас

      чону называет это имя так часто, что буквально захлебывается в нем. юкхей дуреет от своего прозвища вперемешку с короткими стонами из уст синеволосого. ещё никогда лукас не хотел подчинить себе кого-то настолько сильно. и после этого взрывного коктейля наслаждений и распутства, он не сможет просто отпустить кима.       юкхей кончает следом за чону, что продолжал шептать «лукас» как в бреду.       лукас укладывает голову на мокрую грудь чону, а тот мягко перебирает светлые пряди волос. юкхей нажимает большим пальцем на выпирающую тазобедренную кость, после переводя пальцы на ягодицы, оглаживает и сминает бедра. вон затягивает старшего в новый поцелуй, но ничуть не грубый и болезненный. юкхею нравится целовать чону. нравится прикасаться к нежной коже, но еще больше ему нравится пылкий нрав любовника. ким переворачивает их, не разрывая поцелуя, усаживается на бедра лукаса и ёрзать начинает на паху. поцелуй становится все более горячим, до тех пор, пока не слышен стук зубов друг об друга. чону сам садится на уже возбужденную плоть, упирается руками в крепкую грудь для опоры и медленно двигается, закатывая глаза. вон с азартом наблюдает за партнером, удерживая широкие ладони на тонкой талии.       — как же ты горяч, чону. я могу трахать тебя сутками напролет, но ты, я думаю, и сам этого хочешь не меньше моего.       синеволосый давится воздухом, пока мягко скользит по члену и слушает развязный хриплый полушепот. лукас подмахивает бедрами вверх, за талию приподнимает и опускает, а чону эротично стонет, отчего у юкхея внизу живота тянет. младший жадно втягивает ртом воздух сквозь приоткрытые губы и подносит к чужим — пухлым и раскрасневшимся два пальца, обводя контуры то нижней, то верхней. вон не прекращает подкидывать вверх бедра, выбивая из кима всхлипы, проводит подушечками по гладкой кожице нижней губы. чону приподнимает правый уголок рта в хитрой ухмылке, прежде чем вобрать длинные пальцы во влажный рот. старший оглаживает те самые подушечки языком, умудряясь двигать бедрами. чону посасывает пальцы, как грёбаный леденец, и юкхей давится слюной при представлении своего толстого члена вместо этих пальцев. ким прикусывает пальцы, когда лукас толкается особенно сильно, и рефлекторно царапает широкую грудь вона.       с громким рыком юкхей оказывается сверху чону, укладывает стройные ноги себе на плечи, входя под совершенно новым углом. теперь лукас действительно втрахивает старшего в кровать, и сам юкхей не может сдержать кротких стонов, в то время как чону кричит с каждым шлепком.       — разве он может трахать тебя так, как это делаю я, а, хён? разве с ним ты кричишь, срывая голос до хрипоты?онкогда-нибудь касался тебя так, как я? неужели он так хорош, что ты ждешь его, пока он параллельно развлекается с мальчишкой с работы? — юкхей начинает надрачивать синеволосому в ритм своим толчкам, придерживает чону за подбородок, чтобы тот смотрел прямо в глаза. — скажи, он лучше меня?       — у меня не было никого лучше тебя.

и юкхей чувствует взаимность. он ни с кем не испытывал того, что испытывает с чону. и к чону.

      — лукас, пожалуйста, я…       — юкхей.        и чону не нужно ничего объяснять. он кончает с этим именем на устах.       а если бы прямо сейчас, когда юкхей рассматривает умиротворенное лицо уснувшего и уставшего чону, его бы спросили: «кто самый красивый человек в мире?», он бы без раздумий ответил: «чону»