the 7 deadly sins

       в клубе душно. джехён расстегивает верхнюю пуговицу рубашки, садится уже на привычное место и терпеливо ждет. он прекрасно знает правила этого стриптиз-клуба, потому что приходит не впервые.       чон — небезызвестная фигура в городе, поэтому мог позволить себе беспроблемный вход в это место. джехён неплохой человек — верный друг, добродушный начальник, примерный сын. только вот слишком цепляли его чужие красивые тела, которые не менее красиво извиваются под ним.       красный бархат мягкого дивана приятно ощущать под пальцами, а коктейль скрашивает ожидание. небольшая комнатка полностью погружена в приглушенный красный свет. напротив джехёна панорамное окно, сквозь которое видно другое помещение с пилоном. чону нравятся танцы. его завораживают стройные фигуры, скользящие по шесту, а особенно в этом клубе светловолосому нравится, что понравившегося партнера можно купить на ночь. он часто пользовался этой услугой.       коктейль оставляет после себя приторную сладость, когда в комнатке напротив выключается свет. через несколько секунд пьедестал, на котором стоит танцевальный снаряд, загорается красным цветом, а перед клиентом танцует юноша. хрупкий стан отбрасывает соблазнительные тени, и джехён не может думать ни о чем другом. красная фланелевая рубашка не скрывает почти ничего, но и не показывает столько же. узкие джинсы обтягивают стройные ноги, что обхватывают шест с удивительной легкостью. красная макушка притягивает взгляд железно — все мысли у джехёна растворились еще где-то на задворках сознания. он смотрит на парня, пытается разглядеть лицо, из-за чего рефлекторно поддается вперед. чон не видит внешности, но готов поклясться: за этим танцором он не наблюдал.       красноволосый выгибается пластично, джехён укладывает локти на колени, подпирает ладонями подбородок и внимает языку соблазнительного тела. длинные пальцы решительно обхватывают шест, и у джэ в глотке пересыхает. они определенно сталкиваются в первый раз, иначе чон давно бы снял парня на ночь. в движениях есть что-то цепляющее, и джехён не хочет ничего упустить. он жадно ловит каждый жест, облизывает пересохшие губы, а пальцы сжимают собственное колено бессознательно.       чон вдыхает больше воздуха, когда танцор опускается на колени, прогибается в спине, и скользит пальцами от шеи до кромки темных джинс. джехёну до звездочек в глазах хочется проделать то же действие не один раз. тонкие пальчики медленно расстегивают уже почти ненавистную прозрачную рубашку, постепенно оголяя плечи. чон сглатывает при виде белоснежной кожи и ёрзает на диване.       джехён наблюдает, как парень стягивает с худых бедер джинсы, и подавляет желание соскочить, сделать все самому. нежное тело выгодно освещается темно-красными софитами, доводя чона до сумасшествия. при каждом эротичном изгибе джехён представляет, как танцор будет прогибаться, когда он особенно сильно прикусит острую тазобедренную кость, что не скрывается сейчас боксерами. или как эти стройные ноги покоятся на его плечах, пока чон берет его на этом самом замшевом диване.       за своими мыслями светловолосый и не замечает, как выступление подошло к концу. пьедестал больше не горит пошлым красным, а взору не открывается привлекающее тело.       чон находит уже неплохо знакомую девушку-администратора. платит деньги за приватный танец и не только.       танцор неуверенно жмется в дверях, глядит пронзительно так, из-под темных бровей. джехён сидит на диване и терпеливо ждет. стриптизер начинает медленно двигать бедрами в такт томительной музыки. длинные и изящные пальцы скользят от шеи вниз; оглаживают крепкую грудь, впалый живот и охватывают кромку все тех же рваных черных джинс. парень рассматривает чона, отмечая, как дрогнул острый кадык. танцор скользит по полу, опускается на колени, и пластично прогибается в позвоночнике, в привычном жесте ведя ладони к паху. джехён дышит глубоко, пытается сохранить остатки самообладания, которые медленно теряются в океане желания.       тонкая рубашка оголяет матовую кожу, а стриптизер делает незамысловатые движения и прожигает взглядом своего клиента, но азартный огонек в темных глаза тут же тускнеет, стоит чону подойти ближе.       — ты боишься меня? — большие глаза смотрят с недоверием, и джехён даже удивлен. — почему?       — я… раньше меня не могли заказать для таких услуг.       — хочешь сказать, что сексом здесь ты еще не занимался?       танцор отрицательно машет головой, и чон тихо фыркает. ну конечно, как джехён не заметил: парню явно было неловко, он был похож на загнанную в угол лань. танцор наверняка младше его самого, а причина работы именно в этом месте — затруднительное положение в семье. и джехён мог бы отпустить его, но он хочет точно не этого.       чон обхватывает чужой подбородок своими пальцами и смотрит внимательно в омут глаз. джехён хочет этого мальчишку до боли в паху, он не может отпустить.       — как тебя зовут?       — ли тэён.       опять же: грубая ошибка. обычно, стриптизеры называют свой псевдоним, но никак не полное имя. тэён выглядит таким чистым и невинным; а джехён жаждет опорочить его, услышать совсем не невинные вздохи и стоны, задыхаться от ощущений и хриплого голоса, зовущего его по имени.       чон проходит на бархатный диван, садится, широко раздвинув ноги.       — иди ко мне, — ли все еще сидит на коленях и нерешительно, раскрыв пухлые губы, смотрит. — пожалуйста.       мягкая просьба сделала свое дело, и тэён на ватных ногах подходит ближе. красноволосый не знает, как себя вести. ему любопытно, но он боится. ему хочется, но страшно. джехён хлопает по своим крепким бедрам в узких черных джинсах, тэён теряется на мгновение, пока не слышит подталкивающее «ну же».       танцор садится на ноги своего заказчика, не зная, куда деть руки, но чон помогает: за локоть тянет их к своей шее, а тэён осторожно обнимает. их лица в опасной близости, джехён укладывает широкие ладони на стройную талию и сминает бока. ли выдыхает светловолосому в губы, и тот спрашивает:       — сколько тебе лет, тэён?       — девятнадцать.       — такой юный.       джехён так крепко сжимает светлую кожу, что на следующий день наверняка появятся уродливые синяки. клиент перемещает вторую руку на оголенную из-за порванной джинсы коленку, гладит ощутимо, а после ведет по коже, приближаясь к молнии. тэён громко выдыхает, и чон решает больше не медлить.       старший сокращает расстояние между ними и обхватывает своими губами чужую нижнюю, такую пухлую и соблазнительную, что джехён несдержанно мычит в поцелуй, когда наконец смог попробовать её на вкус. чон притягивает танцора за талию ближе к себе, а тот наваливается на него всем телом. тэён тихонько ёрзает на бедрах, и джехён в отместку кусает его губу. по телу младшего проходит дрожь, и чон, естественно, замечает. тэён неопытен в каждом своём движении и каждом возбуждающем стоне, что доводит джехёна до ручки. он просовывает ладони в задние карманы джинс, поглаживает ягодицы, аккурат надавливая.       танцор толком целоваться не умеет, но именно эта непорочность туманит голову, ведь чон осознает, что он первый. правда, к нему закрадывается мысль, что мальчишка достоин лучшего первого раза, чем секс в элитном клубе. такое сожаление не было свойственно джехёну лет с двадцати, поэтому и дурак поймет, что тэён является особенным.       они продолжают целоваться, и ли становится более напористым: царапает полную губу зубами, прижимается ближе, скулит громче и пальцами в волосы на затылке зарывается. чон короткими ногтями впивается в кожу, и, если бы ее не скрывала плотная ткань, то на ней бы остались отметки-полумесяцы. джехён считает, что его руки идеально лежат на ягодицах танцора, но ему хочется зайти дальше.       опрокинув тэёна на довольно вместительный диван, он кусает вкусно пахнущую шею. старший знает, что, по правилам этого места, нельзя оставлять никаких меток на коже, но джехён просто-напросто не может сдержаться, когда мальчик под ним томно дышит и часто сглатывает, поэтому оставляет багровый засос у острого кадыка. пальцы дрожат от предвкушения доступа к молочному телу, и расстегнуть ненавистные пуговицы рубашки у джехёна получается не сразу. поцелуями-укусами он ведет от самой линии челюсти, кусая адамово яблоко, цепляя зубами соски, кружа языком по плоскому животу у впадины пупка. младший покрывается мурашками, и чон приглушенно стонет: ему льстит, что он стал причиной этому. когда джехён поочередно вылизывает каждую из тазобедренных косточек, ли елозит по дивану, почти что хныча.       с пуговицей и молнией джинс чон справляется рекордно быстро, стаскивает предмет одежды вместе с боксерами. тэён смущенно лепечет «пожалуйста» и пытается стянуть рубашку с плеча старшего. джехён улыбается так, что красноволосый засматривается на глубокие ямочки и белоснежные зубы.       с себя одежду чон снимает гораздо медленнее, чем с младшего. словно они поменялись местами, и теперь у джехёна суть работы заключалась в эротичном танце. тэён из-под подрагивающих ресниц наблюдает за эстетичными пальцами, которые расстегивают мелкие пуговицы. джехён распахивает рубашку, а ли не может отвлечься от перекатывающихся мышц и четких кубиков пресса, но ровно до тех пор, пока те же пальцы не цепляют кожаный ремень. джинсы спускаются по стройным ногам, у тэёна срывается восхищенный вздох. джехён настоящий идеал, о котором ему остается лишь мечтать. хозяин крупной фирмы не может быть вместе с мальчишкой-стриптизёром, что танцевать-то начал из-за недостатка и крошки хлеба в доме. такие люди во все времена являлись не пересекающимися параллелями.       чон вновь нависает над красноволосым, вглядывается в глаза долго-долго, пока его не отрезвляет кисть танцора, ведущая по прессу. джехён облизывает свою нижнюю, прежде чем снова соприкоснуться губами. старший прекращает лишнюю спешку и сполна наслаждается моментом. ведет языком по нёбу; соприкасается с чужим, начинает его посасывать. тэён на вкус как любимый джехёнов зеленый чай. сладкий до безобразия.       ли и правда смелеет: руками шарит с нажимом, царапает ногтями и подушечками пересчитывает рёбра. джехён гладит рукой кожу от колена до задней части бедра, останавливаясь на ягодицах и сминая. тэён ластится к нему ближе, как котёнок, и чон неосторожно стонет в поцелуй. красноволосый теряется в ощущениях, ведь джехён повсюду: горячими пальцами касается не менее пылающей кожи, касается так, что младший имя собственное забывает; целует влажно, причмокивая звонко и ударяясь зубами; шепчет имя младшего и наивные комплименты прямо в ухо, посасывает мочку с симпатичным пирсингом; совершает толчки вперед, и у тэёна звездочки в глазах от неожиданной близости.       чон не просто занимается сексом, он точно бы играет на музыкальном инструменте, наверняка зная как выбить мелодичный звук из мальчика под ним. тэён дрожит, когда джехён начинает постепенно растягивать его. светловолосый целует влажный, покрытый каплями пота, лоб; зачесывает челку алую наверх и тепло шепчет «потерпи». и ли готов терпеть, потому что это был джехён. он бы терпел, даже если бы чон сказал ему простоять пять часов на голове, зная, что после получит один из тех волнующих поцелуев, которые градом сыпались на него сейчас. один палец сменяется тремя, и тэён утыкается носом в мокрое джехёново плечо. чона практически трясет от такого вида танцора, и он наконец убирает фаланги.       «поначалу будет неприятно» — все, что слышит младший, прежде чем джехён толкается на всю длину. тэён чувствует прохладу дурно пахнущей смазки и непривычную для него наполненность. ли кривит губы и медленно привыкает, пока джехён покусывает бледную кожу бедер, помогая любовнику. в комнате слышится лишь тяжелый выдох тэёна, когда светловолосый начинает двигаться. старший делает все с не присущей ему заботой, осознавая, что он у мальчишки первый.       ли кажется, что он стоит на краю крыши внушительной высотки: те самые впечатления, когда смотришь вниз, облокачиваясь об перила. в этот момент сердце делает кульбит, а желудок сжимается, запирается воздух в легких. кажется, что ты вот-вот сорвешься вниз, и от этого внизу живота колет тысячей иголок. то же самое чувствует тэён с каждой фрикцией.       джехён кусает худенькое плечо, оставляет следы на светлой коже. находит уже порядком истерзанные и распухшие губы, снова накрывает своими и сладко стонет, толкаясь глубже. тэён за шеей руки в замок скрепляет, грудью к чоновой ближе прижимается и тоже стонет в унисон. чон отстраняется, немного выпрямляясь, и сжимает пальцами тонкую лодыжку. целует выпирающие косточки, губами мажет выше, до шершавых коленей и крепких бедер. касается невесомо, продолжая толчки, смотрит в глаза прямо и оставляет многочисленные засосы: на лодыжке, икре, ляжках. тэён смотрит не моргая, видит прожигающую нежность в темных расширенных зрачках и поддается ближе.       он сам целует старшего, а тот позволяет ему вести, внутри ликуя от инициативы танцора. тэён не спеша обводит языком зубы, сплетает с чужим, посасывает и ведет по нему зубами. джехён не хочет сдерживать стон от такого на лету схватывающего мальчишки. чон ударяет точно по простате, и тэён под ним выгибается дугой. ли пытается ухватиться за обивку бархатного дивана, но ему не за что держаться, и он перемещает руки на мокрую спину. чон вновь покусывает выпирающий кадык, а младший хнычет от всего, что делает светловолосый.       джехён находит тэёнову ладонь и переплетает их пальцы, хаотично толкаясь и касаясь губами до любого оголенного участка кожи. ли крепко обхватывает талию ногами, а чон укладывается на быстро вздымающуюся грудь. они будто бы стараются стать еще ближе, прижимаясь отчаянно; ищут ласки, которой не было у обоих.       тэён шипит тихонько, пытается собрать себя по кусочкам, когда джехён без конца проезжается по комку нервов. младший уже и стонать толком не может, всего лишь мучительно скулит с закрытыми глазами. чон вдыхает воздух полной грудью, а на глаза спадает мутная пелена, окутывающее сознание.       танцор кончает первым, становится возмутительно узким, и джехёна накрывает после. старший перекатывается набок, дышит тяжело, но внимательно вглядывается в чужое лицо, покрытое бусинами пота.       — я заберу тебя отсюда.       джехён бережно откидывает яркую челку с больших глаз, что в упор смотрят на него. тэён похож на испуганного котёнка: такого беззащитного, маленького и потерянного. у чона в животе что-то щекотное разливается, прямо как в книжках описывается.       — мне некуда идти.       тэён незаметно смаргивает ненужные и непрошеные слезы, но джехён замечает.       джехён никогда не являлся хорошим примером для подражания. он не был лучше остальных. приходил в заведения, где людьми правили алчность и похоть, снимал слащавых мальчиков на ночь, а дальше творил, что в голову взбредет. иногда не самые приятные вещи. джехён причинил действительно много боли людям, которые тянулись к нему, подобно невзрачным мотылькам к внушительному пламени. без оглядки уходил, превращая чужие чувства в пепел, ведь он ничего не обещал. чон выглядит миловидным, но на деле оказывался черствым чудовищем, которому нужно было единственное — податливое тело.       но вглядываясь в эти огромные глаза, где радужка сливалась со зрачком в одно темное, необъятное полотно. джехён смотрит в них и видит отражение хрупкости и наивности, которая свойственна в моменты беззаботной юности. такой прекрасной, живой и дышащей молодости. чон смотрит на бледное лицо с безупречной красотой и испытывает глубокое отвращение к своей мерзкой, грешной, чернеющей душонке.       джехён воздушно касается теплой ладонью прохладной щеки, и считает, что затрагивает прекрасное.       — тэён, послушай, — чон говорит приглушенно, и тэён невольно заслушивается медовым тембром. — я подонок. подонок при деньгах, который купил тебя и воспользовался твоим тяжелым положением, но я просто никогда не встречал таких, как ты. позволь мне узнать тебя. пожалуйста. я заберу тебя к себе, но я не могу принуждать тебя. если ты хочешь быть моим, прошу, пойдем со мной…       джехён высказывается медленно, вязко, а тэён еле сдерживается, чтобы не засмеяться.       да, фактически, чон его купил. и, возможно, у тэёна не было выхода, но ли было хорошо со старшим. он отдался ему сам довольно быстро, но не ждал, что джехён попросит о чем-то большем. даже мечтать не мог.       танцор подается вперед и обхватывает губами пухлую нижнюю, легонько посасывает, руками за шею обнимает и ближе прижимается. джехён облегченно выдыхает в поцелуй и тоже жмётся к худощавому телу, сплетая языки.       — это значит «да»? — ухмыляется чон, когда отстраняется, чтобы оба вдохнули необходимого, к сожалению, кислорода.       джехён обворожительно улыбается, светит ровными зубами и очаровательными ямочками. это вызывает у младшего улыбку ответную, такую же лучистую, но чон быстро стирает её еще одним поцелуем.

///

      джехён забирает тэёна к себе в квартиру в ту же ночь. проходит три недели, прежде чем мальчишка, переборов стеснительность, укладывается спать на одну постель с чоном, нежно целуя его обнаженную грудь. джехён с той ночи никак не пытался затащить танцора в постель, хотя и хотелось очень. старший постыдно дрочил в кабинке душа, но не спал с тэёном, и, уж тем более, с другими.       светловолосый приходит домой как обычно, разувается в коридоре, но чует что-то неладное: тэён каждый день встречал его, а сегодня подозрительно тихо. он идет вглубь зала и там слышит плавную мелодию, приглушенную, доносящуюся из маленькой комнаты. джехён открывает дверь, застывает в дверном проеме, крепко в пальцах ручку сжимая.       тэён сидит на коленях к нему спиной. бедрами в обтягивающих шортах виляет в такт музыке, а джехён воздухом давится. на ли только эти блядские шорты, и чон облизывает губы пересохшие при виде острых позвонков. тэён на этих самых коленях разворачивается, а после раздвигает их в стороны, руками оглаживая грудь. танцор медленно подходит к парню, укладывает одну руку на его шею и ведет за собой на кровать. джехён садится на самый край, наблюдает за пластичными движениями тэёна на полу и выть хочет. он протягивает ладонь к плоскому животу, но ли со звонким шлепком ударяет его по пальцам.       младший подходит сам, ступней раздвигает сильные бедра, перекидывая ногу через одно после. тэён ёрзает на джехёновых коленях под ритм, прижимает широкие ладони к простыням, когда те сжимают его ягодицы. тогда джехён ухмыляется уверенно, толкается пахом вперед, соприкасается с чужим возбуждением. ли звучно выдыхает во влажные от слюны губы, а чон пользуется секундной растерянностью, высвобождая руки.       джехён резко укладывает танцора на лопатки, нависает сверху, посасывает чувствительную ареолу соска и с удовольствием ловит мелодичный стон. он пальцами ведет по задней стороне бедра, останавливается на ягодице и шлепает по ней несильно, но ощутимо. тэён шипит и прогибается в спине с еще одним ударом.       — малыш решил поиграть со мной, а, тэен-а?       чон не мешкает и стаскивает черные шорты тут же, ехидно ухмыляется, что тэён не надел нижнее белье. старший наклоняется и вбирает в рот головку, опускаясь все ниже. ли широко распахивает глаза, приоткрывает рот в немом крике; джехён видит, видит и улыбается, заглатывая еще глубже. тэён настолько отвлечен искусным минетом, что даже не замечает движение двух смазанных пальцев в себе. когда их становится уже четыре, джехён с пошлым звуком выпускает член изо рта и переворачивает тэёна на живот. входит одним толчком до конца, сразу же начиная движение бешеным ритмом, выбивая из младшего стоны с громким рыком. пальцы сжимают худые бока до сладкой боли, тэён выгибается в пояснице и ластится бедрами назад, а джехён берет грубо, сдавливая кожу до синяков; кусает шейный позвонок с садистским наслаждением. чон так долго ждал своего покорного мальчика, поэтому больше походит на изголодавшегося зверя, с упоением вгрызающегося в свою добычу.       движения джехёна размашистые, сильные. член бьёт точно по простате, и у ли пальцы на ногах поджимаются почти до судорог. у тэёна уши краснеют от собственных стонов и всхлипов, а также невероятно вульгарных шлепков, когда чон двигает бедрами с завидной мощью. ли утыкается лицом в подушки, до белых костяшек в пальцах простыни сжимает и хнычет от разноцветных кругов перед глазами. джехёну так же хорошо, как и младшему. светловолосый безостановочно вбивает жилистое тело в кровать, стонет хрипло и часто опухшие губы облизывает.       — господи, джехён, пожалуйста, я сейчас…       дальше идёт неразборчивая каша из слов, потому что чон начинает ему надрачивать, и тэён зарывается носом в подушки. ли дрожит в руках джехёна, когда кончает. тот еще несколько раз толкается в расслабленное тело и изливается внутрь. старший выходит из тэёна и кусает все ещё оттопыренную ягодицу, ухмыляясь на измученный стон. джехён за талию тянет ли на себя и на свою мокрую грудь укладывает. тэён тут же в кольцо рук захватывает крепкое тело, подбородком в эту самую грудь утыкается и смотрит блестящими глазами. чон прикусывает свою губу до отрезвляющего привкуса металла, чтобы тут же не наброситься на такого раскрасневшегося затраханного мальчишку.       — ты — животное, — смеётся тэён, оставляя влажный поцелуй на коже.       светловолосый обхватывает впалые щеки влажными ладонями и тянет на себя. оттягивает зубами притягательную нижнюю, с шумным шлепком опуская. буквально вылизывает чужой рот — мокро так, тягуче, с причмокиванием. стон тэёна тонет в интимном поцелуе с соединенными языками.       джехён ловит себя на мысли, что эта ночь будет долгой.