Всё именно так, как я представлял

Парочка, как обычно, делает домашнее задание вместе, у Мина дома, сидя за небольшим столиком на полу, в комнате старшего. Чон тянется через деревянный угол стола, увлекая Юнги в поцелуй и валит парня назад, прижимая к полу. Мин упирается руками в плечи младшего и отстраняется. — Что вытворяешь? Мои родители дома, — шёпотом возмущается Мин. — И что? Они на первом этаже, почему мы не можем просто целоваться? Дверь ведь закрыта, — отвечает брюнет и легонько кусает отвернувшегося Мина за ухо. — Тс, не ори так! Нас же услышат, а-ай! — шипит Юнги и толкает Хосока в грудь, — встань с меня уже! Чон смеётся и садится на место, оставляя старшего лежать на полу. Мин тихо скулит и вздыхает. Парень любит так делать и выводить Юнги из себя, но до крайностей не доходит. Как-то раз Мин побил его за очередной выкрутас: Хосок взял его за руку прямо посреди улицы. А Юнги очень сильно боится, что их отношения и ориентацию кто-нибудь спалит. По этому поводу у блондина огромные заморочки. — М, Юнги, — тянет Чон и водит ручкой по тетради, пачкая поля, — давай как-нибудь... Это... М, попробуем? То самое. Слова парня выводят Юнги из мыслей о задаче по геометрии, он краснеет и отворачивается, зажимая рот ладонью. — Прости, это было неожиданно, да? — грустнеет Хосок и закусывает губу. – Просто мы уже полгода встречаемся и... Я подумал, что уже можно. Заниматься таким. У Мина уши покраснели, он встал с пола и лёг на кровать, отвернувшись к стене. Накрылся одеялом и продолжал молчать. — Это значит "Нет"? — вздохнул Чон, следя за передвижениями Юнги. — Это значит "Я боюсь", — промямлило нечто, не вылезая из под одеяла. — Кто бы мог подумать, Мин Юнги и боится, — чуть было не засмеялся, но осознал всю серьёзность ситуации и заткнул себя вовремя. Почти. — Прости, Сахарок. Я больше не буду говорить об этом, пока ты сам не попросишь. Мин вылез из укрытия, сел и надулся. — Можешь говорить, просто не сейчас. Дай мне свыкнуться с мыслью, что я снизу, — тихонько вздыхает и воет парень. И тут Хосока осенило. Если секс — пока недоступная для них роскошь. Пока. То почему бы не найти ему альтернативу на время? Мин привыкнет, смирится и потом сам будет просить Чона, чтобы он его взял. По крайней мере, так мыслит Хосок. — Юнги-я, — нежно, но как-то подозрительно радостно, тянет младший и заползает на кровать, умещаясь рядом с любимым, — а, Юнги-я? Мин поворачивается лицом к брюнету, но почему-то отодвигается, предвкушая что-то опасное, для него. Нет, он тоже думал о близости и не один раз. Но сомнения и страх всегда брали верх, к тому же не только они. Во-первых, родители почти всегда дома. Во-вторых, как они купят всё нужное для этого процесса? Юнги стыдно даже за то, что он с парнем встречается, хотя никогда не был натуралом. А тут: идти в секс-шоп и вызывать подозрения. Нет уж, это слишком. — Чего? — стараясь быть уверенным, спрашивает Мин, но не замечает как подрагивают его брови. Хосок подползает и уже почти нависает над Юнги, которому только и остаётся почти лечь спиной на оставшийся клочок кровати позади. — Хочешь попробуем что-то другое? Мм? — намекает Чон и настойчиво пытается расстегнуть ремень на школьных брюках парня одной рукой. Второй упирается на постель за спиной Мина. Вот оно, Юнги хочет это остановить. Всё остановить. В идеале Землю, чтобы сойти, без возможности вернуться. Он теряется в ощущениях, когда Чон уже тянет собачку на молнии вниз, но останавливает его руку, накрыв своей. Для него это неправильно. Не всё, а то, что хочет сделать Хосок. Блондин всё прекрасно понял и отпирается, застёгивает ширинку и кусает губу. Юнги отводит взгляд и берет себя в руки, отодвигая от себя любимого. – Хосок-и, прости. Я...— мямлит Юнги, не зная как сказать то, о чём он сейчас думает. — Всё нормально, я идиот, ты меня прости. Возомнил, что мне всё можно, а тебя не спросил, — извиняется Чон и понимает, что проебался. Надавил и, возможно, что даже отдалил Мина от себя. Но не тут то было, Юнги хватает его за руки и просит посмотреть на него. В этих карих глазах напротив Хосок видит смущение, но никак не обиду. И он уверен, что Мин тоже слышит, как громко бьётся его сердце сейчас. — Я хотел первым предложить этот вариант, — выдаёт блондин, чем не просто удивляет Чона. Он стрелой с первого выстрела точно в сердце попадает, не промахивается. Хосок сглатывает и ничего не отвечает сразу. Мин толкает его в грудь и Чон приземляется спиной на постель. Юнги наклоняется за поцелуем, но Хосок его останавливает, и Мин ловит губами лишь его пальцы. — Стой, а как же родители? — напоминает Чон, жалея, что именно сегодня они дома. — Да ладно тебе, дверь закрыта, они на первом этаже. Кому мы нужны? — не перестаёт удивлять Юнги, противореча своим же стандартным фразочкам. Хосок с лёгким испугом задерживает дыхание, затем плавно выпускает весь воздух. Но Юнги разбавляет это напряжение, чем ещё больше смешит Чона. Мин умеет удивлять. — Торжественно клянусь, что замышляю только шалость. Хосок бы посмеялся и даже пошутил, если бы не обстоятельства. Юнги облизнулся и задрав рубашку младшего холодными ладошками, не стал медлить. Он сам не понимает, что на него нашло. Что за уверенность такая, где же страх или смущение, которые были минуту назад? Испарились. Парень максимально старается походить на какую-нибудь порно звезду, чтобы только удивить и угодить. Хосок сжимает челюсти, жуёт нижнюю губу и возбуждается от незатейливых ласк и томных взглядов, бросаемых Юнги. Мин целует живот и дрожащими руками пытается справиться с пряжкой ремня. Затем пуговица. Молния. Уверенность пропадёт, но пути назад нет. Это первый раз, когда он будет делать минет. Страшно? Да. Отступить? Нет. — Н-не смотри на меня, — шепчет Юнги и тянет резинку боксёров. Хосок решает, что закроет глаза на несколько секунд. Но потом точно увидит эту картину во всей красе. Помогает снова стеснительному Мину приспустить брюки, вместе с бельём и закрывает глаза, как тот просил. Юнги хотел зажмуриться, но не успел. Надул щёки, задерживая дыхание на секунду и тихо выпустил воздух. «Отступать некуда, позади гордость», — проносится в его голове. Парень наклоняется и охватывает основание плоти рукой. Светлые волосы свисают, закрывая обзор на половину лица. Мин высовывает язык и неуверенно проходится по головке. Чон от новых ощущений громко выдыхает, но пока не смотрит на то, что происходит. Рано. Юнги собирает побольше слюны и облизывает головку, пока не касаясь губами. Затем решается и медленно обсасывает, причмокивая. Он и представить не может, как Чону сейчас необыкновенно. Как приятно чувствовать губы Мин Юнги на своём члене, как волшебно ощущать этот язык. Юнги полностью вовлекается в процесс и ему уже начинает нравится. Хотя раньше он даже не думал об этом в таком ключе. Присасывается как пиявка и берет глубже, стараясь не задевать чувствительный орган зубами. Мин закрывает глаза и наслаждается, проводит языком по всей длине, придерживая рукой и, таким образом немного отдохнув, снова заглатывает. Он не видит реакции Хосока, но знает, чувствует, что ему нравится. Юнги уверен. Щеки болят, но это не остановит. И то, что Чон точно сейчас смотрит на него — тоже. Хосок протягивает руку к лицу парня и убирает со лба влажные белые пряди. Запускает руку в волосы и совсем немного давит. Юнги и не против, его это только раззадоривает. Единственное, что расстраивает — у Мина не получается расслабить глотку, чтобы использовать и горло. «В другой раз», — мелькает мысль. Хосок больше не может, ему хочется быстрее это закончить и насладиться финалом. С еле различимого кивка Юнги, парень становится грубее и с напором трахает его рот, каждый раз упираясь в глотку. Слезы у Мина уже не только в уголках, но и на щеках. Но его не волнует, надо завершить начатое и можно будет расслабиться. Юнги и правда заебался, это слишком долго длится. Так кажется. Горячее семя заполняет рот Мина, после тихого предупреждения. Часть стекает по разбухшему члену, но ловкий язык собирает остатки. Не успевает Мин прийти в себя и вытереть губы, как Хосок мгновенно натягивает брюки и прикрывает рубашкой расстёгнутый ещё ремень. В комнату входит мама Юнги и спрашивает: не хотят ли мальчики поесть. И грозится оставить Мина без сладкого, потому что ребята тут делают что угодно, но точно не домашнее задание. Хорошо, что раньше не зашла, а то бы увидела это "Что угодно". Дверь закрывается и Хосок получает лёгкий удар в плечо, пока застёгивает ремень. — Ну, что? — Чтобы, блять, я ещё раз сделал что-то такое, когда дома родители, — ворчит Мин и встаёт с кровати, собираясь пойти почистить зубы, а затем ужинать. Хосок смеётся и не напоминает Юнги, лишний раз, чья это была инициатива.