снова научиться жить

— Хосок, — выходя из больницы, я позвал его. Он сразу же встал в ступор и повернулся ко мне. — Нам нужно поговорить. — Что? Поговорить? — он округлил глаза и повторил мои слова, словно хотел удостовериться в них. Я понимаю как это абсурдно звучит. Буквально пару дней назад я его ударил, послал на все четыре стороны, но нам необходимо это сделать. Я осознал это еще в палате, когда впервые посмотрел ему в глаза. Она ему не безразлична и если мы продолжим так «соревноваться», то все может привести к еще более плохим последствиям. Если я хочу быть рядом с Лан, я обязан поговорить с ним, даже если придется переступить через свою гордость. — Да, именно поговорить, — более увереннее произнес, чтобы тот понял мой посыл. Он немного постоял на месте, смотря мне в грудь, но потом сунул руки в карманы и отвернулся. — Иди за мной.

***

— Так ты хочешь остаться с Лан? — не медля, начал он. Я немного удивился его прямолинейности, но тут же принял это. Сев на старую обшарпанную лавочку, я облокотился об свои ладони, запрокинув назад голову. — Да. — И ты позвал меня сюда об этом поговорить? — Да. — Не обязательно было, — это заставило меня посмотреть на него. — Я не собирался вам мешать. — Да ну? А что тогда было до этого? — Я же тебе говорил, — он сел возле меня. — Это было из-за моего эгоизма. — Получается я тебе не понравился. — Да, ты меня бесишь, — он запустил ладонь в свои яркие волосы красного цвета. — Будет бесполезно как-то ограждать ее от тебя. Она тебя любит и она мне это доказала. Но ты мне все равно не нравишься. Я лишь глупо рассмеялся. Понимаю, что я не лучший кандидат в пару, можно сказать, даже худший. У меня нет ни автомобиля, ни приличной квартиры, ни денег, тем более ни характера «идеального парня». Но… — Все-таки, — я сделал маленькую паузу, смотря в черное небо. Из-за фонарей звезд не было видно, только страшные почерневшие тучи, тянущие за собой свое тело. — Кто ты ей? Не думаю, что просто друг будет для нее так важен. — Я ее лучший друг, — он потупил свой взгляд на одинокой карусели. — Мы многое вместе с ней прошли: я всегда ее поддерживал, был рядом, заботился. Короче говоря, всю жизнь с ней разделил. — Понятно, — ответил я, шумно сглотнув слюну. Теперь-то все понятно. Он для нее драгоценная семья, замена никудышной матери. — Так ты ей очень дорог, получается. — Типо того, — сжато произнес парень и опустил голову вниз. Он себя винит. Я вижу, как его внутренние демоны пожирают его внутренности, а остатки беспощадно сжигают. — Если бы тебя сейчас увидела Лан, то точно бы расстроилась, — произнес я, смотря на его реакцию — он дернул головой. — Не кисни, а то испортишься. — Хорошо, — с приглушенным смехом ответил мне Хосок и встал. Засунув руки в карман, он поднял вверх голову, но затем сразу отошел на два шага от меня. — Ладно, раз уж все выяснили, я пойду. Сам понимаешь, устал, как собака. То тебя искать, то Лан успокаивать и сейчас пережить такое, — Хосок стряхнул с себя пыль ради приличия. Я кивнул, больше не смею его задерживать. Уходя, он остановился и покачал головой в мою сторону. — Я хочу, чтобы она увидела тебя первым. После этих слов он быстро зашагал к дороге.

***

Чон Хосок.       Когда Юнги, запыхаясь, как разъяренный бык, влетел на этаж, мне стало плохо. Настолько плохо, что я даже не стал сопротивляться ему. Я видел по его глазам — он хочет меня убить за такую новость, жутко разгневан на меня, на того, кому он оставил свою любимую девушку. Я был бы даже не против, если бы он ударил меня. Но мне пришлось остановить его, я слышал шаги постороннего. Ко мне с надутыми губами шел полицейский. Затем я наврал ему — сказал, что я ее родственник. На это была своя причина. Я лично знаю мать Лан. Ужасно неприятная личность: всегда смотрит на всех сверху вниз, лицемерная и очень гордая. После смерти отца Лан, она кинула своего ребенка к больной матери, аргументируя этим своей занятостью в компании. Полнейший бред. Никогда не уделяла внимания своему ребенку, словно забыв о ее существовании вовсе. Но даже не смотря на это, она всё ещё остаётся ее матерью по документам и каждый раз, когда Лан ловили представители закона, она с улыбкой на лице забирала свою дочь, садила в машину и увозила в другой город, каждый раз ничего не говоря ей самой. Полный игнор. И если бы она сейчас об этом узнала, то точно увезла бы её, а она ей противиться не может. Лишь один ее ненавистный взгляд в сторону дочери, заставляет ту с едким позором проглотить свои чувства и повиноваться. Когда полицейский ушел, я снова взглянул на него. Он сломлен и почти убит. Он, похоже, что-то осознал. И тогда в моей голове прошла мысль: «Он серьезно настолько ее любит?». И моя мысль вмиг подтвердилась, став черным жирным фактом, в тот момент, когда он вошел в палату. Его взгляд, его слезы стали неопровержимым доказательством. «Что же я натворил…»       Вина за все происходящее тяжелым металлическим блоком упала мне на плечи, с силой вырывая воздух из легких. Собирая последние силы, я вышел из палаты с полностью пустой головой. Хорошо, что Лан жива, но я должен был быть на ее месте… Когда я вышел из больницы, то мною контролировало одно желание — «набухаться». Да так, чтобы на следующее утро все забыть. Я редко когда пью из-за своей неустойчивости к алкоголю, но сейчас можно. — «Давай поговорим.» Я удивился, даже, можно сказать, был шокирован. Подумал, что это шутка, но нет.  — «Если бы тебя сейчас увидела Лан, то точно бы расстроилась.» Да этот парень шокирует меня с каждым разом все больше. Что это было? Он так пытался меня подбодрить? У него это получилось. Правильно. Наверное, бы ее лицо выражало — «Что грустим? Может, посмотрим фильм? Какой хочешь? Давай твой любимый!». Правильно, я не должен грустить и винить себя ради нее. Я должен встретить ее с улыбкой.

***

POV Мин Юнги.       Прошло уже три дня, а Лан так и не просыпалась. Каждый день Хосок ждет меня перед палатой и не заходит и каждый раз я вхожу первый. Очень страшно, ведь я могу увидеть ее. Мне придется смотреть ей в глаза после всего, что высказал ей. Но я хочу, чтобы она поскорее очнулась. И даже сейчас, на четвертый день, он мирно сидит возле палаты и дожидается меня. — Привет, — тихо сказал я, обводя его взглядом. Он выглядит очень взволнованным. — Привет, — ответил тот и указал на дверь. — Доктор сказал, что сегодня она проснулась. — Да?! — я тут же ринулся к двери, но остановился перед ней. Хочу ее увидеть, но ужасно боюсь. Вдруг после всего этого, она меня отвергнет? Пошлет на все стороны? — Не трусь, — он подтолкнул меня, выразив свою поддержку. «Ладно». Медленно открывая дверь, я всматривался в глубь палаты. Сглотнув накопившеюся слюну, рывком вошел в палату.