Побег из Азкабана (Azkaban break)

      Ремус опустошил второй флакон Оборотного зелья, положил его в карман своего платья, сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться, и вышел из туалета. Доэрти и МакФерсон ждали его, сидя на креслах в комнате охраны. Ремус слегка улыбнулся. Он не должен был показывать свои эмоции или растущее нетерпение. — Вы готовы? — спросил его Доэрти. — Да, мы можем идти. — Вы действительно уверены? Это довольно страшное место, знаете… Особенно для молодой леди… — Но… Читателям ведь важно знать, как обращаются с Пожирателями Смерти, — ответил Ремус тем нерешительным тоном, с которым Берта рассказывала ему о Сириусе во время их первой встречи.  — Хорошо… Они вышли из небольшого здания охраны, миновали лазарет, прошли через железные ворота и направились в сектор Повышенной Безопасности. — Я сообщил дементорам о нашем приходе, — объяснил Доэрти, открывая дверь. — Мы с ними не пересечемся. Они запираются в подвале, когда персоналу нужно подняться наверх. Ремус внимательно огляделся. Заклинания, наложенные на дверь, были очень мощными, и, похоже, другого выхода из тюрьмы просто не было. Как Регулус вытащит Сириуса отсюда? Сейчас, когда Ремус вошел в здание, ему стало некомфортно. Невозможно было выбраться отсюда без магии. И одного цветка, что они с Северусом добыли, конечно, не хватило бы. Ремус волновался. Каким образом он мог надеяться на Регулуса? Снейп сказал, что он был сильнее, чем казалось. Но даже самый блестящий волшебник был никем без своей магии. Владел ли Регулус беспалочковой магией? Ремус в этом сомневался. Он пообещал себе выведать у Регулуса немного больше информации об этом знаменитом плане в следующий раз, когда они встретятся в субботу. — Существует два уровня, — объяснил Доэрти. — Первый — для менее опасных заключенных и тех, кто провинился. А все Пожиратели Смерти сидят на втором уровне. — И к ним относятся по-разному? — спросил Ремус. — В соответствии с уровнем? — Конечно. Дементоры проводят гораздо больше времени на втором, чем на первом. — Это все? — спросил МакФерсон. — Поверьте мне, инспектор. Этого вполне достаточно… — сказал Ремус дрожащим голосом. —  Почти половина заключенных тут погибает… Сириус в порядке. Регулус видел его, он говорит, что он не сошел с ума… , - пытался успокоить себя Ремус. — Мисс? Как вы себя чувствуете? — спросил Доэрти. — Все в порядке. Пойдемте, — решительно ответил Ремус. Чем скорее все это закончится, тем лучше.

***

Сириус возобновил свою человеческую форму. В образе собаки ему наконец удалось проскользнуть между прутьями. Разве что зад немного застревал, но с некоторыми усилиями протиснуться было можно. Огромная волна радости накрыла его. На мгновение Сириус даже забыл о боли и том ужасном чувстве вины, которое преследовало его с начала тюремного заключения. Наконец, он смог выйти за пределы трех квадратных метров, которые были его миром в течение последних десяти месяцев. Сириус с нетерпением ждал прихода Живоглота, чтобы передать Регулусу хорошие новости. — Здесь заперты Пожиратели Смерти, — прозвучал голос Доэрти в другом конце коридора. — Мы можем повернуть назад, если хотите… Проверка? Опять? В последнее время сектор Повышенной Безопасности пользовался популярностью! Сириус сел на пол, гадая, кто на этот раз появится перед его камерой. Трое человек подошли к его решетке. Конечно, это был Доэрти, но при виде двух других Сириус вздрогнул от неожиданности. МакФерсон. Аврор, который поймал его в ту роковую ночь. Тот, кто свидетельствовал против него в суде, говоря, что Питер действительно умер. Сириус пытался сказать ему, что это неправда, что наглая крыса скрылась в канализации… Но МакФерсон просто наложил на него Силенцио. Второй посетитель оказался еще более неожиданным. Берта Джоркинс. В безвкусном зеленом платье. — Эй, Берта! — окликнул ее Сириус. — Как всегда одеваешься со вкусом! Трое посетителей повернулись в его сторону. — Заткнись, Блэк! — приказал Доэрти угрожающим тоном. — Блэк? — удивился МакФерсон. — Он еще не умер? — Живучий засранец… — проворчал охранник. Берта ничего не говорила. Она сделала несколько неуверенных шагов к его камере. Сириус нахмурился. — Всегда такой галантный, Бродяга… — пробормотала девушка смутно знакомой интонацией. Сириус ошеломленно уставился на Берту. Они ходили вместе на дополнительные уроки в Хогвартсе, но девушка никогда не была их другом. И она никогда не называла его этим прозвищем. — Кажется, у тебя все в порядке с головой… — продолжила она, набросив легкую улыбку. Странно теплую улыбку. — Да, настолько, что уже не увидишь разницу между нормальным человеком и психопатом! — подошел к ней Доэрти. — Это правда… — продолжила Берта. — Уже в школе он был сумасшедшим… Вы только представьте, гулял по Запретному лесу в полнолуние, чтобы составить компанию оборотню… Это была не Берта. Это было невозможно. Берта этого не знала! Даже если она и была влюблена в Ремуса в свое время, он не мог рассказать ей о своей ликантропии! Был только один человек, который мог бы произнести эти слова… Радость, которую Сириус почувствовал мгновение назад, внезапно размножилась, и он начал смеяться. Настоящий смех, полный теплоты и надежды. Это был Ремус. Перед его камерой. Сириус слишком резко встал и упал на решетку — недостаток веса значительно ослабил его. Берта инстинктивно хотела было кинуться к нему, но быстро подавила этот порыв. Тем не менее, в ее глазах все равно читалась тревога. Ремус стоял тут перед ним. Он смог прийти к нему! У Сириуса появилась неожиданная возможность рассказать, как сильно он жалеет обо всем… — Мне очень жаль! — прошептал он, его горло сжалось от волнения. — Прости меня за все это… — Пожиратель Смерти раскаивается?! — вмешался МакФерсон сухим тоном. — Не думал, что такое возможно… — Влияние дементоров, инспектор, — ответил Доэрти. — Они вынуждают их обдумывать свои грехи… — Я невиновен, — отрезал Сириус, укрепляя голос. — Я не убивал Питера, я не предавал Джеймса, это был не я! Он хотел быть уверен, что у Ремуса больше не было сомнений в том, что произошло. Хотя, вероятно, его друг больше и не верил в его вину. Иначе стал бы Ремус смотреть на него с такой плохо скрываемой заботой? — И ты думаешь, что мы тебе поверим? — усмехнулся Доэрти. — После того, как ты признался под сывороткой правды? — Я не знаю, что случилось в тот день на суде, но я никогда не был Пожирателем Смерти! — яростно ответил Сириус. — И эти маглы, это Питер убил их! Его пальцы крепко сжали прутья. При желании он мог бы их раздвинуть, выбраться из своей камеры и подойти к Ремусу! Ремус стоял рядом с ним, но в то же время был так далеко… Почему он не отреагировал на то, что сказал Сириус? Разве он ему не поверил? Пришел ли он сюда, только для того, чтобы удостовериться в достаточной строгости наказания? «Нет, нет, это не так. Ремус просто играет роль Берты, он не должен рисковать…», подумал Сириус, немного смутившись. — Я ничего не делал! — добавил он, смотря на Берту. — Я знаю, — ответил Ремус одними губами. Это все, что Сириусу было нужно. Со вздохом он скользнул по решетке обратно на пол. Он был истощен, эмоционально истощен. — Мисс Джоркинс? — позвал Доэрти. — Я не уверен, что разглагольствования этого заключенного имеют хоть какой-то смысл… Можем ли мы продолжить? «Берта», казалось, мгновение колебалась, ее взгляд не отрывался от Сириуса. Тот едва заметно кивнул, показывая, что все хорошо. Слов было не нужно, нескольких взглядов вполне хватило, чтобы они поняли друг друга. И это придало Сириусу уверенности. Трое посетителей повернулись на каблуках, оставив Сириуса переполненного надеждой и благодарностью.

***

— И что теперь? — спросил Наземникус, глядя на белый цветок в руке Регулуса. — Когда он приобретет свои магические свойства, у нас под рукой будет достаточно мощное снотворное, чтобы вывести Пиллса и Гэри из игры… — Это цветок сна… — пробормотал Наземникус. — Точно. Когда я сделаю из него порошок, мы сможем двигаться дальше. — Сколько для этого потребуется? — Я думаю, он будет готов завтра. Регулус открыл свою книгу и положил маленький цветок между страниц. Растение заставит охранников уснуть, предоставив им полную свободу действий. Более того, когда Пиллс проснется, он даже не заметит, что прикорнул. Регулус был удовлетворен. Все шло просто замечательно.

***

— Ну что? — спросил Северус, закрывая дверь за Ремусом. Люпин сменил платье Берты на один из своих серых и бесформенных костюмов. Снейп отметил, что эта одежда еще больше подчеркивала его ужасную бледность и истощение. Однако Ремус широко ему улыбнулся. Без сомнения, операция прошла успешно. — Я отдал Регулусу цветок, — сказал он. — Все хорошо. Я уверен, что никто ничего не заподозрил. — Тебе удалось обмануть ее отца? — Мы с ним мало виделись. Ему пришлось отлучиться, чтобы решить вопрос с переводом заключенного. Большую часть времени я провел с начальником охраны и аврором, который сопроводил меня в Азкабан. Снейп жестом пригласил гостя сесть на старую кушетку. Ремус со вздохом опустился на нее. — Хорошая работа… Как Регулус? — Ну, вроде неплохо. Я чувствую, что он хорошо ладит со своим сокамерником… — Да, он рассказывал мне о нем. Флетчер. Последняя сволочь, но честная. Полукровка, который не особо любит Пожирателей Смерти. — Ах… И Регулус ему доверяет? — Он говорит, что все в порядке. По-видимому, это так… Северус замолчал и налил себе стакан огневиски, наблюдая за Люпином. Он казался подозрительно счастливым для кого-то, кто только что вернулся из Азкабана. Успех их небольшой операции, вероятно, не был этому главной причиной… — Что ты скрываешь, Люпин? — холодно спросил он. Молодой человек слегка вздрогнул и покраснел. — Люпин? — настаивал Снейп. — Я видел Сириуса. — Что? — Я ходил в сектор Повышенной Безопасности, чтобы увидеть Сириуса, — повторил Люпин твёрдо. — Этого не было в плане! — возмутился Снейп. — Я должен был это сделать. Сириусу нужно знать, что я считаю его невиновным! — Это было безрассудно! — воскликнул Снейп, чувствуя, как в нем нарастает гнев. — А если бы тебя поймали? — Но я здесь, все прошло хорошо. — Ты подвергнул Регулуса опасности, позволив себе эту вольность! — возразил Снейп. — Нет, — вздохнул Ремус. — Если бы меня поймали, я бы просто сказал, что хотел увидеть Сириуса, вот и все… Никто бы не подумал связать эту ситуацию с Регулусом. Никто не заметил, что из моей броши пропал цветок, соответственно, никто бы и не заподозрил, что я что-то передал одному из заключенных! Наступила тишина. Люпин был прав. Опасность для Регулуса была не велика. Но Снейп не хотел этого признавать. — Как Берта? — спросил Люпин. — Спит. По-началу истерила, мешала мне работать, но теперь можно ее отпустить. Верни ей платье, и я изменю ее память. — Изменишь? — Она должна быть уверена, что была в Азкабане! Ты делал записи? — Да. — Отлично. Передашь мне свои воспоминания, и я закреплю их в ее голове… Люпин сделал недовольное лицо. Он не хотел показывать Снейпу свое воссоединение с Сириусом. Но, видимо, выбора у него не было. Снейп встал и жестом предложил Люпину следовать за ним, что он сделал после того, как залпом опорожнил свой бокал.

***

МакФерсон тщательно прибрал письменный стол, вкладывая в это все свои усилия. Наведя порядок вокруг себя, он навел порядок и в своих мыслях. Но кое-что очень важное он упускал из виду. Кое-что, что не давало ему покоя с самого прибытия из Азкабана. Аврор был сконфужен поведением Блэка. Когда он нашел его десять месяцев назад на той улице, Блэк смеялся, как сумасшедший, и говорил совершенно бессвязные вещи, что даже пришлось наложить на него Силенцио. МакФерсону хватило одного вида окровавленной улицы, чтобы убедиться в вине Блэка… Именно он нашел то, что осталось от Петтигрю… Нужно было быть действительно поехавшим, чтобы утверждать, что Петтигрю был еще жив… Зачем Блэк использовал попытку, заранее обреченную на провал, именно сейчас, при этом выглядя вполне здравомыслящим? И почему у аврора возникло странное чувство, что Блэк обращался к Берте Джоркинс? Хорошо ли эти двое знали друг друга? Тем не менее, ничто в отношении Берты не предполагало особой связи между ними. Девушка была немного менее оживленной, чем обычно, но это было и неудивительно… Ему самому стало дурно при виде всех этих мужчин и женщин, раздавленных своими самыми страшными кошмарами… Берта столкнулась с худшими отбросами общества. МакФерсон всегда считал ее достаточно эгоистичной для того, чтобы испытывать чувства сострадания к заключенным. Эта женщина высмеивала все, что видела. Она не заботилась о других, пока они не становились сенсацией. Нет, его беспокоил Блэк. Он и его отношение. Заключенный не выглядел сумасшедшим. И этот смех, он… Это был не тот смех, от которого кровь стыла в жилах. Это был настоящий смех, смех радости. Совершенно неуместный в контексте тюрьмы. МакФерсон взял свои вещи и вышел из кабинета, с разочарованием осознавая, что Блэк будет занимать его мысли, как минимум, еще несколько часов.

***

Ремус вернулся в свою магловскую квартиру с легким сердцем. Ярость Снейпа, его насмешки при виде их с Сириусом встречи, не испортили его хорошего настроения. Ремус видел Сириуса. Конечно, ему хотелось поговорить с ним, рассказать, как он жалеет, что не был рядом с ним в трудный момент. Поверил в его вину. Но в глубине души Ремус знал, что Сириусу не нужны были эти слова. Присутствия друга перед решеткой его камеры было достаточно. Ремус знал, что все обиды были прощены. Потому что иначе быть и не могло. Они были так нужны друг другу… Но Ремус все еще беспокоился. Сириус был таким худым, таким бледным… Как долго он сможет противостоять разрушительному влиянию Азкабана? А если план Регулуса завершится фиаско? Готов ли будет Сириус вернуться к своему одиночеству и отчаянию на всю оставшуюся жизнь? Ложась спать этой ночью, Ремус обещал сделать все возможное, чтобы положить конец их общему одиночеству. Он поможет Сириусу сбежать из Азкабана.

***

Берта проснулась от ужасной головной боли. Она лежала на своем диване, одетая в свое зеленое платье и со шляпой на голове. Ее туфли стояли на коврике возле двери. Почему она не переоделась? Берта не могла сосредоточиться, не могла вспомнить, что она делала накануне по дороге домой. «Азкабан… Я была в Азкабане с МакФерсоном и начальником Доэрти и подготавливала статью для газеты…» Воспоминания были какими-то размытыми… Словно из сна. «А потом?..» Дальше не было ничего. Берта вышла из камина в Аврорате, покинула Министерство… И пустота. Зайдя на кухню, Берта увидела, что на столе стоят две пустые бутылки огневиски. Вроде это и объясняло то, что она не помнила вчерашний вечер, и что у нее раскалывалась голова… Но ведь она не пила… Наверно, это все было из-за Азкабана… Неудивительно, что побывав там, хотелось стереть себе воспоминания… Берта быстро привела себя в порядок, выпила очень крепкий кофе и открыла красную папку, которую нашла на своем столе. Ее заметки из Азкабана. Все это нужно было отредактировать, прежде чем отправлять в газету. Она подошла к камину, взяла щепотку Летучего пороха и отправилась в Министерство магии. Когда Берта подошла к лифту, то встретилась с МакФерсоном. Тот коротко кивнул ей и, вопреки своему обычаю, завязал с ней беседу. «Он выглядит довольно устало», подумала она. — Хорошо спала, Берта? — спросил аврор. Берта покраснела. Не могла же она сказать ему, что напилась настолько, что даже не помнит, как вернулась домой! — Конечно, — просто сказала она. — А в чем проблема? — Из-за твоего визита в Азкабан, я полагаю, — сказал аврор. — Кошмары не снились? — Не то, чтобы я помню… Последний сон, который всплывал в ее памяти, был образ Ремуса Люпина и того уродливого слизеринца, Снейпа… Ничего особо кошмарного. — У тебя стальные нервы, Берта… — прокомментировал МакФерсон, странно глядя на нее. Она промолчала. Ей действительно трудно было понять, почему этот человек до нее докапывался… Но он просто слегка кивнул и с задумчивым видом пошел дальше.

***

Регулус получил сообщение от Сириуса вечером, вскоре после того, как Ремус покинул тюрьму. Живоглот прыгнул ему на кровать с клочком бумаги, привязанном к ленточке на его шее. Регулус поспешил развернуть его, чтобы прочитать. «Я свободен. Жду твоих указаний». Как Сириус это сделал? Регулус не мог догадаться, и это интриговало его. Какой скрытый ресурс использовал его брат? Регулус всегда думал, что знает его лучше, чем кто-либо… Но тем не менее, они очень сильно отдалились друг от друга, после того, как Сириус ушел из семьи. Регулус должен был это исправить… Он сделает все возможное, чтобы привести свой план к успешному завершению. И завтра он начнет ускоряться.