***
Трое заключенных удвоили свои усилия. Дарий с такой яростью колотил по стене, что с потолка посыпалась штукатурка. Конечно, в стене нужно было сделать достаточно большую дыру, но не снести же полностью! По-видимому, такая тонкая работа не вписывалась в представление Дария. Наземникус увидел, что лицо его друга исказилось. Несомненно, Финниган сожалел о том, что включил Дария в свой план. Они закончили расчищать довольно большой проход у подножия стены. Наземникус, как самый маленький из них, опустился на колени и просунул голову в дыру. — Черт, что-то мешается! — Это ящики с запасами, — объяснил Финниган. — Вытолкни их. Когда Наземникус подчинился, раздался громкий скрежет. — Готово! — вскричал он. — Нужно расширить отверстие! — сделал вывод Дарий, отталкивая Наземникуса. — Я никогда не пройду через эту мышиную нору! Он резко занес руку с железным ломом над головой, но Финниган успел перехватить ее. — Позволь мне сделать это, хорошо? Его тон был безапелляционным и настолько категоричным, что, казалось, не оставил Дарию выбора. Он отошел, не сказав ни слова. Финниган осторожно вынул несколько кирпичей по краям. — Продолжай, Зем! — приказал он Наземникусу, указывая на более широкий проход. — Но ничего не трогай. Наземникус проскользнул в дыру, миновал пространство между ящиками и вышел на другую сторону. В помещении было очень темно. Наземникус выставил руки перед собой и, сделав несколько шагов, споткнулся о ящик, который сам же и отодвинул. — Ну что? — крикнул Дарий, по другую сторону стены. — Здесь темно и ничего не видно! — Найди дверь, Зем! — ответил ему Финниган. — Да, я попробую… С протянутыми руками Наземникус шел вперед до тех пор, пока не коснулся стены. Ощупывая холодный металл, он наткнулся на железную ручку двери. Закрыто. — Она заперта, — сказал Наземникус. Он повернулся и направился обратно к шкафу, слыша как Дарий накинулся с обвинениями на Финнигана. — Не нужно расстраиваться! — воскликнул он, прерывая их перепалку. — Мне не впервой вскрывать запертые двери! Наземникус прошел между Дарием и Финниганом, вышел из шкафа и минуту пошарился в мешках с мусором, сложенных возле выхода. Он вернулся через мгновение, торжествующе размахивая маленьким металлическим стержнем. — Сможешь ли ты сделать это в темноте? — с беспокойством спросил Финниган. — Обычно, воры действуют ночью, Финн! — насмешливо заметил Наземникус. — Но лучше не загораживайте проход, чтобы оставить мне максимум света! Он вернулся обратно в комнату с запасами, подошел к задней двери и начал копаться в замке. Тот оказался не таким ржавым, как предполагал Наземникус, и когда раздался легкий щелчок, он победно улыбнулся. Наземникус медленно открыл дверь, убеждаясь, что в самой кухне никого не было. Приглушенный свет залил кладовку, освещая полки, наполненные коробками и разноцветными банками. Наземникус улыбнулся Финнигану, который уже присоединился к нему. — Браво, Зем! — сказал он, хлопая друга по плечу. Дарий с трудом вылез из отверстия. Когда он выпрямился во весь рост, комната внезапно стала ужасно тесной. Не говоря ни слова, он начал открывать коробки, с удовлетворением хмыкая, когда их содержание устраивало его. Финниган враждебно посмотрел на него и вышел на кухню. Наземникус засомневался. Было неразумно опустошать все эти запасы. Персонал кухни точно это заметит и в конечном счете охранники обнаружат пролом в стене и поймут, что произошло. Дарий мог отправить их всех в Повышенную Безопасность. — Дарий, — начал Наземникус. — Я не думаю, что это… Он замолк под довольно пугающим взглядом заключенного. Не будучи особо глупым, Наземникус знал, что у него не будет ни малейшего шанса против его грубой силы. И Дарий знал это. — Зем прав, — сказал Финниган, возвращаясь в кладовую. — Не бери все сразу. Его тон был категоричен. Наземникус задался вопросом, знал ли Финниган, что человек, с которым он говорил, был на две головы выше него… — Мы пришли на кухню, чтобы наживиться! — ответил Дарий. — Я не для того работал все эти дни, чтобы только проломить стену! — Нас раскроют, если ты возьмешь слишком много, — закончил Финниган. — Просто возьми две-три вещи, не более. — Я делаю, что хочу! — упрямо воскликнул Дарий. Наземникус с беспокойством посмотрел на Финнигана. Нужно ли было переходить к грубой силе, чтобы заставить Дария прислушаться к голосу разума? — Нет, ты не можешь делать то, что хочешь! — холодно отрезал Финниган. — Ты действительно полагаешь, что я позволю подвергнуть нас с Наземникусом опасности из-за твоего жалкого неумения понимать элементарные вещи? — Ты думаешь, что пугаешь меня? Финниган пристально уставился на него. Его серые глаза как будто бы стали немного ярче. И вдруг Наземникус испугался. Внезапно он вспомнил, что Финниган был далеко не таким беспомощным, как казалось на первый взгляд. Ему хватило сил отправить Флойда в больницу Св.Мунго. Наземникус уже не был уверен, что у Дария будет преимущество, если они станут сражаться друг с другом. Дарий, казалось, подумал о том же. С недовольным ворчанием он положил обратно на полку большой сверток, который сжимал в руках. — Мы будем брать понемногу каждый день, — заключил Финниган.***
На четвереньках залезая в пролом и таща за собой тяжелый ящик, Наземникус закрыл дыру и вернулся в шкаф. Сразу же Финниган и Дарий принялись укладывать кирпичи на место, аккуратно заполняя пространство между ними остатками штукатурки. Они работали безмолвно, напряженно. Наземникус хотел уже побыстрее закончить. Они едва успели все сделать, когда охранники вышли из своего искусственного сна. Как и предсказывал Финниган, они, похоже, не заметили, что заснули. Гэри просто немного удивился, что время пролетело так быстро. Когда Пиллс вошел в шкаф, чтобы посмотреть на результат их работы, Наземникус затаил дыхание. Финниган спокойно вытер руки тряпкой, и Наземникус даже позавидовал его непринужденности. Дарий, казалось, был готов накинуться на его друга. — Ты почти закончил, я вижу, — сказал Пиллс, наклонившись к стене, чтобы оценить работу. — Осталось только все перекрасить… — сказал Финниган. — И установить полки, — добавил Наземникус. — Что это за штукатурка? — спросил охранник, останавливаясь прямо перед их дырой. Наземникус чуть не упал в обморок. Но Финниган оставался таким же бесстрастным. — Завтра я все исправлю, — объяснил он. — Пожар повредил эту часть стены больше всего, потому что моющее средство стояло примерно на этом уровне. Я заменю куски штукатурки на реальную растворную смесь, когда буду уверен, что структура кирпича не изменилась из-за воздействия тепла, а потом покрою все это слоем гипса. Пиллс, казалось, засомневался на мгновение. Но затем он просто кивнул, как будто бы это все объясняло. Хотя в словах Финнигана не было ровным счетом никакого смысла. Заключенные, наконец, вернулись в свои камеры.***
Сириус сделал несколько нерешительных шагов по коридору. Он еще не получил инструкций от Регулуса, поэтому решил совершить экскурсию по сектору Повышенной Безопасности. Когда Доэрти переводил его из камеры в лазарет, Сириус был слишком обеспокоен, чтобы оглядываться по сторонам. Он вспомнил, что внизу была комната с душем. Именно там он мылся. Сириус побежал вниз по лестнице, чувствуя неприятные запахи, которые заполняли весь коридор. Но в его собачьей форме они были всего лишь информацией, например, страданиями и болью других заключенных. Первый этаж был немного тише и теплее. Сириус осмотрел несколько пустых камер, держась подальше от заключенных. Но те, кто его замечал, все равно не реагировали. Конечно, они ведь привыкли видеть, как Живоглот блуждает по коридорам, и совсем не удивились присутвию еще одного любопытного животного. Сириус не нашел здесь ничего интересного. К тому же, его начали беспокоить болезненные судороги в лапах. Он понял, что, вероятно, слишком перенапрягся. Прошло много времени с тех пор, как он вышел из камеры, а небольшая порция обеда не обеспечила его достаточной энергией для долгих прогулок. Немного расстроившись, Сириус решил вернуться в свою камеру. Не могло идти и речи о том, что он будет тратить драгоценные силы просто так. Если Регулус потребует от него физических усилий, Сириусу придется думать о том, чтобы начать есть немного больше. При этом рискуя набрать вес. «Будем надеяться, что побег скоро состоится», подумал он. «Потому что долго я так не протяну».***
Финниган не открывал рот с тех пор, как вернулся в свою камеру. Его нахмуренные брови и сжатая челюсть указывали на то, что его мысли были далеки от приятных. Наземникус не любил видеть его таким. Он достал целую шоколадную плитку, которую спрятал за поясом штанов. Источник небольшой радости после очередного обхода дементоров. Заключенные могли брать один кусочек каждое утро за завтраком. Но этого было недостаточно. На мгновение он задался вопросом, стоит ли делиться с Финниганом. Может быть, это заставит его почувствовать себя немного лучше? — Ты расстроен из-за Дария? — наконец спросил Наземникус. — Он все испортит… — пробормотал Финниган. — В следующий раз он уснет одновременно с Пиллсом. В следующий раз? Наземникус вдруг понял, что он все еще не знал, зачем его друг так сильно хотел получить доступ к кухонному инвентарю. Что он взял? И для чего он должен будет снова туда вернуться? — Нам нужно опять вернуться в кладовку? — тихо спросил Наземникус. — Да. — Зачем? — Потому что через нее мы можем пройти на кухню, — ответил Финниган. — Значит, ты ничего не взял с собой? — Почти ничего. Финниган потянулся к карману, достал коричневый мешочек и протянул Наземникусу. Тот с любопытсвом открыл его. — Соль?! — удивился он. — Зачем? Не отвечая, Финниган взял сумочку и сунул ее под подушку. Наземникус предпочел не настаивать. — И что ты собираешься делать на кухне? — Допустим, у меня есть небольшая работа. — И ты думаешь, Дарий не станет проблемой, когда проснется? Наземникус хотел бы быть таким же уверенным, как и его друг. Но он знал, что такой парень, как Дарий еще не раз доставит им неприятности. — Я не позволю Дарию разрушить мои планы. Финниган сказал это с таким убеждением, что Наземникус похолодел. Уже второй раз за день он чувствовал себя некомфортно рядом с сокамерником. Насколько далеко Финниган был готов зайти, чтобы вывести своего брата из тюрьмы? Он собирался убить Дария? Несмотря на то, что Наземникус много раз допускал ошибки, он никогда не думал о том, чтобы забрать чью-то жизнь. Сама мысль об этом заставляла его чувствовать себя виноватым. Неужели Фокс поставит его на этот путь? Он собирался сделать его сообщником в убийстве? «Нет», подумал Наземникус. «Он не сделает этого. Он не похож на тех парней, которые разбрасываются чужими жизнями…» Это действительно было так? Что на самом деле Наземникус знал о человеке по имени Финниган Фокс? Ничего, кроме того, что раньше он был Пожирателем Смерти. И что иногда он может быть очень опасен. — Надеюсь, ты не собираешься его убивать… — обеспокоенно пробормотал Наземникус. Финниган не ответил.***
Сегодня утром Северус получил приглашение от Люциуса Малфоя. Он все еще не собрал все те вещи, которые будут необходимы Регулусу в нужный момент, поэтому идея провести весь вечер, выслушивая хвастовство Малфоя, вызывала у него отвращение. Но Северус должен был подходить к своей роли со всей серьезностью. Он отправился в Малфой-менор, чтобы доказать свою верность Делу и Хозяину. Это был не тот момент, когда он мог отказаться от приглашения, дав повод оставшимся Пожирателям Смерти подозревать его. Кроме того, на таких встречах всегда была возможность узнать новую полезную информацию. С очень большой неохотой Северус позвонил в дверь. Он уже думал о том, как бы уйти пораньше, при этом не проявив себя непочтительно. Эльф, который открыл ему, поспешил отвести его в кабинет хозяина. Снейп последовал за ним, стараясь не отставать. Через толстую дубовую дверь кабинета раздавались приглушенные голоса. Малфой, по-видимому, с кем-то увлеченно беседовал. Снейп помедлил, чтобы прислушаться к разговору, но эльф сразу зашел, чтобы объявить о прибытии гостя. — Мистер Снейп здесь, хозяин, — сказал эльф, низко поклонившись. — Ах, очень хорошо! Северус, я уверен, ты знаком с моим дорогим гостем… Невольно заинтересовавшись, Снейп вошел в кабинет и уставился на человека, стоявшего рядом с Малфоем. Кровь тут же отхлынула от его лица. На него смотрел и улыбался своей гадкой улыбочкой Питер Петтигрю. Снейп вдруг почувствовал очень сильное беспокойство.