Make out

– Ты знаешь про Ича Ича? – спросил Какаши. - ...нет. Расскажешь мне? - Ты точно хочешь знать? - спустя добрую минуту молчания спросил Какаши таким тоном, будто Ирука сразу же должен был отказаться от плохой затеи. - Конечно, - сказал Ирука. Он проявлял решительность в такие неожиданные моменты, и ни капли краски не появилось на его щеках. Он только сжал руками одеяло на своих коленях. Какаши без подготовки только и смог выдавить общий жанр книг и основной сюжет. Он никогда даже не думал, пусть и гипотетически, что придет день, когда ему кому-то придется рассказывать о чем-то... таком. - Что тебе нравится в них? Почему именно Ича Ича? - взгляд Ируки был таким доверительным и теплым, как же рассказать такому Ируке-сенсею, доброму и почти что святому, про такую вещь. - Они искренние. Я не чувствую напускного блеска бестселлеров, или жанровых особенностей. Придумать такой мир, Ирука, представляешь! - Какаши понял сразу несколько вещей: во-первых, его понесло; во-вторых, его голос впервые содержит в себе какую-то эмоцию; в-третьих, да не пойти бы ему самому к черту. Это Ича Ича, это рай. - Как же я хочу в этот мир шиноби! Это все, что мы видим, как национальный стереотип, но в таком уютном и добром ключе, они так заботятся о деревне, и такие персонажи только убеждают читателя, даже самого скептичного, что все не так плохо, пока мы верим друг в друга. Пока мы верим, что в каждом есть наша доброта. А экшн, любовь, да порно, в конце концов, наглая эротика и описание женских сосков на три страницы! - Какаши сам не заметил, как схватил Ируку за ладони своими, взял их обе и сжимал, и смотрел ему прямо в глаза. Ирука выглядел заинтересованным, он посмеивался, наверное, от того, как взволнован и взбудоражен был Какаши от такой простой вещи, и как неожиданно это было слышать от такого индюка, да еще и о чем, об эротических книжках про мир шиноби, которые готовы на все, чтобы защитить свою коммуну и свою деревню, которые несут дух огня в душах. - У тебя есть любимый персонаж? - Есть люди, которые думают, что я ношу маску, потому что один из персонажей, Бруно, носит маску. Но я не знал об Ича Ича, и уж тем более о нем, честно. Может, я и похож на него, но он очень... безразличный. Это, конечно, потому что у него умерли родители, но... - Какаши накрыл рот рукой, а потом через ладонь же и проговорил: - Хотя вряд ли ты будешь такое читать. Ирука улыбнулся, будто извиняясь. Его изогнутые брови, мягкий изгиб губ, он что... умилялся? - Ты такой забавный, Какаши, - Ирука медленно обнял его за плечи и потянул на себя. - Это очень мило. - Перестань, - пробормотал Какаши, - я не милый. - Ты краснеешь впервые за месяц, что я тебя знаю. Ты очень милый, - с мягкой уверенностью сказал Ирука. Какаши чуть в любви ему не признался. Дожили, двадцать шесть лет, расцвел, наконец-то, распустил лепестки, сакура, блять. - Ты, - сказал Какаши, отстранился и взял лицо Ируки в ладони. Брать его лицо в ладони было вторым любимым занятием Хатаке Какаши теперь. - Ты официально самый милый. - Спасибо, Какаши, - серьезно, наверное, так он разговаривал с детьми, когда они несли какой-то бред, таким же тоном сказал Ирука, кивнув. Будто Какаши только что сорвал ему ромашку и преподнес ее как самый дорогой подарок. - Давай спать. - Не смущайся, Какаши. - Я не смущаюсь, - отпирался Какаши, уже поднявшись, чтобы выключить свет. - Много кто читает порно с разными целями. - Ирука! - Что, это ведь лучше, чем смотреть порно. - Я даже с автором виделся, и не раз. Даже в клубе, представляешь? - Расскажи мне. Ирука слушал и изредка кивал ему в плечо. Какаши не знал, когда он заснул, но на душе было очень тепло. --------------------------------- Еще одна работа? Какаши очень долго, аж два дня, думал, думал, и решился, наконец, оставить отзыв. Он не хотел быть предателем-Бруно и вот так вот дезертировать, ему было не все равно, что там у ича тича творится. В отзыве, после того, как описал подробно и без лишних пошлостей, как славно подрочил глазами и душой на написанное, спросил: "вижу, у вас все налаживается". На что автор ответил: "я жаловался на одиночество, но теперь у меня появился вдохновитель, это правда. Спасибо, что вы все еще здесь, мой аноним. Я правда так это ценю. Вы вдохновляете меня столь же сильно. Кстати, где пропадали?" Какаши подумал и ответил "тоже искал своего вдохновителя." "Нашли?" "Нашел" Почему-то Какаши хотелось написать ича тича, он был так рад, что автор вернулся, что к чертям все, встретимся на кофе. Потом подумал, что все-таки, это некрасиво. С другой стороны, если бы он сам не придавал этому всему какое-то неприличное значение, то и стесняться было бы нечего. Он же не стеснялся встреч с Джирайей-сама. Хотя да, кому было ревновать его к Джирайе-сама на то время? Некому, вот именно. Ирука обещал заехать через полчаса. Какаши все равно отправил за ним Нао-сан, несмотря на протесты, и приготовился выдирать мысли об ича тича из своего сознания, пока ждал и рассматривал продукты в холодильнике. Ирука, как оказалось, готовить умел, но не рыбу. У Какаши же рис подгорал даже в рисоварке. Он все равно старался как мог, хорошо промыл крупу и заварил чай. Ирука приехал даже раньше, точнее, Нао-сан привез его быстрее, чем обычно, прямо на середине сигареты Какаши. Какаши готов был курить только для того, чтобы Ирука морщил свой милый нос и глубоко тайком дышал в его плечо. - Давай готовить сегодня, - Ирука обнял его за шею и заставлял отступать назад, роняя поцелуи на открытую кожу лица. - До свидания, Хатаке-сама, - Нао-сан удалился так же тихо, как и попрощался. - Ты стыд потерял, как так вышло? - Чего? - Ирука аж напрягся. - У тебя его было так много. Ирука попытался шлепнуть его по заднице, но Какаши вмиг отскочил на метр назад и встал в оборонительную стойку, протянул руку и поманил согнутыми пальцами. - Ах так, - возмутился Ирука и сделал вполне себе мастерский выпад, потом нанес прицельный удар ногой на блокирующую руку Какаши, и тут уж Хатаке не мог удержаться. Набросился на Ируку, что ему позволили, развернул спиной и вжал в себя, чтобы попытаться носом растрепать его хвост. - Карате? - Карате, - кивнул Ирука и рассмеялся, обнимая руки Какаши, обнимающие его. - Ну все, все, пойдем готовить. Я не умею, если что. Да, не умеет, бормотал себе Какаши. Он уже готов был упасть и сдохнуть от того, как Ирука раскраснелся в жару духовой печи. Рис у него не подгорал, а еще он резал салат со скоростью Бруно, кидающего кунаи во врагов. Или трахающего Миюки, смотря с какой стороны зайти. Какаши тайком заныкал телефон со стола и проверил блог. Он зачем-то начал перечитывать чужие комментарии и ответы ича тича, и так зачитался, что не заметил, что Ирука заглядывает за плечо. Какаши вскочил и схватил нож. - Ну что, рыба, - жаль, что маску не натянул обратно, один черт знает, какое перекошенное у него было лицо. - Темнишь, Какаши-сан, - сказал Ирука и улыбнулся. Он сразу предупредил, что рыбу и мясо разделывать не любил, а вот Какаши этому учил отец, чтоб сын не помер когда-нибудь от голода. Отец был очень прозорливым человеком на самом-то деле. Но готовить рыбу по рецепту было единственным, чем мог похвастать в кулинарном плане Какаши. - Возьми в ящике саке, - попросил Какаши, откинувшись на подушку. Он бы съел еще, но места уже не оставалось. Ел он вообще много, как в 20, вот только пить стал куда меньше. Поводов не находилось. Ируки не было минут пять. - Ирука? - не без нервов позвал Какаши. - Ирука? - уже громче. Ирука появился в столовой с хитаем на лбу, подвязанным под хвост. Еще чуть-чуть, и Какаши бы подавился собственным языком. Благо, в руке у Ируки была бутылка. - Я погрею немного. - Ирука-сенсей, - выдохнул Какаши и вскочил на ноги. - Для чего эта повязка? - Это хитай со знаком Конохи, - едва выдавил из себя Какаши. В голове его заиграл самый грустный ост из первого фильма по Ича Ича, а сердце сжалось в отчаянии, как и завещал Джирайя-сама. - Он должен защищать лоб, а еще это знак того, что ты - уполномоченный шиноби. - Я - уполномоченный шиноби, Какаши-сан? - Ирука отставил бутылку и подошел ближе. Какаши хотел положить ладонь на его щеку, погладить ее большим пальцем, но его парализовало. Позорище, в самом-то деле, Хатаке-сама, серьезный кавалер. Ирука улыбнулся шире и прищурился. Он выглядел отчего-то таким счастливым, что даже у Какаши, до которого обычно не сразу доходило, сомнений не возникало. - Да, Ирука-сенсей. Давай напьемся. Только подожди, - спохватился Какаши, развернулся и начал шариться по поверхностям в поисках телефона. - Можно я тебя сфотографирую? - Можно, - Ирука покраснел. Фото для экрана блокировки, что дальше? Они еще даже не переспали, так, баловались. Как подростки. - Кажется, Саске и Наруто уже больше, чем друзья, - посреди пьянки сказал Ирука, закрыв руками лицо. Какаши притянул его поближе и поцеловал в висок. - Тебя это беспокоит? - Не то чтобы сильно, просто Сакура, понимаешь, без ума от Саске, - Какаши хмыкнул, - как и весь класс. И вроде я должен как-то рассказать им про пестики и тычинки, не? Какаши едва ли мог думать сейчас о детях, но возбуждение снимало на отлично. Он зарывался носом в волосы Ируки и кивал, выслушивая исповедь сенсея, который очень хотел всем помочь. - Некоторые вещи дети должны постигать сами, пусть им уже и не по четыре. Плюс есть, - Какаши не удержался от того, чтоб поцеловать Ируку в ухо, - они не забеременеют. Ирука пихнул его и посмеялся от неловкости. На этом разговоры закончились, Какаши раскрыл глаза шире и снова понял, что хитай Ирука так и не снял, и полноценно обдрочимарился. Они минут пять катались по футону, Какаши как знал, что надо бы расстелить. Ну почти как в рассказах. Он повел ладонями по бедрам Ируки как можно более нежно. - Какаши, - сказал Ирука, едва дыша. - Я боюсь. - Ты что... девственник? - Нет, нет, - Ирука вдруг отодвинулся и подтянул колени к груди. - Иди-ка сюда, - сказал Какаши и подтянул его к себе на колени. - В последний раз, когда я занимался сексом, это было не очень приятно, - Ирука срывался на шепот. Он даже не собирался плакать, но его глаза были широко раскрыты, а подрагивающие пальцы расчесывали спутанную шевелюру Какаши. Какаши даже не знал, как правильно задавать такие вопросы. - Тебя принудили? - Можно и так сказать, - шепнул Ирука. - Это неважно. - Важно. - Он оказался мразью, такой мразью, поверить не могу, что есть такой Хатаке Какаши, и он держит меня на руках, несмотря на стояк, - выпалил Ирука и судя по всему не собирался останавливаться. Какаши не мешал. - Который уже почти как два месяца ни вздохом не посягнул на мое пространство без моего желания. Какаши едва ли понимал, что говорят о нем, но обнял Ируку покрепче и просто дышал им. Как в фанфиках. Ну точно как в фанфиках. - Что? Он сказал это вслух? Хватит позориться, Хатаке. - Я очень ценю это знакомство, - сказал Какаши. Ирука вмиг весь напрягся. - В смысле, я очень рад, что ты со мной. Ты так нравишься мне, Ирука, что я сам себе не верю. - И все-таки, может, ты... - начал Ирука, спрятал свой нос и свои губы и свой взгляд в плече Какаши. - Я - что? - Возьмешь меня, - прошептал Ирука. - Прямо сейчас. Я не могу забыть про эту мерзость, Какаши. Он просто... чуть не порвал мне зад, какая мерзость. Синяки с рук не сходили еще месяц. Я ему заехал ногой в челюсть, пока сопротивлялся. Никакого секса сегодня, сказал себе Какаши на всякий случай. Не то чтобы он даже под дулом пистолета сейчас решился бы напасть вот так на беззащитного и пьяного Ируку, который все-таки знал карате, но все же. - Он так взбеленился, - Ирука смеялся, - подонок. Мучил меня минут десять, жалкий импотент. И член у него был маленький. Какаши улыбнулся в висок Ируки. - А утром просто ушел. Я проснулся один в конче, Какаши, - Ирука всхлипнул. - Блять. Он еще и напоил меня перед этим. Обманул так обманул. - Надо его избить, - заметил Какаши, проклиная себя за недостаток эмоций. Если бы он сейчас разозлился, в доме не уцелел бы ни один предмет. - Надо, - согласился Ирука. Идеальный Хатаке Какаши почувствовал укол горечи, когда Ирука засобирался вдруг сполоснуться в душе и остыть. Какаши закурил, глядя на Токио с двадцатого этажа, с телефоном в руке. С номером Обито перед глазами. Он не знал, сколько сигарет выкурил, или как долго пялился на телефон, или как вообще не выронил его, но когда Ирука обнял его со спины, влажные волосы защекотали голое плечо, Какаши тоже рвало изнутри. - Кто такой Обито? - Пойдем, замерзнешь, - завязывающимся в узел языком сказал Какаши. Ирука уложил его в кровать, где, как обычно, начинались охуительные истории Хатаке Какаши. Он рассказал Ируке все, как они начинали в школе, как Обито был его единственным причалом здравомыслия, когда юный Хатаке справлялся с кончиной отца и пропивал все что мог, отказывался учиться в университете, в который его без вариантов засунули после частной школы, разбивал машины пьяный и получил свой шрам, как больше никогда не садился за руль. Как Обито, когда Какаши стал обычным себе воротником за рулем компании, однажды собрал вещи и просто ушел. Потом оказалось, что он женился на Рин, на свадьбу даже не пригласил. Обоих Какаши знал со школы, и оба они теперь владели каким-то небольшим бизнесом, как и положено выпускникам такого приличного со всех сторон заведения. Сколько наговорил Какаши дерьма, как пресмыкался в извинениях аж два года, и колесо сансары снова и снова давало оборот. Ирука только гладил его по голове и выцеловывал ту сторону лица, что была ближе. Наутро было стыдно. - Извини, - пробормотал спустя полчаса молчания за завтраком Ирука. - А? - Какаши отвлекся от просмотра теперь уже и правда новостей и поднял голову. - Извини, я вчера так некрасиво вел себя. - В смысле? Ирука смотрел на него взглядом да ты издеваешься надо мной. - Чуть ли не заставлял себя трахнуть, вешался на тебя, как какая-нибудь... - Брось, все хорошо, - только и сказал Какаши. Ирука кивнул и больше вроде не беспокоился об этом. Только изредка чуть краснел в скулах. Какаши не имел никакого желания отпускать Ируку на работу, но поделать ничего не мог. Рабочий день, Ирука на прощание целомудренно целует в губы, Нао-сан уже открывает ему дверь снаружи, ну уж нет. В последний миг Какаши стянул маску и глубоко и крепко поцеловал Ируку в приоткрытые от удивления губы. - Я жду тебя вечером, Ирука-сенсей. - До вечера, Какаши-сенсей. - До свиданья, - пробормотал по привычке Какаши и легонько ущипнул Ируку за нос. --------------------------------- - Какаши? - позвал Ирука. - Да? - Какаши поднял голову, отвлекшись от созерцания номера в телефонной книжке. - Нужно удалить его номер. Какаши вздохнул. - Прощать нелегко. - Кто-то же должен быть лучшим человеком, - сказал Ирука и мягко улыбнулся. - Переступить через негатив, которому очень легко поддаться. Быть милосердным и проявлять доброту даже к своим врагам очень сложно. Уж тем более, если с этим человеком вы когда-то были близки. Ирука что, читал его... что? Признаться честно, Какаши уже и позабыл про эти слова ича тича. - Он не хочет тебя слышать, Какаши. Удали и не мучайся. Если бы он хотел с тобой связаться, то нашел бы способ. Но раз уж его совесть чиста... - Ты прав, Ирука. Так прав, - Какаши одним большим глотком допил бульон из рамена. - Хочешь, я это сделаю? - Сделай, - Какаши серьезно протянул ему телефон. Ирука поколебался пару секунд, потом принял телефон и вмиг удалил все проблемы Какаши. - Я сегодня уйду пораньше. - Зачем? - Дела. - Можешь воспользоваться моим ноутбуком, - предложил Какаши, водя палочками по пустому пластиковому дну. Ирука задумался над этим предложением и хотел уже отказать, но посмотрел на время, а заодно и на экран блокировки, где был он в хитае, и вздохнул. - Хорошо. С тех пор Ирука почти что перестал покидать его квартиру. Середина лета была жаркой, а у Ируки все никак не заканчивались бесконечные тетради и какие-то там отчеты. Какаши обычно лежал у него за спиной и читал новый рассказ ича тича, который вдруг задумал написать, как сам сказал в предисловии, целую эпопею о чувствах. В ней Бруно страдал от неразделенной любви еще с тех пор, когда был в команде с еще двумя генинами. Любовный треугольник был очень интересным, но Какаши не хватало Миюки с ее хвостом и карими глазами. Миюки изредка оборачивалась на него через плечо и морщила нос со шрамом, спрашивала, что он делает, а потом гладила его по щеке и продолжала что-то там у себя печатать. Отношения становились рутинными, и Какаши даже обеспокоился, потому что это больше было похоже на дружбу с привелегиями, чем отношения, тем более, отношения между двумя мужчинами, которые обычно основывались на сексуальном напряжении. Какаши нужно было тепло, а Ируке нужно было кому-то его отдать. Просто избалованный мальчик подковыривал золото, ожидая там обнаружить пластик, просто от скуки. Он никогда еще не хотел кого-то так сильно. Пускай Норино обещал себя ему, все время казалось, что он не полностью принадлежит Бруно. Хотелось перестать быть таким осторожным и перейти в наступление, как с многочисленными девушками и парнями до этого. Хотелось трахаться до посинения и сжимать друг друга во влажных горячих объятьях... Какаши вздохнул. Как можно было писать о поте так, чтобы в штанах становилось туго, а? - Какаши? - на середине порно-фантазий Ирука вырвал его в реальность. Какаши спрятал телефон под подушку. - У тебя... стоит, ты же в курсе, да. - Да, подожди, я на секунду. Какаши, как дебил, скрылся в ванной и дочитал главу. И тут же почувствовал вину перед Ирукой. Ну как так, идеальный Ирука-сенсей рядом с ним, а он уходит в ванную, чтоб дочитать порно-рассказ. Какаши чуть не убил себя сам. Даром что Ирука будет не рад обнаружить в ванной труп и узнать потом, что Какаши умер от спермоизлияния в мозг из-за фанатских рассказов. И написал такой позорный комментарий автору. А автор ответил ему, что тоже страдает от недостаточного выхода сексуальной энергии. Они там целую демагогию развели по поводу того, почему один пишет, а другой читает. А если это все-таки был мужчина? Еще хуже. Он боролся с желанием выкинуть свой телефон в окно. Когда он зашел в спальню, Ируки там не было. Ирука гремел стаканами и дверцей шкафчика на кухне, опять мигрень, наверное. Взгляд Какаши напоролся на свернутый вордовский файл у себя на не рабочем ноутбуке, который уже почти подарил Ируке. Он даже не лазил там нигде без дела, если это были не его папки. Свои папки Ирука зачем-то запаролил. "Когда-то Норино был счастлив," Какаши рисковал выронить последние глаза на клавиатуру, "но не как теперь. У каждого человека в Конохе, да и во всей стране огня, были свои миллионы счастий и несчастий. И счастье Норино не совпадало со счастьем Бруно." - В смысле? - Какаши обернулся на стоящего в дверях со стаканом Ируку. Ирука выронил стакан. Звук катящейся по полу емкости был единственным в комнате, кроме мягкого шума вентилятора ноутбука. - Это не... я не... - Ты... Ича тича стоял перед его глазами. Вот и подрочили. - Ты знал про Ича Ича, - Какаши схватил подушку и швырнул ею в Ируку. - Ирука-сенсей! Позор! - Я все объясню, - Ирука швырнул подушку обратно и вдруг прыгнул кошкой на Какаши, вцепился в его руки и попытался скрутить его зачем-то. Видимо, ожидал побоев. Отчасти правильно делал. Какаши быстро скрутил его. - Чтоб ты знал, я джонин. И я тоже был в АНБУ, ты бы видел этих подонков в частной школе. А ты, Ирука-сенсей, - Ирука вдруг заржал, уткнувшись носом в подушку. - Я читаю Ича Ича, и что с того? - простонал он сквозь смех. - Ича тича, пожалуйста, расскажи мне, что будет дальше, - Какаши задел его ухо губами. Ирука снова впал в ступор, даже перестал вырываться. Какаши вжался в него бедрами. - Понимаешь, да? Я боялся, что ты узнаешь, что я обсуждаю сексуальную энергию и чакру с автором порно в интернете, а в итоге обсуждал это с тобой, - Какаши не удержался и шлепнул Ируку по ягодице. - Ай, я тут причем! Тебе же понравилось! - Ирука, - Какаши развернул его и вжал за плечи, вдавил телом в постель. - Или ича тича? Как вас теперь, Ирука-сенсей, называть-то? - Отстань, - Ирука пытался закрыть лицо руками, он был краснее красного, кусал губы и отворачивал голову, чтобы только не смотреть на Какаши. У него был стояк. - Я люблю тебя, Ирука. На это Ирука не смог отвернуться. Он шумно дышал и уставился в глаза Какаши. - Так теперь ты любишь меня, потому что я пишу про еблю? - Он еще и шутит, - Какаши тряхнул головой и впился поцелуем в искусанные губы Ируки. - Еще и заставлял... рассказывать про Ича Ича, - приговаривал между рьяными поцелуями Какаши. - Изверг. - Я тоже тебя люблю, - всхлипнул Ирука сквозь свое стеснение. - Так люблю, Какаши. Какаши чуть сам не всхлипнул. Было приятно до звезд в глазах. Он впился слишком уж жестоким поцелуем в губы Ируки, искусанные, припухшие, красивые, в шею, не сдерживаясь, не боясь, как раньше, оставить засосы. Ирука может и ждал этих засосов, не зря ведь летом ходил в легкой водолазке, а мог бы в рубашке или в майке. Какаши рывком стянул с него белую домашнюю рубашку. Его любимую. - Как ты хочешь, как в "На острие любви" или как в "Подари мне себя"? - Да замолчи ты, - Ирука помог Какаши стянуть с себя футболку и наверное впервые так откровенно провел по его груди ладонями. - Спец джонин. Знал бы я, какой ты в реальной жизни, Бруно... - Да не поэтому я маску ношу, - возмутился Какаши. - Я просто больной на голову. Какие у Ируки были бедра, ни одна Миюки не сравнится. Какаши закинул длинные ноги себе на плечи. - Давно не виделись, - сказал он члену Ируки. - Какаши-сан, последнее предупре... Хаа! - простонал Ирука так громко, что бедра свело. - Помоги мне растянуть тебя, иначе меня разорвет, - попросил Какаши. - Я растянут, - шепотом признался Ирука. Какаши нащупал подбородок Ируки и застонал от удовольствия, когда Ирука принялся юрким языком вылизывать его пальцы. - Я хочу отсосать тебе, Какаши. Так хочу, - Ирука весь залился краской. Какаши поднялся выше поцелуй за поцелуем, ловил каждый вздох Ируки, его дрожь, когда Какаши медленно разводил его ноги в стороны для себя, водил с нежностью пальцами по бедрам. Первым делом Какаши точно так же медленно стянул резинку с растрепавшихся волос Ируки, и они рассыпались ореолом вокруг его раскрасневшегося лица. Мурашки пустились врассыпную прямо под пальцами Какаши, по так любимой им смуглой коже. Кофе с молоком. Он не уставал повторять себе это. - Как тебе позволить, Ирука, - пробормотал Какаши, глядя ему прямо в глаза. Он взял Ируку пальцами за подбородок и притянул его лицо к своему. - Ты ангел. Ирука опустил глаза. - Позволь мне исправить ложное впечатление, - Ирука опрокинул Какаши на спину и прильнул вниз. Наблюдать за расслабленным лицом Ируки, его прикрытыми глазами и розовыми скулами, когда у него во рту член, никогда Какаши не подумал бы, что подобная невинность будет так возбуждать его. У Ируки уже были навыки, не отнять, что только подогревало кровь, и так кипящую в венах. Ирука отставил задницу, его бедра дрожали, и когда он завел руку назад, чтобы проникнуть в себя пальцами, Какаши кончил так сильно, что едва не задохнулся. Давно пора на покой. Ирука превратился в самую влажную фантазию любого гея планеты. Он оперся одной рукой о плечо Какаши, чтобы с каждым усилением его хватки Какаши мог чувствовать, как ему хорошо. Ирука не скрывал того, что наслаждается, когда на него смотрят, пока он трахает себя пальцами. Он откинул голову и дернул ею вправо, и его волосы свесились на щеку Какаши, ограждая их от света уходящего дня, который еще проникал через полузакрытые жалюзи. - Какаши, - Ирука стонал так сладко, что вместо своих обычных пятнадцати минут, Какаши управился за пять. - Ах, Какаши, - волосы снова попадали ему в рот, он смешно фыркал ровно до следующего стона. - Иди сюда, - рыкнул Какаши и опрокинул его на спину, - когда ты успел себя растянуть, м, Ирука-сенсей? - В душе, - всхлипнул Ирука. Он выглядел так, будто вот-вот заплачет от удовольствия. - Я все никак не мог попросить. - Трахнуть тебя? - Какаши усмехнулся. - Кто бы отказался от такого, - он взял Ируку за подбородок. - Я вхожу. С всхлипом Ируки и собственным стоном, Какаши подхватил его под колени и правда, наконец-то, вошел в того, кто был к этому готов, возможно, очень долго, благодаря небеса за то, что Ирука уже позаботился о себе, пока Какаши выдавливал гребаные черные точки и брел с красным лицом спать. Ирука был таким же горячим и безумно, до умопомрачения узким, и, к удивлению Какаши, вместо того, чтобы отводить взгляд или жмуриться, смотрел широко раскрытыми глазами в глаза Какаши. Так и говорил, смотри на меня, я знаю, что ты делаешь. Ты делаешь то, что я хочу. Его чудесный рот распахнулся, он стонал без остановки и закидывал назад голову, предлагая Какаши свою шею в безраздельное пользование. Какаши кусал смуглую кожу, посасывал ее, дышал ею, целовал ее, но по-настоящему сладко Ирука вздрогнул всем телом при нужном угле только когда Какаши склонился к его уху и прикусил мочку, провел кончиком языка по завитку и шепнул: - Учите меня Ича, сенсей. Так? - Быстрее, - протянул Ирука. Какаши ловил с его губ каждый стон, а их было много. Они были все такие отрывистые, короткие и громкие, и дополнительной ласки, кроме сжимающихся совсем немилосердно пальцев на спине, Какаши и не нужно было. Он дрожал только от них, от стонов, вжавшись в горячую щеку Ируки своей. Он не позволил себе спустить первым, принялся ласкать член Ируки, другой рукой водить по его торсу и гладить его бедра. Ирука кончил и тут же спрятал лицо у Какаши на груди. Какаши только рассмеялся от переполняющей его слабости, от счастья, смеялся в лицо новому дню, который они проведут вместе, пусть и в километрах друг от друга, на своих работах. Вечером они снова займутся любовью. - Ты больше не будешь писать фанфики, Ирука? Ирука слабенько, потому что вымотался не меньше, шлепнул Какаши по ягодице. - Не буду. Я писал их для тебя. Какаши нюхал терпкого Ируку везде, где мог дотянуться. - Фу, - Ирука оттолкнул его, снова не вышло. - Хочу быть сверху. - Давай, - Какаши выпустил его из рук и перекатился на спину. Ирука недовольно простонал и перекатился на него. - Не сейчас же. Спустя минуту блаженного молчания, Ирука сказал: - Кстати, у меня ведь тоже есть хитай. И я уже давно притащил его сюда и положил рядом с твоим, в шкафчик. Какаши дар речи потерял. Ты точно существуешь, Ирука? Как бы не начать ревновать к тебе Ича Ича. - Тащи, - распорядился Какаши. - Оба. Ирука поднялся, хихикая. - Лучше бы я на миссии ходил, чем на работу, - сказал он, когда вернулся и присел на кровать. Ирука положил хитаи на кровать и посмотрел на них так, как не смотрел на Какаши даже во время секса. - Как же я блять люблю Ича Ича, Какаши. - Я тоже. Они встретились взглядами и улыбнулись. Теперь Какаши прощал всем и всё. Ему и его учителю Ича больше никто не был нужен.