Make out

С тех пор у Какаши было мало времени на то, чтобы читать Ича Ича. Он носился за Ирукой-сенсеем как озабоченный – помогал таскать тетради его учеников до дома, покупал ему ванильный латте каждый раз, когда встречал с работы, с этой целью даже вызнал у администратора его расписание. Пытался подвезти его домой, но Ирука отказывался, и все равно отпора не давал. Он принимал ухаживания ровно до той черты, за которой считал, что Какаши это затруднит. Какаши был терпеливым человеком, при желании. При очень сильном желании. Ирука таким желанием стал всего за одну неделю. В блоге Icha Teacher было все так же пусто. Сама судьба давала ему время, а вместе с ним - шанс наладить свою личную жизнь. Теперь Какаши спешил после работы провести время с Ирукой-сенсеем и Наруто и компанией, из времени наедине у них оставалось разве что те полчаса до дома Ируки-сенсея со стопкой тетрадей в руках. Ввиду молчания Icha Teacher, Какаши даже подумал, что сможет вылечиться от своей порно-зависимости. Он вовсе не был азартным, но то, как Ирука вынуждал себя добиваться, подогревало интерес. Какаши сам сказал, что он разведчик, а это значило лишь одно – ждать он умел. Поэтому, когда уставший Ирука отказался от кофе, Какаши чуть не по воздуху летал. От кофе Ирука отказался, а вот поехать домой с Какаши – согласился. – Как же я хочу напиться и спать, Какаши-сан, – голосом обреченного человека сказал Ирука-сенсей и склонил голову на плечо Какаши. Какаши подавился воздухом. Раньше Ирука его не отталкивал, но и на симпатию не отвечал, а теперь вот так лежит на его плече. – Ко мне еще рано? Ирука даже глаза приоткрыл. – Я не имею в виду, – начал объясняться Какаши, но по его, в отличие от ирукиных, широко открытым глазам Ирука понял, что Какаши его насиловать не собирался. Хотя очень хотел. – К Тайчо, Нао-сан, – попросил Какаши. – Третий микрорайон, десятый дом. Какаши считал секунды уединения. Вообще Ирука-сенсей отказывался от того, чтоб его возили на таком авто, еще и с водителем, но вторая причина для отказа была очевидна – он все-таки жил в получасе пешком. В итоге, по дороге они будут стоять в пробке минут пятнадцать, хотя при идеальном движении, доехали бы за пять. Какаши был благодарен этой пробке. Он очень хотел побыть с Ирукой наедине, вот так, когда рядом нет людей, а уставший учитель опирается на плечо. – Я не хочу сейчас быть один, – пояснил зачем-то Ирука. – Я рад, Ирука-сенсей, – сказал Какаши и мысленно себя осудил. Он что, рад тому, что Ирука-сенсей устал? Что у него не ладится что-то? Вдруг ему не хватало денег? Или проблемы в организации, которой Какаши так щедро задонатил? Какаши решил, что не сильно испортит покой, все равно Ирука был настолько уставшим, что едва ли обращал внимание на что угодно, даже на то, как Какаши шумно потягивал из трубочки кофе. Даже это он делал чтобы только не походить на себя на работе. Хатаке-сама и Какаши были разными людьми. Тем более, Ирука называл его по имени. Очень приятно быть просто Какаши иногда. Ирука сознался, что не может не водить Наруто раз в неделю поесть рамен, и что частенько помогает тому деньгами. Какаши в ответ только замычал. – Но я о помощи не прошу, Какаши-сан, вы не думайте, – мурлыкал себе под нос почти дремлющий Ирука-сенсей. Кто-то в очереди машин, пытающийся их обогнать, грубо просигналил пару раз. Ирука вздрогнул, распахнул глаза и тут же отодвинулся. Какаши показал водителю средний палец в окно и надеялся, что тот увидел. Ирука выглядел растерянным. – Простите, Хата... то есть, Какаши-сан, вы, наверное, тоже устали, – Ирука принялся поправлять хвост, но только растрепал его. У Какаши сжалось, и не только в штанах. – Ты – единственная за многие годы причина, по которой я ухожу с работы тогда, когда заканчивается рабочий день. Удивленный Ирука даже улыбнуться не успел – Какаши стянул маску и поцеловал его в губы. Было нечестно вот так целовать его в машине, там, где у него не будет выхода, он даже не сможет развернуться и уйти, пока они в этой бесконечной пробке, а время течет так медленно. Но Ирука тут же прикрыл глаза – Какаши подглядывал – и обхватил его руками за шею. Они даже не приняли никаких попыток углубить поцелуй, но горячие влажные губы возбуждали так, как ничто давно уже не делало, кроме рассказов Icha Teacher. Какаши не смел закрыть глаза – блики света фонарей и машин на лице Ируки, кофе с молоком, его блаженная расслабленность теплом передавалась через его губы. – Только не стони, Ирука, прошу, – еле выдавил Какаши, мазнув ладонью по его бедру. Он не мог позволить себе испортить первый поцелуй. – Я не выдержу. – Ты такой сладкий на вкус, – вздохнул Ирука. От одного только пристального взгляда Ирука стеснялся и опускал глаза. – Кофе с молоком, – вырвалось у Какаши. Ирука покраснел и заулыбался. С тех пор едва ли был день, когда они не увиделись бы хоть на пару минут. Какаши понимал Ируку с каждым разом немного больше – проводить время с Наруто и его друзьями все-таки было весело. Ребята вышли из того бессознательного возраста, в котором человек уже функционировал отдельно, но никакими мало-мальски толковыми познаниями о жизни, какой ее видят взрослые, не обладал. Они были очень смышлеными, особенно редко когда выходящий на улицу Саске. Он был в компании скорее ради Наруто, чтобы обязательно его переспорить или в чем-то обогнать. Когда-то и они так с Обито. Прелести интимной жизни в итоге тоже познавали вместе, несмотря на клятвенные утверждения Обито, что дамы ему нравятся больше, чем проводить время с Какаши. Вот только дамы так не считали. Еще больше этого ему, как оказалось, нравились кричащие шутки про большие сиськи и прочие прелести строго гетеросексуального образа жизни. Какаши с Ирукой банально отдыхал, да так, что забывал почти обо всем. Только когда ему казалось, что он сказал нечто грубое или резкое, он смотрел на Ируку, и Ирука был его индикатором – в большинстве случаев, он отвечал на взгляд и улыбался. Пусть учатся, мол, спокойно относиться к множеству людских мнений. Наруто тоже очень любил спорить с Какаши, но в силу своего возраста, довольно высокий ростом Какаши им казался чуть ли не богом. Они даже завели привычку называть его Какаши-сенсей. В классе Ируки ходили легенды, что Какаши-сенсей знает ответ на любой вопрос. Какаши всегда их предупреждал, что это только его мнение, что некоторые вещи каждый должен решить сам за себя, но недостаток времени тет-а-тет с Ирукой возмещался сполна, когда он провожал его до двери квартиры. Ирука на прощание прижимался к нему, припоминал самый смешной в вечере момент и шептал на ухо: «Вы так хороши с детьми, Какаши-сенсей.» Если бы Ирука просто попрощался, Какаши тут же ушел бы, но этого не происходило. Ирука сам всеми возможными способами оттягивал момент, когда выуживал ключи из кармана, а после – открытие двери. Ирука заводил все новые и новые разговоры, и Какаши не знал, как ему оторваться от Ируки. Потом он поглядывал на часы, и Ирука первым принимался целовать его, царапался, прижимался и заставлял себя облапать, облизывал припухшие губы и удалялся за дверь квартиры, которую Какаши еще не довелось увидеть. В итоге Какаши ехал домой, на метро, с красными щеками и полуэрекцией в штанах. Он и думать забыл о порно-рассказах. И даже о самой канонной Иче. В первый же раз оказавшись наедине с Какаши на дольше, чем час – общий выходной для них был такой редкостью, что Какаши запланировал целую развлекательную программу – Ирука запрыгнул на его колени. – Трахни меня, Какаши, – заявил Ирука. Это звучало бы как приказ, если бы он не простонал эти слова. Ирука сжал его плечи и откинул голову, чтобы предоставить шею неразделенному вниманию Какаши. Наверное, Ирука копил дерзость всю неделю, чтобы это сказать. Все мысли и планы вылетели из головы от удара вербальной битой. Вместо того, чтобы накинуться на шею Ируки губами, Какаши собрал всю свою волю в кулак и взял лицо Ируки в ладони и наклонил к себе. Взгляд Ируки так и говорил: ты же хочешь, я вижу. – Ты уверен? Глаза Ируки бегали по открытому лицу Какаши, он раскраснелся в скулах и в общем и целом был таким очаровательным, что хотелось стать многоруким богом и одновременно его тискать, как котенка, и хватать за бедра и направлять на себя, ловя сладкие стоны с его губ своими. – Можно я распущу твой хвост? – зачем-то спросил Какаши. Ируку этот вопрос почему-то ввел в ступор, и он захихикал, зажмурился и вдруг так сильно вжался в Какаши, обхватив его за шею руками, что дышать стало нечем. – Конечно, Какаши-сан, – промурлыкал Ирука. Только что заявлял, что хочет трахаться, а через секунду жался в объятья как ребенок. Какаши сделал глубокий вдох и погладил Ируку по спине. – Нельзя быть таким сексуальным и милым одновременно, – бормотал Какаши, мягко-мягко целуя Ируку в шею, – но у тебя это прекрасно получается. – Прекрати, – Ирука отстранился ровно настолько, чтобы снова посмотреть в глаза. – Давай так, – протянул Какаши и отбросил маску в сторону. – Распустим руки и посмотрим, чего захочется дальше. Ирука кивнул, аж глаза прищурил от удовольствия, ну точно как кот. Какаши так много думал о том, как бы он вжимал Ируку в кровать, и как этот сенсей, действительно безумно милый на лицо, будет стонать и просить еще, а теперь чувства сжимали горло, и руки не смели совершать резких, тем более грубых, движений. Ируку даже просто целовать было приятно, и целовались они минут десять. Какаши только растрепал хвост, зарывшись в волосы и легонько массируя пальцами его затылок. Ирука так дышал от этого, будто воздух вот-вот закончится, что у Какаши у самого застревал воздух в глотке. Стало понятно, что секса не получится, но в кои-то веки Какаши был совсем не против. Он не хотел, чтобы их первый раз был пьяным (когда-нибудь они напьются, это факт), но в трезвом состоянии он испытывал желание Ируку только беречь, уж точно никак не посягать на его спокойствие. Как можно было оставаться таким в двадцать два? Какаши стянул резинку, и волосы рассыпались по плечам Ируки. Он сидел с прикрытыми глазами и приоткрытыми, припухшими губами, изогнутыми в слабой улыбке. Он был само олицетворение блаженства. Ну и как к такому лезть в штаны? Какаши вдруг понял, что тоже улыбается. Он надел резинку на руку. – Не хочу двигаться, – промычал Ирука, уткнувшись лбом ему в плечо. – Надо в душ. Я останусь? – Оставайся, конечно, – Какаши погладил Ируку по голове и подхватил под бедра на руки. От неожиданности Ирука чуть не упал, но вовремя вцепился покрепче за его шею. В душе проигнорировать тот факт, что у Ируки была чудесная подтянутая задница, не получилось. Еще Какаши выяснил, что Ируке никто и никогда в жизни не отсасывал, что уж совсем никуда не годилось. Он все равно слишком устал для продолжения, поэтому они просто рухнули в кровать после душа, заснули порознь, но проснулся Какаши раньше будильника от того, что Ирука навалился на его грудь торсом. Было очень жарко, но жаловаться бы и в голову не пришло. Какаши водил пальцами по его лицу, заправлял непослушные прядки за ухо, указательным обводил шрам, на что Ирука легонько морщился во сне. Через неделю Ирука уже почти жил у Какаши, не хватало только его вещей в шкафу. Он уже не отказывался по утрам, когда Какаши просил Нао отвезти Ируку-сенсея на работу, оставалось только догадываться, что по этому поводу думали его коллеги и Наруто с Саске. Оставшись наедине с собой, Какаши снова подумал о том, какой все-таки был бы чудесный Ирука, стонущий и сам себя стесняющийся одновременно. Хатаке, хватит вести себя как подросток. Только на совещании стояков и не хватало. «Бруно сжимал ее бедра с такой страстью, с какой не держал бы даже кунай перед лицом смерти. Даже после длительной миссии он был способен вколачиваться без остановки так долго, что Миюки видела звезды с закрытыми глазами.» Читать первую за долгое время отсутствия работу Icha Teacher было не очень хорошо по целому ряду причин. Во-первых, через десять минут у него совещание, а во-вторых, хотя бы постыдился. Было странно иметь под боком самого настоящего Ируку со своим, настоящим, хвостом и теплым карим взглядом, и улыбкой. И читать про то, как трахаются выдуманные персонажи. Этот фанфик был по-настоящему порно. Почти как первая книга Джирайи-сама. Видно, дела у Icha Teacher стали получше. Ирука бы, наверное, не оценил, если бы узнал, что Какаши испытывает привязанность к незнакомому человеку, который пишет порно-рассказы. Какаши решил, что больше не будет оставлять отзывов. Пора порвать с этим. Но это решение только подначивало его, и он за пару дней почти безвылазно перечитывал все самые любимые рассказы Icha Teacher. – Что читаете, Какаши-сан? – спросил не в меру любопытный Наруто, плюхнувшись на лавочку рядом с Какаши. Он ждал Ируку с работы перед школой с ванильным латте. – Да так, – Какаши нервно улыбнулся. Каждый раз неловко. – Новости. – Аа, – Наруто состроил скучающее лицо и почесал затылок. – Ирука-сенсей задержится, у них там сегодня какая-то консультация или что-то такое. – А ты его ждешь? – Ну да, он же обещал мне рамен. У него завалялся бесплатный купон. – Хочешь, закажем сюда? – спросил Какаши. Глаза Наруто округлились. Интересно, так ли он был внимателен на уроке, как когда слышал слово «рамен»? Какаши в этом сомневался. – Оо, Какаши-сенсей! Я передумал. Когда я вырасту, я хочу стать вами, вы такой крутой, – Наруто рассмеялся. У него все эмоции были на лбу написаны, какой чудной персонаж. Он тут же нахмурился, и причина испорченного настроения с ленцой шагала от школы прямо к ним. Саске вежливо поздоровался и на этом все, но через минуту они начали переругиваться из-за какой-то малозначительной ерунды. Какаши в своей голове водил руками по бедрам Ируки, целовал его в пупок, а потом все ниже и ниже, переворачивал, целовал в ложбинку, дальше по той же траектории. Ирука бы сладко дрожал и старался сдерживать стоны, но вскоре бы сдался и... – Какой вы будете топпинг, Какаши-сан? – Наруто уже копался в меню раменной в телефоне, составляя заказ. ... расставил ноги шире. Господи, оставьте Какаши здесь умирать, ему нельзя общаться с детьми. Уберите детей. Рамен привезли через минут пятнадцать, и Наруто, как бы ни старался, дождаться Ируку-сенсея не смог и съел свой уже через пять минут внутренней борьбы. Ирука наконец вышел из школы, он был чем-то явно огорчен, но, когда поднял голову и увидел Наруто, машущего своими руками и руками Саске заодно, Какаши, тайком читающего фанфики, и рамен, его губы изогнулись в уставшей полуулыбке. Он помахал в ответ. – Наруто, мне из-за тебя такой разворкинг сделали, – пожурил его Ирука первым же делом. – Потом я с тобой еще побеседую. Какаши встал и легко поцеловал его в губы через маску. – Ирука-сенсей? – Наруто и Саске переглядывались, Ирука залился краской. – Итадакимас, – заключил Какаши безразличным тоном, сел и снял крышку с баночки с еще теплым раменом. – О, спасибо, я с утра ничего не ел, – Ирука сел рядом и принялся за еду. – Ваш любимый, – вздернув нос, сказал Наруто. – Спасибо, – Ирука смотрел на Наруто, как родитель на нашкодившего ребенка, со строгостью и отеческой нежностью. – Поедем на метро? – спросил Какаши. – Мне сегодня нужно домой, – между глотками бульона сказал Ирука. Он отводил взгляд. – Работы много. Какаши только промычал в ответ. Уже на подходе к метро он решил все-таки спросить: – Напрашиваться в гости некрасиво, да? Ирука рассмеялся и легонько сжал предплечье Какаши. – Когда ты так смотришь на меня, я ни в чем тебе не могу отказать. Только никакого разврата. Мне действительно нужно работать. – Так точно, Ирука-сенсей. Дома Ирука-сенсей и правда тут же сел за ноутбук и положил перед собой стопку работ. – Помочь? – Если тебе не сложно, – Ирука покраснел. – Это все-таки моя работа. – Я хорош с числами, – сказал Какаши и подмигнул. Наверное, щеки Ируки были такими горячими. Как и все его тело. Краснел он даже не по собственному желанию, но не все умели так скрывать смущение, как Какаши, поэтому такие сильные проявления чувств всегда как-то даже восхищали. Было бы преуменьшением сказать, что ему нравилось, когда Ирука краснел. Очень откровенно и нравилось, и кто его мог в этом винить. Этот Ирука, разве что в уличной одежде. – Сходи в душ, переоденься, – сказал Какаши, не без скуки рассматривая чей-то неаккуратный лист с тестом. – Я только немного посижу, – ответил все еще красный Ирука, – очень срочно обещал тут... кое-что скинуть... Какаши хмыкнул. Ему просто хотелось увидеть Ируку в его любимой домашней рубахе, одна была у Какаши в квартире, другая у Ируки, такая белая, что он точно становился похож на кружку аппетитного латте со своей смуглой кожей. Ансамбль довершала каштановая копна волос, корица. Протянув ноги, чтобы достать ими до Ируки, сидящего за столом, Какаши потыкал в него пальцами. Он хотел бы подойти со спины и нарушить его личное пространство, обнять за плечи крепко и зарыться в волосы носом, стянуть резинку, может быть, уронить пару поцелуев на шею тут и там, оттянув горлышко водолазки, поцеловать в ухо и шепнуть что-нибудь... цитату из Ича Ича. – Какаши? – Ммм? Ирука-сенсей, – остановить поток пошлых мыслей было сложно, но не невозможно, – мне нужны ключи. – Точно, точно! Прости, я сейчас! – Ирука начал копаться в своей сумке. В итоге Какаши проверял листы работ, а Ирука сначала сел в другой угол диванчика, отодвинувшись по максимуму, только ноги под бедра Какаши положил, а потом начал печатать что-то снова, и печатал все активнее и активнее. Он снова покраснел, когда Какаши заскучал, все-таки, просматривать и сверять документы было привычнее и утомляло не так сильно, как каракули юных гениев, и начал поглаживать его ноги по очереди свободной рукой. Было так же приятно, почти как гладить кота – очень успокаивало. Ирука свел брови вместе, на его лице было такое серьезное выражение, и набирал текст он так быстро, что Какаши только жалел, что не видит этих бегающих по клавиатуре пальцев. Как он поглощен работой, этот Ирука-сенсей. Точнее сказать, почему все, что в нем есть, так нравилось Какаши? Он был добросовестным и добрым, так любил мелких и помогать, очень любил читать, они как-то полчаса домой к нему шли и только и разговаривали обо всех самых иконичных работах в жанре sci-fi, и не было вещи, о которой Ирука не имел бы хоть какое-нибудь понятие. Он всегда задавал Какаши вопросы, и о как же сильно Какаши любил отвечать. Круг его знакомых ограничивался людьми, которых мало интересовало, какой попкорн Хатаке-сама любит больше, или умеет ли он доставать языком до носа. Какаши умел, но доказать не мог, точнее, не хотел. Да никто и не спрашивал. Спустя добрый час Какаши уже закончил с работами и принялся изучать бумажки, исписанные каллиграфическим почерком Ируки-сенсея. Он был таким обязательным и ни разу не опоздал и не нарушил ни одно, даже мелкое обещание. – Ирука-сенсей, – протянул Какаши, когда Ирука расслабился в лице и в позе и откинулся на подлокотник, закинув руки за голову. – А? – он даже чуть склонился вперед. Вот такой вот он был, Ирука, переживающий и внимательный. – О, прости, ты сделал всю работу за меня! – А ты чем занимался тогда? – спросил Какаши, лениво почесывая затылок. – Я тут формальностями всякими, – выпалил Ирука и покраснел. – Пойдем в душ? В душе Ирука максимально зажимался. Не то чтобы это был первый их раз в душе, но почему-то Ирука все никак не мог расслабиться, когда Какаши массировал его плечи и растирал по желанной мягкой коже гель для душа. Какаши решил на время отступить. Не то чтобы ему поджимало яйца и очень хотелось, он просто осторожничал и прощупывал (в прямом смысле) пределы, которые устанавливал Ирука, и надеялся продумать хоть какую-то тактику. Но, видимо, с Ирукой-сенсеем любая тактика не работала. Он же не годовой отчет. В кровать Ирука пошел не только с Какаши, но и с книжкой. Отложив маску на тумбочку, Какаши устроился в одеяле, совершенно не готовый спать, несмотря на то, что день выдался длинный. Вместо того, чтобы успокоиться, он начал приставать к Ируке, проверять, боится ли он щекотки (он очень боялся), гладить его по руке, по боку, по бедру, расчесывать пальцами его влажные темные волосы. Он даже пытался заплетать косички, никогда не умел, правда. Ирука отложил книжку. – Я отказываю не потому, что ты не нравишься мне в этом плане, Какаши. Какаши просто хотел касаться его. Давно ему уже не хотелось так контактировать с кем-то, Ирука был очень уютным. – Секс? Я знаю, почему. – Просвети меня, – ухмыльнулся Ирука. – Просто ты привык жить не для себя, – лицо Ируки начало выпрямляться, – ты всю жизнь пытаешься помочь другим, потому что никто не помогал тебе. Но со мной тебе не нужно думать о том, чего хочу я, больше, чем о том, чего хочешь ты. Я хочу, чтобы это произошло по твоему желанию, Ирука-сенсей. Если это не признание в любви, то что это такое? – Потрахаться мы точно успеем. А вот заняться любовью, – пробормотал Ирука и покраснел, когда Какаши обнял его и притянул к себе под руку. – Звучит как строчка из Ича Ича, – сказал Какаши. Ирука подозрительно затих. – Ты знаешь про Ича Ича? – спросил Какаши.