Травник

      Когда раздался стук в дверь, Шерлок непроизвольно дернулся, Лестрейд чуть не подавился чаем, и только Джон сохранял привычное спокойствие. Заметив это, альв сразу непроизвольно расслабился ‒ иногда ему казалось, что у него как будто бы получается забрать часть фирменного спокойствия травника.       ‒ Добрый вечер, ‒ поздоровался Майкрофт, когда Джон провел его на кухню.       Ватсон решил, что посиделки в гостиной выдут слишком официальными, лучше на кухне – с чаем и кексами.       ‒ Капитан Лестрейд, и вы здесь? Кажется, вы были счастливы, когда закончилась ваша смена, ‒ Майкрофт вопросительно приподнял бровь.       ‒ Пожалуй, ‒ смущенно признал тот. ‒ У меня хватает работы и лишняя никогда не радует, сами понимаете.       Майкрофт из вежливости сделал вид, что поверил его версии.       ‒ Кстати, я сейчас не на службе, поэтому лучше зовите меня по имени.       ‒ Как скажете, Грегори, ‒ согласился Холмс.       ‒ Итак, когда официальная часть улажена, может скажешь все, что хотел сказать и уберешься? ‒ проворчал Шерлок недовольно, но без злобы.       Сейчас, когда брат пришел, вся ситуация начала казаться сплошным фарсом, ну, не смогут они наладить отношения – никогда не могли и сейчас не получится, увы, они уже давно не дети.       ‒ И я тебе рад, братец, ‒ устало ответил Майкрофт и уселся за стол. ‒ Может быть будет лучше, если мы поговорим наедине? Это приватный разговор.       ‒ Джон остается, ‒ отрезал Шерлок.       ‒ Дело сугубо семейное.       ‒ Поэтому Джон и останется!*       Майкрофт выдохнул, что ж, останется – так останется. Переупрямить Шерлока не всегда получалось даже в детстве.       ‒ А вот я могу уйти, ‒ воскликнул Грег, собираясь подняться.       ‒ Раз уж мой брат считает вас всех близкими, пусть так и будет. В конце концов никаких тайн тут нет, так что, если хотите – оставайтесь, Грегори.       Джон требовательно пихнул Лестрейда под столом коленкой. Тот печально вздохнул и перестал пытаться выбраться из-за стола.       ‒ Может быть чаю? ‒ предложил Джон, надеясь разрядить обстановку.       ‒ Было бы неплохо, спасибо.       Джон пошел к плите ставить чайник, Лестрейд, устало клюя носом, крошил кекс на блюдечко, а братья упрямо сверлили друг друга взглядом, не зная, что сказать, и кому стоит начать первому.       ‒ Я потерял тебя сразу после войны, мы были обеспокоены, ‒ неловко начал Майкрофт. ‒ Ты и перед войной пытался спрятаться, но я хотя бы знал, где ты и что с тобой…       ‒ И даже ни разу не появился на моем пороге, удивлен, ‒ Шерлок иронично вскинул бровь.       Он, действительно, был удивлен, считая, что у него неплохо получилось затеряться. Тем более, раз вечно все контролирующий старший брат не приходит, значит не может найти, не так ли?       ‒ Я подумал, что ты не хочешь меня видеть, поэтому и не приходил. Шерлок, я знаю, что ты уже давно взрослый и мне… хотя мне было очень грустно от того, что ты совершенно не желал меня видеть, даже на другой конец страны сбежал, я не хотел навязываться, правда.       ‒ Конечно, только тихо следить за моей жизнью, ‒ фыркнул Шерлок, не обративший внимания на то, сколько усилий потребовалось его брату, чтобы выдавить из себя это признание. ‒"Знал, где ты и что с тобой", ‒ процитировал он слова брата.       ‒ Шерлок, ты не прав, ‒ тихо заметил Джон. ‒ Я понимаю, что это только ваше дело, но, если ты хочешь, чтобы я не вмешивался, я лучше пойду наверх, поговорите сами.       ‒ Не хочу! ‒ не задумываясь, сразу ответил Шерлок.       Остаться сейчас без Джона, один на один с братом? Немыслимо. Альв и так чувствовал, что говорит что-то не то, даже при травнике, а уж чего он нагородит без него – даже представить страшно. Как бы то ни было, Шерлок не хотел расставаться с братом навечно, но ему казалось, что как только он ослабит свою оборону, брат снова начнет контролировать всю его жизнь, а этого он допустить не мог.       ‒ Тогда слушай, я не знаю, что у вас произошло и как вы жили, но я могу сказать, что я бы тоже хотел знать о тебе все, не вмешиваться, нет, но хотя бы быть в курсе и помочь, если дело дойдет до крайности, даже если бы ты был сердит на меня и не хотел видеть. Брат любит тебя, поэтому поступает так же.       ‒ Он любит все контролировать, а не меня. Я ‒ его самый первый эксперимент. Теперь у него, уверен, уже множество марионеток, в детстве же выбор был невелик.       ‒ Не знал, что ты так это воспринимаешь, ‒ Майкрофт был настолько удивлен, что даже не смог обидеться.       Да, опека, возможно, была чрезмерна, но это же его младший брат, как иначе? Да и сам Майкрофт был слишком молод и не знал, как не переборщить. Он не понимал, почему матушка так спокойно относится к ним, ее сыновьям. Видимо, весь "материнский" инстинкт в семье достался ему.       ‒ Я не знаю, что сказать, признаться, ‒ пробормотал он.       Шерлок внимательно рассматривал брата, кажется, тот, и правда, был сильно расстроен, неужели он ошибся, и Майкрофт таким нелепым образом всегда пытался заботиться о нем? Это меняло дело. Нет, опека ему все равно была не нужна, но, пожалуй, такой поворот прощал в его глазах поступки брата.       ‒ Пожалуйста, подумай немного прежде, чем отвечать, ‒ тихо попросил Джон. ‒ Грегори, пошли я дам тебе твой эликсир, он уже все равно готов, думаю, теперь им нужно побыть наедине.       ‒ Конечно, ‒ с облегчением выдохнул Лестрейд, быстро поднимаясь, пока никто не передумал.       ‒ Извини, что втянул тебя в это, ‒ повинился Джон, садясь подальше от двери в кухню, чтобы не прислушиваться напряженно все время.       ‒ Да ничего, хоть я и не понимаю, зачем я здесь, но, отчасти я тебе даже благодарен, оказывается, Майкрофт не такой сухарь, как мне показалось. По крайней мере, брат его действительно заботит, а вот мы с тобой вряд ли, впрочем, оно и к лучшему. Не хотел бы я оказаться под пристальным вниманием такого типчика, отчасти могу понять, почему Шерлок сбежал.       ‒ Ну, ты всегда был вольной птицей, а вот я бы не отказался, чтобы моя семья так пеклась обо мне, ‒ заметил Джон.       ‒ Поверь, если бы тебя так опекали, ты бы вышел из себя примерно минут через пять, ты долго жил один, к этому привыкаешь. Только вспомни, сколько вдовушек стремились взять тебя под свое крыло и как быстро ты их отшивал, ‒ рассмеялся Лестрейд.       ‒ Может ты и прав, ‒ согласился Джон.       Действительно, одно дело мечтать, что о тебе кто-то будет заботиться (в удобное для тебя время и так, как тебе бы этого хотелось) и совсем другое постоянно ощущать чье-то навязчивое внимание. Забота заботе рознь, и некоторая удушает. Шерлок же умел давать пространство (хоть иногда и напрочь игнорировал всякие границы), кроме того, он постоянно был занят делом ‒ или варил зелья для лавки, или экспериментировал, что полностью устраивало Джона, ему тоже было чем заняться. Союз двух занятых людей – вот чем были для него отношения. Ну, или союз человека и альва, раса тут не имела никакого значения. Может, встретилась бы ему на пути деловая девушка и он бы здесь не сидел. Джон помотал головой, нет, сердце чуяло, что Шерлок – его единственный. Все, кто были до него, не имели значения¸ а после – уже никого не будет.       ‒ Интересно, они до чего-нибудь договорятся? ‒ Грег отвлек его от размышлений.       ‒ Надеюсь, иначе Майкрофт уедет, а Шерлок потом передумает и совсем изведется.       Лестрейд посмотрел на часы над входом и виновато сообщил Джону:       ‒ Извини, друг, но я должен тебя покинуть. Уже полночь скоро, а мне в утреннюю смену выходить. Я завтра забегу, если время будет, расскажешь новости, ‒ он кивнул головой в сторону кухни.       ‒ Конечно, спасибо, что посидел со мной.       Джон проводил Грега и снова уселся за стойку, делать ничего не получалось, а мешать Холмсам он не хотел. В очередной раз отбросив мысль, сесть поближе к кухне, он положил голову на руки, собираясь подремать. Когда братья договорят, им всяко придется пройти мимо него, тогда и разбудят – решил он и закрыл глаза.