Почти восемнадцать.

      Парень не вытирая рот подходит к телу, что делает маленькие вздохи и поднимает его с травы участка, неся в сторону машины. Дживон еле-еле щипает того за руку, но для него это как касание одного волоса — не чувствуется, лишь слегка щекочет. Ким укладывает Ван на задание сиденье машины, закрывая дверь и открывая другую, со своей стороны, снова закрывая, заводя двигатель, слыша лёгкий скулёж. — Это первый раз? — Зачем ты это сдел… — пытается встать, — Ой… — но ложится обратно из-за боли в области почек. — А сам как думаешь? — Ублюдок. — руль сжимается в ладонях и кажется, если чуть поднадавить, он треснет без каких-либо проблем. Столько злости на себя и окружающих он не испытывал более, чем 3 года. Но он не может или просто не хочет стирать моменты из головы Ван, в которые ей пришлось не сладко сегодня. Она даже не спросила, кто он такой, отнеслась к этому без особого внимания. Не нужно ей голову забивать всякими сказками, в которые она бы не поверила как и все нормальные люди.       Дживон входит в трёхэтажный особняк, осматривая апартаменты. Весь первый этаж занимает гостиная, что находится слева, и кухня, что находится справа. По середине лестница, расходящаяся на две части, ведя на второй этаж, который осматривать сейчас не особо хочется. Она усаживается на диван благодаря парню, смотря на него. — Я думала, что каннибалы живут иначе. — Тэхён заливается смехом, а стены отражают его эхом, которое доносится до ушей одноклассницы. — Я не ем людей. — И кто ты тогда? — Вампир, но точно не каннибал. — следит за реакцией девушки и та поджимает плечами, зажмуриваясь от боли. — Почему ты не пытаешься убежать из дома в страхе? — Самое худшее я уже пережила, да и всегда мечтала встретиться с вампиром. А почему ты мне доверил это? — А какая разница? С этой информацией никто не уходил из моего дома, а те кто пытался, покоятся под землёй или в каком-нибудь пруду. Их наверняка уже нашли. — Ван открывает глаза, только сейчас замечая, что светлая футболка полностью в крови, которая в области рта и шеи уже засохла, до сих пор не оставляя пальцы без неприятного чувства липкости, — Это он тебя так? — Нет, я его. — но он их облизывает, уходя в сторону кухни. — Что именно ты с ним сделал? — Я покушал. — по детски говорит Тэхён, — Но убивать не стал, только забыть заставил, кто я и что вообще произошло. — тут же оказываясь на диване, попивая виски. — Не поделишься? — Не обязательно тебе знать. — Но ты же знаешь, что я кровосос. — Я не заставляла тебя об этом говорить. — принимает сидячие положение, опуская задравшуюся юбку, складывая руки на ногах, двигаясь на дугой конец дивана. — Только не говори, что ты меня боишься. — Доверия не внушаешь. — Я тебя спас, а ты мне вот так спасибо говоришь? Это так приятно. — Я получала и похлеще, потерпела бы. — буркает, поднимаясь и оглядываясь, — Где выход? — шарахаясь от парня, что стоял прямо перед ней, делая последние глотки алкоголя, ставя стакан на столик. — Я вроде сказал, что из этого дома никто не уходит, узнав кто я. — Тэхён, мне нужно домой. — она пятится назад, пытаясь не смотреть на его пугающее выражение лица, да только он снова слишком близко стоит, снова ощущается обжигающее дыхание, что тело рвёт на части. — Что ты… — Дживон падает на ступеньки, вжимаясь в них, как и голову в шею, крутя ею, не позволяя касаться. — Я сделаю это по другому. — хрипло проговаривает Ким, нависая над девушкой, что всё ещё пытается избежать контакта, закрыв глаза. Ноги резко раздвигают в сторону и между ними, на ступеньки, садится тёмноволосый, — Расслабься и смотри на меня. — встречаясь с испуганным взглядом одноклассницы, от которого неприятно жжёт внутри. Он облизывает длинный средний палец, — Открой ротик. — пуская его в податливый рот, снова вынимая, внимательно наблюдая за влажными губами, которые обхватили фаланги, чувствуя вставший в горле ком возбуждения, не хотя представлять, как эти самые губы обхватывают его член, двигаясь вверх-вниз, но всё равно спросил: — Ты когда-нибудь делала минет, чаги?