Почти восемнадцать.

      Джи подскакивает на кровати, заправляя прядь волос за ухо, хмуро смотря на парня, что положил руки под голову и одеялом прикрыто только то, что детям до 18 лет видеть не советуется. Бледные ключицы ярко выделяются, в ямочку одной впадает та самая цепочка, в отличии от кубиков пресса, но они присутствуют и в сочетании с этим парнем — валит с ног, рука невольно тянутся к животу, но она отдёргивает её, прочищая горло кашлем под негромкий смешок, что в тишине так отчётливо слышится. — Ты сказал, что сделает так, что бы я забыла об этом. Давай, я жду. — выпрямляется, поправляя бюстгальтер, поднимая голову, смотря чётко в глаза. — Живи с этим. — Меня не простит Бог за то, что я переспала с кровососом и ещё помню это. — Ты веришь в Бога? — Нет, но знаете ли, не хочу в Ад попасть за измену, хотя в Рай меня должны пустить как мученицу. — парень смеётся в голос, показывая свою квадратную улыбку, от которой невольно уголки губ тянутся вверх. — Что ты несёшь… — Я, видимо, ещё не отошла. — виновато чешет рукой затылок, пропуская воздух сквозь зубы, оказываясь поваленной под парня, ущипнув того за грудь, — Э! — коварно улыбаясь хмурому выражению лица. — Я тебя сейчас ведь и нагнуть могу. — Без лишних движений, ладно? — она держит взгляд на руках, что лежат чуть выше её талии, а большие пальцы скользят по рёбрам, которые не сильно выпирают, но он смотрит на них, как завороженный, глубоко вздыхая. — Второй день знакома с парнем и уже успела переспать. — Вообще, шлюха. — Тэхён получает подушкой в лицо, и Дживон выкарабкивается из-под тела, спрыгивает с кровати, поднимая с пола разорванную рубашку. — Ну, а по хорошему, это твой первый взнос за то, что я помог. — Второго не будет. — бубнит, пытаясь прикрыть попу подолом, но только смешок слышит, на которой бросается взгляд через плечо. — Ты такая наглая, что моему возмущению нет предела. — Тогда почему не убил, раз терпеть таких людей не можешь? — тишина напрягает обоих и Ван улыбнувшись, направляется в сторону двери, — Завтра посиди где-нибудь на третьем этаже. — Это ещё зачем? — Хочу какую-нибудь девушку привести. — бьёт в под дых словами, но та кивает и выходит из комнаты, хлопнув дверью. — Что, мне каждый день там сидеть что ли? — тихо шепчет, — Да. — Пошёл в жопу! — крича в ответ Киму, спуская по лестнице быстро, не понимая, какого вообще хрена происходит.       На улице всё утро и день дождь блещет, Тэхён не перекидывается и парой фраз, зато гордо задирает подбородок на разговоры о том, что произошло в магазине, а Ван старается держаться поодаль от него, обходя улыбки сторонами. — Эй! — кричит в другом конце знакомый голос и девушка останавливается, оборачиваясь на Союн, — Что за слух ты пустила?! — что всплескивает руками и внимание всего живого коридора привлекает эта пара, что стоит в метре друг от друга. — Какой слух? Ты вообще о чём? — тёмноволосая хмурится, прищурившись, поправляя лямку портфеля. — Про удар. Ты пустила этот слух, сука?! — Я никому ничего не говорила, но это ведь так и есть. — беззаботное поджимание плечами и ухмылка парня, что остался стоять за кругом, смотря в пол, вслушиваясь в каждое слово. — Ты здесь месяц, а уже успела показать себя. Неужели ты одна из тех, кто спит с Тэхёном? — То есть, ты так же с ним спала? — она смотрит на Ёнгджэ, что яростно дышит и подойдя, замахивается, но не успевает, получает кулаком в нос. — Позавчера я не смогла тебе въехать тем, что под руку попалось, но думаю, если этот «слух» не секрет для какого-либо учащегося здесь, то я могу спокойно ударить. Если вы оба выдели меня доброй, это не значит, что я не могу разозлиться. Думаете, я не в курсе с самого начала о том, что вы что-то задумали? — она повышает тон, смотря на каждого поочерёдно, выдыхая. — У каждого есть грань терпения, вы не святые, для вас не сделает исключение другой человек, который попадёт под это. — Но думаю, стоило напомнить, что в этой школе мразей больше, чем таких, как Ван. — доносится где-то за толпой и все расходятся, пропуская Тэхёна вперёд. — Если бы не ты, всё бы вышло. — шипит Пак, поднимая голову, вытирая кровь под носом рукавом пиджака. — Нет, ничего бы не вышло. Я предупреждал тебя, Ёнгджэ, что будет, если ты сделаешь хоть шаг в её сторону, а о замахе на Моё и речи быть не может. — одноклассник спокойной суёт руки в карманы, в которых он сжимает кулаки под гуляющий по нему взгляд Джи, что видит, как его зубы стискиваются напрягая желваки на лице, как напрягается венка на шее, и переводит взгляд на парня, из носа которого течёт кровь. Кусает губу, не зная что делать, метая взглядом по полу, ища ответ в нём, пока девушки прожигают взглядом новенькую. — Тебе стоило поверить на слово. — замахивается и бьёт одноклассника по челюсти до хруста, который внутри всё перевернул. — Что ты творишь? — Ван хмурится, видя новую порцию крови на кафеле, от чего руки трясутся и боязнь, что его сейчас поймают с поличным, растёт. Ким замахивается и бьёт лежачего в живот, что тот подлетает на несколько сантиметров. Удар у него был не таким, какой у большинства «крутых» парней, а в три, может даже и четыре раза, сильнее, тяжелее. — Тэхён! — тянет за рукав, но тот будто завороженный, начинает бить в разные точки, ставя всех в полнейший шок. Что бы этот парень за кого-то заступался? Разбейся об стену, но от него этого не дождёшься. — Хватит, Тэ! — кричит Ван и тот делает шаг назад, видя как одноклассник лежит, сгибаясь пополам в лужице крови. — Больше предупреждать не буду. — говоря спокойно, равнодушно, беря за руку девушку, выводя из круга в сторону туалета.