Вишневое счастье

— Намджун, ну же, поторопись, он же уже ждет нас, — солнечное утро Джина и Намджуна начинается не с кофе, а со звонка Тэхена с криками «я рожаю!». Правда им обоим не совсем понятно было, почему Тэхен, который уже две недели находился в больнице, первым делом позвонил им, а не позвал врача. — Да что поторопись, куда я ребенка дену? — возмущался альфа, бегая из комнаты в комнату, а за ним хвостиком маленький Джин, который совершенно не сопротивлялся всему, что с ним делают. — Езжай первый, машина должна уже стоять внизу. Я приеду сразу же, как мелкий прибудет в школу. Утром творился полный хаос и никто не предпринимал попыток что-либо исправить. Джин судорожно собирал вещи, еду, игрушки, постельное белье и все, что видел, а вдруг понадобится? Внезапно на всю квартиру начала играть музыку, которую Намджун узнал: такая стояла у него только на брате. — Да, Юнги, — Намджун поставил на громкую связь вызов и продолжил одевать Джина. — Привет, мой сладенький. — пискливо протянул голос из трубки. — Чимин, вообще-то это телефон Юнги. — Да я знаю. У нас тут свадьба на днях, вы приглашены. — Свадьба? — тоненький голосок резко запищал в трубку, — Чимин-хен, а можно и мне на свадьбу? — Только если в роли свидетеля, маленький, — Чим, по правде, очень полюбил этого ребенка, даже несмотря на то, что своих детей заводить не спешил. Он не один раз наведывался в гости к Джину и даже несколько раз способствовал побегу Намджуна на прогулку. — Что? — пискливо крикнул Сокджин из другой комнаты и моментально побежал к источнику звука, — Юнги! — Мы решили расписаться, Джинни, поэтому ждем и вас, и Тэ с ребенком. Все, прощайте, холостые, я с вами больше не общаюсь! — и отключается. — Ага, не общается, — шикнул Джин и обиженно ушел обратно к себе, чтобы упаковать все, что он набрал и наконец-то пойти в машину, — я ушел, позвоню. — Пока, солнышко, — крикнул Намджун, застегивая на ребенке рубашку. — Пока, дядя Джин, — ребенок послал старшему свой фирменный воздушный поцелуй, которому тот его научил и когда омега вышел из квартиры, маленький альфочка обратился к своему большому хену, — дядя Намджун, а когда вы с дядей Джином поженитесь? — Ну, малыш, — Джун не ожидал подобного вопроса, тем более от ребенка. Ну что ему ответить? — Ты его не любишь? — перебил старшего Джин и с серьезным лицом смотрел прямо в глаза Намджуну, — Тогда я на нем женюсь, когда вырасту. — А как же Лэй? — альфа потрепал младшего по волосам и поволок обуваться. — Лэй поймет! — Ох, малыш, все ведь не так просто, — грустновато отозвался Джун, помогая младшему наконец-то одеться, — мы поженимся, но не сегодня. — А почему? — Потому что тебя нужно отвезти в школу. — Так после школы же есть время! Если вы не поженитесь, то я не вернусь домой! — Мелкий, ты нарываешься. Сейчас я закрою тебя в туалете и не включу тебе свет. — Вот всегда ты такой, хен, — ребенок надул губки и первым вышел из квартиры, а за ним уже направился старший, закрывая дверь на ключ. А может и правда время? Этот альфа выглядит очень серьезным и опасным конкурентом. «Нет, все же это очень опасно» — подумал Намджун и решил перед тем, как заехать в компанию, купить кольцо.

***

По дороге в школу Намджун пытался разговорить ребенка, и тот рассказывал обо всем, что происходит в школе, кроме одного. Кроме того, что знает только Чимин. Чимин был единственным человеком, которому Джин доверял. Может потому что они оба альфы, а может потому, что дядя Чимин всегда ездил на крутых машинах и с ним были устрашающего размера мужчины в черном, а потому и не страшно рядом с ним. А еще у дяди Чима есть крутой омега, который учил Джина драться, чтобы стать настоящим и сильным альфой. И только Чимин знал о том, что дети в школе постоянно задирают это маленькое солнышко. Не то, что бы Джин скрывал абсолютно все от своей «семьи», просто на него внезапное взросление повлияло не совсем обычно. Джин, будучи единственным в классе, у кого проявился запах, стал знаменитостью. Но тут скорее палка о двух концах, потому что в классе к нему относились как к чему-то новому и интересному: альфочка не только с необычным запахом, но и перевелся к ним из Канады и мог многое рассказать об истории или традициях. Дети постарше же считали своим долгом назвать Джина калекой или больным. Ну разве может у альфы быть запах каких-то яблок, так еще и в 7 лет? Да он же инвалид! Несколько раз недоброжелательные старшеклассники вылавливали Джина, чтобы облить его супом, водой, кинуть за шиворот риса или просто кидали в него котлеты. Одноклассники жалели, старшеклассники — глумились. — Не только инвалид, так еще и немощный, — как-то засмеялся парень из старшей школы, развеселив этой фразой всю свою шайку. Кто-то скажет — ну и пусть. А Джин вспомнит, как слышал точно такие же слова в больнице. И если в больнице он позволял себе проронить пару слезинок, то уже в школе ничего подобного не было. После школы его забирал Чимин и отвозил к себе, где любезный Юнги учил ребенка драться и стирал одежду, говоря Тэхену, что «он просто играл с ребятами и выпачкался». За более чем полгода, что Джин жил в Сеуле, произошло несусветное количество изменений. И все благодаря ребенку? Вероятно, что да. Джин с Намджуном стали более семейными, Чимин с Юнги более нежными по отношению к друг другу. С появлением ребенка и его проблем, Чимин стал более трепетно относиться к своему омежке, а тот в свою очередь позволил альфе отвечать за двоих. За полгода, что нет Чонгука, Джин всем сердцем полюбил своего папу (Тэхена он стал называть папой почти сразу же по приезду в Сеул) и их сожителя (и тезку для Джина в одном лице) — дядю Сокджина, который очень вкусно готовил. Джин полюбил дядю Намджуна, или просто «большого хена», который позволял чуточку больше, чем Тэхен. Джин полюбил Чимина за его надежность и уверенность. Полюбил Юнги за его понимание и силу. Но больше всего он любил своего отца.

***

— Пока, Намджун-хен! — маленький альфа помахал своей маленькой ручкой старшему и направился в сторону школы. Первым делом Джин проверил наличие телефона и, найдя девайс в рюкзаке, зашел внутрь школы. — Ну привет, малой, — снова этот голос, которого альфа боялся. И каждый день боялся больше, чем вчера. Попытка проигнорировать настырного парня не удалась — тот схватил на капюшон толстовки ребенка и притащил к себе. — А кто твой отец, Джинни? — все тот же задира из старшей школы, вместе со своими друзьями, встречал ребенка в коридоре на первом этаже и смеялся, — Утром один, а вечером другой? У тебя что, два отца? И сегодня альфа не выдержал. Да, пускай он и не знал про смерть Чонгука, но и подобные слова в сторону тех, кто его любит и оберегает, альфа терпеть не намерен. Налетев на старшеклассника с кулаками, он успел только зацепить его своим небольшим кулачком, как его оттащили и кинули об стену. — Малявка, еще раз такое вытворишь, полетишь в окно, — шикнул парень и поспешно удалился, чтобы преподаватели не обратили внимание на кучку заинтересованных голов. А ребенок будто был не в этой реальности. Джин никогда не плакал в школе, но ощутив, как горячие ручейки слез стекали по его щекам, ребенок побежал в туалет и набрал Чимина. — Да, малыш? — заботливый голос на том конце привел ребенка в чувства и тот сразу же попытался начать говорить, как Чим перебил, — Что-то случилось? — ребенок никогда не плакал, даже если сильно ударялся. И Чимин это знал. И ему от этого становилось хуже. — Дядя Чим, забери меня, — ребенок плакал, прижимая сильнее к уху телефон, чуть ли не скулил. — Я скоро буду, никуда не уходи. Сбросив вызов, Джин еще какое-то время сидел в туалете, утирая слезки, а потом вышел в коридор, чтобы встретить Чима. Но только-только закончился урок и все дети повыбегали в надежде увидеть продолжение банкета: старшеклассник, чье имя Джин даже знать не хочет, обещал показать «главного». Об этом знали все, но не знал ребенок, который вышел с красными, опухшими глазками и направился к выходу под пристальными взглядами всепожирающих коршунов. — Ну и куда ты пошел? — голос сзади звучал так, будто Джину промолвили это прямо в ухо, и вдруг резко его схватили и снова прижали к стене, — Мы еще не закончили. Махнув кому-то рукой, старшеклассник гадко улыбнулся и взял у одного из «своих» целую тарелку котлет. — Знаешь, что бывает с теми, кто идет против системы? — но ребенок не реагировал. Он смотрел сквозь, глаза его были пустыми, не реагировали ни на что. — Эй, ты, слышишь меня? Шлепок по щеке. Джин схватился за свою щеку, но скорее механически, чем от боли, отчего еще сильнее разозлил старшего. И как только тот замахнулся еще раз, Джин вдруг упал от потери поддержки и от испуга поднял глаза. Того парня резко оттащил за шею мужчина в черном, а второй распугал публику. Когда же дети от страха отошли подальше, но продолжали наблюдать, мужчины не позволили убежать тому старшекласснику и его «помощнику» — Джинни, — Чимин подошел к малышу и обнял его, — поехали домой? Получив, пускай и слабый, но положительный кивок, Чим взял мальчика за руку и стал напротив задиры. Пак выглядел до невозможного шикарно: черный классический костюм, белая рубашка без единой складочки и невероятно красивая прическа. Своим видом он не только покорил омежек-старшеклассников, но одновременно и пугал альф. — Мои ребята покажут тебе, каково это — бить слабых. Побудь разок на месте Джина. Проведя ладонью по лицу старшеклассника, Чимин улыбнулся своей милейшей улыбкой и направился к выходу из школы. — Дядя Чим, — малыш, уже сидя в машине, обратился к Чимину, — он говорил плохие вещи про тебя и дядю Намджуна. — Больше он ничего не сможет сказать, — потрепав по волосам ребенка, Чим не отрывал внимание от дороги. В этот день Джин понял, что хочет быть таким же, как и Чимин. Таким же сильным, таким же властным, таким же пугающим. Больше не было задир, не было закидывания едой и оскорблений. Пускай альфа в этом ребенке немного проспал, но теперь Джин знает точно — он не позволит никому трогать слабых. Но однажды к ним в класс перешел новенький. — Познакомьтесь, это Тао, он будет учиться с нами. Услышав знакомое имя, Джин резко поднял голову и увидел его. Маленького, слабенького мальчика, бледного как смерть. И когда тот поднял голову, чтобы найти свободное место, то выбрал именно то, что было возле Джина. — Привет, Джин, — Тао протянул свою маленькую ручку, чтобы поздороваться со своим старым другом, но тот не сразу понял, что от него хотят. — Привет, — Джин, откровенно говоря, находился в дичайшем шоке. У Тао тоже проявился запах, он тоже был альфой, но… Таким слабым? Встречать старых друзей всегда круто, особенно если вы вместе уже давно. Встретить Тао спустя чуть ли не год, и встретить таким немощным, в Корее — вот что было самым странным. Джин, будучи хорошим другом, не стал смущать парня расспросами про здоровье и жизнь — сам понимал, что организм мальчика просто так реагирует на изменения. Джин рассматривал картинки в книге, как прозвенел звонок. Тао на месте не было, хотя тот обещал быстро сбегать за соком и печеньем. Конечно же, это настораживало, поэтому выскочив якобы «в туалет», альфа побежал искать друга. И нашел он его на том же месте, где обычно самого Джина «посвящали в лузеры». Все тот же старшеклассник, все те же его друзья. — Тао, начался урок, — Джин крикнул, стоя недалеко от них, на что старшеклассник отпрял от мальчишки и перепугано глянул на источник крика. — Джин, — пропищал мальчик и скатился по стенке. — Слушай, мелкий, иди куда шел. — Я пришел за своим другом, и если ты сейчас не отстанешь от него, то тебе будет хуже. — Да? — старший начал подходить к Джину, но тот даже не сделал шагу назад, — И как же? И совсем неожиданно — для обоих — Джин резко подался вперед и, как учил Юнги, ударил несколько раз парня. Бил не только ручками, но и ногами, потому что на войне все способы хороши. Мелкого все-таки оттащили от задиры, но тот никак не унимался. — Еще раз увижу, что ты трогаешь Тао, я позвоню дяде и ты еще две недели не сможешь ходить в школу. И не то, что бы старший испугался. Просто он не хотел проблем. Да, скорее всего так. Джин обрел не только друга. Джин обрел четкую уверенность в себе.

***

— Намджун, ну же, отвези Джина в школу, мне еще ребенка кормить, — ворчал Тэхен, удерживая на руках укутанное в пеленки чудо. Прошло три месяца, как Тэхен родил. Изначально омега хотел выбрать какое-то английское имя, типа как Джон, но Сокджин настоятельно рекомендовал в графу «имя» вписать Ким Сокджин. Спустя несколько часов обсуждений, было решено, что ребенка назовут Намджуном. — Эй, а почему это Намджуном? — возмущался Сокджин, а младший Джин лишь радостно визжал, радуясь, что у него теперь тоже есть свой Намджун, только братик. — Да, Намджун, отвези ребенка, а потом в компанию заедешь. У нас есть еще несколько неподписанных контрактов, — несмотря на всю загруженность, Джин старался выглядеть каждый день максимально стильно и привлекательно, как подобает директору модельной компании. Сегодня Сокджин проснулся раньше, чем зазвонил будильник, быстрее оделся и привел в порядок свое самочувствие, которое по утрам ни к черту. «Чертовски удачный день сегодня» — все утро думал омега, а появившись в офисе, моментально расстроился. — Ну сколько можно в этих бумагах копаться? Как только Чонгук… — Эй, вы по записи или как? — послышалось за дверью, — Вам нельзя туда! — секретарь, видимо, пытался остановить незваного гостя, но тот не остановился и через мгновение был в кабинете Джина. — Господи, Чонгук, — Джин сразу же подорвался и упал на колени, узнав в этом заросшем человеке своего ближайшего друга. Одежда потерта, а на плече сидит бельчонок, точно что из леса вышел, — Чонгук, я так… Я так, Чонгук. — Ну же, Джинни, ты чего? — своим нежнейшим голосом спросил Чонгук, поглаживая по голове омежку, — Я ведь вернулся, я живой, ну чего ты плачешь? — Я так скучал, Чонгук, я… Я скучал, — Джин сильнее сжимал грязную штанину альфы, продолжая плакать. Неизвестно, сколько времени они так еще простояли, но Чонгук был вовсе не против. Ведь он тоже скучал.

***

— Эй, парень, ты тут вообще как оказался? — вертолет приземлился недалеко от воды, а Чонгук по прежнему лежал, уткнувшись в песок лицом, — С тобой все хорошо? — Нет, — резко ответил альфа, убегая в самолет. Мужчины уже хотели обратно отлетать, думая, что этот человек — ненормальный, но Чон выскочил из жилища с бельчонком, укутанным в толстовку, — Отвезите меня домой, пожалуйста. — Куда это — домой? — В Сеул. Мужчина лишь кивнул на вертолет, а Чонгук забрался внутрь и сел в самом углу. — Ты как здесь оказался? — Самолет разбился, а я выжил. — И давно ты тут? — Возможно, около года. — Как тебя зовут? — Чон Чонгук.

***

— Срочные новости! Группа исследователей нашла выжившего в авиакатастрофе, что произошла год назад. На острове, который не находится ни на одной карте, был найден Чон Чонгук — директор модельной компании «Young Forever». Мужчина год прожил на необитаемом острове, который теперь назван в честь единственного выжившего в этой страшной аварии — остров Гука. Больше информации будет в нашем вечернем выпуске, до скорого!

***

— Джин, я отправил мелкого, — Намджун не обратил внимание на напуганного секретаря, а сразу вошел в кабинет. Перед собой он увидал довольно странную картину: его омега трясется, сидя на коленях, слезы текут рекой, но Джин не издает ни звука. А мужчина перед ним похож на бомжа, да еще и с кроликом на плече. — Смотрю, Намджун, тебя приручили, — обратился мужчина к остолбеневшему альфе и тот сразу узнал Чонгука. Того, кто принимал когда-то его на работу. — Ч-чонгук?

***

— Ты мне обязательно все расскажешь, — Джин начал вычитывать Чонгука сразу же, как они сели в машину, — сейчас ты помоешься, мы приведем в порядок твою внешность и ты будешь как новенький. Хоть омега и был рад тому, что Чонгук вернулся, но столько всего осталось недосказанным и неизвестным, что Джин и сам не заметил, как его слова превращались в претензии. — Хорошо, Джинни, — альфа соглашался со всем, лишь бы поскорее вернуться в Канаду. Или нет, лишь бы ему привезли его нежного Тэхена и маленького Джина сюда, в Корею, где им будет куда лучше. Переступив порог родной квартиры, Чонгук посадил бельчонка на Джина и принялся ходить по квартире, вспоминая каждую деталь, что случайно была забыта. А пахло в квартире чем-то… Родным? Даже нет, здесь пахло шоколадом Джина, немного Намджуна и… Бергамот? Да не может быть… — Джин? — из одной комнаты выглянула красная макушка, удивленно разглядывая пришедших, — Ты не говорил, что у нас гости, и что будешь так рано. Чонгук узнал этот запах. Чонгук узнал этот голос. Чонгук узнал его. Тэхен продолжал смотреть на человека, чьи черты лица были до одури знакомыми. Хотелось броситься вперед, обнять, обшарить и обнюхать с ног до головы того, кто стоял впереди. И Тэ не совсем понимал, откуда у него такое желание по отношению к неизвестному человеку. Или…? — Тэхен? — Я убежал, — и Джин испарился за дверью, тихонько ее прикрывая. — Гукки, — альфа подбежал и схватил Тэхена на руки, на лице которого моментально появились слезы, которыми он утирался, — я так… Скучал, Чонгук. Я не верил, я… — но альфа не дал ему договорить и сразу впился своими губами в чужие, сминая их в нежнейшем поцелуе. — Я тоже люблю тебя, ТэТэ. Тэхен плакал долго и прижимался всем телом к своему альфе, вдыхая такой родной аромат корицы. Он так скучал, он искренне надеялся на то, что однажды придет день, когда все они будут счастливы. Когда счастлив будет Тэхен. Счастлив вместе с Чонгуком, Джином и маленьким… — А кто это плачет? — удивленно спросил Чонгук, рассматривая заплаканное лицо омеги. — Чон Намджун, — не переставая плакать, Тэхен уткнулся носом в шею альфе, а тот лишь сильнее прижал к себе. — Спасибо.

***

— Папа! Отец! — радостно кричал Джин, волоча за собою испуганного мальчика, — Познакомьтесь, это Лэй. Он будет моим омегой! — Тэхен засмеялся и позвал малышей сесть за стол и выбрать еду. Тэхену Лэй казался достаточно милым мальчиком, который точно должен быть омегой, а Чонгук так вообще был невероятно рад, узнав, что Джин уже нашел себе пару. — А не рановато ли тебе, малыш? — с издевкой спросил Чимин и получил грозный взгляд от ребенка. — Ой, Чимин, нашелся тут взрослый, — Юнги пнул локтем в бок альфу. И тот бы в ответ толкнул омегу как следует, чтобы тот знал, что нельзя на альф гнать, но не мог. Уж сильно боялся за своего омежку с округленным животиком. — Юнги, а как вы назовете малыша? — поинтересовался Намджун, разглядывая брата. — Ну уж точно не Чимином, — Юнги обиженно отвернул голову от Чимина, но тот сразу понял, к чему клонит его омежка, и не задерживал с поцелуем, — а вы своего? — А мы… Что? — Намджун чуть не подавился шампанским, которое успел отпить и резко перевел взгляд на Джина, который глазами передавал Юнги послание «я тебя прибью, козлина». — Кого — своего? — Ну, Намджун… — Все, все готовы? — в комнату зашел Чонгук, обрывая разговор этой парочки, — А нет, не все, — Чон на секундочку пропал, а вернулся с бельчонком, — теперь все в порядке. А теперь фотографию! Схватив фотоаппарат, Чонгук направил камеру на себя. — Все готовы? Улыбаемся! И щелчок. Они не делали миллион фотографий, проверяя, чтобы все получились красиво. Они фотографировались один раз, чтобы запечатлеть момент таким, каким он есть. Чтобы ценить то, что у них есть сейчас. На фотографии Чонгук, улыбаясь как ребенок, приобнимает Тэхена, который снова с животиком, а на коленках у того сидел маленький Намджун. Рядом с Тэ сидел Джин, обнимая Лэя, а с другой стороны семейство Ким: Джин с лицом, будто выдали государственную тайну, за которую омегу убьют, и Намджун, который вообще перестал что-либо понимать и просто с улыбкой до ушей прижимал к себе своего омежку. Возле них сидел Чимин, корчил рожицы и вел себя как младенец, (неужто так повлияла новость о ребенке?), а Юнги сильнее прижался к своему альфе, еле-еле улыбаясь, но по одной этой улыбке можно понять, насколько нежные чувства он питает к Чимину.

И если бы кто-то сказал, что день, в который Чон решил купить билет в другую страну, станет роковым, ему бы никто не поверил. Сейчас же каждый сможет смело сказать — одно спонтанное решение изменило жизнь далеко не одному человеку.