Тот, кто громко смеётся...

- …А «протоколы» ей не нравятся. Хочется «настоящего», общения хочется… Чёрт, она ведь даже не понимает, что в душу мне плюнула. В чём её упрекнуть? Она ничего не обещала и ничего мне не должна. Но, смысл ведь не в сексе… Нет, его, конечно, тоже не обойти. Кто спорит? Но… Дьявол. Всё-таки я оттуда-то из прошлого века – не могу я так! Понимаешь? Мне нужны отношения… Любовь, чтоб её… Неожиданный окрик сбил ход мыслей. Экзо с трудом поднял голову, пытаясь определить источник шума. - Закрываемся, - любезно повторил бармен, аккуратно забирая стакан из расслабленных пальцев. Мало кто засиживается до самого конца. Когда Кейд начинал, маленький бар, затерянный где-то посреди улочек Последнего города, пестрил толпой разношёрстного народа. Сейчас же охотник остался один. Странно, он был уверен, что его кто-то слушает. Впрочем, не важно. - Я ещё не закончил мысль, - язык заплетался. Формально экзо не может опьянеть – механический организм не усваивает алкоголь, но встроенные подпрограммы включают очень правдоподобную имитацию. С потерей координации, дезориентацией и даже похмельем. - Всё, - почти ласково пропел человек, помогая клиенту слезть с высокого стула. Охотник тяжело вздохнул, окончательно убеждаясь в несправедливости Вселенной. - Барахло оставлять будешь? Была в этом баре такая услуга: брать вещи на хранение. Когда хозяин видел, что клиент уходит от него в состоянии практически полной невменяемости, он предлагал оставить у него то, что было бы жаль потерять. Здесь оставляли кольца и прочие дорогостоящие вещи – хозяин добросовестно всё возвращал. - Не потеряй, - пригрозил Кейд, со всей строгостью и серьёзностью, на которую вообще был способен в таком состоянии. На стол легли неизменный потрёпанный плащ и один из револьверов - единственное имущество, которым он реально дорожил. - Много с твоего тряпья выручишь, конечно, - хмыкнул бармен, забирая свёрток. - Зачем ты вообще носишь эти лохмотья? - Они лучшие! Ты статы видел? Вся еда, которую съедает экзо, перерабатывается. То, что может гореть, сжигается в качестве топлива, остальное используется при саморемонте. Переизбыток объёма или то, что по какой-то причине не усваивается, выводится потом через рот способом старым и добрым: блевотой. Вот и сомнительная жидкость, гордо именуемая алкоголем, попросилась наружу. Кейд только и успел нырнуть в какой-то проулок, дабы не обделать тротуар. Приступ скрутил его за мусорным баком. Ноги подкосились, едва не отправив его следом за содержимым желудка, охотник еле удержался на коленях. Он встал, оперевшись о стену, и попытался идти. Но, после нескольких шагов, тело окончательно отказалось слушаться, и Кейд съехал прямо на асфальт. «А, гори оно всё конём!» Подниматься не охота, и не зачем. Никто не хватится его ещё пару дней. Да и потом могут не сразу начать искать… Окуляры потухли, системы затихли… Никто не станет беспокоиться. Никому он не нужен. Сейчас экзо считаются полноправными членами общества. Но раньше, всё было иначе. Они создавались рабами, подчиненными, пушечным мясом, которое не жалко бросить в самое пекло сражения – вещами, которыми пользуются. Воспоминания о тех днях похоронены за многоуровневой кодировкой, но протоколы, призванные защищать хозяев, остались. Сильные руки подняли экзо с земли. Вес чужого тела прижал к стенке, не давая упасть. Ртом завладели чужие губы, и древние подпрограммы ожили, лишая охотника воли. Стоило сразу догадаться, что «вечная жизнь» в обмен на нехилый долг – сомнительное предложение. Кейд с этим просто смирился. Противостоять алгоритмам, которыми напичкали его механическое нутро, он всё равно не мог. Один из таких «протоколов»: невозможность сопротивляться, когда тебя пытаются трахнуть. Экзо теряет способность ориентироваться в пространстве, фокусировать оптику – картинка превращается в набор размытых пятен, даже связно мыслить не получается. Большая часть процесса выпадает из памяти, остаётся только самое начало. Активности в таком состоянии не добиться, но экзо покорно выполняет команды, стонет и получает удовольствие от абсолютно любых действий пользователя. Неизвестный действовал уверенно и нагло – явно делал это не в первый раз. - Завала? Чаще всего это был именно он. Кейд не был уверен, что пользовался им только лидер авангарда – он не всегда успевал идентифицировать инициатора. Титан всё своё время посвящал работе. У него не было даже мимолётных знакомых, а охотник находил себя с провалом в памяти, на полу в каком-нибудь укромном уголке, с завидной регулярностью. Пожалуй, такой способ «сбросить напряжение» вполне устраивал и самого экзо. Всё равно от него ничего не зависело. Кейд попытался активировать оптику, но из-за протоколов уже ничего не смог разобрать. Тогда, он попытался определить пользователя на ощупь. Кожа пробуждённых заметно отличается от кожи обычных людей. Гладкая, словно латексная, она узнаётся даже сквозь перчатки. Громоздкие наплечники, венчающие широкие плечи. Жадное дыхание. - Завала… Пользователь молчал, не желая голосом выдать себя. То, что он творил с экзо – постыдно. Но ничего не мог с собой поделать, взбалмошный, непокорный охотник притягивал его. Кейд никогда не пытался сопротивляться протоколам – видимо давно уже уяснил, что это бесполезно. Не пытался говорить. Уловить момент, когда на смену живой личности приходят бездушные программы, не сложно: экзо полностью меняется. Но этот раз чем-то отличался. Раньше такого не было. Охотник почему-то упрямо цеплялся за сознание. Ничего не видел, покорно подчинялся, но не «гас». В какой-то момент титан с удивлением сообразил, что ему отвечают. - Завала… Экзо целовал его, тёрся, водил руками по безволосому черепу. Под спиной вдруг звякнул металл: пользователь повалил охотника на какую-то поверхность, закинул его ноги к себе на плечи, спустил штаны и вошёл. Трахать экзо-мужчину намного удобнее, чем человека. Им не нужна подготовка, им сложно что-то сломать, на их телах не остаётся синяков и засосов, они не текут. Экзо чище людей. Отверстие между ног не является частью системы выведения, оно предназначено только для секса. Удовлетворившись, пользователь спустил охотника на землю. Лидер авангарда никогда не бросал Кейда полуголым или измазанным в следах страсти. Перед уходом он всегда приводил невольного любовника в более-менее приемлемый вид. - Завала… Руки быстро натянули охотнику штаны, легко справились с застёжкой – не в первый раз. - Зава…ла, - имя потихоньку таяло за плохо идентифицируемыми механическими звуками. Ноги подкашивались, но Кейд всё цеплялся за знакомые плечи. Пользователь закончил и прислонил его к стенке, спасая от падения на месте, но экзо продолжал отчаянно хвататься за него. Пришлось даже силой оторвать от себя его руки. В этот раз что-то определённо иначе. Попытавшись вновь схватить титана, но найдя на его месте лишь воздух, Кейд потерял равновесие и повалился на асфальт. Протоколы ещё некоторое время будут его удерживать. Но даже когда они отключатся, встать он всё равно не сможет – слишком пьян. Экзо продолжал хрипеть, произнося уже что-то совершенно не внятное. Постепенно он затих, сжимаясь в комок. Завала ещё некоторое время наблюдал за ним, а потом развернулся и пошёл прочь – дел ещё много. Обязанности не оставляют его даже в личное время. Это надо же так набраться… Обернуться его заставили чьи-то смех и улюлюканье. Далеко не все знают про рабские протоколы экзо, ещё меньше тех, кто умеет правильно их активировать. Но вдрызг пьяный, валяющийся в переулке, индивид и не требует таких заморочек. Его можно избить, обокрасть, даже трахнуть – он не сможет оказать достойного сопротивления. Завала вздохнул и мотнул головой. Он никогда не понимал, зачем люди пьют. Легче от этого не становится. Да, у Кейда иногда бывали такие периоды… запоев. Назойливые и нежеланные мысли экзо предпочитал топить в алкоголе. Потом он всегда возвращался, как ни в чём не бывало. Продолжал шутить, веселиться и просто быть придурком. Мало кто видел лидера охотников раздавленным – пить он предпочитал в одиночестве. Если Кейд набрался до такой степени, значит, ему действительно хреново. Что же такого могло произойти? Экзо обступили трое каких-то ребят и облили его чем-то из бутылки – видимо проверяя, насколько он способен сопротивляться. Кейд на это никак не прореагировал, что только раззадорило хулиганов. Конечно, охотник сам виноват, что оказался в такой ситуации, но бросить его настолько разбитым титан не смог. Завала ещё раз вздохнул и вернулся. Чтобы прогнать хулиганов хватило окрика. - Кейд? – Завала опустился на одно колено и потормошил охотника. Экзо завозился, но внятной реакции от него не последовало. - Эй, – титан усадил его и прислонил спиной к стенке. Голова Кейда безвольно болталась, но вот, наконец, удалось поймать его мутный взгляд. Слова утонули в неразборчивом бормотании, экзо вяло отмахнулся от поддерживающей его руки и вновь завалился на бок. - Что с тобой? – Завала вновь попытался усадить его. – Что случилось? Ты сам не свой. Экзо снова отмахнулся. «Уходи», - наконец удалось разобрать в его несвязном бормотании. - Оставь меня! – крикнул он, вновь сжимаясь в комок. Кейд говорил что-то ещё, но слова тонули в хрипе и заплетающемся языке. Характерное сотрясание плеч, наконец, дало понять: он не хрипит – он плачет. Давясь и захлёбываясь, как это делают пьяные. - Так. Вставай, - командирским тоном велел Завала. Вообще титан давно уяснил: дела Кейда его не касаются, и лезть в них не нужно. Слишком уж дремучий лес таится в его голове. Лес, в котором не редко теряется сам охотник. Но и бросить его одного сейчас не мог: это же Кейд, черт возьми. - Давай-давай, - пробуждённый поборол слабое сопротивление и перекинул руку экзо себе через плечо. – Я тебя здесь не оставлю. От Кейда несло дешёвым алкоголем и вонью разлагающегося мусора, дерьмом из подворотни и каким-то бензином. В общественном туалете запах не столь тошнотворный. Его одежда вывалялась в грязи, местами промокла и заляпалась непонятной маслянистой жидкостью. Укладывать его в чистую постель казалось почти оскорблением для ни в чём не повинного предмета мебели. Завала поочерёдно снял с охотника сапоги. Тело экзо устроено весьма занимательно. У них нет кожи, но механизмы, трубы и кабели так плотно подогнаны друг к другу, что создаётся впечатление целостности тела. Разглядывать ноги экзо титану ещё не приходилось. Роль основных мышц исполняют гидравлические стержни, а суставов – шарниры. Сотни и тысячи деталей, соединённых вместе. Каждая следующая продолжение предыдущей. Кто-то потратил очень много времени на разработку этого тела. В подвижности конструкция совсем не уступала человеческой ступне, ровно с таким же приделом гибкости. Тёплый механизм, податливый рукам титана, совсем не походил на твёрдый металл, хоть и был сделан из прочного сплава. Завала стянул с Кейда перчатки. Руки охотника куда больше потёрты, чем лицо. Такая же изящная конструкция, как и ступни. Эти механизмы работали уже не одну сотню лет, но до сих пор не утратили первоначальной функциональности. Экзо доступны тактильные ощущения. Они чувствуют прикосновение к своему телу и чувствуют то, к чему прикасаются сами. Болевой порог у них явно уменьшен – Кейд не редко получал травмы, которые повергли бы человека в болевой шок. Возможно, потому, но стал таким беспечным – это тело можно починить. С доспехом пришлось немного повозиться – его титан снимал впервые. У всех экзо одинаковые габариты, если не считать дополнительной усиливающей брони. У Кейда такой почти не оказалось – защищены были только наиболее важные и травматичные участки – конструкция максимально облегчена в угоду гибкости и лёгкости. Почти Аполлонская фигура – искусственное тело идеально. Штаны слушались пальцев титана намного лучше. Механизмы едва заметно имитировали очертания мышц. Проводя руками по бёдрам, можно почувствовать этот рельеф. В какой-то момент Завала не выдержал и прильнул к губам охотника. Сознание Кейда в отключке, но протоколы исправно ответили. Лица экзо совсем не похожи на человеческие, но столь же подвижны, так же хорошо передают эмоции. Губы такие же мягкие на ощупь. Многочисленные пластинки и сегменты смещаются, имитируя податливость плоти. «Кто и зачем тебя сделал?» - вопрос не раз уже всплывал в сознании титана, когда механический язык сплетался с его собственным. Экзо под протоколами охренительно целуются.