Cоte-Rоtie

      К моему большому удивлению, в Хогсмиде мы почти не увидели учеников. Встретилось от силы человек двадцать, несмотря на то, что сегодня суббота. И пусть вечером праздник, но всё же это было довольно странно.       Чтобы не терять времени, мы с Джинни направились по магазинам и, лишь когда зашли в один из них, где были более-менее приемлемые цены, я вспомнила, что платье мне теперь не нужно. С чем ещё, конечно, предстоит разобраться. Ну не могу я поверить, что мама сама по себе решила потратить такую огромную сумму денег на какое-то платье. Тем более они собирались покупать новую машину, и это безумно меня волновало.       — Как тебе это? — Джинни достала одно из платьев, прикладывая к себе.       — Ох, точно, Джинни, я забыла сказать, что нашла у себя платье, поэтому мне, скорее, в обувной отдел нужно.       — Что ж ты раньше-то не сказала? Мы ведь уже прошли мимо него, пойдём скорее.       — Постой, а как же платье для тебя?       — А я разве говорила, что оно мне нужно? — она невинно захлопала ресницами и со смехом побежала на улицу.       Не желая долго расхаживать по магазинам, я в первом же выбрала себе закрытые туфли на средней шпильке, ведь, судя по длине платья, хоть и не мерила его, обувь должно быть не сильно видно, а цена в семьдесят сиклей не могла не порадовать мой кошелёк, особенно после такого-то платья.       Пусть Джинни ничего и не нужно было в Хогсмиде, но всё же я была рада с ней вдвоём выбраться из школы и немного развеяться.       — В Мётлы зайдём ненадолго?       — Я не против, — с улыбкой приняла предложение подруги, и мы пошли в любимый паб, где увидели лишь троих когтевранцев.       — Слушай, а почему в Хогсмиде сегодня никого нет-то? Школу ведь можно покидать, или я что-то пропустила?       — Конечно, можно, о чём ты. И нет, ничего не пропустила. Я думаю, что дело, скорее, в том, что все готовятся к попойке вечером и не хотят сбивать настрой пивом. Кстати, ты ведь будешь?       Я кивнула, и подруга пошла сделать заказ, оставив меня в одиночестве. Неожиданно в голову полезли слова Малфоя о том, как «не по-женски пить пиво». И какого чёрта я вообще это запомнила… Нужно перестать об этом думать. По сути, мне плевать, что он считает женским, а что нет. Пусть за своей Паркинсон следит!       — Гермиона, может, ты могла бы мне что-то посоветовать? — Джинни вернулась с двумя бокалами сливочного пива.       — Конечно, давай, жалуйся, — взяв свой напиток, приготовилась слушать.       — Да я всё по поводу Гарри. Понимаешь, когда мы один на один, то всё очень плохо… Он постоянно уходит в себя, о чём-то думает. В каждой мелочи, что происходит в школе, ищет какой-то заговор или что-то вроде того…       — Знаешь, мне кажется, что ему нужно время, может, даже чуть больше, чем остальным. В конце концов, все годы, что мы провели здесь, каждый раз были с какими-то проблемами, поэтому немудрено, что Гарри настороже.       — Ты правда считаешь, что это может пройти? — напрягаясь, спросила подруга.       — Думаю, что да. Джинни, — я взяла её за руку, стараясь улыбаться как можно мягче, — дело не в тебе, поэтому даже не смей так думать. Подожди ещё. Пока события слишком свежи в наших головах.       — Хорошо, спасибо тебе, Гермиона.       — Абсолютно не за что, — я решила, наконец, выпить пива, но почувствовала, что оно даже в горло не лезет. В голове снова пронеслись слова Малфоя.       — Гермиона, а ты не хочешь сказать, что с Малфоем?       Я сразу же закашлялась, услышав про блондина. Она встревоженно на меня посмотрела.       — Поверь, там и рассказывать нечего. Мелочи, в основном связанные с проведением уроков, — закусила щёку изнутри, понимая, что не особо хорошо врать близкому человеку. — Также Макгонагалл хотела, чтобы за ним немного присматривали, — эта ложь мне показалась самой убедительной. — Только прошу, не говори ничего Гарри и Рону, не хочу, чтобы они, если что, бросились к директору.       — Вот как… Я, конечно, не скажу им, но всё же… могу сказать от себя, что мне кажется это не очень хорошим поступком со стороны Макгонагалл, ведь если что-то пойдёт не так, ты окажешься под ударом.       Я видела волнение в её глазах и понимала, что нужно успокоить, но подходящие слова словно испарились. Всё же у меня появилась одна мысль.       — Пообещай, что никому-никому, ни одной живой душе, не скажешь о том, что я тебе сейчас расскажу. Даже со мной больше никогда на эту тему не заговоришь. Никогда, Джинни!       — Обещаю…       Она ещё более обеспокоенно на меня посмотрела, а я собрала в кулак всю смелость, прежде чем поделиться информацией.       — В ту ночь, когда проникли Пожиратели, Драко Малфой спас меня от одного из них. Он убил его, чтобы тот не навредил мне.       Челюсть Уизли устремилась вниз, а глаза увеличились.       — Поэтому не думаю, что он что-то сделает со мной, — пожала плечами, делая глоток.       — Ты серьёзно?! — резко перейдя на шёпот, спросила Джинни.       — Серьёзно что? — словно не понимая, о чём речь, внимательно посмотрела ей в глаза, чтобы оценить, как она восприняла мою просьбу.       — Ну… — замявшись, она пристально глянула на меня. — Забыли! — и откинулась на спинку стула, отрывая от меня напряжённый взгляд.       — Я рада, что ты правильно меня поняла, спасибо. И да, я не шутила.

***

      Мы вернулись в школу ближе к четырём часам, подготовка шла полным ходом. Вся школа была уже украшена в стиле Хэллоуина, а уже через четыре часа все должны были собраться в Большом зале на празднование. Во всех холлах развесили декоративную паутину, было много красиво вырезанных тыкв. Пауки и летучие мыши, словно настоящие, свисали с потолков. Огромное количество свечей и небольшие надгробия разместились в разных углах. Атмосфера праздника буквально хватала мохнатыми лапами и затягивала в себя, заставляя с головой погрузиться в День всех святых, отвлечься от нудной обыденности и повседневности.       — Спасибо большое, Гермиона, что согласилась со мной прогуляться, — подруга подошла ближе, обнимая. — Уже придумала, какой макияж будешь делать?       — Ну так, смутно. Ресницы подкрашу, и хватит с меня, — засмеявшись, отошла от неё и слегка испугалась серьёзного взгляда.       — Всё с тобой понятно. Пошли!       Ухватив за руку, Джинни потянула меня в сторону подземелий, по дороге приговаривая, что негоже мне так себя вести и что на празднике нужно быть в соответствующем образе. А пока меня отчитывали, я с каждой секундой всё больше думала о том, как она повзрослела за последний год, и ощущала себя маленьким ребёнком, отчего становилось немного смешно. Джинни, кажется, собрала всю косметику, что у неё была, и приготовилась делать мне макияж прямо посреди слизеринской гостиной, но я предложила пойти в башню, где точно никто не будет мешать или таращиться.       В конце концов, почему Малфою можно приводить к нам всех подряд, а мне нет?!       — Ого, а тут круто! Чем-то напоминает гриффиндорскую гостиную! — она с интересом осмотрела интерьер помещения, прежде чем мы поднялись ко мне в комнату.       Усадив меня на стул, она разложила кучу всего и собиралась колдовать, только без палочки, но, даже не приступив, сурово взглянула на мои волосы.       — Нет, так не пойдёт. Сначала иди в душ, я подожду.       — Ты уверена, что это всё нужно? Я могу и сама сделать обычный макияж. Тебе необязательно прилагать к этому столько усилий.       — Гермиона, ты взрослая, красивая и одинокая девушка! Тебе нужно притягивать взгляды и купаться в восхищении, а не делать какой-то повседневный мейк, забивая на всё остальное! И я очень рада, что у нас не маскарад, а то иначе ты бы и правда пришла в форме…       — Ладно-ладно, сдаюсь! Я тебя поняла, буду купаться в восхищённых взглядах и получать стрелы Амура со всех сторон.       Сбежав вниз по лестнице, быстро пошла в ванную и старалась там сделать всё как можно скорее, чтобы не заставлять подругу долго ждать. Едва выбравшись из-под тёплых струй, обмотала себя полотенцем, чтобы вернуться в комнату, даже не высушив волосы.       И вот тогда-то и началась настоящая моя мука.       Мало того, что Джинни метала глазами молнии при малейшем моём движении, так ещё и настолько щепетильно подошла к процессу, что даже решила выщипать мне брови. У меня не было ни малейшей возможности избежать всего этого, так что приходилось смиренно дожидаться окончания процедур. Но на достигнутом результате с лицом Джинни решила не останавливаться и занялась моими волосами, уже с помощью своей палочки и расчёски. Высушив, уложив и аккуратно собрав часть волос на затылке, она наконец отступила, любуясь результатом. Я же смогла посмотреть на часы, на которых уже была почти половина пятого.       — Вот, теперь я довольна! — с улыбкой заявила подруга и подала мне зеркало.       — Ох… — я смотрела на своё отражение, не в силах поверить, что там моё лицо.       Точнее, дело было даже не в том, что я кардинально изменилась, всё вышло настолько красиво, аккуратно и нежно, что мне было сложно поверить, что со мной вообще возможно сотворить такое.       — Тебе не нравится? — как-то раздосадовано спросила она.       — Я в восторге, Джинни!       Встала с кровати, обнимая подругу.       — Спасибо тебе огромное, я никогда такого сделать не смогла бы. Очень красиво!       — Не за что, — улыбнулась она и сама посмотрела на часы. — Ого, сколько времени! Пора бы мне и себя в порядок привести! Встречаемся без двадцати восемь у выхода из подземелий, и не опаздывай.       — Хорошо, до встречи, — я пошла к двери, но она жестом меня остановила.       — Думаю, смогу найти выход, а ты пока готовься… — она посмотрела на мой халат, который я нацепила после ванной, и выскочила из комнаты. — И да, на кровати осталась помада, она должна тебе подойти.       Да уж, было бы неловко, если бы я спустилась в таком слишком-домашнем-виде, а там Малфой со своими приятелями! Кстати, о нём. Может, всё же стоит задуматься о том, чтобы пойти и поговорить с ним?       Я снова села на кровать, случайно зацепив зеркало. Взяв его в руки, опять стала смотреть на аккуратные стрелки, красиво подчёркнутые скулы и идеально выведенные брови. Столько времени на это ушло… А кто-то каждый день такое делает, ужас…       Обернувшись, нашла на светлом покрывале тюбик и открыла его, чтобы узнать, что мне там подойдёт, и глаза чуть не полезли на лоб.       Ярко-красная, словно спелая вишня, помада. И это мне подойдёт?!       Пожав плечами, приложила её к губам, начиная аккуратно прокрашивать, но стоило окрасить всё, как сама рассмеялась от своего отражения.       Нет уж. Это точно перебор! С такими губищами буду чувствовать себя очень некомфортно!       Я сразу же полезла в свою сумку в поисках любимых блесков, но нашла там то, что точно не клала. Там была влажная салфетка из кафе, где я уже очень давно не была.       Выходит, Малфой ещё и в McDonald’s с мамой ходил! Что же это такое… Его словно подменили. С ним точно нужно поговорить обо всём, иначе мой интерес не утихнет!       Желая хоть как-то скоротать время и попытаться перестать обо всём думать, взяла ту же книгу, что и прошлым вечером, и уселась на любимом подоконнике, погружаясь в новый параграф трансфигурации.       На этот раз это хотя бы сработало, я вынырнула из страниц лишь из-за громкого голоса Малфоя, который непонятно что сказал где-то в гостиной.       Посмотрев на часы, едва не свалилась с подоконника. Была уже половина восьмого, и у меня оставалось каких-то десять минут, чтобы дособираться и прийти ко входу в подземелья. Вытащив платье из шкафа и сняв чехол, быстренько нацепила его, но даже не успела застегнуть, понимая, что бюстгальтер тут явно лишний, даже если снять бретельки.       Вспыхнув от злости, а точнее, от осознания, что Малфой его надевал, была готова прибить его на месте, но… не сейчас. Чуточку позже. Обязательно!       Когда я застегнула молнию и подошла к большому зеркалу в дверце шкафа, то обомлела от красоты этого платья. Оно и впрямь хорошо на мне смотрелось. Хотя достаточно шикарно выглядело и само по себе…       Вспомнив, что медлить нельзя, достала из сумки блеск, быстро накрасила губы, почти впрыгнула в новые туфли, на ходу схватила маску, которую купили с Джинни в Хогсмиде, и покинула комнату.       Из-за того, что резко переобулась в обувь на каблуке, я не смогла достаточно быстро идти по ступенькам, пришлось немного замедлиться.       — Нотт? — удивилась присутствию ещё одного слизеринца, который одиноко стоял в гостиной. — Ты что тут делаешь?       — Грейнджер? — он вытаращился на меня так, словно первый раз увидел.       — Ну, вроде как я, — пожала плечами, ожидая ответа. — Ты тут один? — с подозрением спросила.       — Я это… — он стал невнятно махать руками, не помогая мне его понять, а ещё сильнее путая. — Ну, это… — шумно сглотнув, он наконец выдохнул и взял себя в руки. — Драко жду! Как оказалось, забыл пиджак дома, а он согласился одолжить.       — А, вот оно что, ну ладно, пока, — я направилась прочь из гостиной, ведь время поджимало.       — Грейнджер! — Обернулась, вопросительно глядя на него. — Отлично выглядишь.       — Спасибо, — слегка кивнула и, наконец, вышла из помещения.       Мне на самом деле стоило поспешить, но ноги упёрто отказывались быстро перемещаться, а ещё я только сейчас обратила внимание на столь глубокий вырез. Ну только Малфой мог додуматься до такого! И почему я раньше на это не посмотрела? Во-первых, обувь отлично видна, как выяснилось… А во-вторых, чёртов разрез доходил почти до паха, пусть и уходя немного вправо… Долбаный извращенец! Небось всё моё тело осмотрел.       Неосознанно сжалась, обхватывая себя руками и зажмуривая глаза. Стыдно-то как… Хорёк, я тебе устрою!       — Ребята! — я увидела Рона с Гарри, которые стояли там, где мы собирались встретиться, но Джинни с ними не было, и это значило, что я пока не опоздала.       — Гермиона, вау! — Гарри обернулся первым, с задорной улыбкой осматривая меня с ног до головы.       — Перебор? — сжалась под столь пристальным взглядом друга, желая зашить проклятый вырез.       — Нет! Это шикарно! Правда, Рон?       Я перевела взгляд на друга, который, отвесив челюсть, стоял и во все свои васильковые глазищи пялился на моё тело.       — Гермиона… это… ты восхитительна… — он с трудом вымолвил каждое слово.       — Ну спасибо, пожалуй… — слегка поморщилась от столь странной реакции.       — Нет, правда… Ты выглядишь очень круто! Это даже как-то непохоже на тебя, — продолжил Рональд, не сводя взгляда то с моих ног, то с талии, то с груди…       — Гермиона! Наргл побери, это оно?! — сзади к нам подошла младшая Уизли, которая стала так же таращиться, как и её брат. — Как можно было забыть о таком платье! Оно великолепно!       — Ну, как-то так вышло, — слегка засмеялась, чувствуя сильную неуверенность в себе.       Мне начинало казаться, что пусть это платье и смотрится на мне, но я совершенно ему не подхожу. Словно не достойна его… Здорово, Малфой, ты даже здесь попытался меня унизить. Ну, или я себя накручиваю.       — Пойдёмте? — попыталась переменить тему.       — Сейчас, Ромильду дождёмся, — стараясь мило улыбаться, сказала Джинни, но не переставала сводить взгляда с брата.       Рон же, в свою очередь, кажется, не собирался смотреть никуда, кроме моего платья. И это начинало порядком напрягать. Создавалось впечатление, что ещё совсем чуть-чуть — и у него начнут капать слюни. От этого жужжащего где-то глубоко внутри предчувствия хотелось хорошенько его треснуть, чтобы пришел в себя.       — Спасибо, что дождались! — Вейн появилась из прохода.       Гриффиндорка подошла и встала рядом со мной.       — Рональд, отлично выглядишь! — она сделала шаг ближе, отряхивая его смокинг от несуществующей пыли, но он словно её не заметил вовсе. — Гермиона?       Я раздражённо закатила глаза, пытаясь совладать со своим желанием сказать что-то ядовитое ей в ответ, но в следующую секунду остановила себя и улыбнулась.       — И тебе привет, Ромильда.       — Хорошо выглядишь, — спокойно сказала она, поворачиваясь снова к Рону. — А ты ничего сказать не хочешь?       — Ага, хорошо выглядишь, — не сдержавшись, Гарри хлопнул себя по лбу и взял друга под локоть, уводя от нас.       Ромильда сразу же пошла за парнями, что-то говоря им, а мы с Джинни семенили следом.       — Решила не пользоваться той помадой?       — Да, прости, но она показалась мне слишком броской.       — Знаешь, ты очень правильно поступила, твоя нюдовая лучше сочетается с этим платьем. Иначе был бы перебор!       Джинни подхватила меня под руку, и мы, направляясь в Большой зал, стали рассматривать декорации вокруг.

***

      — На, и если ты его испортишь… — строго посмотрел на однокурсника, который с радостью схватил пиджак, сразу натягивая его.       Ещё когда был в комнате, слышал голос гриффиндорки, поэтому решил сильно не спешить, хоть и нашёл пиджак почти сразу. Не впали мне её расспросы, хватило вчерашнего выноса мозга от Пэнс, которая упёрто не затыкалась, пока я её не выставил из башни, снова обломавшись с сексом. И снова по вине Грейнджер!       — Ты видел её? — с задором спросил Нотт, собираясь уже выйти из гостиной.       — Кого?       — Грейнджер!       — Не слежу за таким, — почти вытолкнул Тео из башни, надеясь, что она уже максимально далеко.       Зная эту заучку, едва она меня заметит, сразу же решит, что нужно срочно поговорить. Увольте.       — О, Забини, ты уже тут! — Нотт быстрее пошёл по лестнице к другу, который, обогнув его, быстро приблизился ко мне.       — Слушай, я пытался ей объяснить, но она непробиваемая, ну серьёзно, — Забини мотнул головой, показывая куда-то на другую лестницу.       Там была довольная Паркинсон, которая явно направлялась в нашу сторону.       — Не парься, разберусь, — хлопнул его по плечу, направляясь к Пэнс, но краем уха слыша, что Нотт снова что-то начал говорить про Грейнджер.       Откуда вообще такой нездоровый интерес к её персоне…       — Драко, привет!       Она стояла в самом низу, глядя на меня горящими глазами, а мне дорогого стоило сдержаться и не начать кривиться при взгляде на её внешний вид. Слишком развратная, слишком открытая, вся из себя. Желает показать всем и всё. И почему-то раньше мне это действительно нравилось. Может повзрослел? Раньше реально заводился от её пошлых шуток, взглядов, сейчас же словно кость в горле. Она подошла максимально близко, обвивая мой локоть руками, туго обтянутыми латексными ярко-красными перчатками. Они были почти в тон платью, которое едва ли доходило до середины бедра, при этом имея довольно глубокий вырез как спереди, так и сзади, как выяснилось позже. Сквозь тонкую ткань даже видно соски. И это смотрится до ужаса отталкивающе. Неуместно.       Её непрерывный щебет о том, что ни на йоту меня не интересует. Голос, словно ножом по стеклу. Раздражает.       И такое состояние раздражения в последнее время меня посещает всё чаще, точнее, чаще, когда она рядом. Единственный человек, которые реально не раздражал меня в последнее время, это Блейз.       Весь путь до Большого зала я отчаянно пытался не вслушиваться в то, что говорит Паркинсон. Пожалуй, этот вечер лучше всего будет сделать финальной точкой в наших взаимоотношениях. Лучше уж трахаться с высокомерной Гринграсс, чем ещё хоть час уделить Пэнс.       Стоило войти в огромные двери, как в центр зала вышла директриса, прикладывая палочку к горлу.       — Приветствую всех студентов! Этот вечер организован специально для вас. Чтобы вы могли отдохнуть и немного расслабиться, но при этом, пожалуйста, не забывайте, что вы по-прежнему студенты нашей школы, и ведите себя достойно.       Мне захотелось закатить глаза. Это самое скучное начало вечера, а хотя… это ведь Хогвартс. Взгляд пополз по остальным ученикам, лишь бы отвлечься от болтовни очередной женщины.       — Хочу напомнить, что для младших курсов, с первого по третий, отбой в десять часов. Четвёртый и пятый могут задержаться до одиннадцати. Остальные, — она сделала короткую паузу, быстро осматривая учеников. — У вас отбой начинается ровно в два часа. Кто будет обнаружен в коридорах после этого времени, понесёт наказание, а также не сможет пойти на Рождественский бал. Старшекурсники, убедительная просьба воздержаться от употребления алкогольных напитков, за это также будет наказание и снятие очков с факультета. Всем приятного вечера, — старуха поджала сухие губы, растворяясь в толпе.       Едва она пропала, как сразу же заиграла музыка, и, кажется, все произнесённые слова испарились из голов окружающих.       А меня серьёзно заинтересовал вопрос. Неужели она и правда думает, что после такого выступления все резко откажутся от выпивки?       — Драко, пойдём танцевать! — Пэнс схватила меня за руку, но я выдернул её.       Мы с Забини и ещё несколькими однокурсниками пошли в самую дальнюю и тёмную часть зала, где нас уже ждал херес и смородиновый ром. Монтэгю с Маркусом не на шутку подошли к вопросу алкоголя, желая, кажется, напоить абсолютно всех.       К моему счастью, Пэнс обиделась и пошла танцевать в одиночку, но, думаю, ей не составит труда найти того, кто обратит на неё внимание. Мне же хотелось как можно скорее выпить чего-то и свалить из шумного зала в прохладные подземелья, чтобы там продолжить отдыхать, но уже без лишних взглядов и несмолкающей музыки.       Однако уже после первой бутылки, распитой на пятерых, стало в разы веселее и по большей части плевать на всё вокруг. Нет, нельзя сказать, что от глотка рома меня развезло, просто от небольшой дозы алкоголя стало как-то легче дышать. А в голове в несколько раз меньше мыслей. Нотт не переставал задвигать свои шутки, и громкий смех всех вокруг подогревал настроение.       А когда роль шутника вечера передали Монтэгю, которого прилично так развезло, стало откровенно скучно, и почти все переключились на разговоры между собой. Лишь отважные и столь же пьяные Маркус и Теренс не переставали ржать от нелепой чуши. И если мне не всегда нравились шутки Тео, то от юморины Грэхема хотелось сбежать куда подальше, чтобы не слышать абсолютно ничего.       — Да вон, посмотри!       Я подошел к Нотту, который что-то доказывал Забини.       — Что у вас тут?       — Увидел? — быстро бросил Теодор, а потом, наконец, обратил на меня внимание.— Да я хотел кое-кого показать Блейзу.       — Такое грех не увидеть, — друг расплылся в улыбке, а затем быстро облизал губы.       Я попытался проследить за его взглядом, но из-за толпы пляшущих тел было сложно понять, куда они вообще таращатся.       — Нотт, ты нормально ответить можешь? — почему-то меня это начало вдруг напрягать.       — Тебе это не понравится, — он пожал плечами, а я снова взглянул на него, пытаясь дать понять, что лучше уже выложить всё как есть. — Ну вон, смотри, столик параллельно нашему. Там стоит Уизли, а за ним… О! Она вышла!       Сузив глаза, я с трудом отыскал рыжую макушку и только потом понял, что бедолага Тео всё никак не выбросит из головы её. Грейнджер…       Когда гриффиндорка обернулась к младшей рыжей и одновременно в нашу сторону, я остолбенел. Видеть это платье в её теле и смотреть со стороны — это две огромные разницы.       В какой-то момент мне даже захотелось одёрнуть пиджак и сказать, что это благодаря мне она так выглядит, но не смог. И дело даже не в том, что не мог сказать это вслух, а в том, что был не в состоянии говорить. Такой… я видел её впервые. Аккуратно уложенные волосы, макияж, это платье, которое, кажется, подходит только ей в этом зале, и настоящая улыбка. Которой раньше не замечал. Не натянутая, что она чаще всего демонстрирует в гостиной, а самая настоящая и искренняя.       Такое чувство, что это совершенно другой человек. Другая девушка, а не упёртая заучка-гриффиндорка. Кто бы мог подумать, что она может быть настолько женственной.       — Драко-о, — Блейз повернул меня за плечо. — Ты немного залип, тебе так не кажется?       — Не могу найти Паркинсон.       — Что-о-о?! Какая Паркинсон! На Грейнджер посмотри! — неожиданно почти заорал Нотт, тем самым привлекая внимание близстоящих однокурсников.       — Хер с ней, плевать.       Подойдя к столу, сделал несколько больших глотков, но где-то рядом с ухом услышал смешок.       — Паркинсон, да? — Забини улыбнулся одной стороной губ.       — Именно она. Знаешь ли, вчерашний вечер не задался, поэтому думал о продолжении.       Он поднял руки в сдающемся жесте и отошёл назад с хитрой улыбкой на губах. Вот теперь я не до конца его понял, но как только приятель растворился в толпе, до меня дошло, что он собирается делать. И та улыбка раньше, и то, как он на неё посмотрел. А зная его…       — Малфой, нельзя себя так вести, если пригласил девушку, то будь добр с ней потанцевать! — словно из ниоткуда появилась Пэнс, отчего мне захотелось сделать ещё несколько больших глотков рома.       — О, Пэнси, а Драко как раз тебя искал! — воодушевлённо крикнул Нотт за моей спиной.       Мне же захотелось разбить бокал о его голову.       — Правда?! Драко! — подбежав со спины, она обняла меня, поглаживая руками живот, пытаясь найти хоть какой-то способ добраться до кожи.       Если бы у меня была такая возможность, то разбил бы бокал. Точно разбил бы об эту тупую башку. Но вместо этого зажмурил глаза, допивая оставшийся алкоголь.       Поддавшись, всё же пошёл в гущу движущихся тел, начиная танцевать в паре с Паркинсон, которая, словно озабоченная, начала тереться о меня. И почему-то с каждой минутой становилось всё более противно.       Народу стало гораздо меньше, когда часть младших курсов разошлась на какие-то конкурсы, которые придумали старосты, но всё же места было маловато и особо отстраниться не удавалось. Поддерживая ритм, приобнял игриво заулыбавшуюся Пэнс. Но взгляд тут же скользнул по залу, и мне сразу удалось заметить Забини, который о чём-то говорил с Грейнджер. Они просто стояли поодаль от танцующих и говорили! Какого хера?!       Что он вообще делает…       Я бы, наверное, так и продолжал бы пытаться понять, какого хрена задумал Блейз, но в какой-то момент ощутил холодные руки на своём лице. Пэнс потянулась вперёд и впилась в мои губы. Я ответил на поцелуй, но от этого стало омерзительно. Запах и привкус алкоголя в купе с противным вкусом помады. Отстранившись, решил, что с меня на сегодня, кажется, достаточно этого праздника, пора перебираться в подземелье, в наши комнаты. Вернувшись к столу, снова выпил немного рома и стал искать Нотта, но свет вдруг изменился и направился на Дафну, которая, улыбнувшись, приложила палочку к горлу, чтобы её точно все услышали.       — Народ, поскольку младшие курсы уже все разошлись, мы можем переходить к новой порции развлекательных мероприятий. Как мы и думали, большинство ребят нашего курса отказывается принимать участие в танцах, поэтому придумали кое-что. Попрошу всех без исключения встать на танцпол. Отставьте свой пунш, он никуда не денется.       В помещении началась суета, и почти все направились, куда было сказано. Я бы никуда не пошёл, но меня почти вытолкал Нотт со словами, что негоже стоять в сторонке, пока все развлекаются.       Тоже мне, развлечение…       — Всем спасибо, — Гринграсс отошла в сторону, чтобы её могли видеть. — Сейчас свет погаснет, и каждый сможет увидеть на столе лишь один подсвеченный стаканчик. Идите прямиком к нему, это зелье. Оно отведёт вас к тому человеку, с которым вы должны будете станцевать два танца. Один медленный, второй динамичный. Хочу заметить, что если кто-то из пары отказывается и уходит, то они оба убирают зал после окончания праздника, — Гринграсс невнятно хихикнула, а я выгнул одну бровь, понимая, что хочу разбить уже два бокала об голову Нотта. — Удачи!       Сразу после её слов зал погрузился в полнейшую темноту. Сначала была суматоха, я крутился по сторонам в поисках чего-то, что могло бы быть похожим на стакан, и вскоре мне удалось его заметить. Зеленоватая жидкость почти манила к себе. Короткими шагами пошёл в сторону этой штуки, подумывая о том, как бы свалить отсюда под покровом темноты, но стоило приблизиться, и я ощутил приятный запах. Один из тех, которые заставляют меня пьянеть до того, как выпью тот самый напиток, что обладает этим ароматом. Это был запах вина, но, судя по цвету и консистенции в крохотной стопке, это было точно не оно.       Амортенция.       И нахрена всё так усложнять. Покрутив зелье в руках, пытался понять, что с ним делать, но в какой-то момент от варева поднялся почти прозрачный пар и направился в определённую сторону.       Вздохнув и заклиная Мерлина, чтобы не прийти снова к Паркинсон, пошёл следом, не переставая активно вдыхать запах любимого вина. Пару раз столкнулся с кем-то, ударяясь плечом, но в целом в зале царила почти гробовая тишина. И если бы не было этих столкновений, то могло бы показаться, что я тут и вовсе один.       Пройдя немного, увидел ещё один дымок. Пар из моего стакана устремился вперёд, а второй так же поспешил сплестись с моим в воздушном танце. Когда до ёмкости, которую держал кто-то, оставалось каких-то пять-десять сантиметров, мы остановились. При этом было абсолютно не видно, кто вообще там стоит. И пусть в руках был какой-то свет, но он абсолютно ничего не освещал. Мы стояли и не двигались, пока голос Дафны снова не раздался на весь зал.       — Итак, уверена, уже все смогли встретиться со своей парочкой, — после её слов наши стаканы испарились из рук, словно их не было. — А теперь хочу внести капельку ясности перед тем, как появится свет. — Началась очень медленная музыка, причём довольно тихая. — Далеко не факт, что зелье приведёт вас к противоположному полу.       Она резко замолчала, а я сжал кулаки, желая сейчас только одного — удавить Тео!       Свет очень медленно стал появляться, а музыка наращивала громкость. Кто-то позади толкнул мою пятку ногой и, чтобы не наткнуться непонятно на кого, я подался вперёд, тут же сталкиваясь со своей парой. Постепенно становилось видно всё лучше, и, рассмотрев огромные карие глаза напротив, потерял дар речи.