Не совсем Светлый Лорд

Бечено! Гарри всегда был самым обычным мальчиком из самой обычной семьи, которая, разве что, была помешана на нормальности и на всем обычном. Гарри философски считал, что во всех семьях бывают такие «обычные» странности. Вот только он в этой семье чувствовал себя белой вороной, и смотрели на него соответственно — без пылкой приязни, но с подозрением. И, как оказалось, это было неспроста. «Просто Гарри», обычный сирота, на самом деле оказался не так уж и прост, как он всегда думал. С ним, конечно, случались всякие странности — то на уроке у одной учительницы парик перекрасится в яркий цвет, то он на крыше дома каким-то образом оказывается, когда убегал от «банды Дадли», но он никогда не верил, что это правда. И поэтому долгое время Гарри серьезно считал, что он и правда «ненормальный», как любил повторять дядя из раза в раз. Однако на одиннадцатый день рождения Гарри открылась правда. Он был волшебником. Принес эту радостную новость его будущий первый друг — добряк-полувеликан Хагрид, лесничий в лучшей школе магии и чародейства Хогвартс. И Хагрид-то и рассказал ничего не знающему Гарри о загадочном волшебном мире, о родителях, которые героически погибли, защищая его, об их безжалостном убийце — Волан-де-Морте. И о том, как Гарри его убил в тот роковой день, 31 октября 1981 года, в доказательство своего героического поступка получив шрам в виде «молнии» на лбу. Сначала Гарри не поверил. Да и до сих пор не верит в это, что уж скрывать… Но кто знает, что в этом странном Магическом мире может быть? Однако, несмотря на все заслуги, жизнь Гарри была не так уж и радостна. Его родственники терпеть не могли все необычное и странное, поэтому любые проявления магии всячески порицались в доме номер четыре на Тисовой улице. А еще из-за этого Дурсли терпеть не могли Гарри. Потому что он был «слишком странным» для них, «слишком ненормальным». Но он даже привык к такому отношению за все то время, что прожил с этими ужасными людьми под одной крышей. Но были вещи, которые Гарри терпеть не мог. Его начинала брать злость, стоило сестре дяди Вернона в очередной раз за бокалом бренди заикнуться о Лили и Джеймсе Поттерах. Больше всего на свете эта мерзкая женщина любила перемывать косточки другим, но особенно это касалось самой Петуньи Дурсль, ее «ненормального» племянника и его «матери-шлюхи» и «отца-алкоголика». Он не сдержался и раздул «горячо любимую» тётушку, отправив в увлекательное путешествие над Лондоном. — Ах, ты дрянной мальчишка, верни тётку обратно, иначе…! — Иначе что? — холодно осведомился напряженный Гарри и приставил палочку к горлу мистера Дурсля, готовый в любой момент проклясть его. Ему было нечего терять, в конце концов, он уже применил магию на тетушке, да еще и на глазах у обычных людей, к которым, без сомнения, относились его родственники. Кровь окончательно схлынула с лица мистера Дурсля, и он начал стремительно бледнеть, а в глазах появился страх. Он уже успел узнать о способностях волшебников и оправданно опасался Гарри. Где-то за спиной дяди охнула тетя Петунья, прижимая к себе «любимого Дадлипусика», смотря на Гарри с немой мольбой… И ужасом на осунувшемся лошадином лице. Гарри сглотнул неприятный комок в горле, стараясь вместе с тем избавиться и от своей обиды. — Тебе нельзя колдовать за пределами школы… — мистер Дурсль все больше напоминал мертвеца цветом кожи. — Правда? — как будто он этого не знал. — Плевать. Гарри покинул дом Дурслей в прескверном состоянии, правда, грело его изнутри осознание, что сейчас «милая» тетушка летает над пригородом Лондона. И даже пройдя квартал, он все еще слышал ее испуганные крики. Но вскоре и черная радость прошла, заняв место обреченности. Он надул тетушку, как воздушный шарик. Теперь его исключат из школы. Это конец. Гарри совершенно не смотрел по сторонам. Для него сейчас было важно просто идти, неважно куда, главное — не останавливаться. Он смотрел под ноги, наблюдая за тем, как они торопливо ступают по сырому асфальту. Поэтому Гарри совершенно не заметил, как врезался в прохожего… И свалился наземь вместе с багажом. Больно ударившись, он почувствовал, как руки обожгло, а после защипало… Мимолетно посмотрев на них, Гарри увидел, что на ладонях немного содрало кожу, а в ранки попало немного сырой земли. И только потом он поднял голову и уставился в колдовские зелёные глаза. — Нужно смотреть по сторонам молодой человек, — холодный тон в совокупности с пронзительным взглядом вызвал табун мурашек по всему телу. Всего на мгновение Гарри даже показалось, что глаза незнакомца немного светились. Он застыл, рассматривая необычного человека. Он был высок, широкоплеч и бледен, но это ничуть не портило его, придавая ему какую-то совсем аристократичную красоту и изящность. Темные непослушные волосы обрамляли красивые и правильные черты лица. На столь контрастном фоне глаза начинали смотреться необычайно ярко из-за насыщенного зеленого цвета. Эти глаза заставляли утопать в их мистическом свете все глубже и глубже… — Молодой человек, я жду извинений. — Что? — непонимающе моргнул Гарри, приходя в себя. — Извинение, я жду извинений, — настойчивей повторил незнакомец. — Вы не смотрели по сторонам и задели меня, — милостиво напомнил он, склонив голову на бок, окинув Гарри мимолетным взглядом, будто бы оценивая какой-то товар. Он поежился от такого сравнения и, поднимаясь на ноги, выдавил: — Простите… — Так то лучше, — снисходительно хмыкнул прохожий. — Вам стоит быть внимательнее, иначе вы рискуете снова случайно задеть кого-нибудь. — Вы правы, сэр. Впредь я буду внимательнее, — повинился Гарри. — Надеюсь на это, — тонко улыбался мужчина, но, как показалось Гарри, совсем не зло. Гарри был так поражен этим человеком, причем не только потому что врезался в него, словно в бетонную стену — такую же стойкую и твердую, но и из-за необычных глаза, словно они и правда были волшебными. Словно в них было скрыто волшебство. Из-за этого далеко не сразу, но все же Гарри заметил, во что незнакомец одет. На нем были дорогие одежды разных тонов черного, больше напоминая аристократа века девятнадцатого, а также в мантию. В обсидианово-черную, роскошную мантию, какую может носить разве что… «Волшебник?» — подумал Гарри и поспешил озвучить свой вопрос: — Вы волшебник, сэр? — Разумеется, — снисходительно хмыкнул прохожий. — Вы еще и не наблюдательны, молодой человек. Думаю, вам стоит уделить больше внимания окружающему вас миру. Гарри устыдился, наверное, даже покраснел до кончиков ушей от смущения и стыда. Он чувствовал, как щеки наливаются жаром, что вызвало со стороны волшебника беззлобное, все больше напоминавшее смешок, хмыканье. Все больше Гарри казалось, что этот маг просто издевается над ним. «Наверно, со стороны я выгляжу и правда глупо», — подумал он и еще больше смутился. — Вы из Министерства, сэр? — робко задал вопрос Гарои, поспешив сменить тему. К тому же, это может помочь ему отвлечься от переживаний. — Нет, — незамедлительно ответил незнакомец. — Что же вы такого ужасного натворили, молодой человек? Не просто же так вы упомянули Министерство? — Я разозлился и надул свою тетушку, — хмуро поведал Гарри. — Так вот что это за создание летает уже который час над Лондоном, — по-доброму усмехнулся незнакомец, вызывая у Гарри робкую улыбку, но он тут же сник. — Теперь за это меня исключат из школы… — За магические выбросы еще никого не выгоняли, — снова усмехнулся незнакомец-аристократ. — Во всяком случае, я никогда не слышал, чтобы за подобное исключали. Вы еще молоды, а в вашем возрасте спонтанная магия далеко не редкое явление. — Это правда, сэр? Маг снисходительно улыбнувшись, только кивнул головой. Но вдруг он резко нахмурился и повернулся в сторону. Казалось, глаза его засветились еще ярче, что в столь позднее время суток было очень заметно. Гарри проследил за его взглядом, но увидел лишь самые обычные кусты. — Сэр? — Собаки бывают на редкость наглыми созданиями и громко лают, — хмыкнул маг, и после его слов послышалось приглушенное рычание. Гарри сглотнул, пристальнее вглядевшись в темноту, наблюдая оскаленную пасть бродяжки и ее злые глаза-бусинки. Мимолетно взглянув в сторону мага, он заметил его губы, скривленные в подобии улыбки. «Ему весело? А вдруг пёс набросится?» — подумал Гарри, но тут же он вспомнил, что рядом стоит явно обученный взрослый маг и успокоился, все еще с опаской смотря на собаку. Еще немного большой черный пес, не сводя своего чересчур разумного взора, смотрел в упор на мага. Но уже через секунду это порождение тьмы пропало, будто бы слившись с родной стихией воедино. Гарри даже на секунду допустил мысль, что этот необычный пес ему просто почудился. Чтобы проверить это, он посмотрел на прохожего. — Как вы смотрите на то, чтобы покинуть это место? — незнакомец обратился к Гарри как ни в чем не бывало, и тот нахмурился и внимательнее вгляделся в волшебника. Предложение было, без сомнения, заманчивым, но собеседник был незнаком Гарри. «А вдруг он чокнутый, как и все маги? Или, может, тайный последователь Волан-де-Морта?» — он с подозрением посмотрел на мага, но тот лишь с ожиданием и легким любопытством глядел на него. Гарри подобная реакция заставила пересмотреть свое мнение. Незнакомец не выглядел злодеем, да и, в отличие от многих волшебников, производил благоприятное впечатление вполне разумного человека. Но что такой человек забыл здесь? На Тисовой улице? В этом мелком городишке, где ничего магического за километр не происходит? — Наконец-то, вы начали думать, молодой человек, похвально, но это ни к чему. Вас я не трону, — снисходительно улыбался незнакомец, весело поблескивая глазами. — Я вас не боюсь! — пылко отреагировал Гарри. — А разве я говорил, что вы боитесь? — мужчина выгнул бровь, да так, что Гарри в очередной раз смутился и тихо признал: — Не говорили. — Ладно, я вызову нам транспорт, — незнакомец незамедлительно бросил запасную палочку наземь. И уже через секунду перед ними с пыхтением и грохотом появился «Ночной Рыцарь». — Добро пожаловать! Это автобус для ведьм и волшебников, попавших в трудное положение! Взмахните палочкой и входите в салон: мы домчим вас куда угодно! Я, Стэн Шанпайк, ваш кондуктор этим вечером… — Стоимость на проезд все такая же? — подняв палочку, прервал незнакомец чересчур болтливого собеседника. — Конечно, сэр, — понимающе улыбнулся кондуктор. — Все так же, одиннадцать сиклей. — Чудно, — тонко улыбнулся мужчина. — Собирайтесь молодой человек, время никого не ждет…

* * *

Пассажиры вошли в автобус и уже через минуту отбыли. Пёс в кустах жалобно заскулил, продолжая смотреть вслед магическому авто. Выйдя из укрытия, он в неверии посмотрел на Луну. «Сохатый… Как же… Неужели… Ты жив…?» Лунный свет и редкие фонари освещали заасфальтированную дорогу, по которой одинокий черный пёс бежал следом…