Он ненавидит фансервис

Он ненавидит фансервис, терпеть не может скиншип, но все равно подчиняется. Кто для него Юно? Они никогда не были близки, но Чанмин думает, что до того как что-то началось между Джеджуном и Юно лидер заботился о нем. Кто ж знал что им суждено будет остаться вдвоем, Чанмин точно не мог предположить такого. И что теперь? Юно конечно заботится о нем, но это скорее как обязанность, которую лидеру приходится выполнять день ото дня. Шиму никогда не нравилось навязываться кому-либо, поэтому он не делает никаких шагов для сближения с Юно. Чон слишком привязан прошлым, ему иногда кажется, что не было никакого ухода троих и вот-вот они вернутся в их общий дом, в их общежитие, но это всего лишь иллюзия. Он слишком привык к мемберам, а еще и эти непростые отношения с Джеджуном, Юно кое-как пережил тот страшный период. Чанмин хоть и выражал полное спокойствие, на самом деле тоже переживал, лидер знает об этом, потому что, не раз слышал его рыдания безмолвными вечерами и делал вид, что ничего не замечает. Это ужасно – жить так, словно ничего не изменилось, они не изменились, ведь на самом деле никто из них не остался прежним, слава сыграла с ними злую шутку, вырвав их сердца и закопав в рубиновых софитах. Это не их вина, они не виноваты в том, что у них были мечты, как и у всех. - Ты уже ужинал? – спрашивает Юно, вернувшись домой, у него уставший вид, впрочем, как и всегда после рабочего дня. - Нет. - Тогда я приготовлю что-нибудь поесть, - пытается улыбнуться лидер, но у него слабо выходит. - Не стоит, - Чанмин сидит за столом и ковыряет отросшим ногтем дырку на скатерти. - Я тоже еще не ел. - Ааа, ну тогда ладно, но я все равно не буду. Если что – я у себя, - Чанмин поднимается со стула, на котором просиживал уже полчаса и направляется к себе в комнату. - Я все же позову тебя, когда будет готово, - снова пытается улыбнуться Юно, но улыбка получается какой-то кривоватой. Чанмин ничего не отвечает меньше всего ему сейчас хочется спорить с хеном, в последнее время у них итак ничего не клеится, наверно все дело в характере Чанмина, ведь иногда он бывает слишком жесток к Юно. Спрашивается кто еще кому хен. Шим не знает чем заняться еще и в сон клонит, так что он решает немного вздремнуть, глаза его автоматически закрываются, и он впадает в беспокойный сон, где ему опять будет сниться темный дремучий лес, как и прошлой ночью. Сумерки сгущаются, играя красками, в окно падает лиловый свет. Чанмин открывает глаза, и первое время не может понять, где он, наконец, он узнает силуэты предметов своей комнаты. Ему кажется, что он проспал слишком долго. Решает проверить как и что там Юно, но не находит того нигде. Остается лишь ванная комната. - Эй, ты что тут делаешь? – Чанмин обнаруживает Юно под холодным душем. – Хен, простудишься ведь, - он обнимает лидера за плечи. - Обычно ты меня так не зовешь, - бесцветным голосом шепчет Юно. Да, Чанмин никогда так его не зовет, но сейчас ведь не «никогда» и не «обычно», обычно Чон не ежится от холода под ледяным душем. - Вылезай оттуда, - уже более твердо произносит Чанмин, наверно к такому его тону привык лидер. Эффект от этого более действенный – Юно молча выключает воду и покидает кабинку, Чанмину хочется дать ему подзатыльник, но в последний момент он думает, что это будет слишком, Юно итак терпит все его выходки. – Что случилось? – Шим почти уверен в том, что не получит вразумительного ответа он уверен, но все же спрашивает. - Ничего, просто хотел освежиться, - Чон смотрит в пол, не желая смотреть на макнэ. - Ты так и не научился врать, - констатирует Чанмин. - У меня был плохой учитель, - Юно дрожит. Чанмин оглядывается в поисках полотенца но ничего не находит, вздохнув, он заключает мокрого хена в объятия и почти не жалеет о том, что на нем совсем новая рубашка от именитого дизайнера. - Ты весь дрожишь. - А ты теплый, - наконец, на губах Юно появляется улыбка. - И мокрый, - совсем безобидно добавляет Шим и тоже улыбается. Когда они так обнимались? Наедине без причины или поводов, Чанмин правда не помнит, но, кажется, это было очень давно. У него на секунду даже сердце замирает. Юно не спешит отстраняться, а Шим и не против. Хоть он и все время твердит, что не любит скиншип оказывается обнимать Юно очень даже приятно. Руки дрожат, в глазах мутнеет, волнение перед очередным концертом. Кажется, что ничего такого уже быть не должно, ведь они уже столько лет в этом бизнесе. Но перед каждым выходом на сцену Чанмин волнуется, словно в первый раз. - Не волнуйся, все пройдет гладко, - Юно ободряюще обнимает младшего за плечи. Чанмин почти привыкает к этим объятиям. Концерт, так скоро, Чанмин еще не успел отдохнуть и опять нужно выкладываться по полной. Ну да, они же айдолы, участники самой могущественной и известной группы Азии, на них слишком много поставлено и они не могут не оправдать ожидания. Но как же Шиму хотелось бы, чтобы ничего этого не было. Да он обожает свою работу, фанатов, эйфорию от сумасшедших аплодисментов, криков зрителей, но... Это так утомляет. Чанмин удивляется и в некоторой степени восхищается выдержкой лидера, наверно сам он так не смог бы. Юно всегда старается изо всех сил, никогда ни на что не жалуется и всегда улыбается. Чанмину страшно представить, что может скрываться за этой улыбкой. Шим всегда говорит то, что думает и ничего в себе не держит, он в любой момент может выплеснуть накопившийся негатив или усталость, но что касается Юно... Макнэ думает, что было бы куда лучше, если бы Юно высказал все, что думает обо всем, что с ними происходит, включая самого Чанмина, ведь он уверен в том, что у Юно за их долгое проживание вместе должно было накопиться много претензий или обид. Насчет того случая в ванной Чанмин ничего не спрашивал, а Юно ничего не говорил. Шим просто не хотел давить, а Юно наверно не доверял так сильно, чтобы можно было делиться чем-то личным. Говорят, когда вы долго живете или общаетесь с кем-то - вы невольно перенимаете привычки, стиль, поведение этого человека. Чанмин не замечает как становится таким же трудоголиком как и его хен, он часто зависает в танцевальном зале практикуя один и тот же танец, сидит до глубокой ночи за записями и даже забывает поесть. Он не замечает и того, что Юно все больше уходит в себя, превращаясь в какое-то призрачное подобие всем известного Юно Юно. Все проходит, как по заданному механизму пока в один день не происходит то, чего Чанмин всегда боялся. - Я ухожу, - шепотом почти неслышно, но в полной тишине, в темной прихожей эти слова отдаются эхом. - Что? – Чанмин думает, что ослышался или не понял смысла слов, да наверно, Юно просто хочет переехать в отдельную квартиру. - Я ухожу из группы, компании, - Юно не двигается, смотрит в пол и наверно даже и не ждет ответа. - Ты ведь шутишь да? – с надеждой в голосе спрашивает Чанмин, хотя кого он обманывает все эти последние бесцветные недели, он догадывался, что происходит что-то не то. - Чанмин-а, - Юно медленно тянет руки к высокому коллеге и хватает его за ворот плаща. – Я устал. Это все так достало, я просто не могу продолжать дальше, думаю мне это не по силам, - последние слова произносятся с дрожью в голосе и Шим уверен, что в его глазах сейчас стоят слезы. - Ты не можешь так поступить, - Чамин почти рычит эти слова, ответно хватая лидера за ворот. – Не можешь так со мной, - последнее слово он произносит тихо, почти беззвучно, но Чон наверняка улавливает его. - Но что мне делать? – Юно заглядывает в глаза макнэ, Шим почти в этом уверен, хоть и темно. – Я больше этого не выдержу, это так выматывает, неужели ты не чувствуешь, вот здесь, - Юно бьет себя по груди. – Ничего не осталось, я даже не слышу, как оно стучится. - Я тоже устал, но разве не это наша судьба, разве не мы сами выбрали этот путь, Юно ты ведь сам говорил, что мы все выдержим, - У Чанмина самого появляются непрошеные слезы и голос предательски начинает дрожать, но он не намерен сдаваться. – Ты ведь сам приободрял меня, обещал, что мы с тобой точно никогда не распадемся, не ты ли это говорил идиот?! – Шим не выдерживает и переходит на крик. То, каким он видел сейчас своего лидера разбивало ему сердце, ведь Юно никогда не показывал свою слабость ни мемберам ни кому-нибудь другому. - Просто отпусти меня, - почти умоляет Юно, не сдерживая слез. - Юно! Да что с тобой, очнись уже! – Чанмин кричит от злости. - Мы должны, ты ведь понимаешь? – уже тише добавляет он. - Оставь меня, ты сможешь и без меня. - Совсем рехнулся?! Как?! Как ты себе это представляешь, чокнутый идиот?! – Чанмин от злости замахивается и удар приходится лишь на стену позади Юно. Юно оседает по стене, Чанмин опускается следом. Один хочет побыть наедине с самим собой, другой не может и не хочет ему этого позволить, они так и сидят до утра друг напротив друга, словно снимая сцену из какой-то слезливой дорамы, но это вовсе не кино и с проблемами нужно разбираться. Юно не в состоянии даже сниматься, у него все валится из рук и выглядит он минимум не очень. Менеджер ругается чуть ли не последними словами, кажется и у него кончается терпение, в итоге им дают несколько дней выходных и наказывают за это время прийти в норму. Чанмин не уверен, что им этого будет достаточно. В общежитии тихо Юно целыми днями сидит у себя в комнате и даже не ест, Чамнин напрасно пытается что-либо изменить, шутками и разговорами ни о чем. Ночью Чанмин просыпается от крика и бежит в соседнюю комнату. Юно сидит на кровати весь в холодном поту и весь дрожит, от этой картины у Шима разрывается сердце. - Хен ты в порядке? – Чанмин заглядывает в лицо мужчины, но тот даже не смотрит на него. – Эй, ты в порядке? – повторяет он, но не добивается ровным счетом ничего. – Я здесь, я рядом Юно-хен, - Чанмин обнимает лидера и покачивается с ним. Ему хочется помочь, да хоть взять его боль себе всю без остатка, но он понятия не имеет как. - Хен, прости меня, прости, что не заботился о тебе как следует, поэтому тебе сейчас так плохо. Это я во всем виноват, я не заботился о тебе должным образом. Хочешь, пойдем к врачу, он нам поможет, хочешь хен? – спрашивает Чанмин. - К врачу? – переспрашивает Юно. - Да, пойдем к нему? - Нет, – как-то резко отвечает Юно. – Нам незачем ходить к врачу - я не болен. Мне просто больно, - говорит лидер, смотря прямо в глаза Чанмину словно пытаясь объяснить что-то ребенку, который неспособен понять его. - Ладно. Тогда что мне сделать хен? - Просто будь рядом. - Но я итак рядом с тобой все двадцать четыре часа в сутки. - Да, но ты не разговариваешь со мной, часами сидишь у себя в комнате, играя в приставку, или ходишь к Кюхену. Мне не хватает тебя Чанмин, - Юно снова заглядывает Шиму в глаза. Чанмину кажется, что хен под конец совсем обнаглел, хочет чтобы он все время находился рядом и даже в туалет не ходил? Ему вдруг хочется высказать это Юно прямо в лицо, но разве можно с человеком в депрессии так разговаривать. Поэтому он молчит и снова обнимает глупого хена. Юно успокаивается, но не спешит выпускать Чанмина из объятий, а макнэ устает от этого и укладывает хена на кровать, ложась рядом, походу сегодня он ночует здесь.