Женщины - слабые создания

Вчера не задвинутые шторы предательски пропускаю лучи солнца. Вика просыпается от того, что в комнате слишком светло. Что-то елозит под боком, что-то большое и тёплое. Рука этого нечто по-хозяйски лежит на тонкой талии, прижимая девушку к себе. -- Юрка? - спрашивая сонным голосом. - Девять утра, я опять проспала колледж, меня скоро отчислят. -- Ты по болезни, - так же сонно, пытаясь жестикулировать рукой. - Спи, не рыпайся. Щёки Виктории заливаются краской от осознания того, в каком положении она находиться. -- Убери руки, фигурист-извращенец! Что это опять за ночёвки в одной постели?! Юрий удивлённо смотрит на девушку, которая сидит красная как помидор, прикрывая одеялом майку. -- Что ты орёшь то? Раньше спали, тебя это не смущало, - принимая сидячее положение в форме лотоса. - Ты, кстати, стала ещё легче... -- Да, возможно, я ещё потеряла в весе, - улыбаясь. - Это нормально. Полтора года назад я весила 50, а когда у меня только обнаружили это всё - 56. Валерка надрывался, когда меня поднимал. Я была кабанчиком. Фигурист смотрит на Вику с некоторым сочувствием. Он прекрасно понимает, что для неё это было не просто так, он прекрасно осознаёт, что это было не по её желанию. Хочется, чтобы она перестала болеть... Хочется, чтобы она стала обычным человеком, болеющим несколько раз в год простудой, не больше... Хочется забрать всю ту боль, что она испытала за всё время этой Ишемической болезни сердца. -- Надо тебя откармливать, а то кожа да кости, - говорит Плисецкий с улыбкой, поднимаясь с кровати. *** -- Эй, Юрка, - вбегая в квартиру фигуриста. - Я написала новую мелодию! Может кому-то из знакомых фигуристов нужна? -- С чего это ты решила продавать свои труды? - поворачиваясь, спуская очки. -- Деньги нужны, а на подработку не хочу. Блондин задумался, вспоминая, кому можно было бы втюхать мелодию малоизвестного композитора. На ум приходит только Никифоров со своим вечным спутником. Плисецкий поёжился, вспоминая давнюю обиду. -- Вик, Никифоров и Юри Кацуки, им можно, - надуваясь, словно маленький обиженных ребёнок. - Я им могу позвонить... -- Никифоров?! - не дав договорить парню. - Не, Юр, не надо!!! Я сама найду, всё продам, я умею, я умная! Фигурист с удивлением посмотрел на девушку. Что за реакция такая на фамилию известного фигуриста... В голосе была явно не боязнь того, что седоволосому что-то не понравится, в голосе был какой-то страх, нежелание встречи. И у девушки забегали глаза в разные стороны - это было явным признаком того, что она что-то скрывает. -- Вик, всё нормально? Ты чего так заволновалась? -- Нет, ничего, - немного неуверенно. - Всё хорошо. Русоволосая развернулась и пошла в сторону входной двери. -- Кстати, дедушку завтра выписывают, - немного невесело. - Тебе теперь надо жить у себя. -- А... Конечно, - обуваясь. - Мы же просто друзья, извини, что тут поселилась. *** На следующий день -- Юрка, ты не видел фонарика? - Максим неожиданно появился на лестничной клетке, когда Юрий выходил встречать дедушку. -- Нет, - удивлённо смотря на парня. - Она же обычно говорит вам, куда уходит. -- Не всегда, сегодня тот день, когда не говорит, - закрывая дверь, из-за которой потом донеслось "Сука, Валерик, она опять ушла туда!". В груди у Плисецкого что-то ёкнуло, а в душе поселилось волнение. Что это за "...опять ушла туда!". Парню только начало казаться, что он знает всё об этом ребёнке... Но в очередной раз выясняется, что от него что-то скрыли. Когда Юрий уже зашёл домой вместе с дедом и посмотрел в окно, то увидел, как знакомые парни быстро запрыгивали в машину, и так же стремительно уезжали со двора. *** -- Я то думал, что наконец-то всё... - шагая по кладбищу, грустно проговорил Максим. - Она же, вроде, начала опять жить полноценно, даже из дома выходила. -- Надо было за ней лучше смотреть! - чуть ли не прокричал Валера. - Мы расслабились... Появление Юры не означает, что она забыла всё, что было в её жизни раньше. Минутная тишина, которая в этом месте особенно давила. -- Она же говорила, что не собирается так рано отправляться на тот свет... - беловолосый жал кулак. - Давай попробуем в это верить? -- Я надеюсь, что она поехала сюда не для того, для чего ездила раньше...