Новый враг

      Три часа дня. Отводя взгляд от часов на руке, доктор Ямано перевёл его на всех собравшихся в штабе КРО. Некоторая необычность всё-таки была в этой обстановке. Однако времени, чтобы обратить на это внимание, не имелось. Все уже были на месте. Только Джастин появился в самый последний момент, что немного ново. Но, в целом, можно было начинать.       — Мы снова будем продолжать делать то же, что и вчера? — как бы не обращаясь ни к кому напрямую, произнесла Коджоу. С её слов доктор Ямано и начал вникать не только в сам разговор, но и в происходящее.       — А у нас есть выбор? — с лёгкой досадой ответила Ханасаки. То ли бессмысленный вопрос, то ли постоянное повторение всего снова и снова, то ли ещё что-нибудь… Но было здесь что-то, не дававшее ей вести себя как обычно.       — Кхм! — Аска попыталась изобразить обиду на лице, что получалось у неё плохо, и она об этом догадывалась. — Кто-нибудь ведь должен хоть как-то поддерживать разговор! — Коджоу незаметно повернула свой взгляд в сторону Кавамуры. Та молчала с самого прихода сюда, и сказать, что Коджоу не догадывалась, почему, было бы однозначной ложью. «Как же не вовремя ты всё-таки уехал, Ван…» — тут же пронеслось в мыслях Аски.       Хоть об этом никто и не говорил, но почти всех этот факт сбил с толку. Пятый день поисков — четверть отведённого им времени потеряна безвозвратно и практически бесполезно! И все ведь знают, какая опасность нависла над ними, может даже, над миром, так ещё и их беспомощность, и уход одного из товарищей — резкий и необъяснённый — всё это оказывало на участников КРО соответствующее влияние.       — Поэтому-то ты решила взять эту роль на себя?! — продолжала Ханасаки, очевидно, не желавшая продолжения диалога.       — Что ты начинаешь сразу! — Не успела ответить Аска, как тут же её прервали.       — Давайте закроем эту тему? — Неуверенно, до того тихо, что услышать его могли только сами спорящие, вмешался Хиро. Сначала обе девушки смотрели на него с удивлением, но через несколько секунд одновременно отвернулись в разные стороны, без слов говоря, что продолжать они не будут.       Как только Ханасаки и Коджоу разошлись, Оозора смог спокойно выдохнуть. Следом за чем он уже не в первый раз за сегодня обратил внимание на Кайдо — на единственного, кто выглядел, несмотря ни на что, всё таким же спокойным, как и всегда. Джастин лишь просматривал список возможных личностей, выдававших себя за Мизере, который был составлен четыре дня назад и который они все уже давно успели выучить наизусть.       — В этом списке нет того, кого мы ищем, — через несколько мгновений громко, чтобы на него обратил внимание каждый, произнёс Джастин. Хотя эти слова в любом случае не смогли бы остаться незамеченными. Поэтому даже доктор Ямано, до этого момента так и продолжавший молчать, с удивлением и непониманием посмотрел на Кайдо.       — Что ты имеешь в виду? — тут же произнёс он, озвучивая мысли всех присутствующих. Только, правда, с небольшим оттенком беспокойства вдобавок. Заметив это, Кайдо продолжил:       — Мы встретились с Ваном перед его отъездом. — Как многим здесь показалось, Джастин начал в лучшем случае издалека. Иначе просто нельзя даже предположить, какая тут связь. Но доктор Ямано понял всё сразу. И на этот раз поверить в это пришлось. — И он попросил передать всем вам... Свои извинения, в первую очередь.       Всё ещё не догадываясь, что имел в виду Джастин, присутствующие вопросительно смотрели на Кайдо, но подобное он с лёгкостью игнорировал. Разговор, казалось, он вёл только с доктором, потому что, как некоторые уже начали замечать, Джон Ямано всё понимал.       — Подожди, Джастин, — наконец вмешался Хаибара. — Какое отношение имеет Ван к тому, что ты сказал?       Кайдо молча перевёл взгляд на Хаибару, после чего мельком взглянул и на остальных. Игнорируя всё остальное, он просто произнёс:       — Ван был тем, кто напал на лабораторию КРО вместе с Мизере пять дней назад. — Никакой заминки, никакого удивления — никаким образом Джастин не показал, что его это шокирует. Но с остальными дело обстояло совсем иначе.       — Ч-что ты сказал?.. — почти неслышно произнёс Уолкер чуть ли не сразу, уж точно раньше, чем суть сказанного дошла до других.       — Ван самостоятельно признался в этом. — Но и эти слова не могли заставить остальных поверить во что-то подобное. — Вы ведь также догадывались об этом, доктор, — продолжал Кайдо, как будто не могло быть никак иначе.       Ответа не последовало. Именно на это Джастин и рассчитывал, ведь только благодаря такому раскладу сказанное им могло быть подтверждено кем-либо ещё. Так и получилось — все остальные ждали ответа от доктора Ямано, именно от него надеялись узнать правду... Но не такую.       — Вот почему он уехал, оказывается... — с мрачным осознанием произнёс кто-то, но мысль эта казалась такой очевидной и вместе с тем шокирующей, что отрицать её было невозможно. Да и нечем было бы доказать обратное.       — Почему... — только это и смог произнести доктор. Все в тот же миг перевели взгляд на него. Видеть, как даже доктор Ямано — определённо, главная их опора во время всех операций КРО — сокрушается после таких слов, было невыносимо.       — Я понимаю, почему Вы не рассказали об этом, доктор, — продолжил Кайдо, но что-то, казалось, иное появилось в его голосе. — Но это уже в прошлом. Да, Ван поступил так и не объяснил, почему. У меня тоже нет никаких идей на этот счёт. Однако... — В тот же миг каждый (как-то интуитивно) с надеждой посмотрел на Джастина. Будто бы они уже предчувствовали, что он скажет дальше... — Ван помогал нам разобраться в этом всё время, поэтому я тоже решил промолчать. До этого момента. Тем не менее, думаю, Ван искренне сожалеет о сделанном и действительно не знает больше того, что рассказал. — Заминка. — Я уверен: произошедшее — случайность. Мизере, скорее всего, обманул Вана. Или же...       — Джастин... — совсем незаметно, с оттенком благодарности произнёс доктор Ямано.       — Но в любом случае Ван больше не сделает ничего подобного. За эти несколько дней, в течение которых я наблюдал за ним, я могу сделать вывод, что он абсолютно точно не собирался и не собирается переходить на сторону Мизере, — закончил Кайдо, не обращая внимания на доктора.       — Тогда почему он ушёл?! — Ран вмешалась тут же. Сначала резко, но потом уже спокойнее, не особо задумываясь, почему так уверена в том, что хочет сказать. — Он ведь мог нам просто всё объяснить... Мы должны вернуть его! — с небывалым воодушевлением закончила Ханасаки. Кивки, хоть и не сразу, посыпались со всех сторон.       — Ван сам принял такое решение. Из-за этого и вернуться ему необходимо самому. Если мы попытаемся вернуть его, то это может вызвать некоторые трудности. — После этого уже никто не думал заговаривать на эту тему снова. Джастин был абсолютно прав: чувство вины перед всеми ими, которое наверняка будет испытывать Ван, очень сильно помешает не только всем будущим операциям, но и (что куда важнее и серьёзнее) ему самому. И есть лишь один способ избежать этого — Ван должен самостоятельно смириться с прошлым, и раз уж он решил уехать так внезапно, то, видимо, у него это пока не вышло.       — Тогда кто это был, Джастин? — с далеко не полностью скрываемой злобой спросил Уолкер. Очевидно, что, даже не зная личности этого "Мизере", он уже презирал его, из-за того как тот обошёлся с его лучшим другом.       — Майк Капир, — тут же произнёс Кайдо, поскольку это был вопрос, которого он ожидал в первую очередь.       Тем не менее это имя почти никому ничего не давало, а Джастин всё равно продолжал молчать. Тут-то каждый и понял, что, видимо, это было всё, что ему стало известно от Вана. Но в таком случае... Разве это не странно? Если Ван дал настолько точный ответ, то не должны ли и они сами сразу верно понять, кого он имел в виду? Пробить по базе, конечно, можно, но... Для этого нужно не только разрешение, но и немало времени, ведь кто знает, сколько может быть людей с таким именем? Да и найдут ли они вообще хотя бы что-нибудь таким образом?       — Не может быть... — Ами наконец произнесла хоть что-то. Это немного испугало, обрадовало и... "Да, она знает," — сразу понял каждый. И всё-таки... — Значит, всё это время он был рядом с нами, а мы даже не знали об этом?.. — Её голос был полон страха и переживаний. — Казуя! Джессика! — Они оба перевели взволнованный взгляд на Кавамуру.       — Если подумать, то именно с его появлением Ван стал другим, — со всей серьёзностью произнёс Уолкер. Разумеется, такие слова не могли не вызвать удивление остальных и... недовольство тоже.       — Что именно произошло? — без капли жалости спросил Кайдо. Да, Ами, Казуя и Джессика не хотели бы об этом говорить — это слишком очевидно, — но всё это само за себя говорит, что Ван при их последней встрече сказал абсолютную правду.       Кавамура испуганно смотрела на Джастина. Разумеется, она понимала, что отвечать на вопрос, скорее всего, придётся именно ей. Они ведь одноклассники. Однако... чувство, будто она предаёт кого-то из своих друзей, возникло из ниоткуда. Да и почему вообще?..       — Он перешёл к нам в начале этого года, — опустив взгляд в пол, начала Ами. — Майк Капир... Мизере то есть... Он казался обычным школьником. Но уже тогда, в первый день своего появления, он был знаком с Ваном. Ван тогда сказал, что они встретились раньше совершенно случайно, и больше не стал распространяться об этом. Наверное, мы бы так и оставили это, но... — Ами запнулась, то ли не зная, как продолжить, то ли просто не желая этого делать.       — Это была перемена, — продолжил Уолкер, догадавшись, что Кавамура не собирается говорить дальше. В отличие от неё, он не собирался молчать. Хотел рассказать и объяснить остальным всё, лишь бы только найти ответ и скорее вернуть своего друга. — Поэтому мы с Джессикой тоже были там. Просто пришли их проведать, и тогда-то мы и встретили Капира. Уже в тот момент он говорил о какой-то просьбе, которую Ван наотрез отказывался выполнять. Тем не менее Капир продолжал его уговаривать. Правда, мы их вскоре прервали. Я не обращал особого внимания на это в тот раз, но теперь...       — Хочешь сказать: Мизере пытался сговориться с Ваном за два дня до атаки? — Джастину новый поворот событий не нравился: он почти не вписывался в ту картину произошедшего, которую он для себя составил.       — Возможно.       — Нет, это было не так, — Кавамура резко прервала Уолкера. Все, особенно Джастин и Казуя, лишь с удивлением уставились на неё. — То есть... Я думаю, что это не так... — Уверенность, под таким-то вниманием со стороны других, исчезла из голоса Ами. — Конечно, это всего лишь мои догадки, но я просто уверена, что на тот момент, шестого апреля, и, соответственно, в их первую случайную встречу до этого Ван не знал, с кем встретился. Значит, и план этот они ещё не обсуждали! Иначе... Иначе Ван повёл бы себя совсем иначе! — Ами снова замолчала, но теперь никто не решался продолжать вместо неё. — Ван всячески старался не дать нам узнать что-либо о Капире и о том, о чём они говорили раньше. На следующий день, можно сказать, это повторилось, но тогда они стали общаться больше. Только вот... совсем другим Ван стал в день, когда была совершена атака Мизере! Если бы Ван знал обо всём заранее, он бы точно нашёл время, чтобы рассказать нам.       Предположению Ами верил каждый, но всё-таки больше интуитивно, чем сознательно. В версии этой присутствовали какие-то небольшие несостыковки.       — Мизере действительно Мизере, как сказал Ван, и если это правда, то такое объяснение имеет смысл. Как и то, что в таком случае между Ваном и Мизере было что-то ещё, помимо сговора о совместном нападении на КРО, а также то, что Мизере способен принимать иное обличие, чем мы видели раньше, — заключил наконец Джастин.       — И... и как же нам тогда его найти? — с волнением в голосе произнесла Ханасаки.       — Возможно, есть один способ. — В разговор подростков теперь вступили и взрослые, в данный момент именно Тайлер, но и Рина с доктором Ямано не только слушали. — Если он посещал учебное заведение, то какие-нибудь записи вполне могли бы сохраниться, если, конечно, Мизере не позаботился об этом заранее. Но попробовать всё равно стоит. — Все согласно кивнули.       — Ами, где сейчас Майк Капир? — без промедления спросил Джастин. Как никак, а ответ Кавамуры может стать хоть какой-то гарантией правдивости того, что они смогут узнать через школьную сеть.       — Он перевёлся в одну из школ Киото на следующий же день после нападения, — неуверенно и грустно произнесла Кавамура. — Так, по крайней мере, нам сказали...       — Так я и думал. — Вопреки ожиданиям Кавамуры, никакого негативного оттенка в словах Тайлера не было. — В таком случае шанс найти Мизере становится выше, — поспешил объяснить он.       В следующие пару минут помещение заполонила тишина. Взрослые уже начали работу по поиску необходимой информации, той, которую они могли заполучить прямо сейчас, без дополнительных источников и разрешений. Подростки, ожидая результатов, также прекратили разговоры.       — И всё-таки почему именно Ван? — чуть ли не прошептала Ами. Мало кто её услышал, а точнее, лишь те, кто находился в непосредственной близости от неё, — Уолкер, Джессика и Джастин. Этот вопрос оказался одним из тех, на который не было ни у кого ответа, хотя не то что бы это могло удивить. Тем не менее среди всех остальных деталей именно эта волновала Кавамуру больше всего.       — А если всё это подтвердится... — Вопрос Ами был встречен одним молчанием, впоследствии становившимся крайне неудобным, — вот почему Уолкер поспешил перевести тему. — Нам действительно придётся отправиться в Киото? Не будет ли всё это как-то подозрительно просто?       — Так и есть. Но вряд ли мы сможем пренебречь даже такой очевидной подсказкой, когда у нас нет ничего иного, — с всё той же уверенностью заключил Джастин.       И ни он, ни Уолкер не ошиблись. К концу дня всё сказанное Кавамурой подтвердилось. Поездка в Киото уже была в планах — хоть и не полным составом, но взрослые точно собирались её осуществить как можно скорее.

***

      Четырнадцатое апреля. Четыре часа утра по местному времени. Рейс, на котором Ван Ямано совершал перелёт в Новую Зеландию, совсем недавно подошёл к концу: пассажирский самолёт приземлился в конечном пункте — в городе Инверкаргилл — всего лишь пятнадцать минут назад. Некоторые пассажиры ещё покидали его борт, но по большей части салон был пуст.       Ван находился снаружи уже несколько минут, наблюдая при этом за другими людьми, сновавшими мимо, и изредка проверяя экран экстройлера. Сеть только-только появилась — вполне возможно, что скоро он свяжется с Мизере, если, конечно, тому не захочется прийти сюда самому и совершенно внезапно окликнуть сзади.       — Молодой человек, Вам нужна какая-нибудь помощь? — произнёс возникший рядом с подростком сотрудник аэропорта. Он говорил по-английски. Этот язык Ван, к счастью, знал достаточно хорошо.       — Нет. Спасибо, — со слабым оттенком агрессии ответил Ямано. Конечно, он и сам понимал, почему этот работник подошёл к нему и начал разговор (в конце концов, видеть подростка, совершенно одного на территории аэропорта, было по меньшей мере странно), но всё равно такое внимание напрягало.       — Ты уверен? — Ответом взрослому послужил лишь раздражённый взгляд, брошенный Ваном в его сторону. — Хорошо, — настороженно произнёс работник и отправился обратно — к зданию аэропорта.       После этого Ямано вернулся к прежнему занятию. Может, и не следовало отвечать так взрослому, чтобы не вызвать лишних подозрений, но это всё равно было как раз тем, что волновало Вана меньше всего. В данный момент он думал лишь об одном — о том, чтобы Мизере объявился поскорей. Заходить внутрь не хотелось, а снаружи было холодно. Намного холоднее, чем в Токио.       С Мизере Ямано встретился примерно через двадцать минут неподалёку от границ территории, принадлежавшей аэропорту. В конце концов, через здание пройти пришлось, пусть даже мысль об этом не радовала.       После встречи они ещё несколько минут шли молча, до того времени, пока не оказались достаточно далеко.       — Всё, бесспорно, вышло даже лучше, чем задумывалось, не так ли? — с долей усмешки начал Мизере. Ответа он, впрочем, не получил. Только недоверчиво вопросительный взгляд со стороны собеседника. — КРО отправится в Киото в ближайшее время. Мне удалось сделать всё, чтобы заставить их остаться там подольше. Конечно, я в любом случае ждал, что они решат проверить тот город, но не предполагал, что это случится так скоро. Как ты убедил их не следовать за тобой?       — Рассказал им то, что они хотели знать, — с заметной паузой ответил Ван. После этого он не решился даже глянуть в сторону Мизере. Ведь, разумеется, Ван понимал, что, когда тот сказал ему выкручиваться самому, он имел в виду совсем не это.       — Да. Наверное, я мог бы догадаться и сам. — Удивление в голосе не прозвучало. И оно не скрывалось, нет. Его не было и в помине. Впрочем, ничего другого также не имелось. Разочарование? Досада? Злость? Сомнение? Недоверие? Разумеется, нет. Это ведь Мизере, и, если бы Ван всё-таки обратил внимание на него в этот момент, то понял бы: он знал, что всё именно так и будет. — Значит, КРО уже знает, кто я. Интересно. Что же ещё ты им рассказал?       В ответ молчание. Надолго его затягивать Мизере не стал — они уже подходили к тому месту, куда направлялись.       — Ничего. — Ещё одна пауза (вынужденная, и потому очень короткая), в течение которой Мизере, возможно, о чём-то размышлял. — Впрочем, это не помешает. Оставлю всё как есть. Да, и ещё одно, Ван… — В этот момент они оба остановились. Может, как раз потому что здесь им уже предстояло разойтись. — Все остальные здесь. Вы скоро встретитесь. Только учти, что для всех остальных я лишь Майк Капир. Больше никто. — Это могло значить лишь одно — Мизере не посвятил остальных в детали. Следом вытекал вопрос: почему же тогда они решили вообще приехать? Однако Мизере исчез раньше, чем Ямано смог бы задать его. Возможно, потому что рядом снова появился кто-то посторонний.       — Ван Ямано, ученик, перешедший к нам из Японии? — Ямано кивнул. А ведь верно, он уже находился на остановке, с которой его должны были забрать. — Ох, серьёзно, и почему им не пришло в голову назначить пунктом встречи сам аэропорт? — взяв чемодан из рук подростка и понеся его в машину, прямо себе под нос сказал взрослый, хотя Ван всё равно его услышал. Этот мужчина оказался сотрудником той школы, в которую переходил Ямано (да, наверное, Вану очень повезло с тем, что иностранцам они дают кого-то местного, кто мог бы показать дорогу), так что не было ничего удивительного, что именно он прервал их разговор с Мизере. То есть с Майком Капиром. Теперь так.       Прошло почти два часа, прежде чем Ямано вместе с сопровождающим добрались до учебного корпуса. Завершение разборок с документами и регистрация в общежитии, предоставляемом школой, проходили именно там. И только приблизительно к семи утра они были завершены. Поэтому лишь теперь Ван мог покинуть этот корпус с абсолютной уверенностью в том, что сегодня он уж точно не вернётся в него. В первый день ведь с него за прогул точно ничего не спросят.       — Ивата Изаму, значит, — смотря на полученный план школы, почти что про себя произнёс Ван. Именно так звали его соседа по комнате, и, как описала его куратор школы: «Вы с ним одногодки, так что наверняка поладите. К тому же он, как и ты, новенький и тоже из Японии — вам будет о чём поговорить,» — очень даже возможно, что… — Однофамильцы? Нет. Теперь такого случайного совпадения быть не может. Тогда выходит, что с ним я встречусь первым, да? — Мысль об этом радовала лишь наполовину, и всё потому, что из всех пятерых только эти двое не могли поладить друг с другом. — Или, может, всё изменилось за это время?.. Нет, такое не забывается.       С таким убеждением Ямано направился дальше по кампусу. В планах было сначала оставить сумки в комнате, а после изучить местность. И последовать этой идее оказалось подозрительно просто: соседа на месте не оказалось, так что, избавившись от лишней ноши, Ван покинул и этот корпус. К этому времени людей на территории учебного заведения прибавилось: до начала занятий оставалось лишь минут двадцать. Из-за этого, как назло, спокойно пройтись не удавалось.       — Постой… — очень уж неуверенно и тихо произнёс кто-то сзади, но Ван почему-то сразу понял, что обращались именно к нему. — Те, — тут же добавил этот кто-то, стоило Ямано обернуться. Этим кем-то оказалась девушка, одна из учениц, если судить по форме, а рядом с ней стояла другая, вероятно, её подруга. Тем не менее на ту, вторую, Ямано не особо обращал внимание. В обратившейся к нему, в её внешности — в очень длинных чёрных волосах, больших золотых глазах, бледноватом оттенке лица и внимательном и проницательном взгляде — было что-то знакомое, но в то же время это ощущение перекрывалось каким-то другим. Может, чем-то вроде осознания, что есть в этом что-то не то…       — Вы знакомы? — через, наверное, минуту ожидания спросила другая. Всё это время, кажется, только она одна не выпала из реальности.       — Эйко? — тут же произнёс Ямано, будто бы и не заметив только что прозвучавшего вопроса. Девушка, к которой он обратился, еле заметно вздрогнула, услышав это имя. Однако Ван не смог оставить это без внимания.       — О, смотри, почти угадал! — уже во второй раз вмешалась другая, делая это, впрочем, без всякого умысла. — Её зовут Эйуми. Кагуми Эйуми. — Теперь Ван выслушал её внимательно. — Пойдём? — обратилась она уже к самой Кагуми.       — Хоуку, оставь нас ненадолго, пожалуйста, — произнесла наконец сама Эйуми. Требования в её голосе не было, скорее, в нём отражалась, наоборот, неуверенность и некоторый страх, смешанный, однако, с оттенками радости. Хоуку наверняка это заметила, но всё равно почему-то решилась оставить подругу. Может, потому что подумала: это действительно что-то важное.       — Тогда встретимся в классе… Наверное, — в этот момент она как раз поняла, что её уже совсем никто не слушал. — «Видимо, это будет не "ненадолго"…»       С уходом Хоуку они так и не остались одни. Толпа вокруг мешала, и поэтому они покинули и её, отойдя в сторону — к небольшому скверу неподалёку. Там им уже удалось остаться наедине.       — Я надеялась, что это не окажется правдой, — немного нервно начала Эйуми, разрывая тишину, которую оба всё это время соблюдали.       — Ты сменила имя, — возможно, с намёком на укор произнёс Ван, но, однако, удивлён этим фактом он не был.       — Да. Не я одна, мы все так поступили. — В отличие от Ямано, Кагуми говорила без всякой уверенности. — Но почему ты этого не сделал? — Ей, наконец, удалось поднять взгляд от земли, однако она тут же пожалела об этом. Ничего другого, кроме как молчаливого и сурового взгляда в ответ, она не получила. — Впрочем, мне тоже эта идея не нравилась. Фрейзер… Прости, Аарон убедил меня, что так будет лучше. Он ведь старше всех нас — ему это, должно быть, легче принять. — Ещё одна пауза. — Мы с ним всё это время держались вместе, — сжимая рукава кофты, продолжила рассказывать Эйуми. Казалось, она была хотя бы немного рада тому, что Ван её не перебивал. Ей просто хотелось выговориться. Именно ему. — Я с самого начала знала, что ты уйдёшь от нас. Я была рада, что у тебя тогда ещё было место, куда вернуться. Но, знаешь… нам очень не хватало тебя рядом.       — Эйко… Что это зн…       — Ни слова больше об этом! — резко произнесла Кагуми, не дав Ямано закончить, и уже без страха и робости посмотрела в его сторону. В её глазах стали появляться слёзы. — Я так рада встретиться с тобой снова, Ван, — тихо, но уверенно произнесла Эйуми, обняв Ямано.       Звонок прозвенел. Следовательно, и уроки начались, но на них Кагуми так и не пошла. Она — да и было разве это удивительно? — всё это время провела с Ямано. Им ещё было, что обсудить. За последние-то шесть лет.       — Фрейзер определённо будет точно так же рад тебя видеть, как и я, — с улыбкой продолжала рассказывать Эйуми. — Знаешь, я приехала сюда ещё два года назад. Тогда он уже был здесь. Одним нам ведь всем было тяжело… Поэтому, думаю, он и попросил меня сюда приехать и помог освоиться здесь. Мы очень сблизились с ним за это время. Ах да, кстати, ты встречался уже с кем-нибудь? С Изаму? Он точно здесь: я виделась с ним, — немного сдержанно спросила Эйуми. Они сейчас шли по школьной территории одни, направляясь к Фрейзеру Аттвуду, как решила Кагуми. Она нисколько не сомневалась в том, что тот их ждал.       — Нет, ты стала первой. А Изаму… он стал моим соседом по комнате, но мы так и не пересеклись. Почему-то, — одновременно и с облегчением, и с беспокойством ответил Ван.       — Он стал ещё нелюдимее, чем прежде. — Эйуми остановилась и с надеждой обратилась к Ямано: — Ты должен поговорить с ним, Ван. Это важно для него. Нет, не только для него, но и для всех нас. Между нами не должно быть недопонимания! — Требовательность, однако, тоже появилась в её словах.       — Недопонимание? — с удивлением переспросил Ван. — Это слишком мягко сказано.       — Всё равно! Ты ведь не просто так сюда приехал, — с едва уловимой обидой ответила Эйуми. Но, конечно же, Ямано это заметил, и, только поняв это, Кагуми решилась продолжить: — Мы, если честно говорить, только от тебя никаких вестей не получали. Ну, если не учитывать, конечно, твою известность как игрока lbx. — Печальная улыбка отразилась на лице Кагуми. — Мы не особо следим за этим, ты понимаешь… Так что, наверное, каждый из нас был удивлён, как ты смог прославиться благодаря lbx. Будто бы и забыл вовсе о нас, обо всём… — Она смотрела уже куда-то вперёд, в ту сторону, куда им ещё предстоит пойти. Поэтому она даже не заметила, какую на самом деле реакцию вызывали её слова у Ямано. — Я восхищаюсь тобой, Ван. Тебе одному это действительно удалось. — Она говорила с надеждой, но он испытывал совершенно обратное чувство. Всё, что он «будто бы забыл», никак не улеглось в памяти, уж тем более не исчезло из неё, а совсем наоборот: внезапно вернувшись, давило лишь сильнее. — Мы пришли, — повернувшись, с улыбкой произнесла Эйуми.       Как и предполагала Кагуми, Фрейзер ждал их, и как раз там, где она и думала. Словно шестое чувство ей помогало во всём. Однако никого это не удивляло уже давно: Эйуми всегда как-то знала всё заранее, и это нередко помогало им всем. Хотя, может, в этот раз она не предполагала, что встретят они с Ваном не только Фрейзера.       Это была на удивление большая комната. Скорее всего, здание какого-нибудь клуба, как предположил Ван, только старого, вероятно, раз сюда они смогли так просто зайти в такое время. Тем более если учесть, что некоторые из них не учились здесь. Одним из них был и Фрейзер, бывший на два года старше и Вана, и Эйуми.       — Фрейзер? — неуверенно произнёс Ямано. Только войдя в помещение, он первым делом увидел его, сидящего на подоконнике (видимо, тот до этого наблюдал за ними через окно, поскольку не казался удивлённым их появлением). Хотя точнее будет сказать, что Ван думал, что это он — Фишер Аарон, несомненно, его старый друг, к которому, к сожалению, обратиться по настоящему имени было уже нельзя.       Другой кивнул, но пока не решался что-либо сказать. Во время этой тишины они оба, наверное, заметили, как изменился каждый из них. Ямано уже во второй раз понял, что его друзья стали другими не только из-за иного имени. В Фрейзере Ван видел уже не того Аарона, которого знал когда-то, пусть тот и не менял ничего в своей внешности, как Эйуми. В этом высоком (на голову, наверное, выше Ямано) с крепким телосложением блондине с ярко-синими серьёзными глазами и чётко выраженными скулами на весьма бледном лице, на котором так не гармонировала его тусклая улыбка, совсем не осталось ничего от того ребёнка, которым он был.       Тишина всё продолжалась, и под столь пристальным взглядом Фрейзера Ямано чувствовал себя уже не так комфортно. Тогда-то он и перевёл взгляд в сторону и заметил ещё одного человека, находящегося здесь. Его-то Ван и не увидел сначала, и от этого становилось лишь неудобнее.       Элиас Бергер — тоже такой, как и все они. Хотя и к нему уже так наверняка не обратишься. Искоса Ямано вопросительно посмотрел на Эйуми. Она поняла его без слов и почти прошептала:       — Феликс Тернер. — Выходит, именно так ему теперь нужно было говорить с ним.       С Элиасом, в отличие от Аарона, Ван общался не так часто в то время. Нельзя было сказать, что они не ладили, но и особенно дружеских отношений между ними не имелось. Тот по-настоящему смог найти общий язык лишь с Аароном. Они были похожи не только тем, что почти одного возраста (разница в один только год) и роста, но и в какой-то степени характером, хотя Элиас был более замкнут, чем другой. Однако сейчас, по крайней мере внешне, они казались совершенно разными.       Хоть Феликс был высоким, что достаточно очевидно, если всё-таки обратить на это внимание, однако его сутулость давала обратный эффект. Это как ни что другое подчёркивало его отчуждённый характер. Худоба, бледность, абсолютно чёрные волосы, наполовину закрывавшие лицо и немного неестественные в своей длине, служили лишь дополнением на фоне этого. Взгляд же его почти всегда был опущен.       — Эйуми, не могла бы ты найти Изаму? — наконец произнёс Фрейзер. — Я бы хотел, чтобы все присутствовали здесь сейчас. — После этих слов Кагуми оживилась и, быстро ответив:       — Конечно! — покинула комнату.       — Зачем ты привёл его сюда? — как только скрылась Эйуми, с не очень сильной, но достаточно заметной злобой произнёс Аттвуд. — Каждый из нас отказал ему во встрече. Именно поэтому он и решил провести всё это здесь, — продолжал он, отражая в словах всё больше уверенности в своей правоте. Он не мог подтвердить как-либо сказанное, но просто знал, что не ошибается. Для него этого было вполне достаточно. — Хотя бы то, что вместе нам собираться нельзя, должно было тебя остановить!       — Почему ты так против этого, даже не зная, зачем мы здесь? — нисколько не смутившись такой «встречи», спросил Ван.       — Потому что это ненормально, когда мертвец приходит и просит о чём-то. — Но и Фрейзера не останавливала серьёзность другой стороны.       — Капир не… — собирался возразить Ямано, но…       — Он был только твоим другом, — Фрейзер тут же его оборвал. — Мы не забыли всё, что было. Однако в том и дело — это уже в прошлом. С нас достаточно того, что мы живём так, чтобы не повторить случившегося. Изменить ничего нельзя, и не только мы, но и ты тоже должен был это понять за эти годы.       — Это не в прошлом! — чуть ли не крича произнёс Ван. И всё же это было больше неожиданно, чем громко. Именно поэтому эти слова не только заставили Аттвуда замолчать и с презрительным сожалением посмотреть в сторону Ямано, но и Тернера вынудили поднять взгляд от пола. Теперь Феликс с вниманием (но и не без интереса) наблюдал за разговором, желая узнать, чем он закончится.       — Ты… — некоторое время Аттвуд не мог найти подходящих слов, но очень скоро сориентировался и продолжил: — Послушай меня, Ван… — Злобы в его словах уже не было. — Я говорю тебе это, потому что хочу, чтобы ты остановился. Независимо от того, что вы с Капиром задумали. — Недолгая пауза. — Нам всем прекрасно известно, что у тебя есть новые друзья. Ты действительно хочешь оставить их, вернувшись в прошлое?       — Я бы не оказался здесь, если бы было иначе. — Теперь уже не Фрейзер, а Ван выражал свой гнев (хоть и сдерживаемый) через слова. Затронутая тема нравилась ему всё меньше и меньше.       — Хорошо, пусть так, — продолжал Аттвуд. — Как же тогда мы?       — Что ты хочешь этим сказать? — с подозрением спросил Ямано.       — Что? Ван, ты правда не понимаешь? — В ответ только тишина и ещё более суровый взгляд. Тогда-то, вздохнув, Фрейзер продолжил: — Хотя бы об Эйуми ты подумал? Она ведь без сомнений пойдёт за тобой, на что бы ты ни решился. Однако разве не из-за Капира она лишилась брата? Тебе ведь известно всё это, и ты ещё хочешь продолжить?       — Но мы наоборот… — с абсолютной уверенностью собирался возразить Ван, как тут же заговорил Аттвуд:       — Не продолжай. Я и без этого имею представление о том, что вы задумали. Пусть Капир живое доказательство этому, но всё равно звучит такое абсурдно. Словно лишь игра на чужих чувствах. Это слишком жестоко для тебя и нас. Ещё раз повторю: одумайся. — При этом Фрейзер ещё пристальнее посмотрел на Ямано, взглядом показывая, что его слова далеко не простая просьба.       В этот момент дверь в помещение открылась, и в проходе показалось ещё двое. Их появление разорвало нагнетающую обстановку вокруг.       — Мы пришли. Оказалось, что Изаму уже направлялся сюда, когда я пошла за ним, — с улыбкой произнесла Эйуми, проводя того, с кем пришла, в глубь комнаты. — Что-то не так? — Ей не ответили, тогда она стала оглядывать всех присутствующих и поняла, что да, всё было именно так.       — Отпусти меня уже! — вырывая свою руку из рук Кагуми, грубо произнёс Ивата. Эйуми никак не отреагировала на это. Её сейчас больше занимало другое, и, желая разобраться с этим чем-то, она вопросительно и с беспокойством смотрела на Фрейзера. Он же, хоть и заметил это, продолжал игнорировать её. Но лишь до того момента, когда…       — Давно не виделись, Акайо, — с намёком на дружеское приветствие начал Ван, когда увидел пришедших и окончательно убедился в том, что Изаму Ивата действительно тот самый Акайо Ивата, которого он знал. В этом он, выходит, не ошибся.       Изаму оставил обращение без ответа. С нескрываемой злобой посмотрев на Ямано, он прошёл мимо него, направляясь к Аттвуду. Значит, Ван не прогадал и в том, что Акайо по-прежнему его ненавидит. В нём, похоже, совершенно ничего не изменилось, если опустить факт того, что он стал старше и взял другое имя. И почему-то только его — фамилию менять не стал. А так… Акайо был всё тем же рыжим парнем с серыми глазами, в которых редко было что-то, помимо негатива. Хотя в целом выражение его лица было мягким, несмотря даже на чёткие и утончённые черты, присутствовавшие во всём. Средней длины волосы, зачёсанные на одну сторону, придавали ему к тому же вид спокойного и порядочного человека.       — Кажется, теперь все здесь, — почти сразу, стоило Изаму остановиться около Фрейзера, услышали все. Тишина была нарушена, и уж точно не так, как хотелось бы многим.       Все обернулись в сторону голоса, обладатель которого стоял уже за Ямано и Кагуми. Им был темноволосый парень лет пятнадцати с чёрными хитрыми глазами и несколько подозрительной улыбкой. Все, исключая Ямано, с минуту осматривали пришедшего, после чего наконец Эйуми произнесла:       — Майк?.. — Это было так тихо, что услышали её лишь Ван и сам Майк, и они оба сразу перевели взгляд на неё. Только сейчас Ямано заметил, как Кагуми дрожала. Ей было страшно и… именно в этот момент он понял, что до этого она скрывала свой страх, всё-таки до сих пор влиявший на неё.       — Ве-е-ерно, — протянул Капир будто бы с издёвкой. — Очень рад тебя видеть, Эйуми. — Майк улыбнулся лично ей, однако после этого она тут же отстранилась от него. И это совершенно не удивило его. Вместо этого Капир прошёл дальше, встав наравне с Ваном и игнорируя Кагуми.       Остальные трое продолжали молчать. Если Изаму и Феликс с ужасом и удивлением смотрели на Капира, то Фрейзер лишь с холодным презрением. Кинув беглый взгляд на Эйуми, он всё-таки произнёс:       — А ты нисколько не изменился, Капир. — Это точно говорилось не в хорошем смысле — каждый это понял.       — На вашем месте я бы радовался этому, — с той же бесстрашной и самоуверенной улыбкой ответил Майк. — Мы ведь не впервые встречаемся, Фрейзер. Уверен, ты уже понял, зачем я здесь. Так не соизволишь теперь выслушать меня?       Взгляд Аттвуда стал ещё суровее после этих слов. Ответ свой менять он не собирался, но теперь всё не могло оставаться лишь в его власти…       — Нет, это какой-то бред! — гневно воскликнул Ивата и уверенно направился к Капиру. — Ты не можешь быть здесь. — При этих словах он высокомерно смотрел прямо в глаза Майку, но тот всё равно продолжал улыбаться. — Ты мёртв.       — Ох, ты даже не представляешь, как сильно ты ошибаешься, Изаму. Эй, ты ведь тоже так думаешь, не так ли, Феликс? — выглянув из-за Иваты, Капир обратился к последнему молчавшему. — Конечно же, да! — Когда Майк сам ответил на свой вопрос, Бергер поёжился и лишь сильнее зажался в угол. — Так позвольте же я вам всё объясню. Вы все — абсолютно каждый из вас! — сможете вернуть всё как было. Если, конечно, пойдёте со мной… Эй, Эйуми, не делай вид, что не слышишь и не видишь меня! — обернувшись за спину, насмешливо произнёс Капир. — Ты ведь скучаешь по своему брату, не так ли? — После этих слов на глазах Кагуми тут же стали наворачиваться слёзы.       — Перестань говорить об этом! — сразу же вмешался Аттвуд. При этом он уверенно прошёл в центр комнаты — к Майку. Фрейзер однозначно хотел добавить что-то ещё, но, когда оказался лицом к лицу с Капиром, не смог произнести ни слова. В раздражении он обошёл его и подошёл к Эйуми, намереваясь помочь ей успокоиться. На это Капир лишь усмехнулся.       — Пойми же наконец, Фрейзер: ты не сможешь защищать их всех вечно. Как и решать за них. Ты ведь уже пытался переубедить Вана, не так ли? Я специально дал тебе эту возможность, чтобы ты понял, насколько никчёмны твои старания. — Теперь уже Капир приближался к Аттвуду. — Ты упускаешь одну маленькую деталь и даже не осознаёшь этого. — Остановившись непосредственно перед ним, Майк замолчал на мгновение и, тут же заменив улыбку ухмылкой, произнёс: — Теперь я могу продолжать? — Тишина вокруг и полный ненависти блик в глазах Фрейзера были для Капира подходящим ответом. — Как же я рад, что возражений ни у кого нет.       После окончания речи Капира все сразу разошлись. Каждый настолько погрузился в свои мысли, что желания оставаться рядом с остальными не было никакого.       — Постой, Ван! — при первой подходящей возможности Эйуми окликнула Ямано. Они были одни, и у неё как раз появилось то, что она хотела обсудить именно с Ваном. — Ты правда хочешь сделать всё, что он сказал?       Ван медленно развернулся к Эйуми. Он встретился с её испытующим взглядом напрямую, однако это всё равно не смогло поколебать его уверенность.       — Да. Мне жаль, что тебе пришлось это выслушивать. Ты вправе отказаться от всего этого, однако я не отступлю. Я уже давно согласился с планом Майка и считаю, что он прав. В конце концов… только так мы сможём всё это закончить! — последнее Ямано чуть ли не прокричал.       — Ты ведь не сдашься, даже если останешься один, — когда удивление сменилось пониманием, ответила Эйуми.       — Ты… — шокировано произнёс Ямано, однако Кагуми тут же кивнула.       — У меня нехорошее предчувствие по поводу этого… — отведя взгляд в сторону и сильно сжав рукава, добавила Эйуми. — Из-за этого я ещё больше не хочу оставлять тебя одного с этим! Хотя я и не верю, что то, о чём вы говорите, возможно…       — Спасибо, Эйуми. — Услышав эти слова, Эйуми тут же вернула взгляд на Вана. Она наконец увидела его улыбку. Впервые с их встречи. И от осознания этого Эйуми сама стала счастливее. — Майк рассказал вам не всё, но рано или поздно мы сможем рассказать остальное. Просто подождите ещё немного… Майк не соврал вам. Всё получ…       — Конечно. — Лёгкая улыбка освещала лицо Эйуми. — Я верю тебе, Ван.       Ни Эйуми, ни Изаму на занятия в этот раз не пошли. Незаметно проскользнув в общежитие, там и провели остаток дня. В одиночестве. Хотя уже ближе к вечеру Ивата всё-таки пересёкся с Ямано (не то что бы это было удивительно, раз они соседи по комнате). Однако даже так они и словом не обмолвились. Впрочем, в этом и не было особой нужды — Изаму и так прекрасно знал, и где был Ямано, и с кем.       Иначе дела обстояли лишь с Фрейзером и Феликсом. Им, как не учащимся в этой школе, пришлось покинуть её территорию вовремя, до закрытия (хотя не то что бы им вообще можно было там находиться). Они часто делали всё вместе, так поступили и теперь.       — Их всех исключат отсюда, если мы согласимся с ним, — идя следом за Аттвудом, полушёпотом произнёс Бергер. Фрейзер лишь искоса посмотрел на него и тем же ровным и уверенным шагом продолжил путь.       — Разумеется.       — Тогда как мы поступим? — Всё тот же полушёпот донёсся из-за спины.       Прежде чем ответить, Фрейзер наконец остановился и повернулся к Бергеру. Он молча смотрел на него. Будто бы проверял, будет ли согласен тот с его идеей.       — Я хочу избавиться от Капира.       После этих слов Феликс ещё с минуту молча смотрел на Аттвуда. Он понимал, что тот не шутил, что это было совсем понятное решение, но всё-таки…       — Хорошо. — Бергер обошёл Фрейзера, оставив того слегка удивлённым и раздражённым. — Пока что я не уверен, что могу согласиться с тобой. Однако я обещаю никому не рассказывать об этом. Только не забывай, что отвечать за последствия тебе, скорее всего, придётся.       На следующий день Аттвуд уже был готов осуществить задуманное. Он знал, что тянуть не стоит, и убедился в этом ещё вчера в разговоре с Феликсом. Если уже даже Бергер думает о том, чтобы перейти на сторону Капира, то другие подавно.       — Ты всё-таки здесь, — закрывая за собой дверь, произнёс Фрейзер. Он пришёл рано утром в то же место, где вчера они разговаривали вшестером. И не прогадал: Капир был там совершенно один.       — Какие люди! — Снова эта бесстрашная и будто бы всезнающая ухмылка. — Мне казалось, что ты придёшь последним. Неужели я ошибся? — В данный момент Капир стоял около того же окна, у которого вчера был Аттвуд. При этом он продолжал насмехаться над ним.       — Верно, ты ошибся. Только вот не в том, в чём думаешь, — Фрейзер и говорил медленно, и приближался к Капиру в таком же темпе. Всё это время он не сводил с него взгляд и…       — Разве? — склонив голову набок, ответил Капир.       Аттвуд всё ещё решительно не понимал, почему Капир продолжал ухмыляться и почему эта странная улыбка становилась тем шире, чем ближе он подходил.       — Не думаю, что буду жалеть об этом. — И всё-таки Фрейзер продолжал игнорировать это нарастающее чувство непонимания и тревоги. — Ты в точности такой, каким был, Капир. Всё такой же изворотливый и странный. Ты всегда издевался и насмехался над всеми, даже над теми, кем дорожил. И я никогда не мог этого понять, как не могу и сейчас. Может, пока ещё есть шанс, объяснишь, почему ты это делал?! — Аттвуд наконец остановился совсем рядом с Капиром.       С лица Майка тут же исчезла улыбка. Она заменилась сильным гневом, но страха по-прежнему не было. Капир молчал, но подобное действие уже было хоть каким-то ответом.       — Действительно, чего я мог от тебя ждать?.. Знаешь, я рад, что ты умер тогда. И с радостью повторю это!       — Фрейзер, прекрати! — последовало тут же, и от неожиданности (и, возможно, из-за чего-то ещё) Аттвуд отшатнулся.       — Эйуми?! — ошарашено произнёс он, уже совсем не так самонадеянно, как раньше. — Почему ты здесь?       Кагуми вместо ответа приблизилась к ним обоим. Кинув взгляд на каждого, она наконец сказала:       — Я так и знала, что ты так поступишь. — И почему-то прозвучало это грустно. Пока Фрейзер пытался понять причину, она продолжила: — Пожалуйста, оставь это. — Кагуми обеими руками взяла его за руку, в которой он держал короткий нож. — Ради меня. — Звук упавшего металлического предмета последовал тут же. Капир проследил взглядом за этим и только потом сказал:       — Ты ведь хотела мне что-то сказать, Эйуми, не так ли? — Гнев он тут же скрыл.       — Да… — Кагуми отвела взгляд от Аттвуда, будто бы стыдилась его теперь. — Я… я согласна пойти с тобой и Ваном. — Улыбка тут же победоносно засияла на лице Капира.       — Нет… — Сначала Аттвуд оступился, но потом тут же подошёл к Кагуми и положил руки ей на плечи, надеясь, что хотя бы так она обратит внимание на него. — Только не ты, Эйуми. Пожалуйста, скажи мне, что это шутка! — О существовании Капира он тут же забыл и с надеждой смотрел на Кагуми, но…       — Прости… — Она так и не посмотрела в его сторону.       Ещё несколько секунд Аттвуд простоял так. Однако осознание её слов к нему всё-таки пришло… Убрав руки, он резко развернулся и быстро покинул комнату, так и не обернувшись, так и не услышав смех Капира.       — Получается… — На секунду запнувшись из-за смеха, Капир продолжил: — Я обязан тебе жизнью, Эйуми? — Но и она, горько улыбнувшись, покинула комнату.       Уже почти полдень. К этому времени ничего не изменилось. Кроме Эйуми, поддержать Капира не решился больше никто (не то что бы он этого не ожидал). Но процесс уже был запущен, так что Капир нисколько не сомневался, что завтра на его стороне будут и все остальные. Однако это будет позже, поэтому сейчас…       — Почему ты здесь, Ван? — заходя со спины, начал Капир. Они оба сейчас стояли на обрыве, наблюдая за бьющимися волнами внизу. — Думаю, Аттвуд будет вторым, кто перейдёт на нашу сторону. Всё идёт по плану. — Рядом была абсолютная тишина. Только лёгкий ветер нарушал молчание, но и он очень скоро затих. Вместо него пришёл плеск усилившихся волн.       Звонок. Неожиданный телефонный звонок, нарушающий спокойствие вокруг. Ямано достал экстройлер из кармана и раскрыл экран. Звонящим оказался Джастин Кайдо, и Ван, узнав это, убрал устройство обратно.       — Не станешь отвечать? Не дум… — Неожиданно усилившийся рокот волн прервал Капира на несколько секунд. С лёгкой досадой посмотрев вниз, он продолжил: — Не думаешь, что стоило бы узнать, что они думают о тебе сейчас, когда узнали правду?       — Нет, — спокойно ответил Ван. И, стоило звонку прекратиться, Ямано развернулся и ушёл, не замечая грохот волн внизу. Усмехнувшись, Капир продолжил наблюдать за заливом ещё несколько секунд, после чего тоже направился к школе.       Утро следующего дня. Ещё было слишком рано, чтобы школа открылась, поэтому такое время и выбрал Капир. Он, Ван и Эйуми сейчас втроём стояли в тени деревьев неподалёку от заграждений учебного заведения. Это было местом встречи, о котором, разумеется, знали и все остальные. Дождаться оставалось только их, и можно будет начинать.       Шорох травы донёсся до них через несколько минут. Кто-то приближался к ним, но из-за темноты они могли лишь догадываться, кто это был, пока тот не подойдёт достаточно близко. Однако это не касалось Капира…       — А вот и ты, Аттвуд! — Трудно было понять, с каким выражением лица говорил Капир, но в голосе было мало доброжелательности. — В прошлый раз ты так быстро ушёл, что я не успел сказать, как благодарен тебе, что ты наконец признал меня живым.       Шаги остановились, вместе с ними прекратился и шорох. И Ван, и Эйуми убедились, что перед ними действительно был Фрейзер. Однако тот, кого взаправду не заметил больше никто, появился следом, прямо из-за спины Аттвуда. Им оказался Бергер, и на этот раз последовавший за своим другом.       — Ну надо же, почти все здесь. Где же твой лучший друг, а, Ван? — с иронией произнёс Капир, обернувшись к Ямано.       — Да здесь я! Нечего допытывать его, — донёсся грубый голос из темноты. Изаму появился в поле зрения остальных следом.       — Что, за компанию решил пойти? — как-то не слишком ласково спросил Аттвуд, на что получил соответствующий ответ:       — А что мне, одному оставаться?! Почему вообще ты согласился и этого недоноска с собой притащил заодно?! — Сорвав свою злость на Фрейзере, Ивата замолчал. Отвечать ему никто не стал. Тогда-то Капир и сказал:       — Я полагаю, мы можем начинать. Только не подведи нас, Фрейзер, успех нашего плана полностью зависит от тебя. — Хоть никто этого и не видел, но каждый знал, что Капир при этих словах улыбался.       К середине дня всё уже закончилось. Успешно. План Капира по взлому школьной системы безопасности и созданию неразберихи во всём здании, возникшей из-за нападения lbx на учеников и учителей, был исполнен в точности. Только вот не совсем понятно, зачем это было нужно…       Капир, Аттвуд и Бергер находились на том же месте, где ещё утром они собирались все вместе — вшестером. Теперь же их лишь трое, и все они хранили абсолютное молчание, при этом чего-то ожидая.       — И всё-таки, Капир… — подавленно начал Аттвуд, — зачем нам было идти на это? Разве это было не слишком?       Капир, стоявший, облокотившись на дерево, спокойно посмотрел на Аттвуда. Они встретились взглядом, но никто из них, к удивлению Бергера, не пренебрёг этим.       — А ты ещё не понял? — наконец произнёс Капир. — Я же сказал, что хочу устроить вам встречу с тем, кто помог мне. Можете считать это попыткой раздобыть нам транспорт, — усмехнувшись (но уже без тайного умысла), закончил Капир.       Аттвуд и Бергер, переглянувшись друг с другом, недоверчиво посмотрели на него. Они надеялись, что это было лишь неудачной шуткой.       Тем временем Ван, Эйуми и Изаму находились в кабинете директора. По плану Капира виновных должны были вычислить почти сразу и, поскольку учащимися этой школы являлись лишь эти трое, выйти должны были лишь на них.       Так, в кабинете было в общем счёте четверо. Под суровым и пристальным взором директора все отводили взгляд в сторону, а тишина всё продолжалась.       — Я не могу понять, как такое произошло, — минут через десять молчания директор заговорил. — Кагуми, ты ведь всегда была прилежной ученицей. За все годы обучения здесь ты не получила ни единого замечания… — Он с сожалением покачал головой. — А вы двое… Переведённые студенты! — Директор сделал особый акцент на этих словах. — Ивата, ты проучился здесь совсем немного, но уже зарекомендовал себя хорошим учеником, так почему же? — Ему по-прежнему никто не отвечал, но, наверное, директор и не ждал ответа. — А ты, Ямано? Насколько мне известно, со своего поступления ты не появился ни на одном занятии, так теперь ещё и это. Твой отец известен на весь мир, и я очень уважаю его. Ты и сам ведь достаточно знаменит. Думал ли ты вообще о последствиях?       Снова тишина. Прошло ещё несколько минут, прежде чем директор, опечаленно вздохнув, продолжил, сочувствующе смотря на подростков.       — Взлом системы безопасности, нападение на учеников и учителей с помощью lbx, ещё и попытка кражи данных с передовой платформы разработок… Это слишком серьёзно, чтобы можно было так просто об этом забыть, понимаете? — Директор снова прервал свою речь. — Однако пострадавших, к счастью, нет. Попытка кражи не увенчалась успехом. И лишь немногим известно, что за этим стояли вы. Все ученики и большинство учителей считают, что это было ошибкой системы. Не знаю, сколько ещё они будут в это верить…       — Директор, Вы… — Эйуми с удивлением и надеждой посмотрела на него.       — Минимум того, что я должен сделать, — это исключить вас всех. Я так и поступлю. Только из-за вашей хорошей репутации. Однако больше вам сюда вернуться не удастся. — Директор встал из-за стола и подошёл к ученикам. — Завтра же мы отошлём вас по домам. Кагуми, тебе тоже придётся вернуться в Японию, как и этим двоим. — Эйуми слабо кивнула. — Идите собирать вещи, завтра в шесть утра мы отправим вас в Токио частным рейсом.       После этих слов все трое покинули кабинет и направились к общежитию.       — Что, вышло всё-таки так, как вы хотели? — уже на улице спросил Ивата, но Ямано ему так и не ответил.       Без пятнадцати минут шесть утра. И Ямано, и Кагуми, и Ивата были уже на месте. Директор тоже. Эти последние несколько минут они просто стояли, готовясь к долгому перелёту. Ван и Изаму были абсолютно спокойны. Однако у Эйуми уже начинали наворачиваться слёзы. Она сильно привязалась к этому месту за эти годы, и ей действительно трудно было его покидать. Ван обнял Эйуми, надеясь её хоть как-то успокоить, и, к его удивлению, она ответила на этот жест тем же. Изаму же, продолжавший стоять в одиночестве, пренебрежительно посмотрел на них двоих, добавив:       — Как голубки, блин.       — Пора, — резко произнёс директор. В то же время все трое, взяв вещи, поднялись на борт. И ещё через десять минут самолёт взлетел.       — Как ты, Эйуми? — спустя несколько минут полёта спросил Ван, когда заметил, что Кагуми так и не отводила всё это время взгляд от окна.       — Всё в порядке, не беспокойся об этом, — повернувшись к нему, с печальной улыбкой ответила она.       — Эй! — Ивата, сидевший позади них, попытался привлечь их внимание. У него получилось. Тогда-то, когда он указал рукой на заднюю часть салона и Ямано и Кагуми проследили взглядом, куда он указывал, они оба вскочили со своих мест.       — Вы всё-таки смогли пробраться сюда, — некоторая радость отразилась на лице Эйуми. Она, улыбаясь, подошла к Фрейзеру, но он, неожиданно для неё, проигнорировал это, и, вместе с Феликсом, пройдя немного влево, они заняли свободные места.       — Это было довольно просто, — не обращая внимания ни на своих недавних спутников, ни на Эйуми, ответил Капир. — Пилот наш человек.       Проходя дальше, он остановился рядом с Ямано. Этим Капир сразу дал понять, что им необходимо было кое-что обсудить. Вскоре они оба удалились, провожаемые подозрительным взглядом Аттвуда.       — Ты так и не поговорил с ними? — как только понял, что никто больше их не услышит, начал Капир. — Снова нет, не так ли? КРО считает меня угрозой. Ты точно уверен, что они до сих пор не считают таковым и тебя? Что они ничего не предпримут? — Ямано ни на один вопрос Капира так и не ответил, продолжая думать о чём-то. — Полагаю, ты меня услышал, — закончил Капир, после чего оставил Ямано одного.       — Можно с тобой поговорить? — как только застал Капира одного, не без упрёка спросил Аттвуд. Фрейзер после вчерашнего уже не имел никакого желания протестовать решениям Капира, но всё равно… Он хотел получить ответ на вопрос, появившийся у него ещё с того момента, как их посвятили в этот план.       — Ты всё ещё разочарован? — негромко произнёс Капир. Он, как и Аттвуд, не хотел, чтобы кто-либо ещё слышал их. — Больно, наверное, проигрывать и терять последнее, что у тебя осталось, — с притворным сожалением закончил Капир, что совсем не удивило другого.       — Всё с самого начала было бесполезно, так ведь? Ты всё продумал и не оставил никому из нас выбора, — уверенно, но уже совершенно спокойно заключил Фрейзер.       — Но вы сами этого захотели, — будто бы не понимая, о чём говорил Аттвуд, ответил Капир.       — Не ври теперь, Майк. — Капир поднял слегка удивлённый взгляд на Фрейзера: тот впервые за все годы обратился к нему по имени. — Тогда, когда мы вшестером собрались обсудить твой план, ты при всех сказал мне, что я упускаю что-то важное, что-то, из-за чего у меня с самого начала не было шансов остановить тебя. Теперь ведь уже нет разницы: скажешь ты мне или нет, верно?       Понимание отразилось на лице Капира. Оглядевшись по сторонам, он начал:       — Знаешь, почему я начал переманивать вас всех на мою сторону с Вана? Не только из-за того что за ним последовали бы все вы. — Капир говорил с абсолютной серьёзностью, и Аттвуд понимал это. — В то же время он был уязвимей всех вас. Ты этого не понимаешь, не так ли? Я объясню. Скажи мне, сколько лет вы четверо прожили с этим? Много, не правда ли? Да, вы не забыли ничего, но успели смириться с этим. Начни я с кого-нибудь из вас, у меня бы не вышло вас убедить, а тут… Ты ведь наблюдал за всеми, даже если не мог быть с ними рядом. И за Ваном в том числе. Ты о нём помнил, а вот он о тебе, о всех вас всё это время нет. Ты даже не представляешь, как я благодарен за эту возможность его матери.       — Я не совсем понимаю…       — Это был гипноз. Она настолько переживала за Вана, что решилась на такое. Никому больше она не рассказала об этом, наверняка надеялась, что это останется в прошлом. И, на удивление, это работало достаточно долго. Однако… вместе с воспоминаниями она забрала у сына и возможность забыть всё по-настоящему. В итоге… для вас всё это почти что лишь отголоски прошлого, но вот для Вана эти воспоминания живы настолько, будто всё было только вчера.       В полной тишине подходил к концу седьмой час полёта. Все сидели по одному, погрузившись в свои мысли. В таком унынии грозился пройти весь путь.       — Позволишь сесть рядом с тобой? — спросил Капир, встав рядом с Эйуми. Она неуверенно кивнула. — Пожалуй, нам есть что обсудить, — начал он, но Эйуми сразу же отвернулась к окну. Она не очень желала этого разговора. — Всё ещё не доверяешь мне? — Ответа снова нет. Бросив взгляд сначала на Эйуми, а после на часы, он посмотрел в окно и, указав на что-то в нём, шёпотом, прямо на ухо Эйуми, понявшей, куда он показывал, произнёс: — И правильно делаешь.       Эйуми замерла в страхе, а Капир, усмехнувшись, поднялся со своего места и направился к Ямано, но не успел он дойти, как…       — Эй, смотрите! — привлекая всеобщее внимание, крикнул Ивата. Рядом сидевшие Аттвуд и Бергер вскочили со своих мест и подошли к нему.       — Что здесь делают… lbx? — неуверенно спросил Феликс. Фрейзер, молчавший, но тоже заметивший это, обернулся в сторону Мизере, но не увидел на лице того ничего, кроме спокойствия. — Один… Два… Три… И там ещё двое…       — Ван, не думаешь, что и тебе стоит взглянуть? — безразлично спросил Капир, но ответа так и не услышал. Тогда он обернулся в сторону Ямано и понял, что тот уже всё увидел. Капир не мог не ухмыльнуться этому, тем более что заметить этого никто бы не смог.       — С этой стороны ещё пять… — еле слышно произнёс Ямано, и трое, находившиеся в противоположной стороне салона, поспешили к другим окнам. — Зачем они здесь? — уже совсем тихо продолжил Ван. Эти lbx были… Они все пролетали мимо, стремясь к задней части самолёта, и лишь один из них остановился ненадолго перед окнами. — Тритон…       Все остальные события развернулись слишком быстро, чтобы их можно было хотя бы заметить. Прежде чем кто-либо из пассажиров смог произнести что-либо, раздался взрыв в районе двигателей. За ним ещё один, а потом ещё…       Часы в кабинете директора школы Анногава только-только показали два часа дня. Сам же директор спокойно перебирал бумаги, которых, в связи с последними происшествиями, стало слишком много. Он не успевал ни на что отвлечься, но с грохотом открывшейся двери и неожиданным появлением заместителя директор всё-таки смог забыть о делах.       — З-звонили из аэр-ропорта, — нервно начал заместитель, навевая тревогу с каждым словом всё сильнее. — С-самолёт, на котором м-мы отправили наших уч-чеников, вз… вз… — Ему никак не удавалось выговорить это слово, поэтому, сделав глубокий вдох, он чуть ли не прокричал: — Он взорвался над Тихим океаном! Они все п-просто не могли в-выжить…       Директор не мог вымолвить ни слова. Его руки онемели, а сам он с переполненными шоком глазами смотрел на заместителя, словно видел на его месте совсем не его. Комната заполнилась тишиной, только равномерное тиканье часов и упавшие из рук директора листы нарушали его.       В Токио было три часа дня, когда вся команда КРО собралась на базе. Это была пятница, и на это время у них назначен был сбор. Они планировали обсудить на нём результаты расследования в Киото. Встреча должна была состояться в то время, когда там смогут присутствовать только они: доктор Ямано, Тайлер Осгуд, Рина Ричардсон и все игроки lbx — Джастин Кайдо, Джессика Кайос, Ами Кавамура, Казуя Уолкер, Хиро Оозора, Ран Ханасаки, Аска Коджоу, Юя Хаибара и Ханс Гордон с Даком Сендо, присоединившиеся к ним совсем недавно.       Они вошли все вместе, и увиденное поразило многих…       На столе, прямо в центре базы, лежали десять обгоревших роботов — точных копий lbx каждого присутствовавшего здесь игрока. И тут же послание:

«Небольшой сюрприз специально для вас, КРО. Мизере.»