По его следам

Следить за дыханием во время стрельбы из лука очень важно. Обычно это приходит с опытом и становится чем-то естественным. Вдох — натягиваешь тетиву, выдох — спускаешь стрелу. Мастер Сплинтер дал нам лук в руки в семь лет. Мы тренировались стрелять три раза в неделю, пока не довели технику чуть ли не до совершенства. Позже занятия сократились до одного раза в неделю. Донателло был самым метким из нас, а Лео — самым быстрым. Несмотря на то, что был я быстрее, в стрельбе из лука мы все дружно проигрывали Леонардо. Мы не успевали моргнуть, а он уже выпускал три стрелы. Сенсей был единственным, кто мог противостоять и победить Лео в этом.  Я улыбнулся самой нахальной улыбкой на какую бы способен. Верховный Доктор позволил себе пять секунд искреннего удивления, прежде чем вернуть мне улыбку. — Я думал, ты мёртв, — спокойно сказал он, на секунду задержав взгляд на стреле, направленной в его нос. — Пистолет был бы эффективнее, — заметил он. — Не в моих руках, — возразил я. — Сдавайся. Ты в меньшинстве. — Возможно, но перевес сил все еще в мою сторону. Мои воины… — Уже слышал. Наконечник стрелы смазан ядом грибов, и у меня хватит стрел на каждого твоего сверхвоина. — Если бы моих солдат можно было отравить грибами, то моя корпорация давно бы пала. — О, поверь мне, таких грибов они ещё не пробовали.   Я опустил лук на пару сантиметров, меняя траекторию стрелы. Я спустил стрелу, выпуская воздух из лёгких. Он даже не вскрикнул, когда она вонзилась в его предплечье. Поморщившись, Главгад выдернул стрелу, роняя пару капель крови на белый военный костюм. С отвращением он выкинул её, переломив пополам. — Когда твои люди будут умирать на поле боя, помни, что ты первый начал эту войну.- Он развернулся к своим людям, — Убить каждого. В живых оставить одного из Августовских и одного из черепах.   Верховный сделал пару шагов назад, полностью скрывшись в рядах своих солдат. Негласно они все как один встали в боевой строй, заряжая пушки и оголяя что-то очень похожее на огромный мачете. Я сделал шаг назад, ровняясь с братьями. Они уже вытащили оружие. — Где Марко и Бруд? — спросил я, не сводя глаз с наступающего на нас легиона. — Марко в авангарде, — ответил Раф.   Думаю, он все еще немного злится. Я вздохнул. Рафаэль всегда медленно отходил. Конечно, я понимал, что поступать так с родными братьями жестоко, но на тот момент это казалось единственным правильным решением. К тому же, они считали меня мертвым всего неделю. — А Бруд? — Я не видел его с экстренного собрания, — сказал Лео, внимательно всматриваясь на войско безупречных сверхвоинов, идущих на нас ровным шагом.   Я развернулся, к нашей армии. Перешептывания в первых рядах прекратились. Я улыбнулся при виде их лиц. Словно они увидели мертвеца. Однако я стоял здесь уже около десяти минут, а это значит, что они заметили меня и слухи о ожившем короле дошли до тыла армии. Замешательство длилось пару секунд. Потом все как один преклонили одно колено. Это было захватывающее зрелище: огромное количество различных существ, волной становившихся на одно колено. Их одежда и вооружение было разным, так как здесь находились королевские армии нескольких государств, но это только придавало им устрашающий вид. Я кивнул им. Ничего говорить я не стал. Меня не услышат большая часть нашего войска, а толкать воодушевляющую речь сейчас было немного не своевременно. Я вновь повернулся к братьям. — Сегодня мы закончим эту войну, — тихо сказал я, но братья меня услышали. И мы пошли им навстречу, а наша армия двинулась за нами. Первое, что бросалось в глаза было их преимущество в росте. Когда между нами десять метров, они ускорились, переходя на бег. Тогда я понял насколько они высокие, да и в ширине плеч мы несомненно уступали. Примерно в два метра высотой, мускулистые и безэмоциональные. Ни страха, ни сомнений, ни предвкушения. Абсолютно ничего. Они подошли к нам почти вплотную, когда Дон резко развернулся. — Верховного доставить ко мне живым, — сказал он, обращаясь к армии. Солдаты кивнули головами, быстро передавая приказ. С досадой, я отметил, что мне бы не помешала какая-нибудь возвышенность, чтобы прицеливаться. Я быстро огляделся — справа был холм, но до него ещё нужно добраться. Я взял немного правее, уворачиваясь от чего-то большого и похожего на дубину. Я нырнул под руку ящерообразного амбала, натягивая тетиву. Стреляла попала в левое предплечье. Этот парень отреагировал иначе, чем его босс. Он гневно зашипел, со злостью вынимая окровавленную стрелу и выкидывая её на довольно-таки приличное расстояние. С трудом поборов желание узнать какую траекторию взяла стрела, я взглянул на двухметрового и злого ящера. Стоит отметить, что на самом деле я блефовал- стрел на всех не хватит, так как лаборатория Донни не успела много сделать. А это значит, что вот так разбрасываться ими не стоит. Они, в основном, для генералов, а не для рядовых. Тем временем, мой соперник замахнулся на меня своей дубиной, и что-то подсказывает мне что это далеко не обыкновенная дубина из берёзки. Тело напряглось в предвкушении прыжка. Прыгать в сторону сразу же слишком опасно, ведь если он сумеет сменить траекторию, то сила удара станет ещё больше, поставить блок я не смогу, их хвосты слишком мощные. Кость может быть и не сломается, но ткани мышц повредятся точно. Однако удара не последовало. Изящная подножка брата повалила его на землю. Лео двумя точными ударами обезоружил и вырубил ящера. — На холм! — крикнул он, в последний момент скрещивая катаны перед лицом, не давая мачете разрубить его пополам. Он слегка присел, сгибая колени из-за большей физической силы солдата, но плавным движением направил силу противника против него же. Я улыбнулся. Леонардо как обычно быстро уловил суть  плана. Я отсалютовал ему и развернулся на сто восемьдесят градусов. До холма метров пятьсот. Я остановился на секунду, чтобы быстро рассчитать наиболее рациональный путь. Вокруг царила какофония звуков: лязг металла, звуки ударов, выстрелы, чьи-то крик, как победные, так и полные боли и удивления. Я посмотрел вокруг, оценивая ситуация. Верховный был прав, когда говорил, что на каждого его воина приходится шесть наших. Воины нашего Союза старались изо всех сил, но генетически  модифицированные солдаты обходят их по всем параметрам. Если Доктор говорил правду и у всех солдатов Ниуптиха иммунитет ко всем ядам, то шансы выиграть эту войну у нас заметно уменьшились. Возможно, мы все же поспешили с решающей битвой. Я поспешил. Я быстро встряхнул головой. Сейчас не время давать силу сомнениям. Пятьсот метров. Сделав один шаг, я сразу же чуть словил две пули. Я убрал лук за спину в специальное крепление и побежал, мысленно радуясь тем множественным пробежкам по крышам и погоням. Бег с препятствием по полю боя не был таким трудным как мог бы. С некоторым сожалением, я отметил, что для многих наших это проблема. Так. Двести метров. С небольшим опозданием я понял, что меня быстро догоняют. Когда я почувствовал резкое колебание воздуха у себя за спиной, я резко пригнулся. Секира прошла в десяти сантиметрах от моей головы. Я встал и, не разглядывая нападавшего ударил круговым ударом ногой. Моя правая нога ударила в область печени. Ну, у человека там должна быть печень. Естественно, он не сдвинулся ни на миллиметр. — Вау, качаешься? — удивленно спросил я, быстро меняя положение тела, чтобы стать менее уязвимым. Я быстро оглянулся. Не хочет ли один из моих братьев взять на себя этого чувака с железным прессом. Я слегка нахмурился, когда не увидел ни одного из них. Во время драк мы старались всегда оставаться в поле зрения друг друга. Долго отвлекаться было бы опасно и крайне неразумно, поэтому я вновь сосредоточил свое  внимание на двухметровом ящере. Он кстати не терял времени и направил свою секиру на меня. Я поставил блок нунчаками, не давая оружию отделить мою голову от тела. Резко пригнувшись и убрав, свое оружие, я сделал небольшой шаг влево. По инерции мой противник наклонился вперёд, потеряв опору. Воспользовавшись случаем, я поставил ему подножку, ударив коленом в ту же печень. Он упал, ударившись головой о камень, и застонал, схватившись за виски. Но от моего удара даже не вздрогнул. — У тебя вообще есть органы? -я немного подождал, но ящер явно не хотел отсиживаться после сотрясения мозга. Однако он слишком медлил, поднявшись на колени он посмотрел на меня немного затуманенными, но определенно злыми глазами. Я вздохнул, у меня просто нет на это времени. Я взял ближайший камень, тот об который он ударился при падении, и врезал ему по виску. Его глаза закатились, и он мешком упал на землю. Что ж, жить будет, пусть и с больной головой. Наконец-то, я добрался до холма. Я вытащил лук и наложил него стрелу. Сузив глаза и осмотрев поле сражения, пришло осознание, что шансы не в нашу пользу. Трое против одного, да ещё и проигрывают — зрелище не из приятных. Найти хотя-бы одного из своих братьев тоже оказалось проблематично. В итоге мне удалось найти Рафа. Он, разумеется, решил драться против верзилы в одиночку. Рафаэль был сильным и достаточно ловким, но скорость явно не егн конек. Я скорчил гримасу, когда когти солдата поцарапали бицепс брата. Еще бы секунда и когти бы вонзились в его гортань. Что может быть лучше схватки с настоящей росомахой. Если бы они только застыли на секунду… Я медленно поднял лук, прицеливаясь. Раз…два… Стрела с еле слышным свистом пролетела расстояние между нами и попала в голень росомахи. Он с ревом упал на одно колено и обернулся, выискивая глазами лучника. Он увидел меня и я приветливо помахал ему. Этого времени хватило Рафу, чтобы вырубить его надолго. Рафаэль быстро нашёл меня взглядом и вопросительно вскинул руки, мол " какого черта, Майки?! У меня все было под контролем. " Я просто подмигнул брату и отвернулся, ища остальных братьев. Играть с Рафом пантомиму ещё труднее, чем в города с Доном. В конце концов, ещё и виноватым останешься, не правильно истолковав какое-нибудь скрещение пальцев. Так, где же можете быть Лео? В самом центре битвы? Я посмотрел на северо-запад, где шли особенно ожесточенные бои. Леонардо как раз вытаскивал катану из плеча какого-то бедняги. Обычно мы стараемся не ранить людей так сильно, но это настоящая война, и здесь я могу понять брата. Соперник Лео был в два раза крупнее его, но теперь он стоял на коленях, держась за рану на плече, и его глаза находились напротив глаз Лео. Примерно. Сэкономив брату время, я пустил две стрелы — в бедро и многострадальное плечо. Кем бы он ни был, он повалился на землю без чувств куда быстрее прежних. Леонардо быстро отследил траекторию стрел и лишь кивнул в благодарность, возвращаясь к бою. Теперь Донни… Не успел я повернуть голову, как что-то массивное сбило меня с ног и мы кубарем покатились с холма. Весь мир завертелся, картинки перед глазами начали меняться с чудовищной скоростью. Я даже не смог сгруппироваться, он никак не хотел отпускать мои руки, но в конце на ожидал огромный валун и ему пришлось отпустить меня, иначе мы бы оба проломили себе черепа. Когда мой грандиозный путь наконец закончился, я приподнялся на локтях. Все тело пронзила резкая боль и я почувствовал каждый камушек и каждую веточку, что я встретил. Шок прошёл, и теперь я в полной мере ощущал себя пропущенным через мясорубку. Я попробовал пошевелить конечностями, но руки и ноги оказались целыми. Просто удивительно. Заметив какое-то движение слева, я медленно повернул голову, и тут же пожалел об этом. Солдат столкнувший меня являлся каким-то странным гибридом волка и медведя. Огромное мохнатое тело с непропорционально большой головой и волчьим оскалом, оба уха порваны, а четыре одинаковых пальца сжимали огромную дубину с шипами. Он не спеша шёл ко мне, волоча дубину по земле. Выглядит бесспорно устрашающе. Я застонал и медленно поднялся на ноги. Из небольших царапин стекали ручейки крови, на которые я старался не обращать внимание, как и на болезненную пульсацию в голове. Когда я встал на ноги, мир слегка накренился влево, но потом вроде выровнялся. Ладно, план — уложить гризли. Что может пойти не так? Я тихо фыркнул, уже предвкушая всю адскую боль. — Как насчёт переговоров? — попытал я удачу. Безуспешно. Парень явно настроен серьёзно. — Твои братья мне понравились больше. Болтают меньше. — Я оскорблен, — взглянув на него, я с сожалением отметил, что на него наш совместный спуск повлиял не так сильно как на меня. Я со вздохом принял оборонительную стойку. Сначала понять стиль боя, потом нападать. Без каких-либо предупреждений он бросился на меня со скоростью локомотива. Я отступил, пропуская его вперёд. Быстро сменив траекторию, он развернулся, занося свою шипастую дубину. Я быстро отскочил в сторону и встряхнул головой, чтобы мир наконец-то перестал вращаться. Еще один замах и я поднырнул под его руку, желая дотянуться до болевой точки на ключице. Он поймал мою руку на полпути и поднял вверх. С опозданием до меня дошло что он хочет сделать. Я попытался освободиться, но уже в следующее мгновение я летел. Конец полёта, как и всегда, был крайне болезненным. Удар о злостный валун, столкновения с которым мы так старались избежать, вышиб весь воздух из лёгких. Бок молниеносно обожгло жгучей болью. Перед глазами все стало ослепительно белым. Я задохнулся от боли. Стараясь хоть как-то нормализовать дыхание, я зажмурился и сжал кулаки. Я на поле боя. Надо вставать, иначе меня здесь добьют. Но боль не утихала, зрение все еще было туманным и я до сих пор задыхался. Будет смешно, если я умру второй раз за месяц. Хриплый смешок сорвался с моих губ, от чего тело пронзила ещё одна волна боли. Вставай. Ради братьев и отца. Я собрал всю свою волю в кулак и постарался отодвинуть боль на задворки сознания, на второй план.  Тяжело дыша, я встал на четвереньки, стараясь разглядеть фигуру стоящую возле меня. — Нам было велено оставить в живых одного из вас. Думаю, это будешь не ты. Лишь каким-то чудом я сумел вовремя перевернуться, не дав сделать из себя фарш. Он зарычал с досады и сел мне на грудь, прижимая к земле. Ребра пылали, они ещё не восстановились после событий в Ниуптихе. Я вскрикнул, но услышал лишь жалкий хрип. — В-вст…ань, — пробормотал я, стараясь сдвинуть огромную тушу. — Я убью тебя голыми руками! Его огромные руки сомкнулись на моей шее, перекрывая кислород. Я начал задыхаться. Все техники ниндзя, которым меня обучали столько лет, просто вылетели из головы, а пульсирующая боль по всему телу и обжигающая в боку не давали ничего вспомнить. Паника быстро начала овладевать сознанием, отключая разум и давая выход инстинктам. Руки непроизвольно потянулись у его лицу, но не доставали. Мне уже даже было все равно на его довольный волчий оскал, только бы получить глоток кислорода. Что-то щёлкнуло в голове и я потянулся за спину, стараясь достать стрелу. Когда она наконец попала в мои руки, я не раздумывая воткнул её в ключицу, вкладывая как можно больше сил. Зашипев от боли, он оторвал руки от моего горла, что дало мне ещё пару секунд. Вытащив ещё две стрелы, я не думая о последствиях, всадил их в кисти обеих рук. Он зарычал, наконец-то вставая с меня. Я быстро встал на ноги, на этот раз немедля. Бок обожгло и руки автоматически потянулись к нему. Я почувствовал что-то мокрое и медленно опустил взгляд. На белоснежном бинте, закрывающем швы от удара Бруда, образовалось красное пятно. Очаровательно. Я застонал от боли, но остался стоять на ногах. Гризли вроде как больше не предпринимал попыток напасть на меня и вскоре я нашёл его без сознания в трех метрах от меня. Я вздохнул с облегчением, морщась от боли. — Майки? — позвал голос и я с лёгкостью узнал его. — Дон? — я обернулся и увидел брата. Донни стоял опираясь на посох, на нем были следы царапин, укусов  и даже взрывов. Как я их не услышал? Но в целом он был в порядке. — Идея с грибами работает, — сказал я, указывая на гризли. — Ты в порядке? — взволнованно спросил он, прихрамывая ко мне. Я увидел, как он нахмурился, когда увидел бинты. — Что случилось? — Я упал, — вздохнул я, морщась от боли, — а потом подрался. — Да, я вижу. Пошли, — он закинул одну мою руку себе на плечо, так чтобы я смог опираться на него. — Куда? А как же война ? -я постарался освободиться, но лишь получил рассерженный взгляд Дона. — Война окончена. Мы разгромили их основные силы и добивает сейчас лишь жалкие остатки. А ещё пришли вести с центра Ниуптиха. Операция прошла успешно. Они всех освободили и везут пленных в Верден, где уже начали готовить госпитали. — Мы правда победили? — спросил я с надеждой, но оглядевшись, уже знал ответ. — Конечно, — улыбнулся Донни. Госпитали были переполнены, но как короли мы могли пользоваться некоторыми привилегиями. Я опустил взгляд на свой бок.Теперь он был перевязан чистыми бинтами, как и руки. Мелкие раны уже не болели, просто было…неприятно. Братьев от меня скрывали тонкими зелёными ширмами. Я взглянул на доктора Хесси, которая что-то записывала в своём цифровом блокноте, лишь изредка поглядывая на меня. Она чем-то напоминала Эйприл в лет сорок. Такая же заботливая и строгая, с лёгкой манией командира. — Я могу проведать братьев? — невинно спросил я. С Хесси быстро забываешь кто король. — Нет, — она недовольно взглянула на меня поверх очков, нахмурив желтые брови. — Они могут быть серьёзно ранены, — возразил я, принимая сидячее положение. — Нет, — немедленно последовал механический ответ. — Они практически в двух шагах от меня! — Да. — Значит я могу пойти к ним? — Нет. — А если я подарю тебе больницу? Ты там будешь главной. — Нет. — Почему? — Перелом ребер. — Я и раньше их ломал. Да я сражался со сломанными костями!    Она посмотрела на меня, как на избалованного ребёнка, и открыла уже рот, чтобы дать ещё один отрицательный, но остановилась, когда чей-то голос прозвучал в ее наушнике. Она нахмурилась ещё больше, потом её взгляд вновь вернулся ко мне, смягчившись. — Хорошо, идите. Я вскочил с кровати, что, кстати, было ошибкой. Тихо охнув от боли в боку, я слегка покачнулся, но не упал благодаря поддержке Хесси. Поблагодарив её, я пошел к соседней палате. Морщась от боли, новые швы неприятно тянули, я отодвинул шторку. Я улыбнулся, увидев горячо спорящего брата с медсестрой. — Со старшими спорить не вежливо, — сказал я, довольно усмехаясь. Рафаэль и медсестра обернулись, замолчав. — Ты в порядке? — спросил он, быстро и внимательно пробегая взглядом по моему телу. — Бывало и лучше, — пожал я плечами. — А ты как? — Просто превосходно, — немедля ответил он, и, видимо поняв, что ничто моей жизни не угрожает, переключил свое внимание на несчастную медсестру. — Ваше Величество, вас ударили по голове и у вас возможно сотрясение мозга… — Не беспокойся. У него это хроническое, — вставил я, подходя к брату. — Еще какие-нибудь повреждения? — Вывих плечевого сустава, но я уже с ним поработала. — И все? — Ну да, но… — Все нормально. Скажи результаты позже. Пошли, Раф. Нам нужно найти Лео и Донни. — Они в зале Совета, — ответил Рафаэль, вставая и бормоча что-то себе под нос. — Тогда пошли в зал Советов.   В зале никого не было кроме наших братьев, склонившихся над картой. Они что-то тихо обсуждали и тыкая в карту пальцами, но мне ничего не было видно из-за их спин. Леонардо первым нас заметил и повернулся к нам, кажется, не секунду не сомневаюсь кто к нему подкрадывается. — Разве вы не должны быть в королевском лазарете? -спросил он, сузив глаза. — Расслабься, Лео. Мы победили, в данный момент нам все можно, — на одном дыхании сказал я. Лео и Донни переглянулись и у обоих были слегка растерянные лица. — В чем дело? — потребовал Рафаэль, скрещивая руки на груди. — В том, что мы упустили Верховного Доктора, — неохотно произнёс Дон, устало потирая виски. — В смысле? — В прямом. Мы не смогли найти его после боя. У него наверняка был запасной план, — ответил Леонардо с лёгким упреком. — Я должен был это предусмотреть. — Мы должны были, — вздохнул Раф, кладя руку на плечо брата. — Рано или поздно он выползет из своей норы. — Верно, — согласился Лео с лёгкой благодарной улыбкой. — Ну раз мы все решили, то теперь можно и отпраздновать, — я развернулся к двери, но не успел выйти как двери распахнулись.    Первое, что я заметил было оружие, направленное на меня. Я застыл на месте, делая маленький шаг назад. Потом я поднял глаза и увидел Крося. В полном замешательстве, я сначала не заметил, что позади них стоял Верховный Доктор,  державший Лорося на прицеле. У него был шприц, который уже наполовину был в шее мальчика. Я поднял руки, призывая к спокойствию. — Майки, назад, — ледяным тоном приказал Лео. — Нет! Никто не двигается, иначе я введу яд Парномоля парню. Вы знакомы с этим ядом? Он известен в этих краях. Его называют Тихой смертью. Отравленный может месяц спокойно ходить, даже не замечая отравы в организме, а потом наступает мучительная смерть. И антидота не существует. — Что тебе нужно? — Спросил Лео, и я лишь порадовался тому, что он решил взять на себя переговоры. Я мог лишь смотреть в глаза парню, которого спас и с которым по-настоящему подружился. А сейчас у него был выбор — я или его младший брат. — Вы разрушили мою империю. Она процветала много лет, а теперь вы оставили лишь руины. Вы все идиоты, если думали, что я оставлю это просто так. Стреляй, Крось, если хочешь сохранить жизнь брату. Убей их. — Ты же понимаешь, что он убьёт вас обоих, — вкрадчиво произнёс Донателло. — Он никого не оставит в живых.    Я видел, как дрожали его руки, как скривилось его лицо, я видел, что он не хотел выбирать. И я знал, что выбор уже сделан. Выбор, который бы сделал любой из нас. — Прости, — еле слышно прошептал он, и одна слеза скатилась по его лицу. Он закрыл глаза сделал судорожный вздох и перезарядил пистолет. Лорось что-то жалко проскулил. Я перевёл на него взгляд. Он смотрел на все испуганными глазами, и мне стало его жаль. Он всего лишь ребёнок, потерявший родителей и плененный для опытов. Я постарался ободряюще улыбнуться ему. Он сквозь слезы ответил мне робкой, дрожащей улыбкой и неожиданно сделал шаг назад, падая на Доктора. Леонардо отреагировал незамедлительно, метко кинув сюрикен в руку Верховного, пока тот отвлекся. Крось быстро развернулся на шум и увидев, что шприц валяется на расстоянии, а Доктор на полу с Лоросем вытаскивает окровавленный сюрикен, он выстрелил в него. Все это произошло за пару секунд. Крось быстро подбежал к брату, обнимая его. Оправившись от удивления, я показал большой палец Лоросю, в ответ он натянуто улыбнулся мне и закрыл глаза. Благодаря ему, мы все оказались живы. Донни подошел к Доктору медленно положив пальцы на пульс. Пуля попала в живот. — Живой, — вынес он вердикт. — Как ему удалось войти в охраняемый дворец? — с гневом спросил Раф, похоже не особо волнуясь о судьбе Верховного. — Бруд, — сквозь зубы ответил Лео.    Мне было все равно. Я на ватных ногах подошел к шприцу. Он был наполовину пуст. Воздух застрял у меня в горле. Я закрыл глаза.

***

 — Вам точно не нужна помощь? — в сотый раз спросил, все еще чувствуя удушающее чувство вины. — Мы справимся, — хрипло ответил Крось.    Стоя у звездолета, мы вчетвером неуверенно переглянулись. Прошла неделя с тех пор как война закончилась. За это время осудили всех работников Ниуптиха и короновали Марко. Всех заключенных постарались отправить по домам. Многие быстро разъехались, стремясь как можно быстрее попасть к родным. Верховный осудили на пожизненное заключение в темнице, а Бруда изгнали за измену государству. Это был особенно болезненный момент для Марко, но он оказался мудрее, чем я думал. Крось с Лоросем решили отправиться в Реингорд, родину яда Парномоля, в надежде найти хоть какие-то сведения об антидоте, которого не существует. Это из-за нас Лорось сейчас медленно умирал и умрёт через месяц. А мы уезжаем домой живые и почти невредимые. Это было несправедливо. Я с сожалением посмотрел на Лорося, который о чем-то разговаривал с Лиамом. — Я просто хочу провести этот месяц с ним наедине, — объяснил Крось, проследив за моим взглядом. — Мне очень жаль, — тихо сказал я. — Это не твоя вина. — Он прав, Микеланджело, — сказал Ферумокрум, строго глядя на меня. — Ты был хорошим королём и другом. Спасибо тебе за всё. Знай, ты со своими братьями всегда желанные гости в моем королевстве. Ты познакомил меня с моей будущей женой. Я у тебя в долгу. — Спасибо, Ферум, — я обнял его, взяв протянутую бутылку с какими-то спиртным. — Правда, не стоило… — Бери, оно лучшее во всем королевстве.           Я благодарно улыбнулся ему и, быстро попрощавшись с Лиамом, остальными членами СРАНСа, зашёл в звездолет. Там меня уже ждали братья. Все они выглядели подавленно и виновато. Я вздохнул, занимая свое место. Донни завёл мотор и корабль поднялся в космос. Мы едем домой.