Ваше счастье!

      Наконец-то я дожил до этого момента. Этого бы не произошло, если бы не близнецы Уизли с их талантом к зельеварению. Меня травили собственные друзья — Рон с Гермионой. Однако, не факт, что Гермиона делала это по собственному желанию. Возможно, так на неё повлиял Рон Уизли. Близнецы же, на протяжении своего знакомства со мной, пытались помочь. Жаль, что братья погибли. Умер один, и другой, несомненно, не выдержал жизни. Они были единственными, кто помимо Хагрида, Сириуса и некоторых других интересных личностей, кому я доверял. Но Дамблдору я не мог доверить свою судьбу. Этот человек верил в светлое будущее, которое, конечно, без него не обойдётся. Но Дамблдор верил так же и в мою смерть. В его будущем для меня не было места. Ради его светлых целей, я, как и все остальные, должен был страдать. Однако, в конце мучений, свои объятия мне раскрывала смерть. Всё-таки хорошо, что Дамблдор погиб раньше меня. Старый наивный глупец! Даже сейчас не покидает моих мыслей! Хватит с него...       Так же, один из тех, кто не предавал меня, несомненно, был Драко Малфой. Да-да, знаю, что слизеринец являлся моим врагом, но тот, как бы, и не притворялся моим другом.       Теперь же, когда я умер, и Магия дала мне второй шанс для перерождения, я могу исправить все свои ошибки, будучи осторожным. Надеюсь, что память окажется прежней, и мне лишь останется сделать шаг в своё прошлое. Это должно быть воспоминание, которое я считаю ключевым поворотом в моей жизни. Стоит хорошенько подумать... Может, это смерть родителей? Хотя нет, не думаю.       Как годовалый ребёнок сможет защитить двух взрослых магов? Да и палочки у меня в том времени не было... Отмотаем ещё. Смерть крёстного? Дамблдора? Или, может, близнецов? Или, наконец, моя? Очень часто я думаю о смерти... Сразу видно, что этот парень точно не гриффиндорец. Не гриффиндорец...       Минуточку... Что противоположно Гриффиндору? Конечно же Слизерин! Факультету глупых храбрецов не сравнится с обителью умных хитрецов. Вот туда-то мне и нужно! А Шляпа, оказывается, была права насчёт того, что на Гриффиндоре мне не место. Что ж, зато место на Слизерине мне обеспечено, не зря же я становился Лордом — этикет превыше всего. Ещё и иностранные языки... Ух! Сплошная аристократия! И на Парселтанге я говорить могу. Да Слизерин, будто бы, для меня создавали. Или меня для Слизерина... Ах, чуть не забыл! Из меня же вылили (в прямом смысле слова) всю кровь, доставшуюся от маглов. Поэтому теперь, я только сын своего отца (но физически и матери тоже). Не думаю, что в новой жизни что-либо изменится.       Так. Что же там насчёт шага в воспоминание? Стоит шагнуть в то время, где мы с Хагридом идём за покупками, предназначенных для Школы. Почему не раньше? Нужно показать Хагриду, что я лишь наивный пацан. Почему не позже? Не хочу птицу, которая относительно скоро умрёт. Однако, сову мне подарил Хагрид. Ладно, позже придумаю. Отлично, вот и оно! Один лишь шаг, и я смогу всё исправить. Один шаг...

***

      — Слушай, Гарри, ты же не против, если я заскочу в Дырявый котел и пропущу стаканчик? Не нравятся мне эти тележки в Гринготтсе... плохо мне после них.       Пусть я и немного нервничал, но Хагриду кивнул. Войдя в магазин мадам Малкин, я увидел всю ту же улыбающуюся ведьму, разодетую в розовый. Она всегда была приятной особой.       — Едешь учиться в Хогвартс? — прозвучал вопрос. — Ты пришел куда нужно: у меня как раз еще один клиент к школе готовится.       В глубине магазина на высокой скамье стоял некто иной, как Драко Малфой — тощий, как и всегда. Вокруг него крутилась вторая волшебница, подгоняя по росту дорогие одежды. А с этого угла она симпатичнее... Мадам Малкин сказала мне встать на соседнюю скамеечку.       — Привет! — как-то даже дружелюбно сказал Малфой, что удивительно. — Ты тоже в Хогвартс?       — Здравствуй, да, — только и ответил.       — Мой отец сейчас покупает мне учебники, а мать смотрит волшебные палочки, — сказал Драко, специально говоря как-то очень устало, растягивая гласные. Прескверная манера. — А потом потащу их посмотреть гоночные метлы. Никак не пойму, почему первокурсникам нельзя их иметь. Думаю, мне удастся убедить отца, чтобы он купил мне такую... а потом как-нибудь тайком пронесу ее в школу, — я даже отвык от этого высокомерного тона Малфоев. Ничего, я так тоже умею, я же Лорд Поттер-Блэк! Все Лорды так могут.       — А у тебя есть своя собственная метла? — продолжил Малфой.       — Была, — немного подумав, ответил я.       — А в квиддич играешь?       — А зачем мне тогда метла? Дворы подметать, уподобляясь грязнокровкам?       — Я вот тоже так думаю, — благосклонно кивнул Малфой. — Отец говорит, что будет преступлением, если меня не возьмут в сборную факультета, и я тебе скажу: я с ним согласен. Ты уже знаешь, на каком будешь факультете?       — Ну, вообще-то никто заранее не знает, это уже там решат, но я точно знаю, что буду в Слизерине, — почему бы не повторить слова Малфоя из первой жизни? — К тому же, если что, можно будет попросить Шляпу заранее, куда ты хочешь попасть. Не солгу — она всё скажет как надо.       — Да ну? — Малфой от удивления раскрыл рот, что смотрится довольно смешно и даже мило, но меня больше интересовала ведьма, которая обхаживала Драко. — А представь, если определят в Хаффлпафф, тогда я сразу уйду из школы, ведь вся моя семья училась на Слизерине, значит и я должен. А ты уйдёшь?       — Уверен, что не окажусь где-то кроме Слизерина. Но самое главное — не попасть на Гриффиндор, — вот чего мне точно не нужно. Если такое случится — я за себя не ручаюсь, ибо повторять ошибки прошлой жизни мне не следует.       — Это ты точно подметил! Там в основном грязнокровки учатся. Фу-у... от одной мысли о них наизнанку выворачивает! — уже более дружелюбно сказал Драко, показав соответствующий жест. Что интересно, так это то, что в этот раз Малфой никакого внимания не обратил на Хагрида, стоящего на улице с мороженным. Парня полностью затянуло в беседу.       — А как же предатели крови? А особенно семейство рыжих... Предатели крови Уизли. Вот уж от кого блевать хочется! — в теле ребёнка и разум ребёнка. Когда я был Лордом Поттером-Блэком, о таком слове как "блевать" и подумать нельзя было. — Смотри, — пришлось кивком показать Малфою на моего спутника, — его зовут Хагрид. Будь с ним поосторожнее. Пусть он и доверчивый мужик, но, поговаривают, что он в родстве с великанами, — Драко боязливо кивнул, что ни странно, ведь он всегда был пугливой девчонкой.       — Так он же в Хогвартсе лесником работает! И нам учиться рядом с ним... Погоди, он же сопровождает тебя? А где твои родители? Он им прислуживает? А сколько ему платят? — вопросы посыпались тучей.       — Моих родителей нет в мире живых.       — Извини... Мне очень жаль, — а в этот раз, он, кажется, действительно сожалеет. — А они хоть из наших были?       — Ты думаешь, будто я из этих? — прозвучало так, будто Малфой думает что я гей, хоть в мире магии такого понятия нет. — Что же, прими к сведению, что я —чистокровный маг, пусть и предки моей матери были маглами.       — Такое вообще возможно? — глаза Драко странно округлились. Прежде чем я успел что-либо бросить в ответ, в разговор вмешалась мадам Малкин.       — Всё готово, — казалось, Малфой был огорчён таким скорым окончанием разговора.       — Расспроси своего отца, — перед тем, как спрыгнуть со скамеечки, ответил я Малфою. — Ах да, раз уж мы не представились как положено... Гарри Джеймс Поттер. А кто ты, я знаю. Встретимся за столом Слизерина. Если ты, конечно, не уйдёшь из Школы.       Малфой так и остался стоять с раскрытым ртом. Я же забрал покупки и вышел. Хагрид ,улыбаясь, протянул мне мороженое.       — Хагрид, можно я немного прогуляюсь один? Хочу немного подумать... И заодно докупить всего остального, — мне пришлось сделать самый задумчивый и подавленный вид, который только возможен, чтобы Хагрид согласился.       — Ну, если так, то ладно. Я понимаю. В один миг столько всего навалилось. Я тогда пойду пропущу ещё пару-тройку стаканчиков в Дырявом котле. Не заблудись, — с таковыми словами Хагрид удалился. Да уж, ответственнее человека не сыскать. Оставить ребёнка гулять по неизвестной ему аллее! А что, если я забреду в Лютный?!       Впрочем, в Лютный переулок я и направляюсь. Известное место! Кривая затемнённая улочка с лавками, в которых продаются тёмные артефакты и ингредиенты для тёмной магии, встречала прохладой. Я посмотрел на карту, позаимствованную из кармана встречного прохожего и пробежался по ней глазами.       Рядом с выходом в Косой переулок располагается офис — Эльф-трубочист. Это организация, где можно взять в аренду эльфа-домовика для того, чтобы он прочистил дымоход. Прямо, некая граница, между Лютным и Косым переулками.       E.L.M. — волшебные похороны и бальзамирование — это похоронное бюро, где происходит оказание похоронных услуг и бальзамирования, что очевидно. На входе висит чёрного цвета вывеска. Справа от бюро находится Тату салон Маркуса Скаррса. Вот где Пожиратели делали себе тату. Это салон волшебного тату, который имеет тёмную дубовую дверь, с золотой табличкой сверху. Вверх по лестнице от Тату салона Маркуса Скаррса, в проходе между домами, находится паб — Белая виверна, на серебряной вывеске которого изображена белая картинка: дракон извергающий пламя.       Волшебные принадлежности — лавка, в которой торгуют разными волшебными принадлежностями (логично). Она находится рядом с магазином Горбин и Бэркес. А лавка Горбин и Бэркес — самое известное заведение в Лондоне, занимающееся скупкой и продажей сильных и приметных волшебных вещей, в основном связанных с тёмной магией. Снаружи магазина висит зелёная вывеска с жёлтой надписью. А сама лавка имеет округлую витрину. Возле прохода с аркой, напротив магазина Горбин и Бэркес, находится магазин, специализирующийся на всевозможных отравах, ядах и ядовитых зельях — "Яды и отравы Шайверетча".       Дом Коффина — магазин, в котором продаются товары, связанные с тёмной магией и некромантией.       Ноггин и Боунс — магазин в Лютном переулке, специализирующийся на продаже сушеных голов. На витрине магазина их расположено немало. Там бы я не хотел оказаться — отвратное зрелище.       "Флидерамус — летучие мыши и их шкурки" — магазин, который расположен слева от Слесарной мастерской. Имеет голубую вывеску в форме завёрнутой в свои крылья летучей мыши, висящей на деревяшке. Ну, а Слесарная мастерская — лавка, где можно купить и установить замки, или же заменить ключи. Лавка находится рядом с аркой, ведущей на Горизонтальную аллею. На зелёной прямоугольной вывеске с желтой надписью изображены перекрещенные, словно два меча, ключи.       Спини Серпент (буквальный перевод — Колючий змей) — в этот магазин имеют доступ только проверенные клиенты. Сам магазин имеет небольшую деревянную дверь с большим черным молотком. Рядом с дверью находится большое окно, но увидеть, чем торгует магазин, нельзя из-за высоких ваз, стоящих на подоконнике. Они даже выше, чем я сам, или чем второкурсник.       "Дистальная фаланга" — магазин, торгующий костями, окаменелостями и клыками, а также мебелью, сделанной из костей. В большой витрине магазина выставлены несколько скелетов. Ну, а на вывеске изображён разложенный на кости человеческий скелет в полный рост.       Жаль, что о многих интересных заведениях, лавках и прочих, тут не сказано. И где же мне купить себе животное? Можно зайти в "Волшебные принадлежности", но не думаю, что здесь вообще торгуют нормальной живностью. Ладно, пока прогуляюсь туда, а затем посмотрим, что делать дальше.       Пока я размышлял, сам не заметил, как дошёл до нужного места. Проходя мимо лавки Горбин и Бэркес, я заметил совершающего там покупки Люциуса Малфоя, что неудивительно. В "Волшебных принадлежностях" же не было никого. Видимо, это место не пользуется у местных популярностью, так как выглядит уж очень запущено. Войдя в лавку, застываю в нерешительности. Мрак, царивший здесь, слегка нервирует.       — Редко вс-стретишь тут такого гостя... — прошипел кто-то из темноты помещения. — Могу я подс-сказать вам что-то? — видимо, это хозяин лавки. Вероятно, ко мне сейчас ползёт наг.       — Можно ли здесь приобрести живое создание? — я задал интересующий меня вопрос.       — Здес-сь можно приобрести вс-сё, что с-связано с-с волшебс-с-ством... У меня есть подходящее вам с-с-существо. Сейчас-с, ждите... — в темноте на мгновение сверкнули два жёлтых пятна, а затем, хозяин уполз. Долго ждать не пришлось, — глядите...       Наг подполз ко мне почти вплотную, и в его руках я увидел змеиное яйцо, размером больше среднего.       — Это яйцо рунес-спура... Он должен вылупитьс-ся к завтрашнему дню...       Любопытно. Рунеспур — трёхголовая змея, уже к году жизни достигающая шести-семи футов(примерно двух метров) в длину, багрово-оранжевого цвета с черными полосами. Оказывается, каждая голова рунеспура имеет свое особое назначение. Левая голова(если смотреть на рунеспура спереди) составляет планы, решает, куда рунеспур направится и что он будет делать. Средняя голова — мечтатель. Рунеспуры могут целыми днями оставаться на одном месте, предаваясь мечтам и необыкновенным видениям. Правая голова — критик. Она оценивает действия левой и средней голов непрерывным и злобным шипением. Зубы правой головы чрезвычайно ядовиты. Рунеспуры редко доживают до старости, поскольку головы довольно часто нападают друг на друга. Обычное явление — рунеспур без правой головы. Это означает, что левая и средняя головы сговорились и отгрызли ее. Рунеспур, в отличие от всех прочих известных нам магических зверей, откладывает яйца через рот. Яйца рунеспура высоко ценятся для приготовления эликсиров, стимулирующих умственную деятельность. И неудивительно, что подпольная торговля яйцами рунеспура и самими змеями процветает вот уже несколько столетий. Некоторые идиоты пытаются использовать измельчённые клыки рунеспура, как заменитель летучего пороха и в итоге оказываются в больнице Святого Мунго.       — Что я должен за него? — я уже ожидал самую немыслимую цену, ведь достать яйцо рунеспура почти невозможно.       — Пообещать заботитьс-с-ся о нём...       — Я обещаю, — это довольно странная и маленькая цена, но я обязан заплатить.       Когда я взял яйцо в руки, незнакомец тут же закрыл мне ладонями глаза всего на мгновение. Открыв их, обнаружил себя около входа в лавку Олливандера.       В пыльной витрине магазина на выцветшей фиолетовой подушке лежала одна-единственная палочка.       Когда я вошёл внутрь, где-то в глубине магазина зазвенел колокольчик. Помещение крошечное и абсолютно пустое, если не считать одного длинного стула. Я уже не чувствовал себя так, словно попал в библиотеку, в которой очень строгие правила. По коже больше не бежали мурашки. Здешние пыль и тишина полны волшебных секретов. Они, казалось, издают почти неслышный звон.       — Добрый день, — послышался тихий голос хозяина этой лавки.       Передо мной стоял пожилой человек, от его почти бесцветных глаз исходило странное лунное свечение, прорезавшее мрак этого помещения.       — Здравствуйте.       — О, да, — старик покивал головой. — Да, я так и думал, что скоро увижу вас, Гарри Поттер, — это был не вопрос, а, скорее, утверждение. — У вас глаза, как у вашей матери. Кажется, только вчера она была у меня, покупала свою первую палочку. Десять дюймов с четвертью, элегантная, гибкая, сделанная из ивы. Лучшую палочку для волшебницы едва придумаешь.       Мистер Олливандер приблизился ко мне почти вплотную. От взгляда этих серебристых глаз любому бы стало не по себе.       — А вот твой отец предпочел палочку из красного дерева. Одиннадцать дюймов. Тоже очень гибкая. Чуть более мощная, чем у твоей матери, и великолепно подходящая для превращений. Да, я сказал, что твой отец предпочел эту палочку, но это вовсе не так. Разумеется, не волшебник выбирает палочку, а палочка выбирает волшебника. А, вот куда... — мистер Олливандер вытянул длинный белый палец и коснулся шрама на моём лбу. — Мне неприятно об этом говорить, но именно я продал палочку которая это сделала, — мягко произнес тот. — Тринадцать с половиной дюймов. Тис. Это была мощная палочка, очень мощная, и в плохих руках... Что ж, если бы я знал, что натворит эта палочка, я бы... — он потряс головой. — Гм-м-м, — задумчиво протянул мистер Олливандер не сводя с меня взгляда. — Дайте мне подумать, — он вытащил из кармана длинную линейку с серебряными делениями. — Какой рукой вы держите палочку?       — Правой, — сказал я и вытянул руку.       Старик начал измерять мою правую руку. Сначала расстояние от плеча до пальцев, затем расстояние от запястья до локтя, затем от плеча до пола, колена до подмышки, а также измерил окружность головы.       — Внутри каждой палочки находится мощная магическая субстанция, мистер Поттер, — пояснял мистер Оливандер, проводя свои измерения. — Это может быть шерсть единорога, перо из хвоста феникса или высушенное сердце дракона. Каждая палочка фирмы Олливандер индивидуальна, двух похожих не бывает, как не бывает двух абсолютно похожих единорогов, драконов или фениксов. И, конечно же, вы никогда не достигнете хороших результатов, если будет пользоваться чужой палочкой, — мистер Олливандер отошел к полкам и начал снимать с них одну коробочку за другой, когда линейка давно измеряла меня сама.       — Достаточно, — сказал он, а линейка упала на пол. — Что ж, мистер Поттер, для начала попробуем эту. Бук и сердце дракона. Девять дюймов. Очень красивая и удобная. Возьмите ее и взмахните.       — Не думаю, что она подойдёт, — мистер Олливандер удивлённо посмотрел на меня.       — Что же, какую вы тогда предложите? — сказал старик, явно не ожидая ясного ответа.       — Думаю, такая идеально подойдёт. Конечно, сочетание очень необычное — остролист и перо феникса, одиннадцать дюймов, очень гибкая, прекрасная палочка, — Олливандер как-то странно на меня взглянул, затем стукнул себя ладонью по лбу и полез за палочкой. Уж не знаю, за моей али нет.       — Ну конечно! Любопытно... очень любопытно... — достав, наконец, палочку, он протянул её мне. Привычное ощущение тепла перемешивалось с тяжестью прожитых лет. Палочка жила вместе со мной. — Что ж, зачем от вас скрывать — ее сестра оставила на вашем лбу этот шрам. Да, тринадцать с половиной дюймов, тис. Странная вещь — судьба. Я ведь вам говорил, что палочка выбирает волшебника, а не наоборот? Так что думаю, что мы должны ждать от вас больших свершений, мистер Поттер. Тот-Чье-Имя-Нельзя-Называть сотворил много великих дел — да, ужасных, но все же великих.       — Да как вы... — только я начал шипеть не хуже Волан-де-Морта, как почувствовал шевеление в яйце рунеспура. Казалось, он питается моей злостью. — Вот, — я отдал Олливандеру семь золотых галлеонов и поспешил удалиться.       Дальше я направился в магазин книг Флориш и Блоттс. Купив нужные учебники, я продолжил другие покупки из списка. Оловянный котёл, весы, складной медный телескоп, ингредиенты для приготовления разных волшебных снадобий. Выйдя из аптеки, я встретил Хагрида. В руках у него была клетка с совой.       — Хагрид, спасибо тебе огромное! — с восторгом малого дитя, коим я и являюсь, начинаю благодарить великана, но тот лишь отмахивался, заливаясь краской.       Пока мы добирались до Паддингтонского вокзала, люди странно на нас косились, но тут всё ясно. Вот и прибыл мой поезд. Хагрид помог мне затащить вещи в купе и отдал конверт.       — Ну, пока, Гарри, — великан ушёл, оставив меня в раздумьях.       Ну, держитесь, Дурсли. Гарри едет.