Часть 3
4 апреля 2018 г., 23:40
Как только песня закончилась, весь зал единодушно зааплодировал. Шляпа поклонилась всем четырем столам. Рот её исчез и, замерев, она замолчала.
— Значит, каждому из нас нужно будет всего лишь её примерить? — прошептал Рон. — Я убью этого вруна Фреда! Ведь он мне заливал, что нам придется бороться с троллем.
Я с трудом выдавил из себя улыбку. Всё-таки, это было одним из моих счастливых воспоминаний. Это было тогда, но не теперь. Моя улыбка тут же наполнилась горечью.
Профессор МакГонагалл шагнула вперед, в руках она держала длинный свиток пергамента, в котором были написаны имена первокурсников — наши имена.
— Когда я назову ваше имя, вы наденете Шляпу и сядете на табурет, — произнесла она. Далее я не слушал — мне уже было известно, куда попадёт каждый из ребят, стоящих рядом со мной.
— Вау, а ты был прав, — неожиданно сказал Драко, стоящий рядом со мной.
— Что? — я не сразу вернулся к реальности. — Прав насчёт чего?
— Лонгботтом, — ясно, что-то про Невилла. — Его определили на Гриффиндор, — а-а, так вот он о чём.
— А, ну, угадал, — ответил, не особо утруждая себя объяснениями.
— Малфой, Драко, — громко произнесла профессор МакГонагалл, а её голос эхом прокатился по всему залу.
— Ну наконец-то, — Драко тут же направился к Шляпе.
— СЛИЗЕРИН! — даже не коснувшись блондинистой головы, выкрикнула Шляпа.
Довольный собой Драко тут же направился за нужный стол. Он обернулся, видимо, чтобы посмотреть, куда отправлюсь я. Ждать долго ему не пришлось.
— Поттер, Гарри, — весь зал тут же заорал ещё громче, кто-то даже засвистел. В этот раз я точно знал, где окажусь.
— Выбор, который ты сделал в этот раз, несомненно, правильный, — тихо сказала Шляпа. — СЛИЗЕРИН!
Дамблдор подавился напитком, который пил в момент моего распределения. Пусть он и был поначалу заметно ошарашен, но директор быстро пришёл в себя и сделал такой вид, будто у него всегда и всё под контролем, да и вообще он - король этого мира, а все его обязаны слушать и повиноваться.
— Благодарю, — я слегка поклонился старому другу и направился за стол, где меня уже ждал улыбчивый Драко.
Сев за стол, осознаю, что со вчерашнего дня во рту у меня и крошки не было. Я окинул взглядом пустующую тарелку.
— А где Отино? — поинтересовался Драко.
— Вот он, — я чуть опустил ворот рубашки, за которым грелся мой малыш, — спит.
— А долго он спит обычно? — видимо, ему очень нравятся змеи.
— Обычно часа два, но сегодня он подустал, так что, думаю, проспит часа четыре.
Я посмотрел за преподавательский стол. В самом углу сидел Хагрид, который не знал, радоваться ему за меня или нет. Так же, посмотрев на Квирелла, замечаю рядом с ним профессора Снейпа, который, поймав мой взгляд, пренебрежительно посмотрел в мою сторону. А посередине, на своём троне, восседал Альбус Дамблдор. Он поднялся и широко развел руки. На его лице играла лучезарная улыбка. У него был такой вид, словно ничто в мире не может порадовать его больше, чем сидящие перед ним ученики его же школы.
— Добро пожаловать! — произнес он. — Добро пожаловать в Хогвартс! Прежде чем мы начнем наш банкет, я хотел бы сказать несколько слов. Вот эти слова: Олух! Пузырь! Остаток! Уловка! Всё, всем спасибо! — Дамблдор сел на свое место.
Зал разразился радостными криками и аплодисментами. Некоторые первокурсники не знали, посмеяться им или не стоит.
На столах появилась еда, но Слизерин питался совсем по-другому, нежели Гриффиндор. Ростбиф, жареный цыпленок, свиные и бараньи отбивные, сосиски, бекон и стейки, вареная картошка, жареная картошка, чипсы, йоркширский пудинг, горох, морковь, мясные подливки, кетчуп, мятные леденцы — это меню Гриффиндора. У Слизерина же был немного сбалансированный рацион. На огромных тарелках лежали дымящиеся бифштексы — блюдо из жареной говядины, ростбифы — блюдо английской кухни, представляющее собой запечённый в духовом шкафу большой кусок говяжьего мяса. К ним предоставлялись дорогие соусы и подливы. Так же, к мясным блюдам прилагались и свежие овощи. Вместо тыквенного сока — виноградный, схожий по вкусу с вином.
Глаза разбегались от такого количества вкусной еды, а обильное слюноотделение буквально каждые десять секунд приводили в действие глотательный рефлекс. Водрузив себе на тарелку внушительных размеров бифштекс, начинаю накладывать рядом зёрна кукурузы. Приступаю к еде.
И вот, когда все вдоволь наелись, появились десерты.
— Эй, Гарри, попробуй хоть этот чудесный бисквит. Он просто тает во рту! — Драко пытался уговорить меня поесть сладкого, но я не мог согласиться.
— Так уж вышло, что я не люблю сладкое, — ведь именно тогда, когда друзья меня предали, мы с ними сидели в одном маггловском кафе где подают сладости вместе с чаем. В тот день виноватой себя чувствовала только Гермиона.
Закончив подавление естественной потребности под названием голод, все слизеринцы (в их числе и я) направились в Общую гостиную факультета. Выглядит она так: обставленное со вкусом, на стенах которого висят гобелены, изображающие подвиги знаменитых слизеринцев в средние века, помещение. У стен стоят старинные буфеты из тёмного дерева. Несмотря на наличие каминов, в комнате холодно и неуютно, а без огня мы бы все насмерть замёрзли. Освещение тоже под стать обстановке — волшебные лампы освещают пространство холодным болотным светом.
Гостевые комнаты находятся прямо под Чёрным Озером, из-за чего свет там зеленоватый, представляют собой помещения с низким потолком, стульями с тёмно-зелёной обивкой, низкими старыми тёмно-зелёными или чёрными кожаными диванами.
В помещение вошёл декан Снейп.
— Приветствую всех находящихся здесь личностей, — его голос уже не казался мне таким высокомерным, веющим холодным безразличием. — Сейчас я раздам всем первокурсникам нужную информацию. А именно: как добраться до их комнат, пароль от гостиной и собственных комнат, расписание уроков... — и прочее, прочее, прочее. Я особо не вслушивался. — Мистер... Поттер, вам всё ясно?
— Конечно, сэр. Ваши доводы даже более чем понятны, особенно для такого безмозглого чурбана, как я.
— Что же, рад за вас.
Все, кто должен, получили нужную информацию, и мы направились по комнатам. Так уж вышло, что наши с Драко комнаты расположились относительно рядом, поэтому мы пошли вместе.
— До завтра, спокойной ночи, — сказал Драко и мы разошлись.
Несмотря на позднее время, я, первым делом, решил разложить вещи по местам. Мне не пришлось долго возиться, ибо вещей у меня было немного. Я решил рассмотреть обстановку получше. Древняя кровать под балдахином с зеленой шёлковой драпировкой и под покрывалами, вышитыми серебряной нитью, стояла у единственной прямой стены в этой комнате (вторая стена шла полукругом) ровно посередине. Рядом с кроватью стоит небольшая резная тумбочка из тёмного дерева. Шкаф находится около двери. Средневековые гобелены, изображающие приключения известных слизеринцев, покрывают стены, и серебряные светильники свисают с потолка.
Сегодня я спал хорошо. Плеск воды в озере, доносящийся сверху, успокаивает.
Дни учёбы проходили скудно. На уроках зельеварения Снейп не особо стремился меня спрашивать, но, когда это случалось, я набирал баллы для своего факультета.
На первом занятии с мадам Хуч, Драко-таки взял у Невилла его напоминалку, но на мой вопрос, мол, зачем тебе эта безделушка, он отдал её обратно. А я, всё-таки, стал самым молодым ловцом за последние сто лет. Просто Маркус Флинт (капитан нашей сборной по квиддичу) увидел, как я тренируюсь в свободное от учёбы время и поговорил с директором, чтобы мне разрешили летать за ловца команды. А тот и согласился, видимо думая, что во мне, наконец-таки, проснулись гены отца, отвечающие за спорт.
С Драко мы особенно сдружились. Мне доставляют удовольствие эти мелкие подколки в сторону "грязи". Уметь унизить одной лишь фразой, при этом не говоря непристойных слов — вот настоящее искусство. Также он учил меня каллиграфическому почерку, ибо это моя Ахиллесова пята. Кстати, Драко не плох как учитель, видимо, одна из семейных способностей Малфоев.
Однако, мне не стоит забывать о Квирелле, ибо я хочу расправиться с ним побыстрей, желательно до Хэллоуина. Довольно скоро(через несколько дней) я отправился к Пушку, оставив Отино в комнате Драко (мы обменялись паролями от комнат в первую же неделю). Интересно, как он отреагирует на такой сюрприз? Под специальным заклинанием, Пушок уснул как младенец, но, тут смотря кто, как и кого укладывает спать. Через Дьявольские силки я "проскользнул" спокойно. Ключ я легко поймал, пока он пролетал мимо меня. Война научила быть ловким. В шахматы я сыграл сам. Ну, так я же аристократ! Троллей спящих прошёл. Два сосуда с вином и один пропускающий вперёд я опустошил. Далее идёт зеркало Еиналеж... Посмотреть туда мне было тяжелее всего. Увидеть то, чего я желаю на самом деле... Чего бы я хотел? Я бы хотел отдохнуть. Отдохнуть ото всей этой геройской суеты. Сесть у тёплого камина на уютный ковёр и поднести руки к огню.
Я не смог просто взять и посмотреть в зеркало. Я испугался. Мне пришлось некоторое время постоять на месте, очищая сознание от всякого ненужного бреда и не только. Закончив, я представил в кармане дорогих штанов Философский камень. Открыв глаза я посмотрел в зеркало и начал доставать волшебный предмет. Заполучив камень я поспешил удалиться, чтобы отдать камень директору, уж он то знает как с ним поступить. Но не стоит забывать и о Квирелле, однако, я допустил в этом ошибку.
— М-м-м-мистер Пот-тер? Чт-то вы здес-сь делает-те? — пытается изобразить негодование, пусть и на половину он не притворяется.
— Снимайте ваш тюрбан, я хочу поговорить с ним.
— О к-ком вы гов-ворите? — пытается отвертеться, хитрый гад.
— О-ох, — я устало потёр переносицу, где много лет назад красовались очки, — перестаньте притворяться, вы прекрасно знаете о ком я. Снимайте уже "чеснок" с вашей головы.
— Сначала отдайте камень, — и вмиг стал решительным.
— Не-ет, нет-нет. Сначала я поговорю с Волан-де-Мортом.
— Дай мне поговорить с-с мальчиш-шкой, — заговорил "затылок" Квирелла. Только тот хотел возразить, как Тёмный Лорд крикнул (в силу своих способностей конечно). — Живо!
— Конечно, повелитель, — Квиррелл начал разворачивать свой тюрбан, и ткань, наконец, упала. Профессор развернулся ко мне спиной.
— Ты, верно, хочеш-шь что-то мне предложить? — заговорило красноглазое нечто.
— Перейду сразу к делу. Ты не станешь пытаться навредить мне и моим близким, ибо я твой крестраж, а я, так уж и быть, не стану тебя убивать, если ты конечно не перейдёшь грань дозволенного. Короче, будем жить в мире, — вот, коротко и ясно. Ну, я же аристократ! (слишком частый гость в моём фанфике эта фраза прим.Автор)
— Ш-што? — Мерлин, я же всё понятно объяснил.
— То! Я же всё доходчиво сказал. Я — твой крестраж. Мы должны жить в мире и не мешать друг другу. Вас всё устраивает?
— М-м-м, дай-ка подумать, — а он быстро подстраивается под ситуацию. — Тогда, нам придётс-ся выручать друг друга. Но это, конеч-шно, в наших собственных интересах.
— Да-да, именно так. И, раз уж мы всё уяснили, позволь сделать кое-что ещё. Поверь, тебе так будет лучше, — Морт презрительно (выражает так заинтересованность) посмотрел на меня. — Адское пламя! — сказал я направив палочку на Квиррелла и поспешил удалиться. Всё-таки, таким пламенем управлять сложно.
Однако, мой хрупкий детский организм не выдержал и потерял сознание от обилия дыма в лёгких.
***
Очнувшись, я обнаружил себя в больничном крыле Хогвартса. — Добрый день, Гарри, — произнёс сидящий рядом Дамблдор. — Сэр! Камень! Вы же забрали его? — попытался изобразить беспокойство. — Успокойся, мой дорогой мальчик, всё в порядке. Камня нет у профессора Квиррелла. — Так вы успели забрать его! А что с ним теперь? — поддерживаю образ наивного мальчика. — Он уничтожен. Так будет лучше, — загадочно сказал директор. — Директор Дамблдор! Мальчику нужен отдых! — вмешалась в разговор мадам Помфри. — Конечно-конечно, я уже ухожу, — и Дамблдор ушёл, даже не пожелав мне скорого выздоровления. А ведь под этим больничным одеялом можно и сгореть! Хотя в Средневековье некоторым волшебникам и волшебницам нравилось "гореть". Мне даже известна одна такая личность. Венделина Странная. Под разными обличиями специально сдавалась маглам, чтобы испытать ни с чем несравнимое удовольствие в процессе сгорания. А "сгорала" она целых сорок семь раз. Интересно, каково это, когда по телу разбегаются, как мурашки, приятные покалывания, и тёплые дуновения воздуха окружают тебя со всех сторон. Ты стонешь от удовольствия, а всё думают, будто ты стонешь от боли. Вот подарок для всех будет, как узнают что для волшебника огонь. Кстати, на счёт подарков. От поклонников их было мало, зато от Драко подарочек был нежданным. Он подарил мне статую змеи, которая в случае необходимости выпрыскивает нужное лекарство. Что ж, подарок по теме. Также, в числе подарков была и мантия-невидимка, ну, тут понятно что она от директора. Пролежав некоторое время в больнице, меня-таки выпустили, пожелав больше не возвращаться. Празднование Хэллоуина я пропустил, но к Рождеству и Чемпионату Хогвартса по квиддичу вполне успел. Перед Рождеством мы с Драко отрывались, как могли. Мы подкладывали лягушек девчонкам из разных факультетов (даже из нашего). Самое забавное, что даже те девочки, которые вовсе не боялись лягушек, пугались от неожиданности. Я никогда не думал, что эти детские шалости могут быть такими увлекательными. Ах да, совсем забыл, что я ребёнок. А второй ребёнок, то есть Драко, перед рождественскими каникулами немного помутнел. Он не был рад нашей разлуке, впрочем, я тоже. В матчах я не играл, как остальные слизеринцы, то есть, я играл честно. Первый матч окончился нашей победой. Во втором победил факультет Равенкло. В третьем снова мы. В четвёртом Хаффлпафф. В пятом мы. И в последнем Гриффиндор. В итоге, мы получили Кубок.***
— Что ж, Гарри, присаживайся, — сказал мой собеседник, явно обращаясь ко мне, а я плюхнулся в одно из кресел. — Ты, вероятно, не знаешь, зачем ты здесь. — Я понятия не имею, профессор, — этого я и вправду не знал. — Мне нужно узнать, применял ли ты какое-нибудь заклинание к профессору Квирреллу, — разрыл, старый говнюк. — Я не уверен, можно ли так об этом сказать... — замялся, играю роль наивного пай-мальчика. — Не беспокойся, говори как сможешь, — вынуждает. — Я заметил, что когда Волан… Я хотел сказать, Вы-Знаете-Кто… — Называй его Волан-де-Мортом, Гарри. Всегда называй вещи своими именами. Страх перед именем усиливает страх перед тем, кто его носит. — Конечно, сэр, — согласился я и продолжил. — Я хотел сказать, что заметил, что когда Волан-де-Морт пытался схватить меня, ему сильно обжигало руки. Прежде чем и он понял это, я обратил эту... странность против него. Но... что это было? Почему он не мог прикоснуться ко мне, не получив ожог? — задал итоговый вопрос. — Ох, мой мальчик! Это всё от любви твоей матери к тебе. Любовь — высшее из чувств. Она жива даже после смерти человека, она витает в воздухе, наполняет наши сердца, ведёт на совершение удивительных поступков. Любовь, мой мальчик, это любовь... — Эмм... Я пойду? — не стоит мешать старику мечтать. — Конечно-конечно... — сказал директор, и я ушёл. По-моему, Дамблдор не до конца поверил мне. В дальнейшем, мне стоит быть начеку. Казалось, я мог спокойно завершить учёбу и отправиться на каникулы к глупым Дурслям, но за неделю до конца учёбы, произошло кое-что неожиданное...
